Сказки

Поразмыслить было над чем, поэтому от самой Затравки Костя был наполовину с ребятами, а наполовину в себе — пару раз даже залипал вперёд и не откликался, пока его ощутимо не пихали в бок. Первое и основное, что занимало Плотникова — вопрос: что же не так с этим миром? Даже вопросы об устройстве этой игры и механизме перехода из реальности в реальность отошли на второй план. Понятно было пока только одно: неигровые персонажи в какой-то момент обрели сознание — но разве ж это так плохо? Мир Сказок даже по примерным прикидкам — на основе слов Шута и изучения путеводного диска — немаленький, в нём постоянно что-то происходит, причём в разных частях мира — разное. Живи — не хочу… С главным злодеем, который обрёл сознание получалось чуть сложнее, но тут Костя ничего не мог сказать, потому что ни Шут, ни Елисей не дали никакой внятной информации, только абстрактное «играет не по правилам» да «беспределит». Второе — Плотников был вынужден признать, что Шут прав. Увлекли его Сказки. Причём не только своими тайнами, загадками и неведомым устройством, но и просто… обстановкой. Здесь было ещё лучше, чем в Академии, лучше, чем дома. Иногда появлялось чувство необъяснимой тревоги, иногда могло стать страшно, но в целом — в целом ему здесь очень нравилось. И возвращаться в серую реальность, даже подкрашенную театралкой, не хотелось. Солнце плавно клонилось к горизонту, и из леса его уже было не видать, но пока ещё было светло. Ребята пришли прилично вглубь леса, да так, что поначалу довольно широкая колея превратилась в узенькую тропинку, по которой они могли идти только друг за другом. Егор как раз рассказывал что-то смешное, от чего Димка глушил смех кулаком, когда вдруг раздался хруст где-то сбоку и совсем неподалёку. Все трое замерли и повернули голову в сторону звука. Дима и Костя переглянулись и осторожно сошли с тропинки вглубь леса. В паре десятков метров виднелся силуэт человека, пробирающегося сквозь торчащие ветки и клянущего этот лес на чём свет стоит. — Да где же… Когда он приблизился, ребята смогли его разглядеть: это был паренёк с русыми и будто выгоревшими на солнце волосами, одетый в какое-то местное обмундирование, и то ли с ружьём, то ли с винтовкой через одно плечо и с лютней — через другое. На лице виднелась лёгкая щетина, но Костя не дал бы ему больше двадцати. — Здорово, служивый, — немного сведя брови бросил Димка шугнувшемуся парнишке, который только сейчас заметил их. Тот облегчённо выдохнул и проговорил: — Парни, не пугайте так, сами понимаете, лес — не самое безопасное место, а я только со службы. — Неужто война была? — недоверчиво вымолвил Костя. — Была… — парнишка невесело хмыкнул. — У нас тут что ни месяц, то вечная война, да на битвы меня не посылали, хвала небесам. Я больше это, писарем да сказителем у них был, развлекал бывалых вояк перед гибелью, так сказать. Он показательно выдвинул вперёд лютню. — Стало быть, ты воин-менестрель? — Костя даже усмехнулся: вспомнилась какая-то бардовская баллада, случайно услышанная пару лет назад. — Да какой… — отмахнулся паренёк. — Я так, бренчу иногда что-то, иногда сочиняю. У меня родители в Новинке живут, вот, мама лютню смастерила, папа материал ей помогал искать. Они мне, хоть и не родные, но растили в любви. — Получается, тоже в Новинку идёшь? — Егор, стоявший сзади оживился. — Мы как раз туда направляемся, давай с нами! Парнишка широко заулыбался, обнажая небольшую щербинку меж зубами. — Раз нам по пути — чего ж нет? — Звать-то тебя как? — Костя кивнул ему с той же улыбкой, которая так и не сошла с его губ. — Владислав, можно Влад или Владик, а вас? Костя представился и пожал руку новому знакомому, затем назвал по именам остальных. Влад пожал руки и им. — С нами ещё Шут обычно таскается, но он