Твердость решений

Комиссар Августин Мерцелиус

Дождь лил, как из ведра, вся одежда была насквозь мокрая, капли били по лицу, иногда заливая глаза, а от ветра все живые части тела моментально коченели, но я не обращал внимание на все это, продолжая мчать вместе с гвардейцами вперед. По всему лагерю уже снова бегали солдаты, вызванные новой тревогой. Все опять бежали в сторону арсеналов, но на этот раз там им выдавали каски с воксами, чтобы можно было нормально ими командовать. Там же они получали ящики со всем необходимым, после чего им поручали перенести все это из лагеря в чисто поле, на другую сторону от трассы. Работы было много. Чудовищно много. С ранеными проблем не было - их быстро вынесут из двух лазаретов, туда даже не успеет вода прийти. Но в лагерных складах хранилось оружие на два батальона и боеприпасы для них же на десять суток активных боестолкновений. А это сотни тысяч батарей, десятки тысяч гранат, "Мясники" с патронами для них, тяжелые болтеры, мультилазеры, болт-винтовки, мельты... Да, если все это немного подтопит - то это еще ладно, выкидывать не придется. Но вот если все это утонет полностью, то вот тогда была серьезная угроза, что оно просто уплывет вместе с течением реки. И тогда иди найди хотя бы, не говоря уже про то, чтобы выловить. И пускай это все можно было заменить при потере (кроме каких-нибудь мельт), да и мы не находились в зоне боевых действий, но за подобную утрату нам потом могли предъявить, причем довольно сильно. В том числе и мне лично, чего мне точно не хотелось. Еще хуже дела обстояли с медикаментами на каждый из батальонов. Антибиотики, антивирусные, иммуноусилители, регенераты, антионкологические, антипсиотики и еще куча всего разного и очень важного. Все это было рассчитано на десять суток активных боев. И все это тоже надо было спасать. Хотя бы регенераты и антипсиотики, за которые Муниторум выебет по полной и никакое звание комиссара мне тут уже не поможет. Если только в качестве смазки. Потому надо было торопиться. Один арсенал уже был затоплен, как нам докладывали, до икр, что уже говорило о многом, и ситуация быстро ухудшалась. Неудивительно, с таким-то ливнем. Но сперва надо было с другим разобраться - моя палатка. Там уже хранилась документация касательно всей той работы, что я сделал за вчерашний день, раздавая указания и наказания, плюс куча ответов от кадетов и младших. Не спасу это, имея возможность, вполне могу получить третий выговор. Как минимум, Алтанзор подаст прошение на это комиссар-капитану, который должен будет прилететь с Кемакрю. И не факт, что с ним не согласятся. Плевать, что там ничего важного, по сути, и не было - самого факта оставления документов уже могло хватить. Не стоило так рисковать. Я бежал как можно быстрее, стараясь не огрести в снующих гвардейцев, при этом и сам пытаясь не столкнуться с кем-то из них. - С дороги! - орал я попадавшимся на пути гвардейцам. - С дороги! Расступись! "Быстрее... Быстрее... Быстрее..." - твердил я сам себе, пытаясь бежать так быстро, как только вообще возможно. Нужно было торопиться. Каждая минута на счету, потому что вода медленно, но верно шла дальше в лагерь. В небе вновь блеснула молния, осветив тучи на небе. За ней, сквозь неутихающую сирену, прозвучал гром, но на него уже никто не обращал внимание. - С дороги! - продолжал говорить я, порой даже размахивая руками, отталкивая тех, кто мне мешал. Наконец-то, я все же добрался до своей палатки. Вбежав в нее, я быстро добрался до сейфа, который заблаговременно мне поставили, ввел нужную комбинацию цифр, открыл дверцу и начал быстро вытаскивать оттуда все документы, которые успели накопиться за день, плюс те, что были переданы кадетами и младшими комиссарами. - Так, слушайте внимательно, - сказал я, обращаясь к двум своим караульным, кладя папки на стол. - Берите документы и уходите из лагеря, после этого ждите меня за трассой, сюда больше не возвращаетесь. Пока не приду, вы никому более не подчиняетесь, даже если сам полковник прикажет. Исключение - только если кому-то надо будет медицинскую помощь оказать. Если совсем припрет - документы уничтожить. Любым способом, главное, чтобы были нечитабельны. Все понятно? - Да, господин комиссар! - произнесли оба солдата. - Тогда забирайте. Положите себе под броню, хоть не так сильно намокнут. Гвардейцы быстро исполнили приказ, запихнув все папки себе под нагрудную часть брони, после чего быстро убежали из палатки, в то время как я, не теряя