Королева моих шрамов

— Ты будешь наедине с Блэк? Помогать ей и всё такое?! — радостно воскликнула Уизли. — Джинни, тихо! — шикнула на неё Гермиона, надеясь, что никто за столом не обратил на них внимание. — Во-первых, не наедине. Там будет ещё Драко. Во-вторых, я просто буду рассказывать о войне. Гермиона уткнулась в свою тарелку, не желая поймать на себе пристальный взгляд профессора Блэк или ехидный от Джинни. — Да, но ты будешь ей и помогать. Ты сама мне сказала так. — подруга наклонилась к ней. — И словно вам Драко может помеш… — Джинни, перестань! — Гермиона резко подняла голову и посмотрела грозным взглядом на рыжую, которая сидела рядом и смеялась. Своими действиями они привлекли некоторые взгляды за столом, но они тотчас же были отведены обратно. У Гермионы снова покраснели кончики ушей и она, быстро доев свою порцию, взяла сумку и направилась к выходу из Большого зала. В дверях её нагнала Джинни, которая извинялась за свои шутки, но в её глазах плясали чёртики, давая понять, что шутить она продолжит. Гермиона закатила глаза. Ещё за столом она посмотрела своё расписание и уже на первом уроке у неё было занятие в роли ассистента. Джинни ушла на урок Трансфигурации, а Гермиона около кабинета ЗоТИ дожидалась Малфоя. — Гр… Гермиона, я здесь. — девушка обернулась. — Готова к занятию с моей тётей? — Честно? Нет. Дверь открылась. Учеников ещё не было и за столом одиноко сидела Беллатриса Блэк и что-то писала. — Профессор Блэк, мы пришли. — оповестил её Драко, закрывая за собой дверь. Женщина, не отрываясь от бумаг, кивнула и рукой показала на два стула рядом с ней. — Вы особо сидеть не будете. — сказала Блэк, оглядев их взглядом. — Но мало ли. Гермиона чувствовала себя слегка некомфортно в такой обстановке. В закрытом помещении она находилась с людьми, которых особо не знает. С Драко они были 7 лет врагами и только вчера закончили эту вражду. С профессором Блэк всё в целом было сложно. Пока девушка сидела и ждала, пока начнется урок, она успела оглядеться. Блэк неплохо уже успела обжить свой кабинет. Он был достаточно большим для проведения практики на занятиях. Здесь было много мебели темного дерева, что добавляло мрачности и загадочности комнате. Все шкафы были закрыты, так что нельзя было узнать, что скрывается за их дверьми. Рядом на комодах стояли различные книги, учебники, не зажженные подсвечники. На одной из стен висел постер с описанием непростительных заклинаний. Парты стояли в четыре ряда по четыре парты. Все выглядело компактно, уютно, но все еще таинственно. Зайдя в кабинет можно было сразу понять, что здесь обитает Блэк. К счастью Гермионы, студенты пришли через несколько минут и быстро ретировались по своим партам. На паре был Гриффиндор и Когтевран. Девушка взглянула на брюнетку, которая продолжала что-то писать, не начиная урока. Гермиона поёрзала на стуле и посмотрела на Малфоя, сидевшего между женщинами. Тот также нервно поглядывал на профессора и ждал действий. Через мгновение Блэк запечатала письмо и отложила его. — 4 курс, — подала она голос, вставая. — Сегодня вы выслушаете Драко Малфоя и Гермиону Грейнджер. Они вам расскажут про недавно закончившуюся войну. Разрешается задавать вопросы, не перебивая их. В течение учебного года они будут появляться на моих уроках и помогать. Всем сохранять тишину. Женщина развернулась к Малфою и Гермионе и кивнув себе за плечо, села обратно на своё место. — Всем хорошего дня. Я Гермиона Грейнджер. — начала девушка. — Герой войны, мы это знаем! — выкрикнул кто-то с последних парт. Гермиона смутилась. Драко хотел что-то сказать, но его перебили. — И пожиратель смерти рядом с ней — выплюнула из своего рта девочка с Гриффиндора. Это подорвало