Мою музу звали Смерть.

- Нет! Нет! Чёрт! – задыхаясь от быстрого бега, хрипел парень, несясь по тёмной безлюдной улице. – Отвалите от меня! Сквозь темноту, окутавшую город, был ясно виден силуэт молодого парня, бегущего со всех ног по абсолютно тёмной улице, где не горел ни один фонарь. Его волосы, ранее собранные в косу, уже растрепались, разлетаясь на ветру в разные стороны. Разноцветные глаза застилали слёзы, один из них пульсировал жгучей болью, что кровью стекала по нежной щеке, капая на расстёгнутое бежевое пальто, а с него перебираясь на идеально белую рубашку, растекаясь бордовыми кляксами. Позади слышался смех – преследователи ни на сантиметр не отставали от Николая, у которого уже начинали заканчиваться силы. Всё тело била крупная дрожь, подступающая истерика почти накрывала парня с головой. Компания мужчин, что гналась за ним, что – то кричала ему вслед, смеясь при этом так, что, казалось, ещё совсем немного, и все они дружно сорвут голос. В какой момент что – то пошло не так, Николай понять не успел. Голова вдруг дико закружилась, в глазах зарябило и потемнело. Пальто, всё это время всё ниже и ниже съезжавшее с плеч парня, попало ему же под ноги, отчего тот запнулся, с коротким криком падая на землю и понимая, что столкновение с преследователями уже неизбежно. Не прекращая попыток встать обратно на трясущиеся ноги, Гоголь старался отползти назад, громко всхлипывая и задыхаясь в собственной истерике. - Я кричать буду! Отвалите от меня! – захлёбываясь в собственных слезах, кричал парень, всё быстрее стараясь хоть как – то увеличить дистанцию между собой и своими преследователями. - Кричи – кричи, никто не услышит! – посмеялся один из мужчин. - Да даже если и услышат, какой дурак в переулок полезет на верную смерть!? – подхватил второй. Вся компания дружно расхохоталась, заставив Николая громко всхлипнуть и затрястись ещё сильнее от нахлынувшего животного ужаса. - У меня ничего нет! Забирайте деньги, всё, что хотите, и оставьте меня в покое! – срывая голос, продолжал пытаться хоть как – то защититься он, предпринимая очередную попытку встать, но тут же с писком падая обратно. - А нам твои деньги и даром не нужны. – раздался спокойный и от этого ещё более мерзкий голос. – Мы твоей крови хотим. Она у тебя вон какая вкусная! Мужчина демонстративно облизал лезвие ножа, которым ещё несколько минут назад полоснул Николая по лицу, когда им удалось в первый раз зажать его в переулке. Преследователи согласно закивали, посмеиваясь и поддакивая друг другу, начиная подступать ближе к парню, который почти упёрся в стену одного из старых домов. На другой стороне улицы была видна подворотня, ведущая уже на другую её часть, и единственным спасением было бы добежать до неё. Собравшись с силами, Гоголь из последних сил вскочил на ноги, и так быстро, как только в тот момент мог, рванул в сторону подворотни. Однако он не успел пробежать и трёх метров, как услышал за своей спиной злобный голос: - Ну всё, мне надоело этого клоуна гонять. Внезапно кто – то резко сбил Николая с ног, заставляя взвизгнуть от неожиданности. Парень чертыхнулся, падая на спину и больно впечатываясь затылком в стену, снова вскрикивая от боли, не понимая, как мужчина смог так быстро догнать его и так резко и сильно оттолкнуть в сторону. Преследователи медленно окружали его, пока крупный мужчина, сбивший его с ног, неторопливо опустился на корточки напротив. - Помогите! – во всё горло заорал Гоголь. – Помо!.. Резкая боль сковала горло, на дав договорить и вырывая из горла вместо крика лишь болезненный хрип. Большая рука, сдавив шею Николая мёртвой хваткой, медленно поднимала того вверх, прижимая к стене дома и буквально вдавливая в неё парня. Из глаз с новой силой брызнули слёзы. Хотелось вдохнуть побольше воздуха, но лёгкие лишь сковывала неприятная колющая боль, заставляя хрипеть в попытках не задохнуться. Хватка чуть ослабла, и Гоголь, было приготовился снова кричать, как вдруг его взгляд упал на ухмыляющееся лицо мужчины, по - прежнему прижимавшего его к стене. Глаза до предела распахнулись, наполняясь невероятным, непередаваемым ужасом, когда прямо перед ним мужчина под свой же мерзкий хохот начал меняться. Глаза заплыли чёрным цветом, что затапливал собой абсолютно всю радужку и склеру, превращая их в пустые блестящие омуты. Из раскрытого рта вдруг начали вытягиваться два длинных и острых белых клыка. Вампир издал совершенно животный рык, снова сильно стискивая шею Николая, опуская его тело чуть ниже - так, что парень касался земли лишь носком своих кроссовок. Шок и безумный страх перекрыл собой всё вокруг. Кричать сил уже не было. В тот момент Николай подумал, что перед ним стоит его смерть.