Твердость решений

Комиссар Августин Мерцелиус.

Тишина. Гробовая абсолютная тишина повисла в комнате. Было слышно дыхание людей и легкий гул кондиционеров. Дышать было сложно. Каждая живая часть тела раскалилась, от чего стало невероятно жарко. Глаза смотрели на горделивое строгое лицо Кирилла Игдарта, который в свою очередь смотрел на Алтанзора. Я прилагал титанические усилия, чтобы сохранить на лице самообладание, но при этом показать удивление, злость и, что самое важное, возмущение. В голове творилась настоящая вакханалия. Как? Каким образом он мог узнать об этом? Лишь в следующее мгновение я вспомнил. Именно Игдарт приходил ко мне еще тогда, на острове Гараташ, и доложил о том, что среди СПО Акитоса ходят слухи о трех сбежавших из орочьего пленах солдатах и что возможно, это сделали я, Аскирт и Нирт! И я тогда его успокоил, сказал, что все нормально и это бред! И вот именно Игдарта я назначил в Первый Акитосский полк! "- Сука, блять, нахуй, пиздец!"- орали мои мысли, пока ко мне окончательно приходило осознание того, какую ошибку я натворил. Тогда я вообще уже не думал об этом. Тогда я просто отсылал опытного младкома в новый полк Гвардии. Я не думал что мы встретимся. Да и вообще не думал о том, что он там что-то подозревал! Мне тогда было совсем не до этого! Вот мне и аукнулась моя беспечность... В который, сука, раз. - Довольно... неожиданно,- тишину в зале нарушил Алтанзор. Его голос был наполнен удивлением, непониманием и при этом серьезностью, с которой он обычно сидел на совещаниях,- Что ж... раз вы требуете трибунала над комиссаром Мерцелиусом, то... давайте его и начнем. Меня это не удивляло. Обвинение в мой адрес теперь было официальным. Игнорировать его было невозможно в принципе. А вот сам Игдарт вместе с Фельцердантом были этому удивлены. - Что, вот так... сразу?- спросил непонимающе Кирилл. Похоже, он не ожидал, что подобное вообще предложат. - У нас довольно напряженный график,- с еще большей строгостью произнес Алтанзор,- Так что хотелось бы разобраться со всем этим уже сегодня, раз уж... так все сложилось. Возражения имеются? Бьюгар осмотрел всех остальных. Феофар покачал головой, отвечая "Нет". За ним повторил Лозам. Теперь все внимание было приковано к двум нашим гостям. Игдарт, как я мог заметить, попытался выглядеть собранным и невозмутимым. - Никаких проблем, прим-комиссар,- сказал он. - Аналогично,- ответил Фельцердант. - В таком случае,- Алтанзор посмотрел на меня,- Комиссар Августин Мерцелиус. Комиссар Кирилл Игдарт официально предъявил вам обвинения в совершении преступлении против Империума, а именно - в сдаче в плен противнику. На основании этого коллективом полковых комиссаром единогласно принято решение провести военный трибунал. Будьте добры... сдайте оружие. Спорить тут было бесполезно - протокол есть протокол. Все же, лучше было спокойно во всем разобраться. Шансы у меня были. Во всяком случае, я не считал их совсем уж нулевыми. Не став тянуть, я потянулся за лаз-пистолетом, который всегда был при мне. От этого действия и Игдарт, и Фельцердант напряглись, подняв руки - явно положив их на кобуры. У Алтанзора, Ичкехума и Увока реакция была нулевая. Я посмотрел на Кирилла и усмехнулся. Совсем чуточку. Достав пистолет, я положил его на стол, а затем отодвинул в сторону Алтанзора, который сразу же его принял. - Итак, начинаем,- заявил он,- Комиссар Мерцелиус, вы признаете себя виновным в совершении преступлений, по которым вам выдвинул обвинение комиссар Игдарт? - Нет,- лаконично ответил я, сохраняя невозмутимый вид. - В таком случае, начнем слушанья. Комиссар Игдарт, вам слово. Все внимание переключилось на Кирилла. Тот вытянулся еще немного и прокашлялся. - Благодарю, прим-комиссар. Сперва должен уточнить, вам известен ход войны на Акитос Прайм против орков? - Лишь вскользь,- ответил ему Бьюгар. - В таком случае, обозначу ситуацию. В самом начале компании Пятнадцатый Верлонский полк, в котором я на тот момент занимал должность младшего комиссара четвертого батальона, вел активные боевые действия на острове Сентикрит, являющийся территорией Адептус Механикус - на нем находилась одна из трех планетарных кузней. Первые атаки были отбиты, после чего остро продолжили укреплять с помощью войск Гвардии, СПО и скитариев. Затем орки начали новое, более широкомасштабное наступление с разных сторон. На тот момент комиссар Мерцелиус находился с ревизией на позициях СПО. Они были атакованы и обстреляны. "- Как давно это было..."