уверенность Драко и он закрыл рот, так ничего и не сказав. Гермиона нахмурилась. — Но есть много нюансов, которых вы не можете знать. Драко стал пожирателем не по своей воле. Он никого не убивал, никого не пытал, — послышался женский смешок со стороны учительского стола. — Он спас нам жизни. Шёпот пустился по кабинету и девушка довольно улыбнулась. Она взглянула на Драко, который наблюдал за ней, и указала глазами на студентов. Тот сглотнул и продолжил: — Такое действительно было. Когда егеря поймали По… Золотое трио, они пришли в Малфой-Мэнор, чтобы вызвать Сами-Знаете… — Гермиона ткнула его в плечо и одними губами произнесла: «имя». Драко закатил глаза. — Чтобы вызвать Волан-де-Морта. — парень поёжился. — Рудольфус Лестрейндж спросил меня, знаю ли я парня, которого притащили егеря. Это был Гарри Поттер. Я промолчал. — Благодаря молчанию Драко, мы смогли выбраться оттуда живыми и почти нетронутыми. — перед глазами пробежали воспоминания и Гермиона покачала головой. "Гермиона благодарила себя за то, что вовремя послала жалящее заклинание в Гарри. Рудольфус Лестрейндж, стоящий вместе с Драко Малфоем перед Гарри, выглядел озабоченным. — Это Поттер? — спросил мужчина, дёргая Драко за шею. — Я не знаю. Не похож. — в голосе парня читались беспокойные нотки, но он изо всех сил этого не показывал. — Бесполезен. — Рудольфус оттолкнул его от себя и Малфой упал в руки своей матери. Он развернулся и внезапно увидел меч Гордрика Гриффиндора у одного из егерей. Лестрейндж остановился и впился глазами в оружие. — Где вы его взяли? — поинтересовался он у егерей. — У этих оболтусов в палатке. Теперь он, получается, мой. — глупо улыбнулся мужчина. — Нет! — что-то на подобие кнута появилось из палочки Пожирателя и он принялся душить мужчину. — Он мой! Пошли прочь, живо! Душить человека он перестал и тот, упав на землю, начал хватать недостающий воздух губами. — Прочь из этого дома! Прочь! — крикнул Рудольфус и егеря в ужасе выбежали из Малфой-Мэнора. Рон и Гермиона были связаны, так что ничего не могли сделать, даже после бегства егерей. — Откуда у вас этот меч?! — обратился он к Гермионе. — Откуда у тебя этот меч, грязнокровка? Гермиона сжалась, чувствуя его отвратительное дыхание перед собой. Его лицо было перекошено от страха и гнева. — Отведите этих двоих в подвал. — он указал на Гарри и Рона. — А девчонку оставьте. Дайте мне повеселиться. Адски сумасшедшая улыбка появилась у него на лице и Гермионе стало по-настоящему страшно. Она дёрнула руками в верёвках, но не смогла их вытащить. Они лишь сильнее сдавили её запястья. Гермиона видела, как Люциус кидает её друзей в подвал и она остаётся одна. Гермиона оглядела зал и остановила свой взгляд на Белле, стоявшей за Нарциссой и смотревшей прямо на неё. В её глазах читался страх и сочувствие, но как только она заметила, что её взгляд перехвачен, глаза вновь заискрились безумием. «Пожалуйста. Спасите.» — подумала Гермиона перед тем, как её кинули на пол." — Мы не хотим вас нагружать, поэтому можете задавать вопросы, касающиеся этой истории. — отвлёк от воспоминаний Гермионы Малфой, который только что завершил историю. Шатенка посмотрела на Драко и раздумывала, в какой момент он стал таким добрым. Что изменилось в нём за это лето? Люциус, который попал в Азкабан, уже не мог на него воздействовать, да он и сам стал взрослым. Эта война всех изменила. Гермиона заметила некоторые шрамы на руках и на шее беловолосого юноши, когда они обменивались рукопожатием вчера. По его взгляду было видно, что он слегка нервничает. Драко постоянно поправлял свой черный пиджак, прикрывая изогнутые шрамы на запястьях. Грейнджер поморщилась. Одни шрамы. Что на сердце, что на теле. — Было