Speak Up, Little Fox

Эндрю не нуждается в том, чтобы она защищала его. Эндрю не нуждается в том, чтобы она защищала его. Эндрю не нуждается в том, чтобы она защищала его. Он не хочет, чтобы она защищала его. Это было мантрой, крутившейся в голове Робин, играя по кругу, по кругу, по кругу, пока она пыталась отгородиться от окружающего её разговора. Вместо этого она сфокусировалась на своём кислом виски, снова и снова подталкивая соломинкой апельсиновую дольку. Эндрю не разговаривал с ней (или с кем-либо ещё) после того, как в среду вернулся с терапии с Аароном, а Аарон же, в свою очередь, каждую свободную минуту проводил либо на занятиях, либо на тренировке, либо с Кейтлин. Война между близнецами переходила от холода к жаре и обратно раз в две недели, но всю неделю казалось, что приближается гроза. Пятничная дневная тренировка застала Лисов в эпицентре урагана. Половина команды уже вышла из раздевалки, большинство их младших сокомандников собирались на какой-то концерт в Колумбии и умчались как можно быстрее, что было единственным положительным моментом в этой ситуации — только старшие Лисы были там, когда Эндрю швырнул Аарона в один из шкафчиков. Последующий обмен репликами был быстрым, грязным и, к сожалению, на английском. С тех пор, как Робин начала изучать немецкий, Эндрю начал больше разговаривать на этом языке, но ситуация была слишком эмоционально заряжена, чтобы близнецы заботились о своей публике, и они использовали свой родной язык. Теперь команда знала о смерти Тильды. Ни подробности, ни то, почему Эндрю убил её, зато то, что это сделал именно он, то, что Аарон знал об этом, и то, что близнецы агрессивно спорили насчёт причин, из-за которых Эндрю сделал это. Оба брата исчезли в разных направлениях: Аарон отправился в библиотеку, Эндрю — в Лисью Башню, и за ним последовала Рене. Оставшимся старшим Лисам оставалось только переварить полученную информацию, что прошло так хорошо, как и ожидалось. Ваймак оставил их наедине, и поскольку их обычная поездка в Колумбию после такого обострения не состоялась, Кевин вернулся в общежитие готовиться к экзамену по истории, а Ники с Робин присоединились к старшекурсникам, чтобы выпить в одном из баров недалеко от кампуса. Что было ошибкой. Ники был тише, чем обычно, руками сжав стакан и уставившись в него, будто ожидая, что ярко-розовый напиток даст ему панацею от всего лишнего в отношениях близнецов, а Лисы пытались осмыслить всё то, что они узнали. — Он, блять, признался в убийстве. — Сказала Элисон не впервые, и кинула взгляд на мимо плетущегося студента, который послал ей испуганный взгляд. — Ты реально удивлена, малышка? — Сказал Сет и притянул её ближе, бесстыдно засунув руку под облегающий топ поверх её бёдер. На данный момент их «от-фазы» длились дольше, чем «off-фазы», и хоть Робин могла оценить то, что Сет был гораздо спокойнее в компании Элисон, она действительно могла бы обойтись без их постоянно демонстрируемой физической привязанности. Что бы Рене и Эллисон ни делали за закрытыми дверями, они, по крайней мере, не делали это проблемой остальных. — Насчёт того, что он убил чёртову собственную мать? Это уже слишком, даже для монстра, не так ли? — Сказала Элисон, и Робин проткнула дольку апельсина своей соломинкой. Ники не отреагировал от слова совсем. После тренировки, в Штутгарте было уже слишком поздно, чтобы он мог позвонить Эрику, и, очевидно, он не знал правду о смерти Тильды, комбинация того и другого выбила его из колеи. Робин прижалась своим плечом к его, выражая молчаливую поддержку. Ники любил близнецов, и он провёл бы ещё 5 лет вдали от своего жениха, потому что верил, что он сможет исправить раздробленное месиво в семье вместе с кузенами. Он поднял голову и послал её расплывчатую улыбку, после чего обратно посмотрел в свой напиток. — Ты знал об этом? — Робин подняла взгляд, но вопрос был адресован не ей. Ники не подавал признаков того, что он вообще услышал дилера. — Эй, Ники, ты знал, что Монстер убил свою мать? — У неё хватило благородства хотя бы говорить потише, но она также полностью проигнорировала шипение Дэн «Заткнись» и вместо этого уставилась на Ники, жаждая сплетен. Ники поднял взгляд, на лице отсутствовала привычная оживлённая улыбка, которую он всегда носил, даже когда был не в порядке — особенно, когда был не в порядке. Это заняло больше года, прежде чем Робин разглядела его фасад, разглядела, что он прячет то, как поведение близнецов (особенно Эндрю) и их общая ситуация ранит его, и его лицо без маски сбивало с толку. — Нет. — Ответил он тихо и отпил свой напиток. — Серьезно, без понятия? — Надавила Элисон и высокомерно отмахнулась от Дэн, всё ещё пытающейся заставить её замолчать. Ники просто помотал головой, соскользнул со своего барного стула и ушёл, не сказав никому из них ни слова. — Отлично, Элли. — Отругала Дэн. Элисон подняла идеально выщипанную бровь. — Что? Я не виновата, что Монстр бегает вокруг и рассказывает людям, что он убийца. Кстати, о том, что он говорит людям, ты не выглядишь удивленной. — Сказала она и повернулась к Робин. Робин снова ткнула в апельсин, а потом ещё раз для пущей убедительности. — Элли. — Дэн применила голос капитана, но это не имело того же