Beyond The Boundaries

      Пустынная улица. Ветер лениво двигает смятую упаковку из-под энергетика. Стоит мёртвая тишина, нарушаемая лишь шумом колёс по мокрому асфальту. Совсем... не рядом.       Рихард устремляет безнадёжный взгляд вдаль. Он отдал ему всё. Всё, что смог...       Ежится и смотрит на свои ботинки. Кто он без него?       Вздыхает. Обхватывает плечи руками. Чёрт, как так вышло?..

...Я люблю тебя...

      Круспе рычит. Грозно и утробно. Может, он был и не самым лучшим, но он старался. Старался быть лучшим!       Фары машины режут глаза и вынуждают парня отвернуться от их источника. Рихард крепко жмурится. Он ведь знал. С самого начала знал, что Пауль не тот, кем казался. Волк в овечьей шкуре. — Ты должен совсем, как я! Жить в страданиях...       Рихарду кажется, что он постепенно умирает внутри. Ландерс... Снисходительно лишь улыбался на все его проявления чувств. Никак не хотел говорить наивному Круспе, что лишь игрался им, в то время как у самого был Кристоф... — И долго тебя ждать?       Щелчок зажигалки. Пауль — отчаянный любитель сигарет. Совсем не как Рихард.       Круспе морщится и качает головой. — И зачем ты... — Рихард, садись в машину.       Круспе не может даже заставить себя взглянуть в серые глаза. Он почти придумал повод для расставания. Хватит мучить друг друга. — Почему ты не чувствуешь мою боль?!       Пауль удивлённо приоткрывает рот.       Рихард со всего размаху швыряет первый попавшийся под руку камень на земь. — Знал бы ты, как я терпеть не могу смотреть на тебя. Уходи. Уходи, у тебя есть он. Хватит так насмешливо смотреть! — Я едва жив! — Заканчивай свой концерт, Рихард.       Несмотря на шипение Круспе, Пауль подходит близко-близко, и парня обдаёт запахом мятной жвачки вперемешку с дорогим одеколоном. Ландерс крепко прижимает тело Рихарда к себе и даже не оставляет попытки тому хоть как-то вывернуться. — Почему ты не чувствуешь моей боли... Ты должен... Должен!       Пауль прикрывает глаза и прикусывает внутреннюю сторону щеки. — Что... Что я должен, Рихард? — Быть здесь... Здесь со мной!       ...А Рихард сидит один. В полном одиночестве и темноте. Он не был лучшим для Пауля...

Едва жив...