куда-то пропал, — сказал Костя. — Ты ведь не имеешь с ним тёрок? А то в Затравке его не очень любят. Влад пожал плечами и с улыбкой покачал головой: — Впервые слышу о таком. — Далеко нам ещё? — осведомился Егор. Дима, нёсший в руках путеводный диск, глянул на окошко, в котором отображались какие-то местные единицы измерения расстояний, что-то прикинул в голове и ответил: — Ну, где-то четверть пути осталась. — Да мы близко уже, — сказал Влад. — Не видите, деревья редеют? Вам, кстати, зачем в Новинку-то? — Да мы с Колдуном вообще должны сразиться, — объяснил Плотников. — Миссия у нас такая. Влад снова расплылся в широкой и какой-то то ли мечтательной, то ли игривой улыбке. — Вам повезло, я как раз от него. Он мне по пьяни свой секрет выболтал. Не бессмертный он, оказывается. Все трое оторопело уставились на Влада. — Чего? — тот неловко усмехнулся. — Ты хочешь сказать, что ты просто взял и заболтал Колдуна, который кошмарит твоих земляков? — Димка вскинул бровь. — И он тебя даже не покалечил? Влад снова прыснул. — Ну да, я вообще, когда с ним повстречался, первым делом подумал: и вот им меня всё детство пугали? Не знаю, может, я ему понравился чем-то, конечно, может — просто повезло… но выпили мы с ним душевненько. — Да тебя бояться надо, Владик, — не без восхищения хохотнул Костя. — Не поделишься секретом, как Колдуна одолеть? — А, я ж, кстати, по возвращении планировал сразу к старосте пойти, чтобы рассказать, что делать, чтобы избавиться от Колдуна раз и навсегда, — вновь собрав на себе все три пары глаз, парень объяснил: — Он же пару лет как помер, да не упокоится всё никак — встаёт из могилы и начинает пакостничать. А мёртвого — как убить? Ну, поведал он мне, что если сжечь его тело на огромном костре, полезут из него разные твари: змеи, черви, птицы — их всех надо ловить и сжигать в этом же костре. Тогда он и уйдёт окончательно. — Интересно… — задумчиво проговорил Костя. — А хватит в Большой Новинке людей, чтоб такое организовать? — Должно хватить, — Влад пожал плечами. — Что я пропустил?! — раздался уже привычный скачущий голос непонятно откуда вынырнувшего гида. — А... ты, видимо, Шут, — кивнул паренёк с улыбкой. Шут остановился и немного растерянно посмотрел на Влада. — Ну да, я. А ты кто такой? — Я Влад, домой вот возвращаюсь со службы. — Тебя здесь раньше не было, — Шут задумчиво почесал затылок, запустив пальцы под колпак и цокнул языком. — Странно это, но допустим. Влад рассмеялся и покачал головой. — Да чего странного? Я просто раньше жил в Новинке, но вот подрос и меня призвали на службу. Ты будто не знаешь, в какой момент у нас тут всё изменилось. А так бы да, после каждого перезапуска, бегал бы я маленьким мальчиком по полю босиком, да ни о чём не думал. — А, вон оно как, — Плотников вскинул брови, кое-что для себя уяснив. Получается, что либо после того, как создатели в последний раз были игре, перезапуска не случилось, но и мир почему-то не встал на паузу, либо — до него ни с того ни сего упала странная мысль: главный злодей, этот Князь Тьмы, мог каким-то образом повлиять на скрипты игры и частично что-то переиначить. — Смотрите! — воскликнул Егор, указывая на уже достаточно широкую полосу между деревьям. — Мы даже до сумерек успели. Они в самом деле вскоре вышли из леса на залитую янтарным светом уходящего солнца просёлочную дорогу. В лесу казалось, что закат они уже не увидят, но сказочный мир умел удивить своим неожиданным ландшафтом. В рыжем небе тут же появились буквы: «Добро пожаловать в Большую Новинку». Новинка действительно оказалась большой. По словам Влада, в деревне проживало около тысячи человек, что, разумеется, было прилично по сравнению с десятком жильцов Затравки. Дома в Новинке не были натыканы вплотную друг к дружке, а располагались на