- осознал я, пока слушал. Чувство было... довольно странное. Казалось бы, я все это пережил, все помнил, но вот так все слушать со стороны было непривычно. Мягко говоря. И уж тем более необычно было слушать все это на трибунале, который собрали, чтобы меня судить. - По официальной версии, комиссар Мерцелиус был оглушен и очнулся уже в тылу противника, после того, как войска орков прошли мимо, затем обнаружил еще двоих выживших, сержант СПО Аскирта Винкона, и рядового СПО Нирта Гуаселли, и они втроем смогли пробраться в населенный пункт, занятый орками, затем попасть на морскую баржу орков, перевозившей металлолом, выбраться с Сентикрита, вплавь добраться до необитаемого острова Маларунда, построить плот и добраться до следующего острова, Кавальрунда, где они и были обнаружены разведывательным шаттлом Адептус Механикус, а затем спасены. Стало грустно. Воспоминания так и нахлынули бурным потоком. Аскирт, Нирт... Их уже давно не было в живых. А вот у меня еще получалось держаться. - Однако, по новым данным, которые удалось обнаружить, пока я находился на Акитос Прайм в качестве комиссара Первого Акитосского полка, можно заключить, что на самом деле комиссар Мерцелиус очнулся и был взят в плен орками, чему он не пытался сопротивляться. После этого он оказался в лагере для военнопленных, где и познакомился с сержантом Винконом и рядовым Гуаселли. Они вместе с остальными пленниками начали выполнять приказы орков по расчистке завалов и поиску трупов. Сам же комиссар Мерцелиус исполнял роль помощника надзирателя из числа орков, который умел разговаривать на готике. Я продолжал сидеть и слушать, пытаясь сдерживать выражение лица. На других я не смотрел, внимательно слушал Игдарта, но было понятно, что сейчас именно ко мне приковано все внимание. Потому что именно по моей реакции будут судить - правду говорит Игдарт или же нет. - Спустя несколько дней работ комиссар Мерцелиус вместе с сержантом Винконом и рядовым Гуаселли неожиданно сбежали, пробравшись в один из разрушенных домов в конце смены, но это осталось в первое время незаметным для орков. После этого комиссар Мерцелиус с компаньонами, как стало понятно, сбежали и именно во время побега смогли пробраться на орочью баржу, с помощью которой и покинули остров Сентикрит. На этом Кирилл закончил и откинулся на спинку стула. - На этом у меня все. "- Да уж, много ты узнал, мразь..."- пронеслось у меня в голове. Я уже догадывался, как это произошло. И мне это совсем не нравилось. - С этим понятно,- спокойно и вдумчиво ответил Алтанзор,- Комиссар Мерцелиус, вам есть, что сказать? В ответ я просто скривился и пожал плечами. - Несусветная бредятина,- сказал я, что довольно сильно рассердило Кирилла. Это было видно по его лицу,- Вот уж не думал услышать нечто подобное. - Понятно,- кивнул мне Бьюгар и вновь посмотрел на Игдарта,- Каковы ваши доказательства? - На Акитос Прайм мною были собраны свидетельские показания двенадцати свидетелей второго порядка и тридцати семи свидетелей третьего порядка. Не сказать, что это слишком уж серьезное доказательство. Свидетели второго порядка - это люди, что общались с людьми, что видели меня вживую. Третьего порядка - еще дальше. То есть прямых свидетелей не было. Уже хорошо. Хотел бы я посмотреть на реакцию людей, но нельзя было. Если я начну тут всех рассматривать, это могут интерпретировать, как волнение с моей стороны, панику, попытку найти хоть какую-то опору. Надо было показывать, что мне опора не нужна. Так куда больше шансов. - Их независимые допросы подтвердили, что свидетели первого порядка, которых, к сожалению, в живых не осталось, видели конкретно комиссара Мерцелиуса в его униформе, сержанта Винкона и рядового Гуаселли. Также было подтверждено, что у них не было никакого сговора, как между собой, так и с кем-либо еще. Игдарт достал свой планшет и немного поводил по экрану, после чего у Алтанзора, Увока и Ичкехума прозвучали сигналы получения сообщений. Все трое быстро достали их и начали читать. - Второй момент, куда более важный - судя по данным, полученным от свидетелей, комиссар Мерцелиус был ранен плеткой орков. Один удар пришелся на бедро, а вот второй - на спину. Более того, удар по спине смог пробить одежду и нанести ранение. Потому я официально требую осмотр комиссара Мерцелиуса второй категории. - Ну, вот тут, конечно, могут быть проблемы,- заявил Алтанзор, чем неслабо удивил Кирилла,- Комиссар Мерцелиус, вам во время операций по замене легких и ребер меняли кожу на спине? - Саму кожу не меняли, но вот шрамы все убирали,- ответил я. - А вы имели какие-то ранения на спине, комиссар Мерцелиус?