больше времени, выбежал под дождь и рванул со всех ног в южную часть лагеря. Бежать пришлось минут десять. За это время лагерь в какой-то мере успокоился. Насколько я мог видеть, большая часть солдат уже выбежала из палаток и прибыла к арсеналам, ожидая, пока им выдадут каски или же ящики с оружием. Толпы там были огромными, минимум в несколько тысяч человек, но тут уже ничего нельзя было сделать - слишком много людей, чтобы все сделать быстро. Я же продолжил бежать дальше, оббегая гвардейцев, среди которых начали попадаться те, что уже тащили ящики с батареями от лазганов. Правда, быстро стало понятно, что подобное не сильно эффективно. - Все сюда кладите! - крикнул я, указав рукой на землю, при этом активировав вокс. - Собирайте все в кучу и возвращайтесь на склад, так быстрее будет! - Есть! - крикнул один из гвардейцев и быстро положил ящик на слякоть, в которую превратилась земля в лагере. После этого он быстро убежал обратно на склад, а на него место встал еще один, который также быстро положил ящик рядом с первым. Затем в кучу положили третий и четвертый. - Всем внимание! Говорит комиссар! - громко сказал я на свободном канале, чтобы меня могли услышать ближайшие ко мне люди с воксом. - Те, кто свободен, забирайте ящики с кучи и тащите метров пятьсот, потом оставляйте, там кто-то еще заберет, пока не сделаем цепь! В ответ последовали кучи подтверждений получения приказа, потому я быстро побежал дальше - мне необходимо было добраться до самого дальнего склада, что находился на южном краю и который, скорее всего, уже был затоплен достаточно сильно. Там нужны были люди, как можно больше людей - и тут мог помочь я со своей аугментикой. Все равно от меня, как от комиссара, толку было сейчас немного. Солдаты не паниковали, а когда у них будут воксы, то уже не будет проблем с их управлением. Внезапно, стоило мне оббежать очередного гвардейца, я увидел, что передо мной резко стало мало людей. Под ногами послышалось хлюпанье, а ноги ощутили, как все вокруг них стало плотнее. Я резко остановился. Передо мной оказалась водная гладь, которая сейчас бурлила от падающих на нее капель дождя. Люди, что были в воде и уже имели на головах каски, пытались бежать, неся в руках ящики с боеприпасами или лазганами. "Ох ты ж блять..." - подумал я про себя, осознавая, насколько сейчас все было плохо. Ситуация была серьезной. Очень серьезно. Пройдя еще немного я, ориентируясь на свою карту, которую мне прислали днем, свернул направо, начав идти через ряды палаток. Так я серьезно мог сократить дорогу до нужного мне склада. Идти стало тяжелее. Не только из-за самой воды - металлические ноги довольно сильно погружались в затопленную землю, да и мой увеличенный вес влиял на это. Среди палаток было пусто. Солдат тут уже никаких не было, из-за чего лагерь выглядел, словно заброшенный, несмотря на то, что всего в нескольких десятках метров была целая толпа солдат, стоящих в очереди в арсенал. Пройдя один ряд уже затопленных палаток, а затем второй, я вышел на еще одну широкую дорогу, где также уже не было никаких людей. Завернув влево, я быстро направился на юг, отклоняясь вправо. Дальше нужно будет повернуть, пройти еще ряды, снова налево и прямо, потом направо. И так, пока не дойду до арсенала... Чем дальше я шел, тем выше становилась вода. Стопы уже были полностью уходили под нее вместе с частью голени. Из-за этого приходилось поднимать ноги все выше и выше, от чего быстро уставали бедра, пресс и спина. К тому же, ноги стали куда сильнее погружаться в землю, из-за чего каждый раз приходилось вытаскивать ноги из своеобразной трясины. - Давай, Августин, давай...- говорил я сам себе, изо всех силы пытаясь не сбавлять темп. Снова поворот направо, два ряда палаток, затем - новая дорога между рядами. Судя по карте, тут уже были палатки офицеров, от старших лейтенантов до старших капитанов. Поворот налево - и я бегу прямо. Ткань на входе одной из палаток, метрах в семи от меня, резко открылась... Оттуда на свет ярких белых ламп вышел мужчина-вильярец с двумя увесистыми вещмешками на спине и начал пытаться пробираться через водяную толщу. За ним вышел еще один, тоже вильярец, и тоже с двумя мешками. - Давай... - начал громко кричать первый, завернув в мою сторону, но в тот же он заметил меня и вздрогнул, а затем замер. Второй тоже остановился и повернул голову в мою сторону. Губы первого зашевелились, явно произнеся одно слово, но голоса я не услышал из-за дождя и звуков