некоторой дистанции; дома близ друг друга обычно строили члены одной семьи, когда кто-то женился — так пояснил Влад. — Нам туда, — Влад кивнул в сторону ухоженного участка с выкрашенным в охровый цвет домом, в котором, по прикидкам Кости, могло разместиться как минимум две семьи. — Там живёт дядь-Юра, он у нас староста. — И что, люди вот прям сегодня согласятся сжигать Колдуна? — скептически спросил Димка. — Конечно, согласятся! — невозмутимо отозвался Влад. — Это в интересах каждого. Но нам надо поторопиться, потому что Колдун просыпается с наступлением ночи. До участка они дошли быстрым шагом, Влад шёл впереди, следом — Костя и Дима, а за ними Егор и Шут. Последний, кстати, вёл себя подозрительно тихо с момента возвращения. Не то чтобы Плотников жаждал услышать скачущий лепет арлекина, но нехарактерное поведение как-то настораживало. Наконец Влад остановился и заглянул на участок через плетень. — Дядь Юр, дело есть, — окликнул он мужчину в ляпистой фуфайке-безрукавке, который поливал грядки. — Владик, вернулся! — выпрямившись и оглянувшись, умилённо улыбнулся дядя Юра. Он вытер со лба пот тыльной стороной ладони и подошёл к забору. — Чегой-то ты домой сначала не зашёл? — дядя Юра оглядел парнишку, остановившись взглядом на вещах, которыми тот был загружен, словно ишак. — Матушка твоя поди места себе не находит, неужто что такое срочное у тебя? — Я знаю, как с Колдуном сладить, дядь Юр! — гордо заявил Влад и широко улыбнулся. — Созывай всех на собрание и объясни, что делать… Влад кратко изложил, как победить Колдуна и кому что поручить. — Мы сейчас до меня с ребятами сходим, а потом за Колдуном пойдём. Надо, чтоб когда мы пришли, уже огонь горел. Я думаю во-о-он там, за церквью, — закончил Влад, махнув в сторону возвышенности, где уже не было жилых домов, а только одиноко стояла белокаменная церквушка. Староста внимательно его выслушал и утвердительно кивнул, после чего хлопнул по плечу и усмехнулся, потрепав парнишку по волосам: — Молодец-молодец! А теперь ступай домой и обрадуй стариков своих. Влад снова улыбнулся, и Костя невольно подметил, что его щербатая улыбка и прищуренные глаза подобны солнышку — и способны даже в самой мрачной черни осветить всё вокруг. Плотников немало людей за свою жизнь встречал: и в школе, и в первом унике, и когда в офисе работал, и когда уже в Академию поступил… были среди них и ярые оптимисты, и добрые люди, но настолько открытые, искренние и вопреки всему источающие тепло встречались редко. И Костя без шуток восхищался такими. Влад не стал терять времени и, махнув на прощание дяде Юре, двинул дальше по дороге, не сомневаясь, что остальные пойдут следом. Дом, в котором проживали владовы родители, был гораздо скромнее дома старосты, но выглядел не менее уютным. Первое слово, пришедшее на ум — хорошенький. Хорошенький домик, стоящий почти у самого леса, окна явно недавно были подкрашены белой краской. Перед фасадом росли кусты красной и чёрной смородины, вдоль дома до крыльца на своеобразной клумбе цвёл нивяник с редкими вкраплениями петуний и уже побелевших последних одуванчиков. Влад сбросил вещи на лавку — вернее, бросил он только оружие, а лютню бережно поставил — и постучал в окошко. Через пару минут за стеклом возникло женское лицо, поражённое морщинками. Она, видимо, ахнула от чувств и исчезла, но вскоре вышла крыльцо и, сбежав по ступенькам, бросилась обнимать Влада. — Владенька, золотце, как я рада тебя видеть! — А я-то как рад! — негромко отозвался Влад с улыбкой и погладил женщину по волосам. — А папа где? — Да он к Степанычу за медовухой пошёл. — Медовуха — это хорошо, — Влад хмыкнул. — А скоро и повод будет хороший! В этот момент раздался первый гул сигнального колокола — на самом деле это была простая металлическая труба