- задал вопрос Кирилл уже мне лично. Я взглядом пытался оценить Игдарта взглядом и понять, что ему могло быть известно. Это было очень важно. От этого зависело все. Вообще все. - Да, имел,- заявил я, от чего левая бровь парня поднялась вверх в удивлении,- Во время побега я случайно поранился торчащей арматурой в развалинах дома. Она рассекла камзол и рубашку, а также немного оцарапала кожу. Кирилл... выдал смешок. Язвительный такой, насмехательский. - Очень удобно,- произнес он,- Да, действительно, на спине у комиссара Мерцелиуса было ранение в виде длинного тонкого шрама. Оно было зафиксировано Адептус Механикус во время операции по восстановлению переломов комиссара после чего ранения на острове Соктомор - на него тогда упал труп орка. "- Таки не прогадал..."- понял я. Были у меня подозрения, что такое возможно и что Игдарт пытался меня подловить. Попадись я - это был бы конец. - У вас есть пиктподтверждения?- прозвучал вопрос от Алтанзора. - Разумеется, прим-комиссар. Кирилл положил на стол небольшой кубик и активировал его. Тот моментально стал проецировать голографическую фотографию, на которой была изображена спина с заметным шрамом. Это точно была моя спина. Я отлично это помнил. Тогда плеть оставила не сильно большую царапину, но даже она умудрилась воспалится, а потом зажить так, что остался шрам. По прилету обратно на Сентикрит я не показывал это, не обращался к врачу - не было уже нужды, да и не сильно хотелось вызывать подозрения. - Также есть документальное подтверждение от планет-магоса Акитос Прайм Бориса Финцельда, что это изображение именно комиссара Мерцелиуса,- продолжил Кирилл, после чего рядом с фото моей голой спины появилась фото документа со знаком Адептус Механикус. "- Ебать ты подготовился, конечно..." - И еще он подтвердил, что этот шрам мог быть нанесен с помощью плетки,- обе фотографии подвинулись и показался второй документ, тоже заверенный печатью Механикус. - Мог быть или был нанесен?- спросил Ичкехум строгим голосом, обратив на себя всеобщее внимание. - Мог быть,- уточнил Кирилл, хотя уже с более скверным настроением. - То есть чем конкретно был нанесен удар, магос не сказал?- задал следующий вопрос Феофар. - Нет, не сказал,- с еще большим недовольством, пускай и сдержанным, ответил Игдарт. Это был важный момент. - С этим понятно,- сказал Алтанзор,- Комиссар Мерцелиус, что вы скажите на это? - Предположения комиссара Игдарта о том, что эта рана была нанесена плеткой, несостоятельны. Я более чем доверяю планет-магосу Финцельду, однако, как я понимаю, вопрос ему был поставлен однозначно - могла ли быть эта рана нанесена с помощью плетки? Да, это возможно. Спроси он "Могла ли быть эта рана нанесена с помощью заостренной части торчащей из бетонных обломков арматуры в следствии падения?", ответ тоже был бы "Да, это возможно". Потому что так оно и было. - Комиссар Игдарт, вы задавали планет-магосу Финцельду вопрос "Могла ли быть эта рана нанесена с помощью заостренной части торчащей из бетонных обломков арматуры в следствии падения?" или какую-то другую его интерпретацию со основной темой "нанесения раны на спине арматурой"? Кирилл недовольно поморщился. - Нет, не задавал,- покачал он головой,- В этом нет смысла. Эта рана не могла быть нанесена арматурой. Будь это так, комиссар просто погиб бы от заражения крови. - Интересно тогда, как я не погиб от орочьей плетки,- парировал я,- Это при том, что про ее гигиену орки точно не задумывались, в то время, как торчащая арматура хотя всю свою историю провела в безвоздушной среде под толщей бетона. - Удар был слабым, так что ваша иммунная система вполне могла справится,- не согласился со мной Кирилл. - Как и в случае гипотетического удара плеткой. Раз уж я жив,- ответил я расслабленным тоном, при этом саркастично улыбнувшись. "- Знать бы еще, как я тогда выжил..."