touché!

14 число очередного месяца мрачной тучей неумолимо надвигается на Блица. Босс устало пялится на красную метку «Столас» в календаре, мысленно ища оправдание, чтобы не являться в замок Гоэтии в этот раз. С одной стороны, принц до этого произнёс раздражающе-колкое «Не приходи», с другой — это было в прошлом месяце. Речи про следующий месяц не было и не могло быть, ведь они не разговаривали уже больше трёх недель. Блиц отпил холодный кофе со льдом из пластикового стаканчика, нервно потёр переносицу, отметая резко промелькнувшую мысль о том, что если бы он действительно не хотел приходить к надоедливому демону, то даже не раздумывал бы. Но, раз зерно сомнений проросло в его сознании, значит, никакие оправдания не дадут ему и шанса не явиться в замок в этот раз.

***

Столас серьёзно отнёсся к словам беса-психотерапевта о том, что ему необходимо отвлечься от навязчивых мыслей о Блице и его поступке. Следующие три недели он провёл, изобретая интересные кормушки для лысых птичек в саду, чем очень удивил дворецкого, который был приставлен к демону, чтобы подавать различные инструменты; создавая необычные абстракции на холсте, установленном на мольберте на балконе; читая приключенческий роман о маленьком смелом мальчишке, воспитаннике тайной буддийской школы, сбежавшем из заключения в поисках дома, любви и счастья. Эту книгу, к слову, Столас позаимствовал из настоящей человеческой библиотеки, чтобы познать, наконец, тайну беспомощных странных существ, обитающих в мире живых. Пока это давалось с большим трудом. Полистав в очередной раз толстую книгу, отметив в прочитанной главе несколько интересных моментов, Столас улёгся в постель, укутываясь в мягкое одеяло. Демон прикрыл глаза в надежде увидеть в темноте собственного сознания пустой белый лист, который можно было бы окрасить оттенками прошедшего дня. Но он снова и снова видел размытый силуэт Блица, стоящего перед ним, сжимающего до боли тонкую руку принца. Столас нахмурился, а в уголках его глаз маленькими мерцающими звёздочками проступили слёзы. Одиночество просторной спальни принца нарушила возня на балконе. Демон раздражённо перевернулся на другой бок, ожидая увидеть там надоедливую лысую мелкую птицу, но вместо этого через перила переваливался таинственный силуэт с длинными рогами. Столас замер, округлившимися от изумления глазами наблюдая за происходящим. Блиц поднялся, отряхнулся, с рвением дёрнул ручку двери балкона. — Ночи, — еле слышно произносит бес, проходя в покои принца. — Спишь? — Нет, — отвечает тот, приподнимаясь на локтях, даже не пытаясь скрыть удивление, застывшее в алых распахнутых глазах. — Сегодня 14 число, — как ни в чём не бывало напоминает Блиц, — и я, как видишь, соблюдаю условия нашей сделки. — Ах, 14 число, — забеспокоился Столас, приглаживая взлохмаченные перья на голове, — я совсем забыл, Блиц. Наверное, стоило обсудить это раньше, но меня больше не устраивает наша сделка. Книга мне сейчас не нужна, я временно отложил свои обязанности, и ты можешь… — Чем это тебя вдруг перестала устраивать наша сделка? — недовольно пробурчал бес, усаживаясь на край кровати. — Тем, что… — принц замешкался, — тем, что я перестал воспринимать её как сделку. И всё, что происходит за её пределами, доставляет мне некий…дискомфорт. — Я заметил, — закатывает глаза Блиц. — Глупо было думать, что это надолго, — продолжает Столас, не обращая внимания на недовольство беса, — вполне ожидаемо я начал испытывать к тебе чувства, и…это никоим образом не коррелируется с тем, что испытываешь ты. — Откуда тебе знать, тупая башка, что я испытываю? И перестань говорить на своём ёбаном умном языке, я понимаю лишь половину, — раздражается Блиц. — Я имею в виду, что… То, что произошло в Круге Жадности, что мне показала Стелла, заставляет меня страдать по сей день. — А-а, Стелла… — понимающе кивает бес, крепко сжимая челюсть до сводящих спазмов. — Скажи, я сделал что-то не так? — тихо спрашивает Столас, и его глаза заполняются горячими слезами, готовыми вот-вот вылиться извилистыми ручейками на щёки демона. На короткое мгновение в комнате воцаряется тишина. — Да, ты дохуя чего сделал не так, — злобно произносит Блиц, тыча пальцем в грудь принца, — как, блядь, по-твоему, я должен был догадаться, что тебе не похуй на то, чем я занят и с кем? С чего ты взял, что я читаю твои тупые птичьи мысли?! Знаешь, что обычно делают в таких ситуациях? Открывают. Свой. Ебучий. Рот. И говорят, — чеканит каждое слово он. Поток грубых слов нарушается тихим шорохом: Блиц чувствует, как к его груди прижимается лохматая совиная голова, рубашка мгновенно мокнет от слёз, а длинные тонкие руки обвивают талию. — Теперь я буду знать, идиот. Ты слышишь? — уже тише произносит бес, сглатывая подбирающиеся выше и выше слёзы, перебирая холодными пальцами мягкие распушившиеся перья.