На пути к спасению [Книга I]

      На праздник Виктор пришел в сопровождении младшего принца. После раскрытия всех карт, их отношения стали более доверительными. Аартус больше не позволял себе флирта, лишних прикосновений или намёков на какую-то другую симпатию, кроме дружеской. Он, прежде всего, по-настоящему сочувствовал Виктору, потому что знал о тонкостях традиций достаточно, чтобы не делать ещё больнее.       Принц пообещал сам себе, что не даст в обиду того, кто слишком хрупок как снаружи, так и внутри. Разве не это часть дружбы, когда люди помогают друг другу не свалиться в пропасть самых мрачных эмоций.       Виктор был тем, кто пожертвовал собственной жизнью, чтобы спасти континент, который для Аартуса являлся домом. Человеком, пережившим нечеловеческую боль, чтобы начать жизнь заново. Человеком, который, по мнению принца, был достоин лучшего.       Мужчина заботливо поправил вуаль на лице Виктора, когда та немного задралась у щеки.       Виктор не надел тот вычурный костюм. Вместо него слуги принесли ему кафтан персикового цвета до середины бедра и облегающие брюки с золотыми вставками по бокам, а на ногах красовались того же цвета тапочки на низком каблуке. По длине брюки едва прикрывали след от брачного браслета.       Каждый раз, когда Аартус смотрел на него, его сердце начинало болеть за юношу, идущего с ним под руку.       Наследный принц, заметив брата, усмехнулся и подошёл его поприветствовать.       — Прекрасный вечер, не правда ли? — Ильрам улыбался как удав, заприметивший свою жертву.       Виктор аж съёжился под его голодным взглядом. Наследник производил крайне неприятное первое впечатление.       — Не могу не согласиться. Боги подарили нам хорошую погоду, а это, без сомнений, радует. — Аартус держался очень вежливо, хоть и знал зачем к нему подошёл брат.       — Познакомишь нас? Весь дворец только и говорит о твоем новом наложнике. — Ильрам чуть-ли не облизывался, пока следил как глаза Виктора мечутся из стороны в сторону.       — Наложнике? — Аартус состроил самую непонимающую гримасу из всех на которые был способен. — Брат, думается мне, что тебе стоит меньше верить сплетням. Виктор Вегнер сын нашего глубоко уважаемого партнёра и мой гость, а не наложник.       Ильрам поперхнулся вином от неловкости. Младший принц только что недвусмысленно назвал его сплетником. Ему было нечего сказать, кроме как принести извинения и удалиться.       — О боги, почему мне так стыдно за него? — прошептал Виктор.       — И не говори. Я порой удивляюсь, что именно он будет править после отца.       Аартус вёл их к центру двора, где собрались самые важные гости, включая Его Величество и заветную делегацию пограничного региона.       Их представители выделялись из толпы алыми нарядами, выполненными в стиле обмундирования Алых Воронов, которые когда-то некоторым уже доводилось видеть в Пхайте. Атмосфера вокруг них царила непонятная. Они вели себя очень сдержанно и вежливо, хотя не чурались иногда от души посмеяться.       Виктор насчитал семь мужчин разного телосложения и внешности и не останавливался, пока не увидел знакомый силуэт рядом с фонтаном. Он стоял к Виктору спиной, но этого более чем хватило, чтобы вызвать воспоминания о их первой встрече в борделе.       Парня передернуло от тех ощущений, что не осталось незамеченным Аартусом.       — Всё хорошо?       Виктор нервно сглотнул и посмотрел принцу в глаза.       — Всё нормально. Я справлюсь. Отвлеки остальных.       Улыбка принца придавала смелости, заставляя Виктора набрать в лёгкие побольше воздуха. Он шагнул навстречу одному из самых опасных людей, которых когда либо знал.       Мелиар от скуки накручивал прядь тёмных волос на палец и попутно осушал бокал с вином. Он слегка удивился, когда к нему подошёл молодой паренёк, который ростом был ему чуть выше подбородка. В целом, парень казался очень привлекательным, но вокруг будто витала странная аура чего-то недосягаемого. Мелиар застыл как вкопанный, стоило ему обратить внимание на золото глаз незнакомца. Ради такой красоты было бы совсем не жалко начать пару войн.       — Господин Мелиар… — даже голос парня казался главе Воронов очень мелодичным и приятным. Ему было не так важно, что именно им будет сказано, главное пусть не замолкает. — …наверное вы меня не узнали, но мы встречались с вами не так давно.       — Правда? Думаю я бы запомнил встречу с вами. — Мелиар неосознанно понизил тон, из-за чего смочил горло большим глотком вина.       Парень усмехнулся, что в глазах мужчины выглядело очень мило.       — Вы не так поняли, господин Мелиар. — паренёк говорил тише, будто намекая Мелиару наклониться ближе, что тот и сделал.       От волос прекрасного незнакомца исходил знакомый запах пряностей. Но Мелиар не смог вспомнить, где мог чувствовать его раньше. Зрачки глаз напротив немного сузились и у Мелиара перехватило дыхание от осознания, что перед ним стоит не совсем человек.       — В прошлый раз я был одним из тех, кто помог вам оказаться здесь. И, к сожалению, мне очень нужна ваша помощь, чтобы найти нашего общего знакомого.       Мелиар дернулся в сторону. К ним подошёл император, его жена и младший принц. Аартус виновато опустил плечи, показывая Виктору, что не смог отвлечь отца надолго.       Рунхар слишком сильно хотел посмотреть на тайного гостя дворца, да и от знакомства с новыми соседями отказываться был не намерен. Он обменялся с Мелиаром парой любезностей об организации вечера и деловито поднял бровь, глянув на паренька за плечом мужчины в алом.       — А вы, должно быть, тот самый прекрасный юноша о котором я слышал так много новостей последние дни. — Рунхар расплылся в улыбке, а Виктору стало крайне неловко от обилия к нему внимания.       — Приветствую, Ваше Величество. — тихо произнес он, стараясь не смотреть императору в глаза.       Император незаметно толкнул Аартуса локтем. Младший принц, отлично скрывая раздражение, вздохнул и мысленно дал себе подзатыльник.       Конечно же все захотели узнать Виктора поближе, он бы не смог скрывать его от мира вечно, наивно полагая, что красота потомка драконов предназначена только ему одному.       — Отец, матушка, хотел бы познакомить вас с Виктором Вегнер. — затем принц обратился к Виктору. — Виктор, это Его Величество Рунхар Аманари и его супруга Нарашти.       — Вегнер? Ох, кажется я знаю, как минимум, одного человека с такой фамилией. — заметил Император.       Мелиар же промолчал, но после слов принца залпом осушил свой бокал. Атмосфера рядом с ним изменилась, словно он неожиданно увидел призрака.       — Действительно, очень примечательная фамилия. — Мелиар взял ещё бокал у слуги, проходящего мимо и следом осушил и его.       — Скорее всего вы знакомы с моим отцом, Ваше Величество. Винсент Вегнер, он занимается металлами на Севере…       — Да да, я вспомнил Винсента… — император потёр подбородок и внимательнее присмотрелся к юноше. — Вас зовут Виктор, но…       Было видно как в его голове заработали шестерёнки.       — Мой отец упоминал о моем непростом недуге, как я понимаю. — догадался Виктор. — Я приехал на Юг как раз по этой причине, ваш сын очень помог, когда помощь была необходима мне больше всего. Я очень благодарен ему за это.       — Теперь вам легче? — отозвалась Нарашти с еле уловимой грустью в голосе.       — Намного.       Виктор не лукавил. Аартус действительно предпринял все меры, чтобы обезопасить парня от неприятностей и не жалел никакие средства на лечение, пока тот спал.       — О боги, Аартус, ты ведь мог сказать мне сразу, что твой гость сын нашего важного торгового партнёра. — осуждающе проговорил Император. — Я же правда подумал, что ты уже решил остепениться и привёл в дом жениха.       — Отец, пожалуйста… — уши Аартуса порозовели, что вызвало у Виктора смешок.       Они ещё немного побеседовали про дела на разные темы, включая расширение бизнеса отца Виктора и важности торговых отношений между континентами. Из-за чего Югу и приграничному региону необходимо прийти к согласию в данном вопросе как можно скорее. Аартус высказал своё полное согласие, сообщая, что они непременно обсудят все важные моменты.       Рунхар с женой пошли приветствовать других важных гостей, а бледный как мел Мелиар всё никак не мог прийти в себя.       — Вы хорошо себя чувствуете, господин Мелиар? — обеспокоенно спросил принц, забрав пустой бокал из его рук.       — Нет. — ответил глава Воронов. — Сейчас я чувствую себя просто отвратительно.       — Давайте я отведу вас в комнату, где вы сможете отдохнуть.       — Было бы неплохо…       Они втроем отправились к закрытому залу, недалеко от основного двора и террасы. До туда почти не доносились голоса и музыка, поэтому шаги раздавались с небольшим эхом. Зал пустовал и Мелиар опустился на ближайшую тахту. Виктор сел на кресло по соседству, а Аартус остался стоять, время от времени глядя на огни праздника.       Мелиар ссутулился и сцепил руки в замок.       — Простите, но я должен спросить ещё раз. — неожиданно проговорил он. — Ты действительно тот самый Виктор Вегнер?       Виктор приметил в поведении главы Воронов сильное волнение, а также мелкую дрожь в теле.       — Впервые мы встретились с вами в борделе, когда я и другие маги искали проводника к южным землям. — уверенно ответил парень. — Тогда вы ещё не правили пограничным регионом.       Мелиар нервно стучал ногой по полу.       — Ты тот парень с чешуей, да?       Виктор ничего не ответил, но Мелиар и так всё понял.       — Твою же мать. — он резко встал и запустил пятерню в волосы.       Аартус и Виктор следили как глава Воронов ходил из стороны в сторону, бормоча себе что-то под нос.       — Господин Мелиар? — принц обеспокоенно подошёл ближе и остановил гостя. — Что с вами?       — Что со мной? — жёстко спросил брюнет. — Я просто в шоке от того, что человек, из-за которого у моего единственного брата съехала крыша, на самом деле жив!       Аартус успел поставить завесу, чтобы крик Мелиара не услышали за пределами зала.       — О чём вы говорите? — Виктор инстинктивно сжался от громкого и грубого звука.       Мелиар вёл себя очень странно. Он, на всеобщее удивление, пересёк разделяющее их с Виктором расстояние и опустился перед ним на колени.       — Ты хоть представляешь, что с ним сделал? — В глазах Мелиара читалось безумие и тоска. — Я не знаю каких богов мне благодарить, что на самом деле ты не мёртв, Виктор. Так что, пожалуйста…       Его слова звучали как искренняя мольба. Виктор ошеломлённо отодвинулся. Его пугало странное поведение со стороны мужчины.       Аартус помог Мелиару сесть обратно на тахту. Он продолжал повторять «пожалуйста», как будто был в бреду.       — Что он сделал? — шёпотом задал вопрос принц.       Мелиар замолк и поднял взгляд на Аартуса.       — Учения Ланмории, Ваше Высочество…       В зале повисла гробовая тишина. Аартус не снимал завесу, поэтому звуки снаружи тоже не доходили до них. Тишина словно медленно начинала звенеть, и Виктор еле вздохнул. В груди ощущалась тяжесть, от которой дышать приходилось медленно и неглубоко.       Конечно, мир магии был очень многогранен в обилии чар, заклинаний, талисманов и направлений. И всё же существовали разные пути, учения и взгляды на магию. В традиционном понимании, магия должна развиваться вместе с телом и духом. Любовь магов к знаниям, к слову, так-же являлась частью развития, ведь позволяла, прежде всего, лучше осознавать сложность создания магических конструкций.       Коллегии континентов обучали своих адептов по одному и тому же принципу, отвергая все остальные. Они предлагали усилить ядро постоянными тренировками, в результате которых у многих происходило переформирование. Ядро становилось более приспособленным к созданию сложных магических последовательностей, что делало и самого мага сильнее. Безусловно, в таких тренировках существовали свои риски, но они были минимальны, по сравнению с поглощением энергии Нави или…учениями Ланмории.       Учение Ланмории предполагало иной путь в усилении магического ядра, который коллегии считали неприемлемым. И на то у них существовали свои причины. Одно дело, когда ты ломаешь себя из раз в раз, становясь лучше, сильнее и подготовленнее. И совсем другое, когда ради силы ты поглощаешь ядро другого.       Хоть такие истории встречались не часто, но о них знали даже жители самых отдалённых поселений континентов. Наиболее распространенно учение Ланмории было на Востоке. Некоторые местные заклинатели, игнорируя запрет коллегии, следовали учению, несмотря на порицания со стороны общества.       С годами таких заклинателей становилось всё меньше, но найти какого-нибудь старика, который мог бы рассказать о своём опыте или опыте близких знакомых, относительно учения, не составляло труда. Поэтому Виктору не хотел верить, что Ауст опустился до настолько ужасного метода, чтобы иметь равные шансы в борьбе со связующими.       