воды. Мы замерли, начав смотреть друг на друга. Было понятно, что происходит. Почему двое этих мужиков в пустом лагере, когда все уже ушли на склады, а у них на спинах по два вещмешка. Мародеры. Решили воспользоваться ситуацией. В темноту, в дождь, пока все другие заняты, никто их даже не заметит. "Ублюдки..." - произнес я мысленно, чувствуя злобу на этих двоих и уже понимая, какое наказание для них будет. В этот момент первый мужик сбросил оба вещмешка прямо в воду, нагнулся и достал из сапога нож, взяв его в боевой хват лезвием вверх. Второй, немного замешкавшись, сделал также. "Блять..." - пронеслось у меня в голове. Ситуация была скверная. Их двое. Огнестрела у меня не было, охраны - тоже. Люди, которые могут меня услышать - далеко, не сразу найдут и не сразу прибегут по воде. Даже убежать не было возможности - ноги слишком сильно вязли в земле из-за своей формы. А убегать эти уроды явно не собирались. У них был теперь один выход - убить меня. После этого никто ничего не узнает о том, что здесь произошло. Через секунду первый начал идти вправо, пока второй оставался на месте. Пытались окружить. Мысленной командой я быстро переключился на чрезвычайный режим. - Нападение на комиссара!- прокричал я. - По маяку! Первый ринулся в атаку. Второй пошел за почти одновременно. Началось. - Подкрепление в пути, господин комиссар!!! - прозвучал взволнованный громкий крик у меня в ухе, но я не обратил на него внимание, сосредоточившись на двух ублюдках. Оба приближались не сильно быстро, но было понятно - столкнуться придется с обоими сразу. Как можно быстрее, напрягая ноги до максимума, я начал уходить влево и назад, чтобы можно было разобраться только с первым. Пару секунд и у первого получается добраться до меня. Нож описывает дугу в районе горла. Правой рукой пытаюсь перехватить руку мародера с ножом, но тот успевает отвести ее. Лезвие бьет по руке, издав лязг, что оказался почти неслышимым под шумом дождя. Второй мародер уже обошел первого и тоже попытался атаковать меня справа. Мгновение ожидания - и я резко поднимаю правую ногу, целясь ему в живот. Тот резко останавливается, отклоняется назад, теряет равновесие и начинает падать. Первый вновь атакует, пытаясь зайти мне в левый бок. В последний момент все же успеваю направить и на него правую руку, в попытке схватить, но он резко отскакивает от меня. Не вышло. С трудом, но получается вытащить левую ногу из грязи. Стало понятно, что бить ногами опасно. Если я увязну слишком сильно, это могло стоить мне жизни. Быстро оборачиваюсь и вижу, как второй пытается встать. Это был шанс. Нужно было только ударить его ногой, и для него все будет кончено... Первый вновь атакует. Согнувшись, он пытается ударить в ножом в живот. Ударить уже не успеваю, потому лишь отскакиваю, одновременно пытаясь рукой перехватить нож, но ублюдок успевает его увести. Почти сразу - замах ножом вверх. В горло. Резко увожу корпус назад, пытаясь поднять руку как можно быстрее для своего удара. Нож проносится перед глазами, а рука промахивается. Мародер отскакивает назад. Понимал, какую угрозу несет ему аугментическая рука. Резко оборачиваюсь. Второй уже успел встать из воды, но вместо того, чтобы атаковать, он начал меня обходить по часовой стрелке, держа дистанцию в два метра и в любой момент готовый атаковать. Первый последовал его примеру и тоже начал меня обходить. Оба мародера теперь теперь кружили вокруг меня друг напротив друга. Я встал к ним обоим боком - левым к первому и правым ко второму, медленно поворачиваясь на месте, чтобы обоих держать в поле зрения. Уроды ждали, пытались подхватить момент. И было понятно - если атакуют снова одновременно, то будет сложно их отбить. Кто-то да сможет всадить нож в незащищенный живот или того хуже, в горло. Надо было действовать. Атаковать первым. Вот только стоило мне атаковать одного, второй сразу же придет на помощь. Тогда точно смерть. Нужно было выиграть время. Всего пару мгновений у одного, чтобы успеть разобраться с другим. Один на один я уже справлюсь. Идея пришла быстро. Странная. Рискованная. Не дающая никаких гарантий. Но единственная, которую я мог воплотить в жизнь. Правая нога резко поднялась и устремилась вперед, поднимая ворох брызг на первого мародера. Тот дернулся и прикрылся руками, отскакивая еще дальше назад. Сработало! Резко поворачиваюсь назад. Второй ублюдок уже атаковал, пытаясь ударить ножом в живот. Правая рука успевает опуститься и схватить руку мародера за