Мою музу звали Смерть.

- Добрый вечер. Утром мне пришло письмо с просьбой явиться в резиденцию Совета лично к вам. – после вежливого стука в деревянную тёмную лаковую дверь объяснился Фёдор, приоткрывая её и стоя на пороге кабинета главы Верховного Совета Высших по области. - Ах, да, припоминаю, припоминаю… - закивал мужчина с лысиной на макушке, аккуратно складывая в стопку какие – то бумаги и осторожно стуча их ребром по краю широкого стола. – Фёдор Михайлович Достоевский, чистокровный вампир, двести тридцать четыре года… Всё верно? – спросил тот, заглянув в лежащую перед ним открытую папку, на мгновение подняв тёмные глаза на Фёдора и получив ответный кивок, выражавший согласие. – Замечательно. Я, как вы уже наверняка поняли, являюсь управляющим отделом Верховного Совета Высших по области… - представился он. – Проходите, только не стойте в дверях. - Благодарю. – кивнул Достоевский, закрывая за собой тяжёлую дверь и останавливаясь у неё, наблюдая за тем, как вампир всё ещё возится с документами, пытаясь разложить их в нужном ему порядке. Хотя, что – то подсказывало Фёдору, что всё это лишь постановка, созданная для того, чтобы делать вид, что он работает, а на самом же деле управляющему было глубоко наплевать на все эти бумаги. Ещё раз пройдясь взглядом по тучному телу, Достоевский про себя прикинул, что этому вампиру должно быть не меньше шестисот с лишним лет. Строгий, но мятый тёмно – серый, почти чёрный костюм; белая и такая же помятая рубашка, на воротнике которой был затянут тёмно – красный галстук. На одном из пальцев мужчины красовался огромный поблёскивающий золотом перстень с не менее огромным красным камнем, и Фёдор бы ни капли не был удивлён, если бы вся эта прелесть стоила просто баснословных денег, хотя, вероятнее всего, так оно и было. Стоя в мрачной комнате, и так оформленной в тёмно – коричневых тонах и освещаемой лишь типичным светильником с зелёной крышкой, что стоял на большом столе, за которым и сидел управляющий, Достоевский молчал, не двигаясь с места и ожидая дальнейшего развития событий. В его голове проносились воспоминания о том, как Николай боялся оставаться один и всё ни в какую не хотел отпускать Фёдора в резиденцию ВСВ, аргументируя это тем, что переживает за него, однако вампир прекрасно осознавал, что всё это – последствия повторного нападения на Гоголя. Что – то подсказывало Достоевскому, что именно об этом сейчас и будет идти разговор. Вампир вспомнил молящий взгляд парня; вспомнил, как тот держал его за холодную ладонь обеими своими, невероятно тёплыми и очень мягкими, и просил не ходить туда. Но Фёдор понимал, что если он не явится по требованию их властей, будет только хуже. Поэтому, дав Николаю успокоительного и напоив своим фирменным чаем с травами, который уже так сильно успел полюбиться Гоголю за те месяцы их общения, Достоевский уложил его спать, улёгшись для виду рядом с ним. Однако стоило парню засопеть и забыться спокойным сном, как вампир сразу аккуратно выбрался из его объятий, переместившись в другой угол комнаты и начав собираться. - Вы проходите, проходите, что ж вы на входе – то замерли? – удивлённо затараторил мужчина, поправив квадратные очки с очень тонкой, едва заметной золотой оправой, подняв их выше на переносицу. – Садитесь, располагайтесь, как вам будет удобно… - Благодарю, но я лучше постою. – сделав несколько шагов вперёд, но всё равно не сильно отдаляясь от входной двери, кивнул Фёдор, сложив руки в замок. – У меня не так много времени, как хотелось бы. Поэтому давайте сразу перейдём к сути. – приврал он, дабы долго не задерживаться в этом месте в компании очередного продажного чиновника – вампира, которому важны лишь деньги да развлечения: Достоевский отчего – то был уверен в том, что тот