- сказал я сам себе. Тогда у меня не было никакой обработки раны. Вероятнее всего, удар оказался слишком слабым, чтобы загнать что-то в большом количестве, а сама плетка оказалась не прям, чтобы уж грязной. Вот тогда мне действительно повезло, в этом у меня сомнений не было. - В общем, тут понятно,- заявил Бьюгар,- Пока что изучим это. В кабинете стало тихо. Все трое комиссаров смотрели в свои планшеты. Я же посмотрел на Кирилла, пытаясь сохранять невозмутимость и расслабленность. Пусть уж думает, что мне ничего не угрожает и что эти обвинения смехотворные. Может и у него сомнения закрадутся. Сам он также посмотрел на меня. В его выражении лица и особенно глазах так и читались уверенность наряду с раздражением. Словно ему было тошно просто смотреть на меня, не говоря уже о том, чтобы находиться в одной комнате. По всей видимости, как я понимал, он был искренне уверен в моей виновности по этому делу. И это давало ответ, с чего бы вдруг он прям с порога решил меня обвинить в этом. Скорее всего было не в карьеризме или какой-то обиде. Он был искренен в своем желании меня наказать за то, что я сделал. Тот же факт, что я убил Корвуарского Орка, помог уничтожить орочий титан и позволил ему стать полковым комиссаром, его нисколько не волновал, а про Вильяр он и вовсе не слышал. Да и вряд ли ему было бы до этого дела. "- Вот надо было нарваться на такого упоротого..."- проговорил я сам себе. Фельцердант же откровенно скучал. Весь его вид показывал, что он тут не особо-то и хочет находится, а уж про заинтересованность тут и говорить нечего. Он просто сидел тут, потому что должен был, только и всего. Вел же все именно Игдарт. Затем я откинул голову назад, посмотрев на потолок. Мне оставалось только ждать. Получится ли у меня оправдаться? Это был хороший вопрос. Вся ставка у меня была на Алтанзора, Увока и Ичкехума. Получиться ли их убедить в том, что я не был в плену? Или же им будет достаточно тех доказательств, которые предоставил Игдарт? Тут нельзя было быть ни в чем уверенным. Никак. Потому что я этих людей не знал достаточно хорошо, чтобы предугадывать ход их мыслей. Только сейчас ко мне начало приходить осознание того, что вообще-то я сейчас находился на краю пропасти. Прямо сейчас шел трибунал, где решалась моя судьба. Причем по настоящему, пятерых комиссаров для этого вполне хватало. И если поверят Игдарту, то все будет кончено. Сдача в плен - это расстрел. Может быть получится получить разжалование в Штрафной Легион, а там уж мне точно конец. Удивительно, но страха особого не было. Может это потому, что суд начался резко, да и сейчас был слабо похож на суд. Может потому, что я уже слишком устал за последние дни, чтобы переживать. А может уже стал сам по себе таким спокойным. Во всяком случае, я был готов держаться до самого конца... Правда, из головы все равно не вылезала одна плохая мысль - что делать, если проиграю? Вот признают меня сейчас виновным, что тогда делать? Пытаться сбежать? Шансов будет немного, даже с тем, что за дверью стояли Гихьян, Дима, Бюрдар, Раот и Рингер. Ведь там была охрана и пяти других комиссаров. Попытаюсь - это будет натуральная бойня, не говоря уже о том, как выбраться из отеля, который был штабом Алтанзора, а потом еще и скрыть все это. Пытаться сбежать после ареста? Ведь парни вряд ли меня оставят. Ну, как минимум, я в этом был уверен. Но после этого останется только спрятаться на планете... где мня уже каждая собака знает и не особо любит, не говоря уже о психах из числа местных силовиков, что объявили мне венидит. Не пытаться вовсе? Вариант, конечно, не из лучших, мягко говоря, но и не сказать, что лишен права на жизнь. Отдать Ниринту с детьми на попечение полка, парни отправятся в ряды Гвардейцев, а я просто улечу, не пытаясь вести их за собой... Мысль о таком заставила все внутри сжаться от страха и ужаса. Если такое произойдет, то я никогда не увижу больше своих. Не увижу Ниринту... и никогда не увижу нашего ребенка. Не говоря уже про Антуана и всех остальных. А это означало... что я снова останусь один. Как тогда, в первые месяцы своего нахождения здесь. Снова буду чувствовать это одиночество, избавится от которого получилось только тогда, когда я взял себе на службу Рингера, а потом и Аскирта. Этого не хотелось. Совсем не хотелось... - В общем и целом, тут все понятно,- наконец-то услышал я голос Алтанзора спустя несколько минут. Я сразу же вернул голову в нужное положение,- Комиссар Мерцелиус. Из тех показаний, что тут даны, действительно можно резюмировать, что вы находились в плену у орков. Вам есть что на это ответить? - Конечно,- сказал