недалеко от церквушки, в такие обычно бил староста или другой человек для созыва сельского собрания для обсуждения какого-то вопроса. Как сейчас. — Владюш, какой повод? — матушка обеспокоенно поглядела на парнишку, в её глазах поселилась нескрываемая тревога. Влад весело улыбнулся и проговорил: — Дядя Юра расскажет. Женщина недоверчиво покосилась на сына, но всё же направилась на собрание. Когда она скрылась из виду, Костя подошёл к Владу и негромко спросил: — Слушай, а чего ты маме ничего не сказал? Влад повернулся к Плотникову и, поглядев на него пару секунд, ответил: — Она бы заволновалась и начала нас отговаривать, а нам некогда, — он щёлкнул краем рта, прикрыв глаза и вскинув брови, а затем прямо по участку направился к лесу. — Идёмте, тут по прямой до кладбища дойти можно. Костя тут же последовал за ним, Димка и Егор, переглянувшись, тоже поторопились догнать их. — Даж не переоденешься? — спросил Егор, кивнув на военную форму, в которую до сих пор был одет парень. — Да ни к чему, — отмахнулся тот и отодвинул рукой ветку куста. — Мне этой одежды не жалко. Дальше они шли молча, да и с таким темпом разговаривать было неудобно. Костя только сейчас заметил отсутствие Шута и снова задумался. С каждым мгновением, проведённым рядом с Владом, он всё больше понимал, о чём говорил алхимик Елисей — НИПы в этой игре в упор не воспринимались таковыми. Слишком уж были похожи на настоящих людей: со своими проблемами, особенностями поведения, странными привычками в жестах и мимике, жизненной позицией. И осознанием, что они находятся в игре. Последнее было особенно трудно для понимания — каково это вообще? Тут же размышления сместились на другую тему: в начале знакомства Влад упомянул некую войну, а теперь и без прямолинейной фразы, чисто по пренебрежительной реплике про военную форму, было понятно, как он относится к этому. Кстати… — Влад, а что за война тут у вас? — Костя на секунду осёкся, подумав, что как-то слишком настырно лезет к парню с расспросами, но быстро откинул эту мысль. Он имеет право задавать вопросы. Влад опять выдержал небольшую паузу, словно выныривая из глубин себя и осмысливая вопрос, перед тем как вздохнуть и начать: — У нас за последние годы тут очень много всего произошло, а если вы и впервые у нас, то неудивительно, что вы вообще ничего не понимаете и не ведаете… — как бы самому себе объяснил он. — Есть у нас несколько Императоров — ну, королей, князей, не важно. На земле одного из них мы, в общем-то, и живём. И, разумеется, у короля есть армия, а в армии есть призыв. И всё ничего, но наш король пару лет как развязал нескончаемую войну за ничего с соседними королевствами, княжествами — короче, со всеми подряд, и погряз в этом. — За ничего? — недоверчиво уточнил Димка. — Не бывает так, чтоб за ничего. — Бывает, друзья, бывает, — Влад покачал головой. — Но причина у него есть. Я, пока в части прохлаждался, слышал одну байку, не знаю, насколько правдивая, но слухи просто так не ходят. В общем, появилась как-то в нашем мире такая госпожа, которую прозвали Богиней Войны — она то ли ведьма, то ли реально божество какое-то, знаю, что первое время с Князем Тьмы якшалась, пока они не разругались. Про него-то вы уже слышали? Вот… А она, когда гневается, способна в одиночку положить сотни, а то и тысячи солдат, да так, что те с концами — замертво. Влад забрался на небольшой отвесный бугор и подал руку, помогая забраться остальным. — Так вот, — он отряхнул руку, которой держался за ствол дерева для устойчивости, и, возобновив шаг, продолжил: — Король наш, однажды увидав её в действии, втрескался по уши, как мальчишка, ему вообще крышу по этой теме снесло… Но как признаться той, к которой не подступиться? Вот он и придумал посылать каждые несколько месяцев своих