Обитаемый остров

Ндцать дней спустя

Миры рушатся и создаются, но одно в них остается неизменным. Маленький остров. Романтический рай. Белый песок, белее чем бедро девственницы, и столь же мелкий как помол на сорок щелчков. Синее море, накатывающее мелкими прозрачными волнами, и любопытные рыбки, снующие между кораллами. Пальмы, бросающие скудную тень, на валяющиеся прямо у ствола кокосы. И запах хорошего табака. Рейнар чихнул, и завхоз вытряхнул трубку, постучав черенком о дерево столь привычным жестом, что стало ясно — ничего-то этому раю не грозит и грозить не будет. — Что это? — осведомился Хинтерман самым светским тоном, намереваясь как можно скорее убрать пахучую дрянь из реестров всех служб доставки не только Диса, но и на континенте тоже. — Баунти, — ответил завхоз флегматично и эльф передумал убирать, а наоборот принюхался, ловя в воздухе тающий сладковатый дымок первородного греха. — Что? — осведомился чуть слышно, — Тот самый? Завхоз хмыкнул чуть слышно и Рейнар смутился. Тот самый, с восемнадцатого века, конечно бы не дошел, но рекламная компания, запущенная еще лет десять назад утверждала, что легендарный трехмачтовик попал в порталы. И вот, спустя годы, героической команде фей и, для разнообразия, людей, удалось вытащить остатки ценного груза, среди которого, ко всеобщему удивлению оказались и саженцы табака, хотя всем известно, что табак на Таити не растет и никогда не рос. Впрочем, где уж лейтенант Блай добыл этот лист, так и осталось тайной, которую ни он, ни потомки мятежников с острова Пиктэрн так никому и не раскрыли, также как и то, почему якобы сожженный корабль внезапно обнаружился в червоточине. Пока ученые спешно дописывали сценарий мятежа, ушлые маркетологи привлекли генетиков и те, в супер-секретно-закрытой лаборатории все же умудрились добиться всходов. К сожалению, немногочисленных, так что очень немногие могли похвастаться прикосновением к вечности. В своем роде это было подобно тому, как аристократия века девятнадцатого смолила в курильницах останки фараонов на фоне всеобщего увлечения Египтом и попытками воззвать к религиям древних. Выяснить, что среди этого избранного меньшинства оказался снабженец их собственной лаборатории было неожиданно и приятно и подозрительно. Возможно и в их собственном тоннеле тоже есть что-то такое, завораживающее. В смысле, что-то кроме королевы роя, с которой Дитрих носился так, будто она и впрямь была королевой. Эйн перевел горящий азартом взор на членов экспедиции, которые столпились перед входом и сейчас зачем-то обвязывались спасательным тросом. Люди переговаривались, оглядывались, и завхоз поспешил к ним, наводить порядок и еще раз проверять и перепроверять снаряжение, а Эйн остался стоять один на достаточно безопасном расстоянии от дерева, чтобы никакая ползучая дрянь не подумала на него свалиться, но все же оставаясь в его тени. Наручный браслет пискнул. Это Лайза отчитывалась за сохранность периметра. Поверх настроенных службой безопасности контуров девочка наплела и свой, и теперь ревниво отслеживала положение как Рейнара, так и Дитриха, и непонятно за кого опасалась больше. Пойди пойми этот бесчувственный ИИ. Сейчас писк говорил что все благополучно, и обе точки практически сошлись в одном квадрате. Это, впрочем, было понятно, Дит вряд ли пропустит такую тусовку, скорее всего уже едет сюда. Рейнар потянулся и развернулся в сторону прогала в лесных зарослях, выглядывая машину и втайне надеясь что господин директор догадался захватить хотя бы один термос с чем-то прохладным. Хотелось уже наконец сесть в кондиционированное нутро, вытянуть ноги, и просто слушать чего он там добился, дергая за свои ниточки, пока Рейнар дергал за свои. Часы еще раз пискнули, но рокот двигателя эльф уловил за секунду до и даже пожмурился, предвкушая. Конечно, никаких сногсшибательных новостей Дитрих, скорее всего, не привезет. Раскапывание того кто и зачем все это устроил будет явно гораздо утомительнее, чем это представлялось изначально — уж больно хорошо эта тварь маскировала следы. Но дело хотя бы сдвинулось с мертвой точки. — Лед тронулся, господа присяжные заседатели, — пробормотал он, вторя отважному исследователю северных широт Остапу Бендеру, — Лед тронулся. И зашагал навстречу машине. И вовсе кстати не факт, что у девственниц белые бедра. И песок этот лезет везде, даже если ты не был сегодня у воды. Рейнар остановился, тряхнул ногой, и зашагал снова. Где-то за его спиной с ветки свалился упитанный питон и пополз обратно в заросли, медленно и недовольно. Истинно говорю вам: миры рушатся и создаются, но одно в них остается неизменным…