предплечье. Пальцы обхватывают его и сжимаются с максимальной силой, одновременно отводя его в сторону. Кости начинают ломаться, не выдерживая давления. Парень устремляется вперед, а я снова поднимаю правую ногу с максимально возможной скоростью, коленом ударяя его в живот. Затем быстро отпускаю руку, левой хватаю его за плечо и активирую клинок, после чего прикладываю его к горлу слева и отвожу руку назад. Металлическое лезвие быстро проходит по горлу мародера. Левой рукой толкаю его и он падает лицом в воду. Готов. Шансов у него не было. Я поднимаю взгляд, готовясь встретить первого мародера. Передо мной никого не оказалось. Только мокрые затопленные палатки, на которые были подвешены фонари и кабеля, а также бурлящая водная гладь. Внутри почувствовался укол паники. Неужели обошел уже? Глаза быстро начали бегать, пытаясь найти его. Справа - никого, тоже палатки, фонари и вода. Слева - палатки, фонари, вода и бегущая фигура... Вот он. Ублюдок, высоко поднимая ноги вместе с брызгами, на полной скорости бежал в сторону лежащих в воде вещмешков. Оказавшись рядом с ними, он подхватил два из них за ручки и начал быстро - насколько это вообще возможно - убегать восвояси. Все-таки решил сбежать. Что ж, подобный шаг выглядел самым логичным - раз друг погиб, то шансов победить меня уже нет, а вот сбежать можно было попытаться. Ловить его сейчас никто не будет. "Все равно отыщу, гнида..." - пообещал я мысленно. Пускай из лагеря он убежит, но дальше его найти можно будет без проблем, на планете ему спрятаться негде. Я вновь опустил взгляд, посмотрев на второго мародера. Тот, уперев руки в землю, кое-как встал на четвереньки, дрожа всем телом, но затем левой рукой закрыл горло. Понятно, что это было бесполезно. Но он все равно пытался цепляться за жизнь. Так он простоял пару секунд и потом рухнул на левую сторону, перевернувшись на спину. Вода мигом залила его перерезанное горло, начала заливать рот, нос и глаза. Почти сразу парень начал дергаться, захлебываясь водой. Его руки и ноги стали бить по воде, но довольно быстро они остановились. Еще несколько секунд ожиданий - и движения полностью прекратились. Жалости никакой я не испытывал. Какой-то радости от его смерти - тоже. Лишь удовлетворение от того, что это все закончилось. Я справился. Я выжил. Остальное было неважно. "Дурак ты, Августин..." - сказал я вдруг сам себе, оценив ситуацию полностью. Один, без щитов, оружия и охраны, направился в пустующий лагерь. Да уж, надо было еще додуматься, чтобы пойти на подобную глупость. Правда, в свое оправдание я все же мог сказать, что и подумать не мог нарваться тут на мародеров, которые попытаются обчистить офицерские палатки. Все же у меня было куда больше доверия к солдатам. Видимо, как бы я не старался, а ублюдки все равно найдутся. Вот, двое нашлись... - Господин комиссар! - вдруг услышал я чей-то громкий голос. Я обернулся на звук. Ко мне, немного забавно поднимая ноги, бежало целое отделение солдат во главе с кадетом. Все в простой домашней одежде, касках и с лазганами. Только на кадете еще был его мундир с эполетами и фуражка, чей золотой череп сейчас блестел под белыми лагерными фонарями. А все вместе они выглядели как толпа мужиков, решивших посреди ночи станцевать кан-кан. Кажется, безумие этой планетки начало заражать даже гвардейцев. Отвлекшись от этой внезапной мысли, я моментально запустил программу распознавания лиц. Пару секунд она не работала, выдавая "Невозможно опознать", но стоило парню подбежать ко мне почти впритык, как она все же его опознала. "Нагур Картихасат" - выдало мне. По имени и внешности сразу же узнался вильярец. - Господин комиссар! - вновь повторил кадет, остановившись передо мной и вытянувшись в струну вместе с десятью гвардейцами позади себя. - Комиссар-кадет Нагур Картихасат! - Вольно, господа! - ответил я, кивнув. - Все уже закончилось! Парень еще сильнее напрягся. - П-прошу простить, господин комиссар! Расстояние... - Отставить оправдания, кадет! Все нормально! - перебил я. Винить его в чем-то я не собирался. - Есть отставить оправдание! - выкрикнул Нагур. И даже не поглядел на меня ошарашенно, как прочие в подобных случаях - просто еще сильнее вытянулся, хотя, казалось, еще чуть-чуть, и он просто упадет назад от собственной прямоты. - Тут было два мародера!