Твердость решений

Комиссар Августин Мерцелиус.

- Господин комиссар... Я открыл глаза. Мутное изображение быстро сфокусировалось. Надо мной нависала зеленая ткань, по которой непрерывно что-то барабанило. Палатка. Лагерь. Дождь. В голове все сразу же встало на свои места. После потопа все два батальона отправились к третьему и четвертому, в другой лагерь, который был в семи километрах и куда всем пришлось идти пешим маршем, в то время как меня привезли на скорой, так как я уже не был в состоянии вообще куда-то идти - банально не хватило бы сил на подобное. Я повернул голову. Там стоял Дёнкон, спасший меня от не в меру дисциплинированного гвардейца караульный. Он взволнованно смотрел на меня, вытянувшись. - Говори, - устало сказал я, чувствуя сильную тупую боль на левой скуле, мигрень и неприятную слабость по всему телу. Скорее всего, я простудился. Ожидаемо: сначала купание - или, вернее сказать, шагание? - в речной воде, потом короткий сон под дождем, где я был открыт всем ветрам.... - Там... пришли к вам. Говорят, от прим-комиссара Алтанзора. - А... Понял, - кивнул я. - Иду. Скинув с себя плед, я кое-как принял сидячее положение, а потом и встал с кровати. Тело мигом слегка повело в сторону от головокружения. Ощущение было такое, словно я чу-у-уточку пьян, самую малость. - Вам... нехорошо, господин комиссар? - спросил меня Дёнкон взволнованным голосом. - Есть немного, - ответил я. - Все же под дождем промок. Сам как? - Эм... - парень заметно напрягся. Явно не ожидал, что комиссар с ним сейчас с ним заговорит вот так. - Н-не очень, если честно. Кажется, температура. - А у остальных? - У всех, кто был с нами - тоже самое, хоть и по-разному. Некоторые даже встать не могут... Пришлось класть в лазарет. Я устало выдохнул. Да уж, стоило ожидать подобного. Как минимум у вильярцев точно будут неприятности со здоровьем. У них и так наблюдались проблемы с иммунитетом, а после такого внепланового купания он точно ослабнет. - Ожидаемо, - ответил я караульному. - Ладно, пошли. Сделав несколько шагов, я отодвинул кусок ткани, служивший дверью в палатку, и вышел на улицу. Моментально рядом возник гвардеец, прикрывший меня черным зонтиком. Дождь из ливня уже превратился в мелкую противную морось. Небо все было столь плотно укутано светло-серыми облаками, что понять, где находится солнце, оказалось решительно невозможно. Передо палаткой я увидел двух гвардейцев с комиссарскими повязками, которые моментально вытянулись передо мной. - Господин комиссар Мерцелиус, - начал один из них, рослый парень, бонвурец, если я правильно помнил акценты. - Рядовой-адъютант Гулжик Кырсахар. Господин прим-комиссар прибыл к лагерю. Предлагает вам ехать с ним на встречу с планетарным руководством. "Это мы с большим удовольствием..." - с предвкушением подумал я про себя, потому что уж очень хотелось сейчас поехать и разобраться, кто виноват во всем том пиздеце, что у нас произошел этой ночью. А потом еще и расстрелять всех виноватых, потому что такое я прощать не собирался ни при каких условиях, пусть меня хоть на коленях умоляют. Однако я отчетливо понимал, что вот так сразу поехать не мог. - Передайте прим-комиссару, что я присоединюсь к нему, как только поем, - произнес я в ответ адъютанту. - Господин прим-комиссар просил передать, что в автобусе уже все готово для вас. Признаться честно, подобное было... приятно. Пускай Алтанзор и выглядел суровым комиссаром, позаботится о человеке он все же не забывал. - В таком случае, не будем медлить. - Слушаюсь, господин комиссар, - кивнул мне Кырсахар, развернулся и направился вперед. Я так быстро, как мог в текущем состоянии, направился за ним вместе с двумя караульными, один из которых все еще держал надо мной зонт. Пока мы шли, я бегло осматривал лагерь. Тот был, без преувеличения, переполнен. Все же при номинальной вместимости в двадцать тысяч человек он принял почти сорок, и теперь на улице гуляло намного больше человек, чем в первом лагере. Местные улицы были прямо забиты людьми, как река рыбой в нерест. И причем это будет явно не на один день. Для постройки нового лагеря нужны время и материалы, а это долго, потому пока что солдатам четырех батальонов нужно было как-то ютится тут, что организовать, как я понимал, не очень просто. Новых-то палаток не появилось из ниоткуда, всех распихали по уже имеющимся, плюс разместили на складах, в лазаретах и в офицерских палатках. А еще пока мы шли, я