Королева моих шрамов

— Не верится, что это последний наш год в Хогвартсе. — сказала Гермиона, смотря в окно Хогвартс-Экспресса. — Есть такое. — кивнула Джинни. — Это значит нужно оторваться по полной! — Это значит надо готовиться к итоговым экзаменам. — уточнила Гермиона. — Миона, не будь занудой! — застонала Уизли. — Ты с моим братом и парнем столько правил нарушила в школе и всё равно все СОВ на превосходно сдала. Поэтому будешь развлекаться со мной. — Я хотела, чтоб хотя бы этот год был спокойным. — прикрыла глаза Грейнджер. — Ты участница Золотого Трио. Про какой спокойный год ты говоришь? — усмехнулась Джинни и перевела тему на Гарри и мракоборцев. Гермиона слушала вполуха, потому что всю эту информацию она слышала уже от самого Гарри. В итоге, девушка под конец одной из историй уснула. — Эй, Миона! Поезд приехал. — толкнула её в плечо Джинни и вылезла из купе. Гермиона сразу проснулась и взяв чемодан, пошла вслед за подругой. — Везёт первокурсникам. — восхищённо сказала Джинни, оглядываясь на лодки, плывущие по тёмной воде. — Мы вот едем в скучных каретах. — Первокурсником быть хорошо. Хотя в мой первый год обучения уже начались приключения. — улыбнулась Гермиона. — Мой не лучше. — хмыкнула Джинни, вспоминая дневник Тома Реддла. Хогвартс был как всегда великолепен. Даже после войны он сохранил своё величие. В голове Грейнджер проносились все воспоминания, связанные с этим местом. Здесь она нашла дружбу, плакала, влюблялась, злилась и воевала. Гермиона оставалась на лето, чтоб помогать восстанавливать замок, который стал ей домом. С Роном они сразу поняли, что не испытывают друг к другу больше, чем дружеских чувств, поэтому на спокойной ноте разошлись. Он начал встречаться с Лавандой, а вот Гермиона… Гермионе было не до этого. Она размышляла об экзаменах, о самом Хогвартсе и профессоре Блэк. Что? — Гермиона, на твоей голове пляшут мозгошмыги. — услышала она голос Полумны рядом. Гермиона отмахнулась от слов подруги и вновь потонула в своих мыслях. Как профессор Блэк проникла в её мысли? В этом вопросе было сложно абсолютно всё. Грейнджер восхищалась этой женщиной. Она смогла, также как и Снейп, вести двойную игру и ещё ближе подобраться к Волан-де-Морту. Блэк сумела посадить десятки Пожирателей Смерти и сыграла большую роль в свержении тёмного волшебника. Но было что-то ещё. Что-то такое, что кололо сердце Гермионы каждый раз, когда она видела брюнетку. Это было необъяснимо, хотя Джинни было всё вполне понятно. — Перестань пускать слюни на Блэк. — толкнула Гермиону в плечо подруга. Девушка тут же отвела взгляд от профессора Блэк, сидевшей за преподавательским столом. Гермиона даже не заметила, как они дошли до Большого Зала. — Иначе она тебя когда-нибудь уличит в этом. Ты же не хочешь попасться в её руки, Миона? Хотя, возможно, именно этого ты и хо… — Джинни, прекрати. — кончики ушей Гермионы покраснели. Она вновь посмотрела на Блэк и пересеклась с ней взглядами. В глазах профессора читалось откровенное веселье, а на её губах царила ухмылка. Женщина была до неприличия красивая. Она была одета в то самое легендарное платье с корсетом, которое отдавало воспоминаниями о войне. На плечи была накинута мантия, скрывающая все изгибы тела Блэк. Декольте в платье было несильным, но можно было разглядеть выпирающие ключицы. Тонкие, бледные пальцы неторопливо стучали по светлому дереву, ожидая окончания речи директора. Волосы чёрными кудрявыми локонами спадали на хрупкие плечи. Глаза были подведены чёрным, а на губах красовалась алая помада. Девушка услышала рядом с собой довольную усмешку Джинни и нехотя перевела взгляд на директора Макгонагалл. Эта женщина говорила о непоколебимости духа волшебников и ведьм, о нашей силе и возможностях и, конечно же, о стандартных вещах, которые говорят из года в год. Профессор Макгонагалл отлично держалась как директор. Эта должность была создана для неё. Строгая, дисциплинированная, мудрая Макгонагалл смотрелась более чем идеально на своём месте. Гермиона осмотрела большое помещение и почувствовала, как сердцу стало хорошо. Это был её любимый и родной Большой Зал, где так много всего произошло. От её распределения на Гриффиндор до финальной битвы за Хогвартс. Каждый камешек хранил в себе воспоминания о всех днях, даже о самых скучных. Помнил, как Гермиона превратилась в статую, встретив Василиска. Помнил, как на 3 курсе девушка путешествовала во времени с помощью Маховика и еле-еле успевала всё выполнять. Помнил и Святочный Бал. В тот вечер Гермиона отпустила все свои переживания, заставляя себя танцевать и веселиться вместе со