- начал объяснять я. - Попытались обнести палатки офицеров! Одного убил, второй убежал с двумя вещмешками! Вероятнее всего, сбежит из лагеря! - Прикажете догнать? Идея была, конечно, стоящей, но вот только фора у урода была уже достаточно внушительная. Его не догнать. А вот одиннадцать человек могли нам пригодится. - Нет, сильно далеко ушел уже! Идем к арсеналу, поможем все там! - Слушаюсь, господин комиссар! Не став больше медлить, я вместе с остальными направились в сторону самого южного арсенала. Чем дальше мы шли, тем хуже была ситуация в водой. Ее уже было по середину икры, из-за чего бежать стало совсем сложно. Поднимать настолько высоко ноги для бега было уже просто бесполезно - слишком сильно устанешь. Потому мы просто шли обычными широкими шагами, пытаясь пробираться через толщу. И через пять минут мы наконец-то достигли своей цели. Арсенал номер девять. От его огромной палатки уже шла длинная цепь гвардейцев, которые с огромной скоростью перекладывали ящики другу другу, перемещая их на север лагеря. Было понятно, где мы тут могли помочь. - Все в арсенал, будем подавать ящики!- приказал я. Благодаря аугментике, с этим я мог справится лучше других. Да и солдаты, как было видно, еще не выдохлись. Как можно быстрее мы добрались палатки арсенала, пройдя внутрь. Резко прекратил лить дождь, что уже было приятно. Правда, воды тут было еще больше - она почти доставала до колена. На самом складе, у которого подняли все стены, во всю работали гвардейцы, которые доставали из общей кучи ящики и отдавали их людям в цепи. И было отчетливо видно, насколько сильно они уже устали. - Двенадцать человек - отдохните пока! - крикнул я, идя к ближайшему гвардейцу с протянутыми руками. - Слушаюсь, госпо... - ответил мне кто-то, но я, не дослушав, взял ящик с батареями у гвардейца и отнеся его к солдату в цепи, который быстро передал его следующему. Развернувшись, я побежал к горе ящиков, схватил один из них и вновь побежал к цепи. Вернуться, забрать ящик, отдать ящик... Вернуться, забрать, отдать... Система быстро наладилась и я так быстро, как только физически мог, забирал ящики и передавал их. Правда, усталость все же брала свое. Все живые части тела горели огнем, особенно спина и бедра. "За это я кого-то точно расстреляю..." - произнес я про себя, отдавая очередной ящик солдату. Это ж надо было так организовать лагерь, чтобы его, блять, затопило в первый же ливень! Насколько вообще надо быть тупым дебилом?! Этот и еще многие другие вопросы возникали у меня в голове, однако я их откидывал. Сейчас было совсем не до этого. Счет времени я потерял быстро - уж слишком много было работы. Вот только ситуация у нас ухудшалась достаточно быстро. Вода поднималась. Причем поднималась не так уж и медленно. Колени у всех были полностью в воде. У меня она добралась уже до живых бедер, от чего стало еще холоднее, чем прежде. Еще какое-то время, и вода добралась до середины бедра. Ходить туда и обратно стало еще сложнее. Но что меня по-настоящему беспокоило - это течение. Оно постепенно усиливалось. Сейчас его еще можно было игнорировать, но сам факт, что оно все же появилось, мне уже не нравился. Не ровен час, как станет таким сильным, что сможет и людей смывать... "Быстрее надо..." - понял я. - Давайте, парни, ускоримся! - крикнул я всем. - Времени в обрез! Гвардейцы немного, но все же ускорились, однако было видно, как они выдыхаются. А заменить их было, по сути, некому - все были заняты, все пытались спасти этот проклятый склад. Ящик с мельтаганом. Ящик с батареями для мельтагана. Ящик с боеприпасами от "Мясника"... Один заменял другой и так по кругу. Но вскоре ситуация ухудшилась слишком сильно - вода дошла нам до пояса. Ходить уже приходилось с поднятыми руками, чтобы они не мешали, а ящики держать как можно выше. - Господин комиссар! - обратился один из солдат ко мне. - Слушаю! - ответил я ему, продолжая вместе с кадетом тащить ящик с мультилазером. - Вода слишком высоко! А нам еще из лагеря уйти надо! - заявил мне голос. Аргумент был достаточно весомым, если уж так подумать. Ведь мы находились на другой стороне лагеря. До противоположной нам два километра пешком, причем по пояс в воде и по слякоти под ногами. - Понял, ждите!