именно таким и являлся. - Да – да, думаю, у вас есть какие – то свои планы на эту ночь… - как – то загадочно протянул мужчина, наконец откладывая бумаги в сторону, сцепляя пальцы между собой и устремляя взгляд на Фёдора. – Вы, предполагаю, уже догадались обо всём и знаете о цели вашего к нам визита? - Понятия не имею. – честно ответил вампир, поддерживая зрительный контакт. - Что ж… Этой ночью вы убили в переулке четырёх обращённых вампиров. Нескольким оставшимся из присутствовавших тогда в том месте обращённых вампиров удалось скрыться от вашего, как они выразились, «приступа неконтролируемой ярости»... – выговаривал управляющий. – Меня интересует причина вашего поступка. Ранее за вами, судя по документам, ничего подобного замечено не было. Что же послужило толчком сейчас? - Убитые мной обращённые вампиры и их выжившие «приятели» напали на человека. – с готовностью ответил он. – Причём это случилось не в первый раз: ранее мне уже удавалось помочь ему же вырваться из их рук. Я просто защитил нуждающегося в помощи человека. - Вот как… - вскинув брови, протянул управляющий. – А зачем? Внезапно заданный вопрос поставил Достоевского в ступор. Что значит «зачем»? - Ну… - запнулся он. – В каком смысле?.. - В самом что ни на есть прямом. – бодро ответил вампир. – Зачем вы помешали другим вампирам? Развлекаются новоиспечённые ребята, ну и пусть. Хочется же иногда горячей свежей крови… Хочется почувствовать свою власть… - мерзко улыбнулся он. - Этот человек мне близок. – твёрдо произнёс Фёдор, стараясь пропускать мимо ушей тот бред, что на полном серьёзе выговаривал сидящий напротив него вампир. Раздался громкий смех. - Забавно выходит, Фёдор Михайлович. – управляющий слегка покрутился на кресле из стороны в сторону, взглядом изучая потолок. – Чтобы человек и вампир были близки… - Я не вижу в этом ничего смешного или необычного, господин управляющий. – с явно различимым стальным холодом в голосе проговорил Достоевский, сдерживая себя. - И насколько же вам близок этот человек? – специально выделив последнее слово, с насмешкой спросил мужчина, в ожидании поднимая глаза на Фёдора. - У нас отношения. – серьёзно ответил тот, чем вызвал очередной приступ смеха управляющего. - Ладно, кто конкретно вас привлекает – не моё дело… - успокоившись, начал вампир, вытирая выступившие от смеха слезинки. - Именно. – перебил Достоевский. - Но тем не менее, спешу напомнить, - пропустив реплику Фёдора мимо ушей, продолжил управляющий, - что отношения между вампиром и человеком запрещены. Вы ведь, вроде бы, соблюдаете Устав? Значит, вы должны обратить вашего спутника, или кто он вам там, - издал смешок он, - и уже после делать всё, что хотите. К тому же, если бы вы сразу обратили его в вампира, то никаких проблем бы не было: другие вампиры не проявляли бы к нему интерес как к добыче. - Я – то Устав соблюдаю, - начал вскипать вампир, - да вот вы, видимо, вообще от Устава знаете только название, не так ли? - И что вы этим хотите сказать? – приподняв бровь и скептически окинув Достоевского взглядом, поинтересовался мужчина. - То и хочу. По Уставу вампирам точно также запрещено убивать людей, однако вас, да и многих вам подобных, это, вроде как, мало волнует. Или я не прав? – Фёдор сделал паузу, замечая растерянность, что на секунду проявилась в глазах управляющего. – Поэтому вам ли предъявлять мне претензии по поводу того, что я должен обратить выбранного мною человека в вампира? – приподняв подбородок чуть вверх и посмотрев ледяным взглядом на вампира, произнёс он. - Убийство людей ради развлечения уже давно процветает среди нашего общества. Я удивлён, что кто – то всё ещё следует этому пункту Устава… Нет, я, конечно, знал, что существуют вампиры, до сих пор не знающие о том, что этот