(Не) по-братски

      Антон давно не был в гостях у своей сестры. За это время в квартире практически ничего не поменялось, не считая новой кофемашинки, и странной, не подходящей под интерьер картины в гостиной.       — Не спрашивай, — Надежда отмахнулась — не знаю, как Игорь меня уговорил.       — Да со вкусом у твоего мужа всегда были проблемы.       — Ну хватит уж, в жены он взял женщину что надо. Останься на ужин, специально для тебя приготовлю рыбу по-гречески.       — Не откажусь.       — Ну, пойдем пока пить чай с вареньем?       Пока сестра разливала чай по чашкам, Антон не удержался и полез пальцем в варенье — в малиновое.       — Неужели сама?       — Ты же меня знаешь, я так себе хозяйка. Это от мамы.       — Давно я не был дома. Мама звонит мне почти каждый день, просит приехать. Вероника далеко, только ты навещаешь ее.       — Мы можем поехать вместе к маме в это воскресенье, если хочешь?       — Да пожалуй. Я уже вошел в темп на работе. Да и с Матвеем все наладилось, а я боялся.       — Так что с Матвеем в итоге оказалось?       — У них с подчиненным случился короткий служебный роман. Оказалось, тот парень использовал Матвея для корпоративного шпионажа. Его, конечно, уволили, а он в отместку оболгал Матвея, обвинив в домогательствах.       — Ты ему веришь?       — Я его люблю, поэтому у меня нет другого выбора.       — Совсем недавно ты говорил, что любишь Егора.       — Я все еще люблю Егора, я не могу перечеркнуть годы отношений как по щелчку пальцев.       — То есть ты бы вернулся к нему, если бы Егор выбрал бы тебя во всех смыслах?       — Этого никогда не случится, и мы с Егором никогда не будем вместе.       — Представь гипотетическую ситуацию, что Егор любит тебя, любит так же сильно, как ты его. Сравнима ли ваша такая гипотетическая любовь с Егором с вашей существующей любовью с Матвеем?       — Этот все глупости, Надя. Какой смысл в этом вопросе, если и ежу понятно, что Егор не любит и не полюбит меня?       — Как же ты не понимаешь: не важно любит ли тебя Егор, да даже неважно, любит ли тебя Матвей. Ты сам — кого ты любишь? Ответь себе на этот вопрос.