- сказал я, после чего активировал канал с майором Веркисом. - Слушаю, господин комиссар! - Мы на складе девять! Тут воды уже по пояс! Ящиков еще много, но придется уходить, иначе потом поздно будет! - Понял вас, господин комиссар, - ответил мне с тяжестью в голосе майор. - Спасибо и на этом. На остальных складах ситуация не лучше, так что придется и оттуда уходить. Только с крайних еще продолжим эвакуацию, там вода невысоко. - Понял, тогда начинаем! Отбой! - канал связи отключился и я переключился на свободный канал, для связи с гвардейцами. - Всем отбой! Ящики, что в руках, передать по цепи и уходим! Солдаты зашевелились. Те, кто работал на складе, ускорились, быстро отдавали ящики и отправлялись на выход. Я отдал свой ящик, но остался ждать. Надо было проследить, чтобы проблем не было. - Быстрее, парни, быстрее! Не тормозите! - кричал я, махая руками. Один за другим солдаты отдавали ящики, пока, наконец-то, последний ящик с болтами для тяжелого болтера не отравился по цепи. - Все молодцы! Теперь уходим! Быстрее! - прокричал я и начал изо всех сил пробираться назад, в сторону северного края лагеря. Солдаты в цепи также начали уходить один за другим, стоило им передать ящик. Я не торопился, идя за солдатам позади и следя за остальными. Вильярцы вряд ли были хорошими пловцами, пускай у них и были на планете бассейны. - Давайте, парни! Двигаемся! В темпе, в темпе! - продолжал кричать я вместе с другими офицерами. В лагере ситуация уже стала катастрофической. Поверхность воды была заполнена различными вещами, вроде пластмассовой посуды, тканевых вещей и прочего. Хуже того - многие палатки сорвало с креплений, и они теперь плыли медленно по течению, преграждая нам путь. Из-за этого приходилось тратить время на то, чтобы просто их отвести от себя в сторону. Было тяжело. Усталость брала свое, так еще и вода, дошедшая уже до уровня пупка, была чертовски холодной, заставляя буквально дрожать. "Вот тебе и дождик, блять..." - комментировал я. Одновременно пришлось все же снять с себя мундир - он слишком сильно впитал воду и был уже заметно тяжелым. - Еще одна, внимание! - прозвучало от кого-то. Я осмотрелся, увидел солдата, что указывал пальцем вперед, а затем увидел плывущую скомканную палатку. Вместе с несколькими солдатами ее удалось отвести в сторону и продолжить путь. "Давай, Августин... Давай, блять... Еще немного..." - говорил я сам себе. Шаг за шагом, метр за метров, десяток за десятком мы все двигались вперед, скапливаясь во все более огромную толпу. - Блять, нас так запотопит к херам! - начал кричать кто-то в толпе. - Я плавать не умею! - Блять, говорил мне отец, запишись в бассейн! - Всем успокоиться! - произнес я громко по воксу. - Никто здесь не утонет! Мы все успеваем! Просто идите вперед и не останавливайтесь! И не говорите много, берегите дыхание! - Все слышали господина комиссара?! - прозвучал чей-то еще крик в стороне.- Без паники, идем вперед и помалкиваем! Давайте, в темпе парни, немного осталось! Солдат это все же успокоило, многие замолчали и все просто начали идти вперед, но вот у меня в мыслях было куда меньше повода для радостей. Я прекрасно осознавал свои проблемы. После всех аугментаций, что мне сделали, в личном медицинском деле прямо написано - не способен к плаванию. То есть я буквально камнем пойду на дном, мне никак не удержатся наплаву, как бы я не старался. А до Димы и его подводных походов мне далеко. Потому мне было необходимо как можно быстрее выбраться отсюда. Так быстро, как вообще возможно. "Дурак ты, Августин... Никак, блять, не научишься..." - начало мелькать у меня в голове. Я ведь понимал риски с самого начала. Понимал, чем это для меня грозит. И все равно я поперся в самый дальний склад, чтобы помочь и просто поддержать. Ведь кем я буду, если вот так всех брошу? Уж точно не человеком, который заслуживает уважения. Ни окружающих, ни своего собственного. Вода прибывала. Пускай мы отходили от реки, но вот за стихией никак не успевали. В итоге вода уже прошла мой пупок и все ближе подбиралась в грудной клетке. Становилось страшно. Немного. Совсем немного. Но все же страшно. Вдруг не успею? Вдруг вода поднимется раньше, чем я успею вылезти из нее, и в итоге утону? Кто сказал, что такого не может быть? "Блять, выжить на Акитосе, выжить на Вильяре, а погибнуть от дождя в херово расположенном лагере..." - пронеслось внутри осознание. Захотелось посмеяться. Мысль оказалась забавной. По-черному, но все равно забавной. Я даже улыбнулся. Чуть позже пришлось помогать себе уже руками, которыми я греб и пытался идти вперед, одновременно подгоняя парней, чтобы не обогнать их. Не хотелось, чтобы тут кто-то утонул. В очередной раз я радовался тому, насколько у меня хорошая была аугментика. Казалось бы, механика и электроника, а все равно работала превосходно даже в воде. Это обнадеживало и увеличивало мой оптимизм. Откажи