окончательно понял, что у меня явно температура. Да и першение в горле мне совсем не нравилось. "Прекрасно, теперь еще и заболею..." - пронеслась невеселая мысль. Скоро температура поднимется еще сильнее, потом совсем слягу и буду ждать, пока все не пройдет. Отличные перспективы на ближайшие дни, что тут еще сказать. Минут за десять мы все же добрались до выхода из лагеря, а затем - и до колонны автобусов, которая стояла на краю трассы. Меня сразу же проводили в головной, где я и обнаружил Алтанзора, который сидел на диване вместе с Тласгахаром за столом, наполненном различной едой и напитками. Тут виднелись макароны, по несколько видов мяса, рыбы и салатов, а также, к моему удивлению, круглая большая лепешка с различной начинкой, которую в моей прошлой жизни называли "пиццей". От вида всей этой красоты рот начала наполняться слюной, а я еще сильнее почувствовал, как хочу есть. - Доброго утра, комиссар Мерцелиус, - поздоровался со мной Алтанзор, в то время, как автобус уже тронулся. - Доброго утра, комиссар, - вторил ему Тласгахар, немного улыбнувшись мне. - Доброго утра, господа, - кивнул я в ответ. - Присаживайтесь, располагайтесь, - Алтанзор поводил вилкой из стороны в сторону, где уже лежала пустая тарелка с приборами. - Вижу, вам крепко досталось. Я быстро сел за стол, начав насыпать себе макарон. - Не без этого, - подтвердил я. - И чем это вас так по лицу? Вопрос Алтанзора заставил вновь обратить внимание на боль на левой скуле, куда мне прилетело кулаком. - Один из гвардейцев во время тревоги решил, что я трус, который пытается сбежать. Так как я был без мундира, он принял меня за простого солдата... Ударил в лицо, повалил на землю и приставил нож к горлу. Мой караульный его пристрелил, к сожалению. - Он напал на вас, - довольно холодно сказал прим-комиссар. - Но не собирался убивать - лишь сдать меня Комиссариату, - парировал я замечание своего начальника. - Да и делал он то, что положено по уставу - предотвращал трусость, пускай ее и не было. Так его вины ни в чем нет, как и в караульном. Я кинул первую порцию макарон себе в рот. Жевать оказалось довольно больно, левая скула начала сразу же сильно болеть. Но приходилось все же терпеть это, так как есть мне хотелось еще сильнее. - То есть выходит, что основной виновник - это кто-то из планетарной администрации, - сделал вывод Тласгахар. - Именно, - заявил Алтанзор. - И сегодня мы узнаем имена виновников всех происшествий, а также воздадим за погибших. - Аминь, - сказал сразу же полковник. - Аминь, - повторил я за ними, сразу же обратив внимание на слово "происшествий". Однако сейчас у меня был более важный вопрос. - Хотел еще спросить, прим-комиссар. Вам уже сообщили, сколько... людей погибло в машинах, которые обстреляли гвардейцы? Сейчас этот вопрос волновал меня больше всего. После спасения я заснул, а потом меня, едва стоящего прямо и промокшего до нитки, запихнули в скорую и отправили в новый лагерь. Времени разобраться не было, да и сейчас машины скорее всего уже успели вывезти, за целую ночь-то, а если и нет, то останавливаться, чтобы посмотреть, времени совсем не было. - Да, сообщили, - ответил Алтанзор, прожевав свою порцию. Голос при этом у него был довольно сухой. - Пять человек погибло в легковом автомобиле и два в автоцистерне. "Бля-я-я-ять..." Я закрыл глаза. Всему тело резко стало тяжелее. Внутри все свернулось стальными тисками. Семь человек. Там погибло семь человек. От этого осознания стало тошно. Да, я знал, что там погибли люди. Я был к этому полностью готов. Но я надеялся, что там погибло только двое. Тоже плохо, тоже смерть ни в чем неповинных людей, но это хотя бы два, а не семь. - Удалось... что-то выяснить про них? - спросил я, все же взяв себя в руки. - В легковой машине была семья, - с прежним спокойствием отвечал Алтанзор, и от его тона стало прямо-таки тошно. - Муж, жена, брат с сестрой жены и сестра мужа. Всем больше тридцати. Как нам объяснили, они возвращались с пикника. В автоцистерне погибли двое мужчин - водитель и сменщик, оба дальнобойщики, обоим за сорок. - Я понял, прим-комиссар. Спасибо, - сказал я, кивнув, а затем решил, чтобы хоть как-то отвлечься, задать и другие вопросы. - Есть что-то по беглецу? - Пока что нет, - покивал головой Бьюгар. - Миротворцы пока доложили, что никаких зацепок по нему нет. Они вообще считают, что он, вероятнее всего, просто утонул. - Подобное... довольно сомнительно, - заявил