всеми, даже несмотря на то, что Рон испортил окончание вечера — Святочный Бал остался в памяти девушки, как счастливое воспоминание. Помнил, как Фред и Джордж устроили вечеринку с фейерверками Амбридж и как погиб Дамблдор. Всё помнил и хранил. Гермиона перевела взгляд на потолок. Изящные свечи витали в воздухе над столами ребят, по бокам также были канделябры, в которых были закреплены огоньки. Все выглядело сказочно и так по-родному сердцу. Во время распределения Гермиона наблюдала за эмоциями первокурсников, попавших на факультеты. Кто-то был очень счастлив, кто-то был просто доволен собой, кто-то был подавлен, а кто-то был удивлен. Она помнила свое распределение и как долго шляпа не могла выбрать куда её отправить: Гриффиндор или Когтевран? Гермионе даже показалось, что тогда она задумалась о мальчиках, которых встретила в поезде, и шляпа моментально сказала Гриффиндор. Возможно, она все знала с самого начала. Что с этими неизвестными мальчиками пройдет вся жизнь, что они будут сражаться на войне, что она вместе с ними будет убегать по лесу от егерей? Все возможно. Девушка видела, что некоторые дети, попадающие на Слизерин, опускали головы и шли на свой факультет. Видимо после войны сложилось впечатление, что все слизеринцы ужасные. Вряд ли это так. Например, профессор Блэк… И вот опять эта женщина в мыслях Гермионы. Девушка закатила глаза. Ладно, вернемся к примеру. Женщина, которая смогла обвести вокруг пальца самого Темного Лорда, самого лучшего в легилименции мастера, и остаться в живых. Хотя бы одного этого достижения было достаточно, чтобы получить много похвалы от людей и зауважать Слизерин. После распределения по факультетам, на столах появилась всевозможная еда и все сразу же переключили на неё внимание. Всё было как обычно, кроме того, что рядом не было Гарри с Роном, да и Снейпа за преподавательским столом не наблюдалось. Мальчики решили не доучиваться седьмой год и пошли на должности мракоборцев, куда их сразу же взяли. А Северус Снейп выжил в той злосчастной хижине, благодаря своему умению просчитывать ходы наперёд. Зелье от яда Нагайны лежало во внутреннем кармане его сюртука, что помогло Гермионе, пришедшей обратно к преподавателю, спасти Снейпа. Но продолжать обучать учеников он не стал. Его оправдали после трогательного аргумента Гарри, просмотревшего воспоминания профессора, поэтому он решил перебраться в свой маленький домик и заниматься зельями. Даже открыл собственную лавку. Пост преподавателя по зельеварению занял Слизнорт, а деканом Слизерина стала профессор ЗоТИ — Блэк. Было непривычно не видеть мрачного взгляда Снейпа на Гриффиндорцев, но зато намного спокойнее. Гермиона навещала его как-то раз и покупала у него зелья. С ведьмой он был в хороших отношениях, как и со всем Золотым Трио теперь. После того как все насытились, а еда была убрана, ученики поспешили по своим комнатам. При выходе из Большого Зала Гермиону остановил патронус кошки: — Профессор Макгонагалл требует, чтобы мисс Грейнджер зашла в кабинет директора. Сейчас же. Кошка растворилась, а Гермиона замерла в недоумении. — Гермиона, что ты уже натворила? — шутливо напомнила о диалоге в поезде Джинни. — Даже не знаю. — пожала плечами девушка и отделилась от компании друзей. Уже у статуи Гермиону осенило, что она не знает пароля, но рядом с ней тут же вновь появилась кошка и произнесла: — Карамельные леденцы. Гермиона улыбнулась. Видимо у всех директоров фишка ставить пароли в виде сладостей. В кабинете помимо неё и Макгонагалл ещё находился Драко. Гермиона посмотрела на директрису, ожидая дальнейших действий. Та кивнула на стул рядом с парнем. Шатенка, всё ещё не понимая что происходит, села и посмотрела на Малфоя. После войны они почти не разговаривали, если только не учитывать заседание в суде, на котором Гарри спас от Азкабана Драко и Нарциссу. Малфой пожал плечами в ответ на её взгляд. Гермиона окинула взглядом кабинет. Она здесь никогда особо не была. Привилегия ходить сюда находилась у Гарри, а не у неё. Девушка увидела множество портретов прошлых директоров Хогвартса и за плечом Макгонагалл заметила спящего Дамблдора в рамке. На большом полукруглом столе директора стояли красное перо с чернилами, две книги (одной из них была История Хогвартса) и вазочка с карамельными леденцами. Девушка улыбнулась от схожести Макгонагалл и Дамблдора, ведь Гарри рассказывал, что у мужчины была вазочка с лимонными дольками. Переведя взгляд наверх, Гермиона заметила небольшую изогнутую люстру, которая освещала всю комнату. Рядом с ней, прямо над портретом Альбуса висела пустая клетка