страшно лгать? — спросил когтевранец. Драко замялся. Он сам знал, что не обладает нужной храбростью. Но и признавать свою трусость не хотелось. — Было нелегко решиться. Ты лжёшь ближнему стороннику волшебника, который одним взмахом палочки может тебя убить. — парень сглотнул. — Не самое приятное ощущение. Но я знал, что если скажу правду, то шанса спастись не будет. Война — очень тяжёлая тема, поэтому Драко с Гермионой не давили на детей. Ученики молчали, переваривая всю информацию. Они стали больше понимать накалённую атмосферу войны и сочувствовали им сильнее. Студенты задавали интересные вопросы, касающиеся в общем плане ситуации и Малфой с Гермионой всё объясняли в пределах разумного. Урок уже подходил к концу и профессор Блэк хотела сказать об этом, но прозвучал последний вопрос: — Каковы пытки у Пожирателей Смерти? Гермиона замерла. Она боялась этого. Это было очень больной темой для неё. Глаза забегали по классу, хаотично думая, как ответить. Она знала, что вопрос был адресован ей, так как Драко уже ответил, что его наказания обошли стороной. — Мисс Грейнджер не будет отвечать на этот вопрос. — стальной голос прозвучал в оглушительной тишине. Девушка посмотрела на женщину, которая вперилась глазами в того гриффиндорца, что задал вопрос. Он же отвечал ей надменным взглядом. — Мистер Уильямс… — Она пережила войну, а теперь боится ответить на вопрос? — Минус 15 очков Гриффиндору за дерзкое общение с преподавателем, мистер Уильямс! — стукнула по столу женщина. Парень тут же притих, испугавшись. — Такие вопросы… — Профессор Блэк, он прав. — Гермиона улыбнулась, чувствуя, что её глаза становятся влажными. Беллатриса обеспокоенно на неё посмотрела, но промолчала. — Пытки у Пожирателей смерти ужасны. — В кабинете стояла ощутимая тишина. — Заклятие «Круциатус» вишенка на торте из проклятий. Такое ощущение, будто тысячи ножей впиваются в кожу и давят на больные места. Самое весёлое для Пожирателей: насылать на человека заклятие «Сектусемпра». Это когда у тебя появляются глубокие порезы по всему телу и из них течёт твоя кровь. Через какое-то время они их заживляют и снова продолжают эту пытку. Появляются всё новые и новые шрамы, пока на тебе не останется живого места или в моём случае, пока не вытечет вся… грязная кровь. "Истошный крик Гермионы раздался по всему поместью. Она кусала губы до крови, чтобы сдержать его, но было слишком больно. — Круцио! Гермиона уже не могла кричать. Она хрипела и было ощущение, словно она сорвала голос. Но ей было слишком больно, чтобы молчать. Шатенка чувствовала ужасный вкус крови во рту и начинала паниковать. — Что ты и твои дружки взяли в моём хранилище?! — орал ей в лицо Рудольфус. — Я… я ничего не брала, — по щекам девушки текли слёзы. — Я тебе не верю. Сектусемпра. Грейнджер подавилась своим криком, когда почувствовала, что на её теле начинают появляться порезы и усиленно течёт кровь. У неё закружилась голова и перед глазами всё потемнело. В следующее мгновение порезы затянулись, но потом снова разошлись. И так несколько раз. Девушка чувствовала, что проваливается в бессознательное состояние. Она не знала, сколько её мучали, но запомнила одну фразу, которую сказал ей Лестрейндж: — Не волнуйся, мы лишь проверяем насколько грязна у тебя кровь. И позволяем тебе очиститься от неё навсегда. Мы ждём, пока вытечет вся твоя грязная кровь." Гермиона держала голос, как могла. Но под конец он сорвался. Все эти ужасы она вновь прочувствовала на себе и поняла, что ощущает нескончаемую тревогу и панику. Девушка начала быстро дышать, но восстановить дыхание не получалось. Она начала задыхаться. — Грейнджер! — Гермиона! Она вылетела из кабинета и побежала по коридору в поисках