солдат на верную погибель. Потому что там, где война и битвы — там и она. Сам он в битвах не участвует, но всегда присутствует, наблюдает издалека за богиней. Такая вот бесконечная война за ничего, из-за которой теперь часть мира говорит на языке клинков. — Звучит, как баллада, — немного поморщился Егор. — Написал бы кто. Влад усмехнулся. — Так я и написал, только пока особо не играл её — если останетесь на застолье, может, послушаете. — Да… — задумчиво протянул Димка. — Всё чудесатее и чудесатее. — Ну так, — Влад прыснул. — А вы что думали? Как-никак в настоящую Сказку попали. До кладбища дошли, ровно-ровно как стемнело. Влад уверенно прошёл между оград к краю кладбища и остановился у вырытой могилы, в изголовье которой стоял крест с вырезанным факом на верхушке. Это вызвало вялую усмешку, омрачнённую общей атмосферой кладбища и тем, что им вообще-то предстояло поднять мертвеца из могилы. Влад без страха, но аккуратно спрыгнул вниз, поставив ботинки на кромки досок открытого гроба, и, ухватив тело Колдуна подмышки, поставил того на ноги. — Он скоро проснуться должен, нам бы его как-то связать или обезвредить, — немного запыхавшись, проговорил Влад и поднял голову на ребят. Те напряжённо переглянулись и на секунду подвисли, но тут Костя вспомнил о недавно открытом заклинании, довольно усмехнувшись, расслабился и потянулся к флейте. — Будет тебе обезвреживание. Только вы уши заткните на всякий случай, когда я заиграю. Влад кивнул и снова подхватил Колдуна, приподнимая — Егор и Дима тут же с готовностью приняли его и затащили наверх. Костя взглянул на Колдуна — тело с закрытыми глазами, совсем непохожее на мёртвое, как будто в пьяном беспамятстве повисшее на плечах Димки и Егора — и невольно замер с поднесённым к губам мундштуком. Слишком уж знакомые черты были у расслабленного лица. Вдруг Колдун распахнул глаза и уставился на Плотникова — словно в саму душу глядел. Дима и Егор тут же испуганно отпрянули. Костя замешкался лишь на долю секунды и тут же заиграл на флейте, направляя раструб прямо на Колдуна. Тот сначала оцепенел, страшно выпучив глаза, а затем, как-то слишком карикатурно закатив их, завалился набок и провалился в сон. — Блин, Костян, Колдун этот, — Егорка усмехнулся и покосился на тело. — На тебя похож, скажи? Дима охотно поддержал сравнение и с нервным от адреналина смехом развил его. Друзья зашлись хохотом, вновь взвалив колдунскую тушу на себя. Похоже, только Влад, наконец, вылезший из раскуроченной могилы, заметил, что Костя угукнул на это вяло и как-то совсем не весело. Они на мгновение встретились взглядами, и парнишке даже стало как-то не по себе. Плотников отвёл глаза и так и не решился сказать, что Колдун не на него похож, а на Михаила Юрьевича образца последних лет. Не зря, видимо, он вчера весь вечер пытался найти про Сказки ещё хотя бы что-то, раз теперь образ экс-фронтмена Короля и Шута так легко воспроизводился в памяти. Назад они пошли чуть медленнее — из-за балласта в виде туши и регулярных остановок, чтобы Костя подыграл сонную мелодию просыпающемуся Колдуну. Через какое-то время Плотников наловчился и играл уже прямо на ходу, когда замечал, что Колдун подаёт признаки жизни, предварительно предупреждая Егора, Диму и Влада, чтобы те закрыли уши. Это было единственное, что на протяжении пути говорил Костя, потому что желания участвовать в каких-то разговорах у него не было. Они почти достигли края леса — выйти, по словам Влада, должны были к церкви — когда рядом с ними материализовался Шут и, фамильярно закинув руку на Костю, прощебетал: — Вижу, вы времени зря не теряли — поймали целого Колдуна, молодцы! А чего это у нас такие кислые лица, а? Дима и Егор взглянули на Шута равнодушно и немного устало — всё-таки тащить на себе бессознательного