эффекта вне корта, не тогда, когда Элисон была подвыпившей и жаждала драмы и сплетен. — Я, честно говоря, не понимаю, как ты вообще можешь добровольно жить с Монстром, но особенно не понимаю как, если ты знала о том, что он сделал. — Продолжала она, не обращая внимания на убийственный взгляд Дэн. Та не испытывала симпатии к Эндрю, но стычка в продуктовом магазине несколько недель назад поумерила её враждебность. Он не нуждается в том, чтобы ты защищала его. Снова, и снова, и снова. Апельсин в её стакане был хорошенько потрёпан, мякоть плавала в жёлтом напитке. — Ох, ну же, Робин. Расскажи нам. — Подталкивала Элисон дальше. — Элли, оставь это. — Сказал Мэтт, который ни слова не сказал об Эндрю. Дэн, очевидно, отказалась от попыток подвергнуть Элисон цензуре. — Монстр может убивать людей, но мы не можем говорить об этом? — Огрызнулся Сет. Робин знала, что лучше не надеяться на то, что Элисон заткнётся, если она не даст ответа. Тем не менее, она, блять, не знала, что сказать, дабы не предать доверие Эндрю. Он рассказал ей об автокатастрофе, о его сделке с Аароном, о наркотической зависимости и синяках Аарона. Прошло несколько дней, пока она не смирилась с тем фактом, что не была напугана, что у неё не было ни одной из типичных реакций, которые должны были бы быть, что единственной её мыслью было: если бы я смогла убить Стивена до того, как у него появился ещё один ребенок, надеюсь, у меня бы тоже хватило сил сделать это. Конечно, существовала дюжина лучших способов справиться с ситуацией, но она слишком хорошо знала, каково это — оказаться в ловушке, быть лишённым рациональных выборов и систем поддержки, которые люди принимают как должное, и хотя ни Аарон, ни Эндрю физически не удерживались в одном помещении с Тильдой, Робин понимала, почему Эндрю считал это единственным возможным способом защитить брата. — Ты знала? — Спросила Элисон, и Робин схватила свой стакан немного сильнее, чтобы скрыть дрожь в пальцах. — Да. — Ответила она, голосом настолько ровным, насколько она могла его проконтролировать. Дэн неловко поёрзала на стуле. — Я действительно не понимаю, что ты видишь в Монстре. Очевидно, ты не любишь секс с монстрами. — Размышляла Элисон. Робин стиснула зубы. Она знала, что Элисон просто хочет вывести её, но это не помогало справиться с гневом, бурлящим в её жилах, как кислота. — Не называй его так. — Он убил свою мать, не думаю, что есть много лучших причин называть кого-то именно так. — Надменный голос Элисон заглушил протест Мэтта. — Он не Монстр. — Сказала Робин. Голос немного дрогнул, и она ненавидела это. Несколько лет назад она вообще не смогла бы вести весь этот разговор, но она до сих пор чувствовала себя блядски слабой. Как она могла ожидать, что люди поверят ей, если она не может даже, блять, держать свой голос под контролем? — Ты не можешь быть серьёзной. — Элисон. — Попробовала Дэн снова. — Не Элисонкай мне. — Огрызнулась та. — Он — Монстр, и все мы знаем это. Робин оттолкнула свой стакан. Было ёбаной ошибкой вообще приходить сюда, и гораздо бо́льшей ошибкой было оставаться после ухода Ники. — Он не ёбаный Монстр. — Повторила Робин. И попыталась проглотить свои следующие слова, потому что, хоть они и не были конкретными, они всё равно были не частью её истории для рассказа. Скрестив руки на груди, она постаралась дышать постаралась представить, как ощущается сеть ракетки под её пальцами. Элисон начала что-то говорить, и Робин сдалась. — Заткнись, Элисон. — Сказала она с чувством. В её голосе не было стали Дэн, не было безразличия Эндрю, не было высокомерия Кевина, но, несомненно, этого всё-таки было достаточно для того, чтобы заставить Элисон послушаться. Робин не волновало, почему, будь то из-за её тона или из-за того, что она чувствовала, что собирается получить больше информации. — Если он Монстр, то и я тоже. Знаешь, что было моей первой мыслью, когда он рассказал мне? — Робин крепче сжала свои предплечья. — Мне хотелось, чтобы я тоже смогла убить Стивена. Что я могла бы спасти других девочек. Элисон открыла свой рот, насыщенные красные губы сложились в слово, которое не было произнесено. — Заткнись, Элисон. — Ты ни черта не знаешь, почему именно Эндрю сделал это, поэтому хоть раз в своей ёбаной жизни — заткнись. — Сказала Робин и вытерла с лица слёзы ярости. — Робин. — Начала Дэн. — Я не хочу это слушать. — Ответила Робин. Ещё в первые дни моего пребывания здесь, ты сказала мне, что не знаешь, почему Эндрю делает то, что делает, что он опасен, и что я должна держаться от него подальше. Я думала, что ты всё неправильно поняла, но как минимум одно из этого правда. Ты, блять, понятия не имеешь, почему он делает то, что делает. Она встала со стула, схватила со спинки куртку и натянула её. — Ты просто предполагаешь, что это по самой худшей причине, которую ты только можешь придумать, а потом соглашаешься с этим, независимо от того, насколько это чушь собачья. Робин не могла заставить себя посмотреть на Элисон. Слёзы уже катились по щекам, она не хотела начинать рыдать прямо посреди бара, и она едва сдерживала свой гнев. — Если кто-то здесь и монстр, то это ты и твои ёбаные сплетни вкупе с самомнением. Не дожидаясь ответа Элисон, она вышла из бара.