я, уже понимая, что нужно было говорить,- Но начну немного издалека, чтобы вы понимали контекст. На Акитос Прайм на момент нашего прилета существовали так называемые Дома Основатели - дворянские династии, за которыми по планетарным законам были закреплены те или иные сферы экономики. Пищевая промышленность, металлургия, перевозки, вот это вот все. Самым могущественным Дом был Дом Сентикруа, который контролировал всю банковскую систему планеты. Перед войной на планете сменилось руководство и Администратумом был поставлен новый губернатор, Фредерик Ориси. Он начал пытаться проводить реформы, чтобы ликвидировать Дома Основатели и заменить их чем-то другим. И вот, во время войны они решили воспользоваться шансом. На острове Соктомор они подговорили одного из офицеров артиллерии СПО обстрелять наши позиции. Идея была в том, что это поможет оркам прорвать наши позиции, захватить остров, где был десятинный мануфакторум, и на основании этого сместить губернатора. Именно под этим обстрелом я и оглох, пришлось потом ставить слуховую аугментику. После этого я оперативно смог провести расследование и выйти на Сентикруа, после чего они были ликвидированы силами Адептус Арбитрес. И вот, внезапно, именно после этого, когда мы уже пошли в наступление против орков, среди солдат СПО начали распространяться разные слухи о том, что я, сержант Винкон и рядовой Гуаселли на самом деле не спаслись с острова Сентикрит, а были взяты в плен и каким-то чудесным образом сбежали. Я тогда остановил расследование, так как сразу понял, что все это - просто происки Сентикруа, некоторые члены которых смогли скрыться. Обыкновенная попытка хоть как-то отомстить за все то, что они потеряли в следствии моих действий. И что, самое интересное, именно тогда еще младший комиссар Игдарт тогда доложил мне об этих слухах. Последнее предложение я сказал злобно, при этом указав пальцем на Кирилла, который от моих слов также разозлился. - Это правда, комиссар Игдарт?- тут же спросил Бьюгар. - Да, но это к делу не относится!- прозвучал ему раздраженный ответ от моего обвинителя,- Более того, сама реакция комиссара Мерцелиуса на мой тогдашний доклад также является доказательством его вины! - Объясните,- Алтанзор внимательно смотрел на парня. - Когда я в первый раз доложил о слухах, комиссар Мерцелиус забрал дело под личный контроль,- начал объяснят Кирилл,- Причина тут может быть только одна - комиссар не ожидал, что кто-то еще из пленников выживет или же что выживут те, кто с ними общался, а когда это вскрылось и пошли слухи, сразу же пресек возможность дальнейшего расследования. - Комиссар Мерцелиус,- тут же прозвучал вопрос прим-комиссара,- Вы подтверждаете, что забрали дело о слухах касательно вашего пленения под личный контроль? - Подтверждаю. - Для чего это было сделано? - Для того, чтобы не отвлекать младший комиссарский состав от их прямых обязанностей. Шло активное наступление против орков, сам тогда еще младший комиссар Игдарт руководил рекреационной зоной для гвардейцев и солдат СПО, нам не было смысла отвлекаться на подобные мелочи. - Вы считаете, что распространение слухов о вас - это мелочь, комиссар Мерцелиус?- уточняющим тоном спросил меня Ичкехум. - Тут два важных момента,- начал я,- Во-первых - эти слухи действительно не могли ничего сделать на тот момент, это было понятно тогда и это показало дальнейшее небольшое расследование, которое я смог провести. Во-вторых - игнорирование против подобных слухов работает куда лучше, нежели аресты и казни. Ведь если начать действовать против них, то сам факт ваших активных действий показывает, что эти слухи пугают вас, а следовательно - имеют силу. В случае же игнорирования все видят, что вам нет до этого дела, что эти слухи ничего из себя не представляют, а значит они утихнут сами собой. Так уж это работает - что-то новое обязательно произойдет и люди переключат свое внимание на это. Собственно, так оно и произошло. - Понятно, спасибо,- кивнул Феофар. - Комиссар Игдарт, как вы возобновили расследование?