мужика по лесу было не самым лёгким и приятным занятием, так что их взгляды говорили сами за себя. Костя же, прекрасно понимая, что Шут в первую очередь обращается к нему, несколько мгновений смотрел перед собой, а потом чуть повернул голову и обратился к нему: — Да этот просто, — Костя дёрнул головой в сторону Колдуна. — На одного человека очень похож. Шут как-то странно хихикнул. — И на тебя тоже, — арлекин скинул руку и немного отступил от Плотникова. Эта фраза, брошенная Шутом, ощутимо оживила Димку и Егора. — О чём и речь! — усмехнулся Дима. — А мы сразу сказали! — одновременно с ним воскликнул Егор. Оставшийся путь до Новинки будто бы прошёл легче, даже Костя, которому было совсем не до смеха, это почувствовал. Всё же были в присутствии Шута некоторые плюсы. На поле у церкви собралась целая толпа, а костёр уже ярко пылал, разрезая ночную тьму, в ожидании грядущей расправы над Колдуном. Стоило ребятам подойти ближе, люди пугливо расступились, со смесью ужаса, отвращения и праведного гнева таращась на Колдуна. Кто-то выкрикивал уличающие фразы, пропитанные ненавистью, кто-то просто замер в оцепенении, не в силах что-то сказать. Наконец они дошли до кострища, вокруг которого стояли мужики со всего села во главе с дядей Юрой. У всех в руках была бытовая утварь: тесаки, топоры, даже вилы — все были готовы расправляться с тварями, которые полезут из чрева Колдуна. Староста окинул бессознательное тело взглядом и молча кивнул ребятам. Димка и Егор опустили его на землю, чтобы взять за руки и ноги; Костя без слов попросил Егора отойти и уступить ему. Подхватив Колдуна за ноги, он уверенно посмотрел на Диму, который держал того под плечи. Дважды качнув тело, они зашвырнули Колдуна вглубь костра. Плотников заметил, что за мгновение до рокового полёта Колдун приоткрыл глаза и покосился на Влада, и было в этом взгляде что-то странное: не страх, не ненависть — глаза смеялись, со смесью восхищения и какой-то гордости что ли. Влад в этот момент тоже смотрел на Колдуна и, конечно, заметил это — свёл брови, поджал губы и с силой сжал челюсть. Ещё через пару секунд раздался пронзительный надрывный крик, а за ним из ярко-рыжей пучины послышался низкий гортанный смех. Вскоре, как и было обещано, из костра полезли змеи, черви, какие-то монструозные гады, полетели птицы. Селяне принялись их давить, резать, швырять обратно в огонь. Димка и несколько людей с самодельными арбалетами отстреливали птиц, Егор и Костя отбивали тварей мечами. Продолжалось это до тех пор, пока не воцарилось спокойствие. Костерок, заметно убавивший в размерах, мерно потрескивал. Мужики, переведя дух, наконец осознали, что всё закончилось — послышались первые негромкие шутки и смешки. Народ постепенно начал расходиться. Дима, Егор и Костя рухнули на траву рядом с пепелищем, Шут приземлился возле Плотникова, озорным взглядом поглядывая на всех присутствующих. Небо стало светлее, но до зари ещё было далеко. Староста и ещё несколько мужичков затушили остатки костра. Влад задумчиво поглядел на пепел. — Да, Васька… — протянул дядя Юра, встав рядом с парнишкой и, видимо, обращаясь к тому, что осталось от Колдуна. — Зря ты повязался с тёмными силами, предупреждали же тебя, что сгоришь в этом… Влад ещё пару секунд странно смотрел на пепел, а затем в порыве одному ему ведомых эмоций сильно пнул его ботинком. Игривый ветерок подхватил пепел и понёс в сторону. — Ребят, — обратился парень к Косте, Диме и Егору, неспешно подойдя к ним. — Вам если негде остановиться, можете у нас в доме переночевать. Королевских условий не обещаю, но постелить найдём где. — Да не, — Костя подался вперёд и поднялся с земли. — Спасибо тебе за гостеприимство и за помощь, но нам уже, наверное, пора. Да, ребят? Плотников оглянулся на