они, совсем плохо стало бы. Хотя и иронично, что как раз ноги были самой тяжелой частью во мне и именно из-за них я мог пойти на дно. Но при этом всем я ощущал еще одно неприятное чувство, которое сейчас становилось все более сильным. Одиночество. Парней со мной рядом не было, так как я их отослал назад, чтобы они не выглядел слишком странно без оружия. От этого было странное ощущение... словно мне не на кого было положиться. Словно я был один. Пускай любой из солдат здесь мне поможет по первому же приказу, все равно было неприятно. "Больше никогда не будут с ними так расставаться..." - сделал я себе обещание. Да и они сами вряд ли позволят мне подобное, после того, как узнают, во что я умудрился в одиночку встрять. Я уже морально готовился к тому, что в мою сторону скажет Гихьян, причем обязательно в отсутствии детей. А уж что мне скажет Ниринта, даже представлять было страшно. Вновь улыбнувшись своим забавным мыслям, я продолжил шагать вперед. Воды уже было по солнечное сплетение. Судя по карте, нам оставалось еще немного, чуть больше пятисот метров до конца лагеря, а потом еще двести до дороги. Вроде не сильно-то и много, но преодолеть их будет явно непросто. Одно тут радовало - у нас до сих пор был свет. Генераторы, как я помнил из инструкций, были пригодны к тому, чтобы работать даже под водой, благодаря длинным трубам, уходящим вверх. А сами лампы висели на металлических опорах, вдолбленных в землю, благодаря чему их все еще не смыло. Даже думать не хотелось о том, что могло случиться, если бы тут что-то пошло не так. Окажись мы сейчас в без света, в полной темноте, по пояс в воде, то шансов выбраться было бы куда меньше. "Обязательно наградить всех причастных..." - сделал я себе мысленную пометку. Одну из многих... В этот момент со мной связался Веркис. - Слушаю, майор! - Господин комиссар, - проговорил он взволнованно. - Эвакуация всех складов полностью прекращена. Вынесли все, что могли. Раненые также эвакуированы, их сейчас начинают вывозить экстренные службы, только вот их слишком мало. Ваши подчиненные начали временную конфискацию транспортных средств у гражданских, что тут стоят. Также они провели расстрелы всех несогласных и оказавших сопротивление, всего шесть человек. - Они что...- резко спросил я от неожиданности, но затем одернул себя, не находя в себе цензурных слов, чтобы описать все это. Пиздец! Просто ебаный пиздец! Стоило их оставить одних, как уже кого-то расстреляли. - Я понял. - Это... еще не все, господин комиссар, - теперь голос Веркиса звучал виновато. Мысленно я приготовился услышать еще что-то нехорошее. - У ваших заместителей завязалась перестрелка с приехавшими миротворцами. Те попытались защитить гражданских и достали оружие. Завязалась перестрелка. Трое миротворцев убиты, один ранен и взят в плен. Среди ваших подчиненных ранен один кадет, из моего батальона. "- Чтоб вас, блять..." - сказал я, осознавая, какой это был пиздец. Шесть гражданских, три миротворца... Еще девять жизней были оборваны нашими руками. - Я понял, скоро буду, - выдавил я из себя. - Мне еще метров шестьсот до вас тут ползти... - Принято, господин комиссар,- ответил майор. - Я пока что займусь обороной. Миротворец говорит, что за убийство его сослуживцев скоро сюда заявятся подкрепления вместе со спецназом. - Сообщите это Шеркину, пусть он свяжется с губернатором, а тот пусть пытается все отменить! - сказал я. Была все же надежда, что теперь министр миротворчества все же сможет хоть как-то повлиять на ситуацию. - Но если все же прибудут - ни в коем случае не открывать огонь первыми! Даже если будете полностью уверены в том, что по вам сейчас начнут стрелять - только ответный огонь! - Будет исполнено, господин комиссар! - уже куда более бодро сказал Себастьян, пока передо мной проплывала очередная палатка. - Отбой, - сказал я и отключил канал. - Как же вы мне все дороги, блять... Просто пиздец как дороги... Охуеть как дороги! Мат лился из меня не переставая. У меня уже просто не было никаких сил его сдерживать. Я злился. Злился на заместителей, злился на миротворцев, злился на того уебка, который поставил нам лагерь в пойме реки. Но больше всего сейчас я злился на себя за то, что не предусмотрел весь этот пиздец и не успел дать какие-то рекомендации подчиненным. "Просто сядешь и обдумаешь все... А потом объяснишь всем, что не нужно расстреливать гражданских на месте..." - говорил я сам себе, делая очередную, которую по счету мысленную заметку. Надо