- продолжил Бьюгар. - Когда Пятнадцатый Верлонский Полк покинул Акитос Прайм, я остался формировать Первый Акитосский Полк. Однако, во время формирования слухи про комиссара Мерцелиуса не утихали. Более того, тот факт, что он убил Корвуарского Орка, лишь усиливал эти слухи. Люди строили самые разные предположения, в том числе находя в факте плена объяснение того, каким образом вообще удалось победить. На это я брезгливо усмехнулся, причем вполне искренне. Это уже был откровенный бред. - Я заинтересовался этим - мне хотелось поймать тех, кто распространяет лживые, как мне тогда казалось, слухи о комиссаре Мерцелиусе. Я даже надеялся поймать остатки Сентикруа таким образом, так как они представляли для нас определенную угрозу в связи с ухудшением общественной ситуации на планете. Однако в итоге я смог выйти на людей, которые и сами оказались в плену у орков и разговаривали с тем, кто сидел с плену с комиссаром Мерцелиусом. И я могу точно сказать, что за ними не стоят никакие Сентикруа. Более того, нет ни единого доказательства того, что они вообще были замешаны в распространении этих слухов. "- Вот надо было тебе во все это лезть..." - Понятно,- Алтанзор продолжал говорить холодным голосом,- Комиссар Мерцелиус, вам есть что-то сказать на это? Было понятно - вот он, момент истины. В принципе, трибунал подходил к концу, все факты были выложены. А значит, нужно было бить. - Только то, что все очень удобно получается у комиссара Игдарта,- начал я,- Очень удобно никаких прямых свидетелей нет в живых, а те, что имеются, под любыми проверками будут говорить правду, ведь они что-то там слышали от других людей. Очень удобно не было найдено никаких доказательств причастности Сентикруа, а лишь моей несуществующей вины. Очень удобно, что комиссар Игдарт начал расследование только после отлета нашего, когда уже никто не мог его проверить. Не говоря уже о том, что очень удобно плеть орков которая, как предполагается, нанесла мне рану, не загноилась, только нам троим удалось незаметно сбежать и так далее, и тому подобное. Более того, выходит, что я собственными руками назначил на должность комиссара Первого Акитосского Полка единственного младшего комиссара, который вообще был в курсе всей этой истории, хотя куда логичнее было бы его забрать с собой. Это неслабо разозлило Кирилла. Я это видел по его взгляду. - То есть вы предполагаете, что младший комиссар Игдарт сфальсифицировал все эти доказательства? Вопрос Алтанзора был довольно важный. И на него нужно было правильно ответить. - На данный момент я не могу исключать подобную возможность - все же, речь идет о молодом комиссаре, который лишь недавно занял свой пост и вполне может иметь карьерные амбиции. Кирилл мигом напрягся и разозлился. Его взгляд так и прожигал во мне дырку. - Но при этом я допускаю, что имеет место лишь неправильная интерпретация доказательств и недостаточность в расследовании, учитывая то, что у комиссара Игдарта недостаточно опыта. Однако, опять же, это уже никак не получится проверить. Я видел, как Игдарта злят мои слова. Очень сильно злят. Но он стойко держался, это я уже успел подметить. Кто-то на его месте уже начал бы орать, срывая голос, пытался бы перебить. А он молчал. Видимо, понимал, что надо держаться, иначе будет выглядеть глупо перед остальными. Фельцерданту было все также плевать. Словно он мебель какая-та. Видимо, ему это все вообще не было неинтересно ни в какой степени, но не присутствовать он не мог. Плюс к этому, он, вероятнее всего, уже принял решение поддерживать Кирилла - наверняка тот ему уже давно все рассказал, показал и доказал. Бьюгар, тем временем, не ответил. Лишь продолжил задумчиво смотреть в никуда. Мне же теперь оставалось надеяться, что я подобрал правильные слова. Обвинять Игдарта напрямую во лжи было слишком опасно - как-никак, тогда начнется уже трибунал над ним, что могло не только затянуться, но еще и привести к самым неприятным последствиям, вплоть до того, что все это мне аукнется. А вот сказать, что просто не исключаю подобную возможность - это уже совершенно другое. Это не обвинение, а лишь предположение, которое может оказаться неправдой. Такое не требует тщательного расследования, но при этом заставит людей задуматься, даст альтернативную точку зрения, на которую они не смогут не обращать внимания. - Комиссар Игдарт,- наконец-то сказал свое прим-комиссар,- Вам есть что ответить комиссару Мерцелиусу? - Да, есть,- раздраженно, сдерживая гнев, ответил парень,- Все его предположения о том, что я сфальсифицировал доказательства, или что я провел расследование некомпетентно, не имеет под собой абсолютно никаких доказательств. Все это - просто попытки оправдаться. Есть неопровержимые доказательства