друзей. — Да, чёт мы заигрались как-то, как бы Академия не закрылась, — задумчиво пробормотал Дима. — А… ну да… — Влад неловко усмехнулся и прикрыл глаза. — Вы ж вернётесь ещё? У нас завтра наверняка праздник закатят по такому случаю — не каждый день от Колдуна избавляемся всё-таки. — Обязательно заскочим к вам на праздник, — усмехнувшись, заверил его Егор. Плотников снова взглянул на Влада — показалось, что парнишка как-то сник после упоминания реального мира. Даже как-то защемило в груди, он выглядел, как ребёнок, которому внезапно обломали грандиозные планы по проведению выходного. — Ладно, я пойду тогда, — наконец проговорил он. — Вам тоже спасибо, правда удружили. Без вас было бы сложно этого чёрта изгнать. На прощание он крепко пожал Косте руку и хлопнул по плечу — сразу невольно вспомнились все эти сердечные рукопожатия в школе и универе. А Плотников подумал, что после таких приключений не зазорно было бы и по-настоящему обняться. Влад махнул ребятам рукой и вместе с дядей Юрой направился в село. — Какой интересный молодой человек, — в обычной шутовской манере протянул гид. Костя, провожавший Влада взглядом, не сразу обернулся на развалившегося на траве арлекина и вопросительно свёл брови. Было ощущение, что Шут только что скрыл за колкостью искреннюю заинтересованность. — Ты действительно о нём ничего не знал? — вдруг спросил Димка, припомнив Шуту его растерянность при знакомстве с Владом. — М-м-нет, но я обязательно наведу справки, — саркастично фыркнул Шут — и хрен его знает, ирония это или всёрьёз. Костя вздохнул и посмотрел вдаль, а после сказал: — Ладно, Шут, нам и правда уже пора. Сохраниться и выйти.

***

В каморке со старым театральным хламом не было окон, поэтому, выйдя из игры, Костя, Егор и Дима в первую очередь ощутили потерянность. Ощущение было сродни пробуждению после дневного сна, когда непонятно, какой сейчас день, который час и вообще находишься ли ты в реальности. — Ебануться, — первым нарушил тишину Егор. — Кость, ты нашёл просто невероятную вещь! — Невероятно опасную, да, — фыркнул Дима. — Но, признай, тебя же тоже затянуло! — парировал Егор и шутливо пихнул друга в бок. Завязалась несерьёзная потасовка, за которой Плотников наблюдал, сидя у какого-то стула с коробками. — Так потому и опасная, дуралей! — не без улыбки ответил Димка, перехватив Егора за шею и потрепав по волосам. — Вот сколько мы там пробыли? — Сейчас почти восемь часов вечера, — осведомил их Костя, взглянув на экран смартфона и тут же вскинул брови. — Еба, меня деканат потерял. Он разблокировал телефон и пролистал чат с деканом. — Ну, зато мне сказали, что ключи я могу брать в начале недели и заносить в конце, а не мотаться к ним каждый день. Плотников нажал на кнопку питания и сунул телефон обратно в карман. — Ой, не знаю, ребят, — вздохнул Димка, проходясь по каморке. — Штука, конечно, интересная и увлекательная, но дальше, наверное, без меня. — Да чего ты сливаешься-то, как всегда?! — Егор закатил глаза. — Решили же уже всё: начали — значит, до конца пойдём! — Димас, я тебя заставлять не буду, — Костя вскинул руки. — Твоё решение — твоё право. Но я по-любому остаюсь, очень уж хочется до сути докопаться. Дима поставил руки на бока, поджал губы и задумчиво прошёлся языком по внутренней стороне щеки. — Ладно, убедил, узнать, как это вообще работает — реально интересно, — он перевёл взгляд на Егора. — Но ты, блять, поклянись, что бросишь эти свои наркоманские замашки. Егорка посмотрел на него пару секунд смеющимся взглядом, а затем нахально хмыкнул: — А ты заставь, — и расхохотавшись, швырнул в друга какую-то тряпичную игрушку и выскочил из каморки. — Придурок! — кинул вдогонку Димка и выбежал следом. Костя усмехнулся, покачал головой и, поднявшись с пола, сунул ноутбук в рюкзак.