***

      Они завтракали в полной тишине. Егор то и дело поглядывал на с аппетитом уплетавшего омлет Олега, и улыбка прорывалась на его лице независимо от его желания скрыть довольство тем, что наконец то они снова принимают вместе пищу, как имели обыкновение делать это после тренировок в кафе или столовой при спорткомплексе.       — Если хочешь, можешь взять из моей тарелки.       Олег наконец посмотрел на Егора и, сглотнув, резко перекинулся через стол за поцелуем. Поцелуй вышел коротким, но обжигающе горячим.       — Мне надо в душ — Олег вышел изо стола и скрылся за дверью в ванной.       Егор посидел несколько минут затем собрал с пола упавшие приборы, и сложил посуду в мойку. Потом подошел к ванной комнате и вошел в приоткрытую дверь.       Олег не мог не слышать, как Егор вошел внутрь, но не оборачивался: он стоял, подставив лицо под струи воды. Егор переступил через борт ванной и прижался мокнущей майкой к голой спине Олега. От коротких мокрых волос Олега исходил запах его шампуня, по шее и ушам стекала тёплая вода. Егор выключил воду и поцеловал плечо Олега, которое тут же покрылось мурашками. Затем он повернул за подбородок лицо Олега к себе и невесомо поцеловал сначала в висок, затем в скулу и наконец в приоткрытые зовущие губы. Стояк Олега упирался в плитку на стене, и Егор провел рукой по нему, после чего надавил на поясницу Олега, и тот, истолковав правильно желание Егора, прогнулся в спине и уперся руками в борты ванной с двух сторон. Егор спустил шорты, которые облепили его стоящий колом член, достал с полки у зеркала лубрикант, затем хорошенько смазал им свой член.       — У тебя не было ни кого после того ублюдка?       — Нет, ни до, ни после.       Егор сжал кожу на своем бедре, боясь излиться, как подросток не успев войти. Он смотрел на рисунок на плитке перед собой, борясь с желанием войти сразу, не церемонясь, в упругую глубину между крепкими ягодицами.       Егор видел что Олег не менее напряжен, поэтому попытался расслабить и успокоить парня, огладив его спину и задницу. Затем просунул руку между ног Олега и стал надрачивать успевший наполовину опасть член. Продолжая это делать, Егор стал протискиваться членом внутрь. Было до одури тесно, и Олег не стремился облегчить эту задачу, хоть сколько-нибудь расслабившись.       — Тебе надо расслабиться, иначе я не смогу дальше войти.       — Я не смогу тут расслабиться.       — Хорошо, выходи когда будешь готов, я буду ждать тебя в постели.       За спиной Олега закрылась дверь, и он наконец-то выпрямился. Егор нравился Олегу — впервые кто-то после Кости. Впервые после изнасилования у него появилось желание переспать с парнем. С парнем который его привлекал сексуально, спас его из ужасной ситуации и который всегда хотел его.       Член все еще стоял, возбуждение никуда не ушло, но почему-то не получалось расслабиться: установки, которые он когда-то возвел внутри, давно пошатнулись, но страх не отпускал. Олег посчитал до десяти и пошел в гостиную.       — Ты не должен спать со мной только из благодарности…       — Заткнись.       Олег лег на Егора, припечатал рот глубоким поцелуем, из головы вылетели все мысли, переживания. Под рукой билось сердце человека — обычного человека, который ему нравился, который хотел быть с ним, который ждал его. Олег оторвался от его губ, приложил ухо груди и слушал учащенный пульс. И он, на удивление бился, в унисон его пульсу.       Егор провел рукой по коротким, почти высохшим волосам, поцеловал в макушку, а когда Олег поднял на него глаза, перевернулся с ним, оказавшись сверху.        Егор смотрел в лицо Олега и думал, что мог бы измениться для него, мог бы построить с ним долгосрочные отношения, мог бы любить его. Они целовались и целовались, перехватывая у друг друга инициативу, потом Егор спустился ниже, к шее, очертил языком адамово яблоко, оставил следы от засосов над ключицей, рядом с левым соском, на животе, подул на головку члена и длинно лизнул от основания к кончику.       Олег кончил бы сразу от ласк члена, если бы Егор не растягивал пальцами упругие мышцы внутри него. Прервавшись, Егор сказал:       — Не кончай, пока я не буду внутри. Я хочу почувствовать изнутри твой оргазм.       Внутри было также тесно, но, проталкиваясь внутрь Егор больше не чувствовал сопротивления. Одной рукой он дрочил Олегу, а на другую опирался.       — Егор, я сейчас…       — Кончай, сладкий, кончай для меня…       Олег излился в руку Егора, и тот наконец смог задействовать обе руки, чтобы ускориться и набрать темп для толчков. Егор совершенно забылся, и вколачивался с напором в кончившего и размякшего Олега, член которого начинал заново твердеть.       — Ты мой, блять, мой. Сукаа…       Егор успел вытащить член в последний момент, обрызгав его живот.       Он лег на липкого Олега, и не спавший почти всю ночь, засыпал под замедляющийся стук его сердца.       Олег дождался, когда Егор заснет полностью, и аккуратно выполз из-под него. Задница нещадно ныла, но обошлось без травм: дырка была цела, Егор его хорошо растянул, хотя в конце не пожалел.       Олег собирался поговорить с Костей, рассказать ему все как есть. После пережитого он понял, что не имеет право избегать друга, не объяснив причины, и вообще решать за него.