того, что комиссар Мерцелиус находился в плену, как нет никаких доказательств того, что к распространению слухов были причастны члены Дома Сентикруа. И раз уж мы уже допросили комиссара Мерцелиуса, то лучше всего будет допросить бывшего сержанта СПО Аскирта Винкона, которого комиссар Мерцелиус назначил своим адъютантом. От этих слов стало... больно. Понятно, что такое должно было прозвучать, в этом нет ничего такого. Но само напоминание о друге, тем более вот так, было не особо приятным. - Адъютант-рядовой Аскирт Винкон погиб на Вильяр Уникус,- довольно сухо проговорил Алтанзор, от чего Кирилл впал в ступор. Видимо, его это удивило. - Кхм... Я понял, прим-комиссар,- проговорил мой обвинитель слегка сконфуженным голосом. - У вас есть, что еще добавить к вышесказанному? Глаза Кирилла посмотрели на Бьюгара. - На данный момент - нет, прим-комиссар,- ответил он заметно недовольно. - У кого-то еще есть вопросы? Никто Алтанзору не ответил. - В таком случае будем голосовать. Все тело тут же напряглось. Теперь все решалось здесь. - На основании всего изложенного как истцом, комиссаром Первого Акитосского Полка Кириллом Игдартом, так и контристцом, комиссаром Пятнадцатого Верлонского Полка Августином Мерцелиусом, на голосование выставляется вопрос - виновен ли Августин Мерцелиус в сдаче в плен оркам во время компании на Акитос Прайм, а также в укрывательстве этого факта от Комиссариата? Возражения к такой постановке вопроса будут? Ответа не последовало. - Возражений не высказано. Кто за то, что после всего услышанного здесь, всех предоставленных доказательств и ответов на их предоставление признать комиссара Мерцелиуса виновным в инкриминируемом ему преступлении? Игдарт тут же поднял левую руку. Фельцердант последовал за ним... И все. Только они вдвоем сидели за столом с поднятыми левыми руками. От такого зрелища глаза Кирилл удивленно раскрылись, но он все еще сдерживал себя. - Кто против? Алтанзор, Увок и Ичкехум моментально подняли левые руки. Я чувствовал, что был готов заорать от радости. - Три против двух. Невиновен,- голос Бьюгара лился мне медом в уши. "- ДА, БЛЯТЬ, ДА!" Все живые части кожи покрылись мурашками. Получилось. У меня получилось! - Я выставляю свой протест против этого решения,- сразу же заявил Игдарт. Он с трудом сдерживал своей гнев. Но меня его протест уже не волновал. Он уже мало что означал. Самое важное - приговор, который уже был официально вынесен. - Это будет зафиксировано в итоговом протоколе трибунала,- спокойно заявил Алтанзор, в котором так и читались нотки безразличия,- На этом трибнула объявляется закрытым. Комиссар Мерцелиус - вы признаны невиновным в инкриминируемых вам преступлениях. Моя лазпистолет тут же вернулся ко мне и я положил его обратно в кобуру. - Также хотелось бы уточнить, вы отсылали свое обвинение в Праэториум Официо Префектус?- задал следующий вопрос прим-комиссар. - Да, на Вильяр Уникус. От такого я неслабо так прифигел. Это получалось, что обвинение со всеми доказательствами ушло прямиком к Харьянди. То-то он удивится. - Понятно, спасибо,- Бьюгара, похоже, это совсем не волновало,- Сейчас у нас проблемы с астросвязью, но потом надо будет сообщить на Вильяр, что трибунал уже проведен. Было приятно знать, что Алтанзора это вообще волнует. - И еще, раз уж мы потратили все наше время на трибунал, думаю, можно уже заканчивать на сегодня - завтра еще много работы. Встречу можно будет провести и в следующий раз. - Всего хорошего, коллеги,- ответил ему Кирилл и было слышно, как его последнее слово он произнес с ядом и раздражением. Можно было только догадываться, что творилось у него сейчас в голове и какими словами он поминал меня и всех остальных. - Коллеги,- проговорил уже куда более спокойно Фельцердант, кивнув нам головой, после чего он вместе с Игдартом поднялся и вышел из зала. Увок и Ичкехум тоже вставали со своих мест. - Буду ждать ваших обоснований, коллеги,- напоследок сказал Алтанзор. - Попытаюсь сегодня написать,- пообещал Увок. - Аналогично,- продолжил за ним Ичкехум. - Благодарю вас, коллеги,- не удержался я. Нельзя было сказать, за что конкретно я их благодарю, но и промолчать тоже не мог. - Это наша работа, комиссар Мерцелиус,- улыбнулся Феофар. Лозам только кивнул. - Доброй ночи, коллеги,- сказал я. - Доброй ночи,- повторил за мной Алтанзор. Оба комиссара нам ответили тем же, устало улыбнувшись, а затем