места, где она сможет прийти в себя. За поворотом её остановили верёвки, обвязавшие тело. Девушка начала в панике дёргаться ещё сильнее. — Пожалуйста, не надо. Прошу, перестаньте. — молила она через солёные слёзы. Верёвки спали и она очутилась в чьих-то объятиях. Гермиона старалась выбраться, дёргаясь и выкручиваясь, но этот кто-то очень крепко её держал и поглаживал по волосам. — Всё хорошо. Ты в безопасности. Ты в Хогвартсе. — приговаривал приятный голос на ухо. Гермиона, сдавшись, вцепилась в этого человека и сжалась в его руках, уткнувшись лицом в шею. Её сердце ужасно болело и тянуло, будто было заражено. Грейнджер прикусила губы, стараясь сдержать стон боли в груди. Девушка начала сосредотачиваться на вещах, которые она видела. Через чёрные волосы Гермиона видела весь коридор, поэтому она судорожно себе говорила: «Коричневая дверь. Большая, деревянная, открывающаяся со скрипом. Ручка от двери чёрная, гладкая, изогнутой формы. Окно. Стекло прозрачное, с чёрной решеткой, прохладное.» Паническая атака не была неожиданностью для Гермионы. Они очень часто накрывали её весь предыдущий год, пока она с друзьями была в бегах. Поэтому она лишь судорожно вспоминала, как с ними справлялась тогда. Через некоторое время паника начала уходить и сознание начало проясняться. Девушка поняла кто её обнимает, когда осознала, что у неё перед лицом чёрные кудрявые волосы. Её вновь накрыла лёгкая тревога. Она предстала слабой перед Беллатрисой Блэк. Боже, как же ужасно. — Профессор, извините, пожалуйста. — быстро вытирая слёзы, сказала Гермиона. — Не знаю, что на меня нашло. Всё отлично. Всё хорошо. Я в порядке. — Ты не в порядке, Грейнджер. Чёрные, как омут, глаза со всей строгостью смотрели в обеспокоенные карие напротив. Блэк всё ещё держала за руки Гермиону и отпускать особо не планировала. — Я могу поговорить с Минервой и ты не будешь говорить о войне… — Нет! — воскликнула девушка, выдёргивая руки и вскакивая на ноги. — Я не слабачка. Я прошла войну и у меня достаточно силы внутри, чтобы повторять эти истории вновь и вновь! Беллатриса продолжала смотреть на Гермиону с долей беспокойства. Через мгновенье это всё пропало и глаза снова наполнились безразличием ко всему. — Хорошо, мисс Грейнджер. — поднимаясь на ноги, сказала Блэк. — Приведите себя в порядок перед следующим уроком. Она развернулась на каблуках и ушла в кабинет, через секунду из которого вылетел Драко и помчался к Грейнджер. — Гермиона, всё нормально? — спросил он. — Я хотел пойти сразу, но меня остановила тётя. О чём вы говорили? — В смысле о чём мы говорили? — нахмурилась девушка. — Она в кабинет зашла достаточно напряжённой. Я её в таком состоянии не видел с той самой ночи в Малфой-Мэноре, когда вы к нам попали. Гермиона покачала головой. Она не знает, почему Блэк была так напряжена. — Всё нормально, Драко. — похлопала она по руке своего коллегу. — Просто напали воспоминания в неподходящий момент. — Понимаю, тоже такое бывает. Во снах обычно. — Ты же избегал пыток? — Своих, да. В обществе Пожирателей не царила весёлая и добрая атмосфера, знаешь ли. Угроз мне было достаточно. И видеть убийства, пытки тоже не самое приятное зрелище. Если вспомнишь, то я тоже был в том зале. Твои крики… прости, что не мог помочь. — Драко, прости, я не подумала… — Ничего. Мы здесь все со своими шрамами. — Драко улыбнулся. — Увидимся на Зельях. — Давай, до встречи. Гермиона шла на урок Трансфигурации, размышляя о сегодняшнем уроке и что было после него. Профессор Блэк за неё испугалась? Да нет. Скорее всего это был инстинкт защитить студента, нежели что-то более глубокое. И сам вопрос был ужасен. Девушку передёрнуло. Она никогда не позволит никому увидеть свои шрамы.