я. - Однако, вильярцы ведь не могут уметь плавать, - довольно уверенно заявил Тласгахар. - Не совсем, - не согласился я с ним. - На Вильяре есть плавательные бассейны для спорта, развлечений и лечения. Там он вполне мог там научится плавать. Во всяком случае, я буду считать его живым, пока не будет найдено его тело. - Разумно, - подметил Алтанзор, проглотив еще одну порцию. - Ну что ж, будем надеяться, что этого ублюдка найдут быстро. Живым или мертвым, - с некоторым раздражением сказал Тиргарот. - Именно, - кивнул я. - А еще, насколько я понял, были и другие происшествия этой ночью... - Еще как, - заявил полковник. - Лагерь с тремя нашими батальонами тоже поставили рядом с рекой. На наше счастье, это приток вашей реки, более слабый. Затопило нас немного, половину территории где-то, да и вода там только чуть ниже колена. У Оурвериша тоже два лагеря подтопило, причем один полностью и один по пояс. У остальных же - грязи полные ботинки, по-другому это никак нельзя назвать. Услышать все это было довольно неожиданно. Причем не в плане того, что такое вообще произошло, а в плане масштабов. - Кто-то из чиновников, похоже, вообще головой не думал, когда организовывал нам лагеря, - заявил я, не сдерживая своего негодования. Неожиданно в окне начала мелькать сплошная водная гладь, которая моментально привлекла мое внимание. Казалось, что это целое озеро, но уже через секунду я увидел целый лес темных торчащих из воды металлических столпов с широкими фонарями, между которыми все еще были протянуты толстые провода. Наш лагерь. Точнее - все, что от него осталось. Теперь это больше напоминало своеобразный мемориал тому, что произошло. И тому, сколько людей погибло из-за чьей-то ошибки. - Вряд ли у этого чиновника вообще есть, чем думать, - рыкнул злобно Тласгахар, смотря на свою еду и грубо тыкая вилкой по макаронам, явно вымещая на ней свою злобу. - Это надо было вообще додуматься - запихнуть лагеря в поймах рек! И я даже готов поставить на то, что они не надеялись на хорошую погоду - они просто не знали, что такое пойма и что с ней случается во время дождей! - Вот уж не думал, что столкнемся с подобными... личностями, - я очень сильно постарался, чтобы из меня вместо "личностями" не вырвалось "ебланами". - Поверьте мне, комиссар, и не с такими еще можно встретиться, - заявил полковник. - Был у меня случай один, на Алагараде, прим-комиссар знает. - О, Боже-Император, - Бьюгар закатил глаза, а лицо поменялось, изобразив что-то вроде отвращения. - Еще как. - В общем, Алагарад уже воюет десять лет, еретики, орки прилетели, все дела, - начал рассказывать Тиргарот, пока я положил себе порцию одного из салатов, похожего на оливье. - Мы приземляемся в Ургыз, это космопорт столичный, и сразу ведь на вокзал, потому что оттуда сразу на фронт надо. Но... внезапно мы понимаем, что у нас нет жилья. Вообще нет. Никакого. Нам ничего не говорят, солдаты прибывают, а разместить некуда! В космопорте так вообще места нет никакого, там пассажирские терминалы были крохотными, на пару тысяч человек. В итоге, мы едем к Администратуму, пытаемся понять, что за варп тут творится. И там выясняется, что эти идиоты забыли разобраться с жильем! Вот буквально! Они просто отдали все на откуп планетарщикам, думая, что там все знают, а те не получали никаких указаний и ничего не сделали! В итоге семьдесят тысяч человек просто остались на улице на десять дней! - Да уж, идиотизм тот еще, - признал я. - Еще какой! Вкупе с некомпетентностью! - поддержал эмоционально Тласгахар. - Тогда долго пришлось вычищать ту сточную яму, в которую превратился Администратум и планетарное руководство. Ну, то больше к прим-комиссару. - Как-нибудь расскажу, - пообещал Бьюгар, посмотрев на меня. - Но натерпеться мы успели от эти уродов по полной, - продолжил бывший командир Бонвурского полка. - Вот был еще один случай, уже с топливом для нас... Путь продолжался. Тласгахар рассказывал одну историю за другой, благодаря чему было не сильно скучно, в то время как я уминал еду, слушал и смотрел в окно, наслаждаясь видами природы, прекрасными, вопреки пасмурной погоде. Вскоре автобус наконец-то въехал в столицу и за покрытым каплями дождя окном начали виднеться мокрые здания. Сама столица выглядела довольно уныло. Здания потускнели, людей на улице почти что не было, все дороги и тротуары стали более темными, а реки дождевой воды мощными потоками стекали вдоль бордюров в ливневки. Правда, меня