вышли из зала вслед за Игдартом и Фельцердантом. Секунда и он наполнился тяжким усталым выдохом Бьюгара, который откинулся на спинку стула и запрокинул голову назад. - Да уж, не так я этот вечер планировал,- сказал он, смотря в потолок. - Аналогично. Несколько секунд мы провели в тишине. Вроде бы и хотелось поговорить, было даже о чем, но с другой стороны... эта была не та тема, которую можно было обсуждать открыто. - Хотел бы задать вам вопрос, Августин,- начал Бьюгар, немного повернув запрокинутую голову ко мне,- Вы когда-нибудь... слышали истории про комиссаров, которые попадали в плен, выбирались оттуда и при этом оставались при своей должности? Это был странный вопрос. Очень странный. Зачем его было вообще сейчас спрашивать? Но потом до меня дошло. Это был его способ поговорить со мной. Он ведь не мог не понимать, что я даже оставшись сглазу на глаз никому и никогда не расскажу другим комиссарам, что находился в плену. Как меня не уговаривай, а я все равно буду чувствовать подвох, буду бояться прослушки или того, что меня сдадут. Тот факт, что трибунал уже прошел, ничего не означал. Новые сведения - новый трибунал, таков был закон. Но он все равно хотел знать правду. Потому и предлагал такую схему, при которой я все скажу, но при этом мои слова никак не выйдет использовать против меня. Я сомневался, стоит ли это делать. И все же решился. Алтанзор помог мне. Так что он заслуживал знать правду. - Да, слышал,- начал я, пытаясь придумывать на ходу,- В Схоле ходили байки всякие. Была к примеру такая... про комиссара... Анатолия Мереуса. Алтанзор немного улыбнулся. Похоже это был знак. - Как-то раз комиссар Мереус отправился на ревизию в одну из рот. И тут началась атака... бунтовщиков. Они использовали "Сотрясатели" и один из снарядов оглушил его. А когда он проснулся, то бунтовщики уже стояли рядом. Делать было нечего, пришлось сдаться и идти с ними. Его поместили в клетку с другими и заставили разгребать завалы - щебенку отдельно... трупы отдельно. Уже через несколько дней Анатолий нашел двух компаньонов гвардейцев и они смогли сбежать, но при этом... им пришлось оставить других пленников. Бьюгар тихо выдохнул, закрыв глаза. Он все понимал. - Все трое понимали это и пообещали что... будут достойны этой жертвы. Что они спасутся не напрасно. Потом они вернулись к своим, смогли скрыть все и продолжили службу, пытаясь... быть достойными. Стало тихо. Я же ощущал, словно с меня камень свалился. Еще ни разу я не разговаривал об этом. Ни с кем. Ни разу. Об этом не знал даже Рингер, не говоря уже об остальных. Эту тайну Аскирт и Нирт унесли с собой в могилу, а я был готов последовать их примеру. Но реальность внесла свои коррективы. - Интересная... байка,- все же сказал Бьюгар,- Хотя в реальности такое вряд ли может произойти. Это тоже был знак. - Да уж... Во всяком случае, я о таком никогда не слышал в официальных источниках. - Именно,- подтвердил прим-комиссар, после чего снова устало вздохнул,- Что ж, думаю... будем заворачивать. Завтра еще ловить этих умников. - Точно,- я взялся за подлокотники и встал своего места, после чего кивнул Бьюгару,- Доброй ночи, прим-комиссар. - Доброй ночи, комиссар Мерцелиус. Быстрым шагом я вышел из кабинета, где меня уже жали мои, после чего мы все спустились вниз, сели в наш микроавтобус и отправились к отелю. - Что у вас там был такое?- прозвучал вопрос от Гихьяна,- Тот новенький, Игдарт, с таким ебелтом вышел, словно ему в рот насрали. - Он предъявил мне обвинения, надо мной провели трибунал,- ответил я, смотря на оранжевые огоньки уличных фонарей,- Три против двух, невиновен. От того и злиться. Ответа не последовало. Единственным звуком, который я слышал, был монотонный и очень тихий гул двигателя. - Чего блять!?- наконец-то взревел Гихьян с шоком,- То есть в смысле нахуй!? Пока мы там стояли, там был... комиссарский трибунал в твою честь!? - Ага. Решили не откладывать,- все также спокойно говорил я. - Охуеть,- только и смог сказать Бюрдар. - В чем обвиняли-то!?- Биндегижа прямо рвало на части от интереса. - Сдача в плен оркам. Снова гробовая тишина. Потом несколько шагом. Темное пятно возникло сбоку, после чего голова Гихьяна оказалась у меня перед глазами. - А это правда? В принципе, парням можно было рассказать. Они тоже имели право знать. Да и место было безопасное. - Дело было на острове Сентикрит...- начал я свой рассказ.