Он еле выстоял, когда Наяна использовала наиболее мощные заклинания. И это при том, что его ядро и без того было очень сильным. Неужели мнимая смерть Виктора и адептов надломило в нём что-то, что всё это время сдерживало пойти против норм общества.       — Он всё говорил, что виноват в твоей смерти. Что он всегда был слишком слаб, чтобы защитить тебя. — продолжал тихо говорить Мелиар. — Сказал, что заставит поплатиться всех, кто когда-либо причинял тебе боль и начнёт с магов, которые решили открыть врата. Если бы не они, то ты бы не оказался на чёртовой горе…       Виктор сглотнул ком и никак не мог справиться с подступившей дрожью. — На горе был не только я… — он сам не верил, что пытался оправдаться. — Скажи это Аусту, может быть тогда он неожиданно придёт в себя. — Мелиар раздраженно сжал ладони в кулак. — Когда я его увидел, чёрт, да даже идиот бы заметил, что великий магистр Северной Империи тронулся умом.       — Не стоит нагнетать обстановку, господин Мелиар. Виктору тоже пришлось несладко после событий на Мардук. — Аартус единственный, кому на самом деле удавалось сохранять ясность ума. — После пробуждения он сразу попросил меня помочь ему добраться до пограничного региона, чтобы встретиться с вами. Поэтому давайте успокоимся, потому что на кону стоит судьба всех пяти континентов, а не только судьба вашего брата.       Мелиар задышал носом. Это помогало ему привести мысли в порядок, пока в сердце бушевали негодование и гнев.       — Для начала нам нужно понять где искать Ауста Тариса, чтобы уберечь его от последствий учения Ланмории. Думаю мне не стоит объяснять насколько опасным может быть поглощение чужого магического ядра.       — Вы правы, Ваше Высочество. Я пытался убедить Ауста как следует всё взвесить, но он никогда не слушал меня, если речь шла о магии. — Мелиар более или менее успокоился. — Я останавливал его, придумывая самые разные причины, но он остался непреклонен.       — С ним был Генри и Кейра, где они? — Виктор боялся снова вызвать у главы Воронов приступ ярости, поэтому говорил с некой долей осторожности.       — Блондинчик свалил на Север, как только увидел, что с магистром всё плохо, мол, хотел сообщить семьям погибших магов о смерти их чад. Но я то не идиот, он просто не хотел быть свидетелем того, как некогда великий человек спускается на самое дно. — Мелиар выдержал недолгую паузу, дабы лучше угомонить нервозность. — А второй сейчас в Пхайте. Я разрешил ему остаться во дворце, когда Ауст запретил кому-либо следовать за ним.       Виктору слегка полегчало после услышанного.       — Я узнал о Ланмории именно от него. Кейра, да? — получив одобрительный кивок, Мелиар продолжил. — Так вот, когда Кейра мне обо всем рассказал, то я не поверил сначала, подумал, он тоже того… Мне и так хватало брата, постоянно повторяющего «Виктор то… Виктор се…», а здесь ещё и это. А потом всё подтвердил сам Ауст…       — Выходит, после Мардук магистр Тарис не нашёл другого способа противостоять энергии Нави, кроме как пойти по учению Ланмории. — заключил младший принц.       — Говорю же, он как с цепи сорвался. В нём, конечно, всегда была жилка психопата, но он её отлично прятал и не давал вырваться. Для него репутация всегда стояла на первом месте. Он семью был готов продать только, чтобы получить признание от народа, магов и императора. А что теперь? А теперь он нахрен свихнулся только из-за смерти какого-то мальчишки!       — Я готов поговорить с ним. — уверял его Виктор. — Я правда не знаю что такого сделал…       Он закусил нижнюю губу, чтобы хоть как-то заставить себя не зарыдать от несправедливости. Почему он виноват, если это магистр первым заключил с ним глупый договор?       И всё-таки, если бы не открытие врат на Тайном холме, то и договора бы не существовало…       В ненависти Ауста, даже в столь ужасной ситуации, проглядывалась логика. Ибо врата на Севере, фактически, и привели Виктора к горе.       — Дело лишь в том, что твоя смерть лишила его рассудка. — Мелиар глубоко вздохнул. — Так что, будь так добр, приведи его в чувство, пока не стало ещё хуже.