весь этот вид никак не трогал. Природные красоты мне нравились куда больше, нежели виды мокрого тусклого города... И в тот момент, когда мы почти уже добрались до Дома Губернатора, я увидел толпы людей, которые стояли вдоль трассы и держали в руках плакаты, пока возле отбойников стояли простые миротворцы, построившиеся в плотную цепь. Приблизив взгляд, я смог разглядеть, что было написано на плакатах. "Командование Гвардии к ответу!" "Судить виновников!" "Руководство Гвардии под арест!" "Скажем "НЕТ" беззаконию!!!" "Требуем суда над преступниками!!!" "СУД!!!" На другой стороне, у меня за спиной, была точно такая же толпа, которую отделяла от нас цепь невооруженных и ничем не защищенных миротворцев. - Так-так, - задумчиво сказал Тласгахар. - А это еще что? - Протесты... Против нас, - ответил я ему. - Касательно вчерашнего, как я могу понять. Вряд ли они знают про то, что произошло ночью. - Хе, это точно, иначе было бы еще больше плакатов, - по голосу полковника я мог понять, что это была шутка. - Надо бы проследить, что там впереди будет, - заявил Алтанзор, после чего встал со стола и, взяв себе что-то, напоминающее кексик, отправился к кабине водителя. Я решил последовать за ним. Тласгахар присоединился. Алтанзор открыл дверь и вошел внутрь, а я встал в проеме вместе с полковником. Впереди все еще простиралась дорога, ведущая Дому Губернатора, и по обе стороны от нее находились толпы народа с плакатами, которые сдерживались миротворцами. - Одного понять не могу, - заявил Тласгахар. - Зачем эти миротворцы стоят там вообще, если у них нет ни брони, ни хотя бы дубинок? Их же кто-угодно с арматурой в руках сметет. - Местные правоохранительные органы не отличаются... умом, - заявил Алтанзор. - Они вообще мало к чему пригодны, как я смог... Прим-комиссар резко прервался. Я увидел, как на дорогу впереди выскочила фигура человека с плакатом. Он пробежал первую линию и встал у нас на пути, после чего высоко поднял плакат над головой. "Ой дурак..." - пронеслось у меня. В толпе же, тем временем, была видна потасовка - судя по всему, кто-то еще пытался прорваться на дорогу. - Неожиданно, - заявил Алтанзор. К счастью, там был всего лишь один человек. Его еще можно было объехать. В этот момент расстояние сократилось достаточно, чтобы я смог прочитать надпись на плакате, выведенную черными жирными буквами. "СТОП БЕСПРЕДЕЛУ ГВАРДИИ!!!" Вдруг к мужчине подбежал еще один человек, поднявший над головой плакат с надписью "Виновных к суду!". Потом еще один, и еще. Немного сместив взгляд, я увидел, как через отбойник продолжали лезть люди, которые быстро подбегали и становились в один ряд, перекрывавший дорогу. - Что и следовало ожидать, - произнес Тласгахар. - От этих миротворцев никакого толку. Довольно быстро толпа превратилась в единую цепь, после чего все люди стали садиться на асфальт, держа перед или над собой плакаты с различными надписями. - Ну тупые... - заявил Тиргарот. - И на что они надеятся... - Не останавливаться, - холодным голосом приказал Алтанзор, посмотрев на водителя. - В-в смысле не останавливаться?! - испуганно спросил водитель. - В таком. Это приказ - не останавливаться, - с еще большей требовательностью повторил прим-комиссар. - Д-да какой приказ... - Мой приказ. Не подчинишься - расстреляю. Рука Алтанзора легла на кобуру с лазпистолетом. Водитель с дрожащей губой посмотрел на него, а затем вновь на дорогу. - Б-блять... - только и смог прошептать он. Я понимал - этих людей на дороге сейчас раздавят. Как и в прошлый раз. И тут уже ничего не выйдет сделать, Алтанзору я точно не указ. Расстояние быстро сокращалось, а толпа становилась все больше - миротворцы все никак не могли справится. - Они... Они не уйдут! - начал водитель, смотря то на прим-комиссара, то на дорогу. - Их выбор, - прозвучал ответ от Бьюгара. - Не останавливаться. - Да чтоб вас! - с нескрываемым отчаянием сказал водитель, после чего ударил по рулю. Сразу же прозвучал глухой гудок, который на улице явно звучал куда громче. Однако, реакции не было. Никто не уходил. Наоборот, к толпе присоединялись все новые и новые люди. - Уйдите вы, блять! - крикнул водитель и вновь кулаком ударил по рулю. У него уже чуть ли не истерика началась. Оставалось где-то метров пятьдесят. Это притом что мы гнали на ста километрах в час. Водитель не отпускал кнопку на руле, но на гудок толпа не реагировала... - Да ну нахуй! - не выдержал он, после чего обе