было во всем тут разобраться. Потому что сейчас моих подчиненных просто невозможно оставить наедине с гражданскими. Мы продолжали идти. Вода стояла уже по соски, что лишь сильнее распаляло меня идти все быстрее и быстрее, игнорируя усталость. Вдалеке, благодаря свету, я уже видел толпу, которая скопилась вокруг забора. Другие солдаты пытались его перелезть, и можно было только порадоваться, что наверху не было никакой колючей проволоки. Иначе совсем стало бы плохо. Несколько минут понадобилось на то, чтобы добраться до толпы, что оказалась возле входа. Забор сносить не пытались, это все равно было бесполезно, так что все просто перелезали. Подобное было сделать куда проще - все же вода делала всех немного легче. Я не стал пытаться уйти вперед и теперь просто ждал, пока вся эта огромная толпа рассосется. Нельзя было тут кого-то оставлять, пускай это было для меня лично рискованно. "В случае чего, буду держаться за забор..." - решил я для себя. Рука и ноги у меня не устанут, так что смогу удержатся, пока не подоспеет какая-та помощь. - Идите к забору! - кричал я по воксу, указывая всем рукой дорогу. - Перелазьте через забор, быстрее будет! Давайте, через забор! Быстрее! Быстрее! Солдаты все же подчинялись, но вот действовать быстро они не могли. Слишком много воды, слишком сложно было через нее идти. - Давайте, парни! В темпе! Быстрее! - продолжал я кричать. Офицеры мне вторили. Постепенно толпа рассасывалась, становилась все меньше. А вода уже мне по плечевые суставы почти... И это напрягало достаточно сильно. Света уже почти не было - фонари стояли так близко к воде, что едва ли могли что-то освещать. На другой же стороне, на трассе, виднелись сотни горящих огоньков. Явно подствольники. Плюс еще было видно, как горят множество фар автомобилей на трассе, некоторые их которых были повернуты прямо к нам. Неплохая идея, если так подумать. Еще несколько минут и солдат уже практически не осталось, а я стоял у самого забора. - Так, давайте парни, поднимаемся!- говорил я, помогая одному из гвардейцев перебраться через забор. Рука в этом помогала. Тот быстро перебрался и упал в воду на другой стороне. Затем помог еще одному перебраться. Потом еще. И еще. После еще четверых, остались только солдаты, которые уже перебирались. Теперь можно было и мне. Схватившись руками, я без проблем поднял себя вверх. Резко стало холодно. Внезапно оказалось, что я был полностью мокрым, а ветер дул достаточно сильный. Перекинул левую ногу, затем задницу, правую ногу и рухнул вниз, ногами уперевшись в землю. Оставалось немного. Всего двести метров. "Давай, Августин... Давай... Немного осталось..." - говорил я себе, пытаясь одновременно идти и не дать течению меня смыть. То уже было заметным, но все еще не таким сильным, чтобы смыть меня, если я только не прыгал, пытаясь идти скачками. Вскоре плечи утонули полностью. Я уже почти что плыл - толкался ногами, греб руками во время прыжка, а затем тонул и вновь отталкивался. Прыжок, гребок, прыжок, гребок... Своеобразная система, но это хоть как-то помогало. До трассы оставалось метров пятьдесят. Потом пятьдесят метров превратились где-то в двадцать пять... Те в десять... А те в пять... И вот, наконец, я почувствовал стену из земли, стоявшую под крутым углом. В этот момент на меня посветили подствольником. - Господин комиссар! - прокричали мне, после чего на меня посветили еще несколько подствольников. Почти сразу я увидел перед собой руку одного из солдат. - Хватайтесь! - услышал я от него, что сразу же и сделал, после чего начал с его помощью взбираться на еще один метр земляной насыпи. Затем я ухватился за вторую руку и, толкаясь ногами, быстро оказался наверху. - Господин комиссар здесь!!! - прозвучало громко от парня и вся огромная толпа, что сейчас была на трассе, восторженно закричала. Я же, не обращая внимание ни на кого, рухнул на землю, уперевшись на отбойник трассы. Сил держаться уже не было никаких. - Все выбрались? - спросил я самый важный для себя вопрос. - Вы последний, господин комиссар, - ответил мне другой солдат. - Больше никого в воде нет. - Вот и отлично,- заявил я,- Теперь ждем, пока этот дождь кончится. - С большим удовольствием, господин комиссар! - с некоторой весельцой ответил солдат. Больше ничего не говоря, я просто стал ждать, смотря на мелькающие огни белых фонарей утонувшего лагеря. Силы быстро стали покидать меня, и вскоре я просто отключился, думая о том, что завтра кому-то не поздоровится.