Фоукса. Видимо, перо, стоящее на столе было именно его, оставленное на память. В момент разглядывания дверцы, скрывающей Омут Памяти, в кабинет влетела профессор Блэк. — Извините, Минерва, задержалась. — кивнула она директрисе и поздоровалась с учениками. Гермиона не слышала этого голоса с лета, когда они вместе восстанавливали замок. Девушка невольно прикрыла глаза от удовольствия, но потом сразу же открыла, и, требуя объяснения, взглянула на Макгонагалл. — Я вас собрала здесь, чтобы высказать мою идею, которой вы должны будете следовать. — начала женщина. — В связи с событиями в прошлом учебном году, я решила, что младшим курсам будет полезно объяснить суть прошедшей войны. Гермиона нахмурила брови. Она всё ещё не понимала, почему именно в такой компании они здесь собрались. — Профессор Блэк, как преподаватель Защиты от Тёмных искусств, согласилась с моей идеей и выбрала вас в качестве рассказчиков, как представителей разных сторон баррикады. — Блэк кивнула и снова посмотрела на учеников. Её взгляд задержался на Гермионе, но та этого не заметила, так как была поглощена словами директрисы. — Вы будете освобождены от обязанностей старост, потому что с этого момента вы ассистенты профессора Блэк на весь учебный год. Вы должны будете рассказывать про войну, разумеется, в пределах нормы, смотря какой курс перед вами сидит. 6 и 7 курсы и так находились на войне, поэтому в объяснениях не нуждаются. Возьмём программу с 1-5 курс. Помимо этого вы будете помогать профессору Блэк вести уроки, так как у неё есть другая миссия, которая намного важнее, чем уроки в Хогвартсе. Мы составили вам нужное расписание, на котором уроки с профессором не мешают вашим занятиям для успешной сдачи экзаменов. Всё понятно? В кабинете повисла тишина. Гермиона почти слышала, как в их с Драко головах проворачиваются шестерёнки. — Я почти всё понял. Но можно ещё раз объяснить зачем мы это делаем и почему именно мы? — поинтересовался Малфой, вертя в руках своё расписание, отданное им только что. Гермиона кивнула, подтверждая, что тоже хочет услышать ответы на эти вопросы. — Всё очень просто, Драко. — заговорила Блэк и Грейнджер невольно вздрогнула, забыв, что та тоже есть в комнате. — Чтобы больше не было подобных людей, как Тёмный Лорд… Волан-де-Морт, — брюнетка скривилась. — Детишкам нужно объяснять к чему приводят последствия таких действий. Как это всё на самом деле происходит. Вы живые солдаты, с которыми хочется пообщаться детям. Почему именно вы? Нужны две точки зрения с разных сторон баррикады, как уже выразилась Минерва. Только ты, Драко, видел почти всё, что происходило в Малфой-Мэноре. А вы, мисс Грейнджер, — профессор Блэк устремила взгляд на шатенку и у той пробежали мурашки по коже. — Вы с самого начала войны знали всё. Вы догадались о том, что Поттер крестраж, раньше, чем он сам. Ваша точка зрения будет интереснее, чем Поттера или Уизли. Гермиона смутилась и почувствовала, как вновь её кончики ушей покраснели. Она быстро прикрыла это всё волосами и кивнула, соглашаясь со всем вышесказанным. — Приступите к своим обязанностям уже завтра. Спокойной ночи, мистер Малфой. Спокойной ночи, мисс Грейнджер. — сдержанно улыбнулась директор Макгонагалл. Девушка и парень вышли вместе с профессором Блэк из кабинета. — Буду вас ждать завтра в своём кабинете. Спокойной ночи. — женщина развернулась на каблуках и удалилась по коридору к себе. Повисла неловкая пауза, которую, к удивлению Гермионы, нарушил Малфой. — Ну раз, Грейнджер, мы с тобой коллеги теперь, то принимай мои извинения за издёвки. Под влиянием отца вёл себя как идиот, признаю, — Драко пожал плечами и подал руку для рукопожатия, бегая взглядом по коридору. — Я приятно удивлена, Малфой. — Гермиона пожала ему руку. — Я принимаю твои извинения и выражаю свою благодарность за ту ситуацию в Малфой-Мэноре. За то, что не сдал Гарри. И давай на «ты», по именам, раз мы коллеги. — Я согласен. Спокойной ночи, Гр… Гермиона. — парень направился в подземелье. — Спокойной ночи, Драко. Вот так был зарыт топор маленькой войны одним простым разговором. Уже лёжа в своей кровати и размышляя о сложившейся ситуации, Гермиона усмехнулась. Год в Хогвартсе будет спокойным? Да никогда. *** Тем временем профессор Макгонагалл раскачивалась на своём кресле и ела карамельные леденцы. — Альбус, я правильно поступила, отправляя Гермиону и Драко к Беллатрикс? — спросила она у портрета. — Более чем. — ответили ей. — Ты подтолкнула людей на создание дружбы и любви. Всё будет хорошо, вот увидишь, Минерва. Макгонагалл пожала плечами и одним движением руки выключила свет.