его ноги дернулись. Сильнейший толчок впечатал меня в торпеду кабины, прямо на правую руку. Голова правой стороной врезалось в окно. На меня следом тут же упал Тласгахар. Все внутри и снаружи запылало резкой болью. Алтанзор приземлился вместе со мной. Сзади послышался женский визг стюардов. Автобус начал быстро тормозить. Еще один толчок. Сзади. Послышался металлический скрежет. Меня словно потянуло назад, но я смог удержаться ногами. - Ах ты ж мразь трусливая! - прокричал Алтанзор, пытаясь встать, пока водитель уже пытался отстегнуть себя и вылезти через дверь. Рукой он быстро достал пистолет, приставил дуло вплотную к голове мужчины и нажал на спуск. Вспышка - и его тело резко обмякло, на голове появилась пропаленное отверстие с обугленными краями, из которого начал идти дым. - Мразь... - прим-комиссар буквально шипел. - Трусливая мразь... Я увидел, как толпа начала вставать и окружать автобус. Послышались глухие множественные стуки - похоже, по корпусу били руками. Алтанзор же быстро схватил водителя за одежду, поднял его и отдал мне. - Выкинь пока в салон, - приказал прим-комиссар, что все же пришлось сделать. Перехватив тело, я кое-как развернулся и кинул его внутрь автобуса. - А-а-а-а!!! Одна из стюардесс автобуса завизжала, увидев меня с трупом. - Заткнись, блять! - приказал Тласгахар. Стюардесса развернулась и побежала назад. В это же время Алтанзор сел на место водителя и начал пытаться разобраться с управлением. - Всем внимание, - заявил он по воксу. - Засады нет, но будьте начеку. Сейчас продолжим путь. За окном неожиданно возникла женщина с черными короткими волосами, которая рукой начала обливать лобовое стекло чем-то белым из большой пластмассовой банки. Кажется, это был клей. - Ладно... Три педали... Коробка со сцеплением... Некоторые вещи не меняются... - говорил Алтанзор явно сам с собой. Момент - и на лобовом стекле появился плакат с надписью. "МЯСНИКОВ ПОД СУД!!!" Автобус резко тронулся, от чего меня снова резко повело назад, но я все же смог удержаться. - Так... Это у нас движение... Поехали. Бьюгар вновь нажал на газ, и автобус начал резко двигаться вперед. Люди, что стояли у автобуса, начали отходить назад, а затем - все же пропускать нас, продолжая при этом барабанить по корпусу. Мы довольно быстро набрали скорость, но женщина по ту сторону водительской двери все равно продолжала находиться у нас на капоте. А через несколько секунд она и вовсе начала бить чем-то металлическим по окну, пока ее лицо было наполнено злостью. Окно резко лопнуло, разлетевшись на крохотные осколки, что посыпались в салон. - Блять! - вскрикнул Алтанзор, отшатнувшись от окна, из которого послышался звук сквозняка, движения шин по дороге и криков толпы. - Останови автобус, ублюдок! - крикнула злобно и одновременно испуганно женщина, начав бить прим-комиссара по руке. Ничего не говоря, тот навел на нее лазпистолет, который все еще держал в руке, и выстрелил. Промелькнула алая вспышка, я увидел, как луч попал прямиком под нос женщине, и она резко упала, скрывшись из виду. - Боже-Император, что за ебанутые люди... - злобно рыкнул Алтанзор, держа руль и держа скорость в пределах пятидесяти километров в час. Я не нашел, что ответить. Было печально видеть, как еще два человек погибло. Да, первый нарушил приказ, а вторая вообще напала, но от этого их смерти не становились чем-то хорошим и приятным. Минуты через три мы въехали в просторный район, в котором находился только Дом Губернатора, окруженный парком. И весь этот район сейчас был забит людьми. Гигантская толпа тут выглядела словно однородная масса, настоящее кричащее море людей, у каждого из которых был какой-то плакат, призывавший к суду над нами. И от нас ее отделяла цепь из миротворцев, как и на трассе. По всей видимости, сюда стянули значительные их силы. Правда, было уже понятно, что о безопасности тут нечего и говорить, потому что толпа могла без проблем справиться с ними просто за счет количества, банально кулаками. - Мда... Вот же людям делать нечего, - Тласгахар не особо скрывал своей брезгливости. - Ведь дождь им не помеха... Подобный факт был немаловажным. Все же раз люди вышли, значит, им было до такой степени не безразлично происходящее. А это намекало на то, что проблемы у нас могли только усилиться. - Да и ладно, нам бы теперь бы заехать нормально... - ответил Тласгахару Алтанзор, уже переключавший передачи на более низкие. Через минуту мы подъехали