пункт давно никем не соблюдается, но чтобы встретить вживую такой экземпляр… О таком я даже и не мечтал! – хохотнул тот, снова поправляя очки. - В таком случае, какие претензии могут быть ко мне из – за убийства обращённых вампиров? Их сейчас расплодилось, как собак нерезаных. Если вы постоянно убиваете людей, то что страшного в том, что один чистокровный вампир лишит жизни нескольких обращённых? - В какой – то степени вы правы… Однако не стоит забывать о том, что люди для нас, вампиров, являются источником пищи и удовлетворением прочих наших потребностей... – ухмыльнулся мужчина. – И насчёт обращённых вампиров… Да, мы можем обратить ещё людей. Но если часто обращать, то не останется людей. А тогда не останется и пищи. - Крови на пропитание скорее не останется из – за того, что вы всех людей перебьёте. А людей обращают в вампиров и так чуть ли не каждый день, поэтому больше уже просто некуда. – процедил Достоевский, уже конкретно начиная закипать. – Донорская кровь тем и хороша, что люди после её забора продолжают жить, а не заполняют собой пустую земляную яму на кладбище, и после могут сдать кровь ещё раз. - Но так ведь не интересно. – скучающе произнёс управляющий, возводя глаза к потолку, подпирая рукой щёку. – Видеть страх в глазах людей – вот истинное удовольствие. Да и донорская холодная кровь никогда не сможет заменить свежей, горячей, а уж тем более никогда не подарит приятные ощущения наравне с укусом… Вы ещё молоды и так глупы, Достоевский. – он упёрся взглядом в Фёдора. – Совсем ничего не понимаете. - Единственное, чего я не понимаю – это мразей, подобных вам, господин управляющий… – процедил сквозь зубы вампир, лишь крепче сжимая руки в кулаки, пока его глаза сами собой наливались красным оттенком, начиная опасно поблёскивать. – Я не понимаю вашей глупости: вы считаете таких, как я, дураками, однако вы сами ими являетесь. И если вы думаете, что вам всё в этом мире дозволено, то спешу вам напомнить, что это далеко не так… Радужка Достоевского вспыхнула ярким огненным светом, что в полумраке кабинета горел подобно костру. Из – под его бледных губ были видны концы появившихся белоснежных клыков. - Мы не думаем, - вампир медленно поднялся с места, начиная обходить стол, - мы это знаем. Мы высшие существа этого мира, а значит, он лежит у наших ног. И мы можем позволить себе делать то, чего хотим сами… Обогнув стол с левой стороны, он остановился у другого его края, поправляя лежащую на нём стопку бумаг и слегка пододвигая ту самую настольную лампу с зелёной крышкой, после чего, повернувшись к Фёдору, он продолжил говорить: - Знаете, не стоит даже пытаться со мной что – либо сделать. – устремляя взор на торчащие клыки вампира, после переводя его на светящиеся красным радужки, спокойно произнёс он. – Да, я полукровный вампир, и вы превосходите меня по силе. Но не стоит забывать, что в здании присутствует множество охраны, которая имеет при себе несколько видов оружия, способного убить вампира. Думаю, вам не очень бы хотелось получить пулю серебром в лоб, не так ли? В кабинете на мгновение воцарилась тишина, перебиваемая только тиканьем больших старинных часов, что стояли в углу кабинета, и прерывистым дыханием взбешённого Достоевского. - В этот раз я закрою глаза на произошедшее и сделаю вид, будто ничего не было. Можете идти. Вас ждут ваши дела. – взмахнув рукой и слегка закатив глаза, хмыкнул управляющий, снова направляясь к своему креслу. Раздражённо прорычав, Фёдор резко вылетел из кабинета, громко хлопнув тяжёлой деревянной тёмной дверью и направляясь по длинному коридору, освещённому приглушённым оранжево – желтоватым светом, к выходу из резиденции Верховного Совета Высших, проносясь мимо многочисленных охранников в форме с оружием в руках.