к повороту, который как раз вел к Дому Губернатора. Бьюгар приостановился, от чего крики толпы стали еще более отчетливыми, и начал быстро крутить руль, благодаря чему автобус начал заворачивать вправо, кое-как попадая в поворот. Правда, не до конца. Автобус слегка въехал в толпу, что стояла слева. Люди начали разбегаться. - А вот за это извините, конечно... - теперь голос Алтанзора звучал искренне виновато. - Ну хоть не раздавил никого... "Да уж, спасибо на этом..." - иронично подметил я. Толпа впереди также разбегалась. Бьюгар кое-как все же исправил положение и смог выровнять автобус, после чего заехал на территорию Дома Губернатора. С внутренней стороны территории вдоль забора тоже была плотная цепь из миротворцев... И тоже без всякой защиты и оружия. Подобное доверие к толпе меня удивляло. - Так, теперь бы завернуть... - Алтанзор начал заворачивать по кругу, чтобы уместиться возле входа. - Ладно, клумбы раздавленные - это еще ничего. Фраза меня... удивила. Каким образом можно было беспокоиться о клумбы, когда ты только что убил двоих человек? Мне это было решительно непонятно. Видимо , я недостаточно комиссаристый комиссар. Наконец, автобус остановился, и Алтанзор, найдя ключ, заглушил мотор. - Фух, двадцать лет за рулем не сидел, а все равно руки и ноги помнят! - восторженно заявил Бьюгар, вставая с места водителя. - Раз мы целы, то поездка удалась! - с весельцой ответил своему комиссару Тласгахар. Алтанзор, немного посмотрев на панель управления, нажал на кнопку и этим открыл нам дверь. - Прошу всех на выход,- заявил он и я первый вышел на улицу, под звуки скандирующей толпы. Тот факт, что я был в домашней одежде, меня не сильно волновал. Все равно все мундиры или утонули, или были в отеле. Взволнованный Кальцинсет стоял на входе, потому я и все остальные сразу же направились к нему. - Приветствую, губернатор, - сказал Алтанзор спокойным голосом, когда мы все скрылись от дождя. - Прим-комиссар, вы можете объяснить, что происходит? - спросил губернатор напряженным голосом. - Мне только что сообщили, что вы убили человека! - Да, за нападение на меня, - ответил как ни в чем не бывало Бьюгар. - И еще водителя расстрелял, за трусость. Губернатор ошарашенно уставился на прим-комиссара, вздохнул, чтобы что-то сказать, но запнулся. - За клумбы, кстати, извините, я не умею водить автобусы. Планетарный губернатор, запнувшись от столь неожиданного извинения, кое-как пришел в себя, пока к нам уже подошли все остальные, ехавшие другими автобусами. - Просто идемте внутрь, - кое-как выдавил он из себя, развернулся и направился по коридору вперед. Быстро и молча мы добрались до переговорного кабинета, где нас уже ждал полковник Шеркин. - Приветствую, господа, - сказал тот, когда я сел, почувствовав блаженство по всему уставшему телу. - Слышал, дорога была неспокойной. - Не без этого, но потерь никаких нет, так что нормально, - ответил ему Алтанзор, садясь на свое место. - Рад слышать, - кивнул Верманд, после чего все посмотрели на губернатора, который сейчас единственный стоял, оперевшись руками на стол. - Я просто в шоке от происходящего, - прошипел он. - Вы только что убили одного из них на глазах у тысяч людей. - Она напала на нас, я имел полное право это сделать, - Бьюгар пожал плечами, на что Кальцинсет недовольно скривился. - А водителя вы за что убили? - Он резко затормозил, отказавшись давить толпу, что вышла на дорогу. Наказание за трусость и неподчинение приказу - расстрел. - Он не военный, чтобы вам подчиняться. - Любой гражданский обязан неукоснительно подчиняться приказам Комиссариата, - со стальной твердость заявил Алтанзор. - Как я понимаю, Арбитрес до сих пор не откопало в своем архиве необходимые документы? - Поиски все еще идут, прим-комиссар, - подтвердил маршал Грымт-Цамис спокойным хриплым голосом. - Советую вам ускориться, иначе поисками займемся мы, - раздраженно заявил Алтанзор. - Я не приемлю угроз, прим-комиссар, - глава Арбитрес явно попытался сделать голос суровым, но у него ничего не вышло. - Я не угрожаю, а констатирую факт - если понадобится, то поисками в ваших архивах займемся уже мы. Потому что мне совершенно не нравится то, как медленно вы работаете, - а вот теперь прим-комиссар сделал свой голос по-настоящему жестким и угрожающим. - С этим потом разберемся, - встрял губернатор. - Теперь о ночном инциденте с Пятнадцатым Верлонским Полком. Вы уже нашли виновников в убийстве гражданских? Все посмотрели на меня. Состояние у меня было уже ни к черту - еще хуже, чем утром. Тело ломило, голова трещала, клонило в сон, горло першило, еще потеть начинал все сильнее. Однако надо было держаться. - Именно у вас мы и собирались узнать их имена, губернатор, - сказал я, на что он ошарашенно вспучил глаза. - Я-то тут причем? Это ваши гвардейцы убили семерых гражданских! - губернатор злобно на меня посмотрел. - И я требую выдать их для суда! - Гвардейцы не несут ответственности за произошедшее, - заявил я, на что Кальцинсет чуть было не задохнулся, покачав головой. - Это в каком вообще смысле? - злобно и одновременно с недоумением спросил он. - Лагерь находился в состоянии боевой тревоги, о чем свидетельствовали звуковые и световые сигналы, которые ночью было невозможно не увидеть. Несмотря на это, гражданские все равно продолжили движение. Гвардейцы имели право открыть огонь. - Вы что, издеваетесь?! - прогремел крик губернатора. - Во-первых, не стоит повышать на меня голос, губернатор, - заявил я. - А во-вторых, я лишь констатирую факты. Планетарное руководство должно было провести просветительскую работу с населением - это записано в директивах Администратума. И именно из-за того, что этого не было сделано, люди не знали, как себя вести, продолжили движение и погибли. Потому ответственность за их гибель лежит не на гвардейцах, а на том, кто был ответственен за установку наших лагерей. Губернатор опустил голову и покачал ею из стороны в сторону. - Это какой-то бред... - проговорил он с закрытыми глазами. - Нет, не бред, - сказал я. - Я признаю, что произошла трагическая случайность. Гвардейцы-ульевики, ничего не знающие про атмосферные явления, испугались грома с молнией, подняли тревогу, подумав, что происходит нападение, и расстреляли два автомобиля, которые приняли за противника, а гвардеец, который отвечал за тревогу, покинул пост без разрешения и не взял с собой вокс, в следствии чего тревога не была отключена вовремя. Губернатор резко поднял голову и посмотрел на меня. - То есть именно он виновен во всем это? - Отчасти - да, - кивнул я, не став юлить. - Не отчасти. Именно он виновен в гибели людей, раз он не отменил тревогу. - Если бы с гражданскими была проведена просветительская работа, то трагедии не случилось бы даже с невыключенной сиреной. Да, гвардеец наказание понесет - его ждет казнь. Но среди планетарного руководства тоже есть виновные в этом инциденте. И вы обязаны предоставить его или их имена. - Мы должны провести суд... - уже более спокойным голосом произнес Кальцинсет. - Над гвардейцем и... - Исключено, - перебил я его. - Имперская гвардия вне планетарной юрисдикции. Виновные из вашей администрации также будут осуждены нами и казнены. - В-вами? - удивленно спросил губернатор. - Вы-то тут причем? Вы - не суд. - Комиссары уполномочены судить гражданских, если те повинны в каких-либо преступлениях против Империума. Действия тех, кто ответственен за гибель гражданских, подпадает под статью о некомпетентности. Приговор - расстрел. - С этим... понятно, комиссар Мерцелиус, - все же кивнул Кальцинсет. Первый вопрос был решен. - Теперь, что касается инцидента с лагерями и особенно - лагерем первого и второго батальона Пятнадцатого Верлонского полка, - продолжил уже Алтанзор. - Нам нужны имена всех тех, кто ответственен за организацию лагерей. Все они будут казнены. - П-послушайте, вначале необходимо провести суд... - начал губернатор. - Мы и есть суд, - ответил тому прим-комиссар. - Наше слово уже равнозначно приговору, а раз приговор выдан, значит, судебное разбирательство уже проведено. Глава планеты посмотрел на Бьюгара так, словно тот сказал какой-то бред. - Как это вообще работает? - спросил он, после чего вновь опустил голову и покачал ею из стороны в сторону. - Хорошо, мы составим список, но... Я не могу выдать этих людей сейчас. Пока ваши полномочия не будут подтверждены, я не собираюсь выдавать вам кого-то для казни. И тут попрошу меня понять. Речь идет о жизнях людей. Рисковать ими, надеясь, что ваши полномочия подтвердятся и не будет совершено фатальной ошибки, я не собираюсь. Можно было понять Кальцинсета. - Лично я считаю подобное приемлемым, - сказал я, посмотрев на Алтанзора. - Как и я, - вторил мне Шеркин. Несколько секунд Бьюгар думал. - Хорошо, - все же согласился он. - Однако именно на вас будет лежать ответственность за то, что все виновники будут пойманы и предстанут перед Комиссариатом. Если хотя бы один из виновников сбежит - отвечать вам, губернатор. Глава планеты нахмурился. - Хотите сказать, что казните меня, если кто-то из виновников сбежит? - Именно, - сразу же ответил ему Бьюгар. - Что ж... С этим понятно, - губернатор наконец-то сел на свое место. - Теперь я бы хотел обсудить с вами происходящее на планете. Ваши действия, как вы уже могли заметить, спровоцировали серьезные волнения среди гражданского населения. Они требуют вашего ареста и судебного разбирательства после вчерашнего инцидента. А сегодняшний еще сильнее все усугубит. - Да, эти гражданские уже доставляют серьезные проблемы, - заявил прим-комиссар. - Уже и проехать к вам нельзя без приключений. Разгоните их побыстрее. Глаза губернатора в который уже раз распахнулись, а его лицо изобразило искренний шок. - Я же вам уже сказал - нельзя разгонять протесты! Это незаконно! - Я еще мог понять, почему вы не разгоняете протесты в день нашего приезда - там хоть людей было немного и они вели себя адекватно. Однако сейчас один из протестующих уже буквально напал на нас. И в этом, к слову, как раз вина планетарного правительства. - В каком это смысле?! - с возмущением спросил губернатор. - Мы-то тут каким образом замешаны? - Ваши миротворцы не имеют никакого вооружения для усмирения толпы. Ни стабберного оружия, ни гранат, ни газов, даже холодного оружия никакого. Да что уж там, у них даже брони нет никакой. - Боже-Император Любящий, да что за вздор вы несете?! - ответил Алтанзору губернатор с еще большим возмущением. - Миротворцы не носят оружие на мирном протесте! Никакое! Им оно там и не нужно! - Да, и после этого какие-то психи выбегают на дорогу и пытаются атаковать нас, - парировал Бьюгар с неприкрытым сарказмом в голосе. - Мне не важно, носят у вас миротворцы оружие или не носят, но безопасность нашего движения - это ваша ответственность. Всех, кто будет выбегать на дорогу, мы будем давить, а всех, кто атаковать автобусы - расстреливать на месте. Это понятно? Эти двое явно жили в разных вселенных... - П-послушайте, не надо никого расстреливать, - начал глава планеты. - Это просто машпрот. Машинный протест. Да, он может быть иногда неприятен, но он не несет какой-либо угрозы. - Та женщина наклеила на лобовое стекло плакат, чем перекрыла обзор. Как мне ехать в таком случае? - спросил Алтанзор, как вдруг министр миротворчества схватился за телефон и посмотрел на его экран. - Прошу прощения, это срочно, - обратил он к нам, вставая со своего места. - Конечно, - кивнул губернатор. Министр быстро вышел из кабинета, а Кальцинсет снова посмотрел на нас. - В общем-то... Смысл машпрота как раз состоит в этом - не дать машине уехать и заявить свой протест. - Попытка остановить транспорт Комиссариата равнозначно препятствованию деятельности его представителей, - словно лектор сказал Бьюгар. - Наказание за это - расстрел. - Да почему вы вечно всех хотите расстрелять?! - буквально взорвался губернатор. - Это. Не. Мое. Желание. Это. Закон! - прим-комиссар буквально чеканил каждое слово. - Боже-Император... - выдохнул Кальцинсет, как вдруг в кабинет вернулся Алсагат. - Господа, прошу прощение, что перебиваю, но у нас серьезная проблема, - все посмотрели на министра. - Нашелся дезертир из Верлонского полка. Он взял в заложники десять человек на заправочной станции. Включая трех детей. "Да блять..." - Боже-Император Любящий... - губернатор и остальные сложили руки аквилой. - Его попытались обезвредить, но он открыл огонь из лазгана. Потому с ним начали переговоры. Он требует комиссара Мерцелиуса. Иначе угрожает убить всех. - Так возьмите его штурмом, - с некоторым недоумением сказал Алтанзор, обратив на себя всеобщее внимание. - Он ведь там один совсем. - Там ведь заложники! - как само собой разумеющееся громко сказал Кальцинсет. - Тут согласен, риск все же сильно большой, - заявил я, вставая. - Лучше мне поехать. Во всяком случае, может, удастся его убедить сдаться. - Ладно, ваше право, - Алтанзор вальяжно махнул рукой. - Мы тут пока с другими делами разберемся. - Удачи, комиссар, - напоследок сказал мне Шеркин. Остальные комиссары и полковники повторили за ним. - Я отправляюсь с вами, - заявил Алсагат. - Окажу помощь, какую смогу. - Буду признателен. Мы оба вышли из кабинета и быстро направились к выходу. Ситуация складывалась опасная. Очень опасная. На кону стояли жизни людей. И надо было сделать все, чтобы спасти их.