Лазенис и его стрелок

Вокруг творился ад. Жан давно потерял из вида Кая и Репаро - первый, разумеется, рванул за Аманом, а вторая рванула за ним. За них Жан почти не переживал - такие мясорубки, к сожалению, в последнее время стали для них почти обыденностью, Репаро не даст Каю соваться в совсем уж самоубийственное пекло, а Кай прикроет еë. Иргетт крутилась рядом (Жана иногда забавляло, что получилось так, что они с Каем буквально отхватили себе каждый по силлинке, которые и демонов приложить могут, и друга при необходимости подлечить и усилить, даром, что на вид хрупкие девушки с арфами вместо оружия), с такой скоростью перебирая струны, что было невозможно разглядеть движений пальцев, а твари разлетались от них пачками, поражëнные злыми боевыми мелодиями. Где-то недалеко раздался хорошо поставленный командный голос, усиленный заклинанием - так сделали всем предводителям отрядов, чтобы их точно было слышно в грохоте и хаосе боя. Жан краем глаза, отстреливая сразу десяток мелких демонов, заметил, как Иргетт повела ушами и трепыхнулась в ту сторону. - Иди! - проорал, закончив с очередной волной врагов и подобравшись к подруге вплотную. Иргетт нахмурилась, упрямо поджала губы, окружила их защитным барьером, давая короткую передышку, и помотала головой. - Я тебя не... - Жан чертыхнулся, всадил из дробовика в голову какой-то особо крупной гадине и толкнул Иргетт в спину, туда, откуда чëтко было слышно голос раздающего приказы Альваро. - Иди к мужу, я сказал! Нужна ты мне тут, когда каждую секунду будешь дëргаться! Я к Азакиэлю! - и первым, не дожидаясь благодарности или - что вероятнее - ругательств, помчался на вспышки света и мелькание крыльев, выдававшие местонахождение лазенисов, расчищая себе путь. Обернулся на секунду, чтобы убедиться, что Иргетт всё-таки пошла на поддержку к Карлосу, а не кинулась за ним, и, уже ни на что не отвлекаясь, начал пробиваться к Азакиэлю. Лазенисов вместе с шеакрийцами, как владеющих магией света, лучше всего косившей демонов, поставили на самое острие атаки, и Жану пришлось попотеть, чтобы к ним прорваться. Без Иргетт рядом с еë щитами и целительством стало сразу заметно, что не такой уж он неуязвимый, а зелья глотать было некогда, так что до Азакиэля Жан добрался в несколько покоцанном состоянии. Тот сначала его даже не заметил, не до того в пылу боя - спину прикрывают, и ладно, а кто - уже не так важно. Вообще Азакиэль дрался в паре с Тионом, но того снесло куда-то в другую сторону, и Азакиэлю пришлось справляться самому, пока на подмогу не подоспел кто-то ещё. То, что этот «кто-то» - Жан, он понял только через минуту, не меньше, даже звуки стрельбы не смутили. Во-первых, вокруг стояла сущая какофония, и расслышать что-то, специально не сосредоточившись, было нереально. Во-вторых, ардетайнцев среди союзных войск было предостаточно, многие владели тем же оружием, что и Жан, и мало ли кого из них могло сюда занести, хаос битвы смешивал всех со всеми безжалостно и непредсказуемо. - Жан! - только заметив знакомый боевой костюм, Азакиэль сообразил, кто только что буквально спас его задницу от подобравшихся вплотную мелких, но вполне могущих задавить его количеством демонов, пока он сам разбирался с нескольким тварями побольше и поопаснее. - Ага, я! Привет, любимый, - Жан шутливо козырнул и тут же выругался из-за того, что какой-то недобитыш вцепился клыками в его ногу. Защиту не пробил, но ощущения всё равно были не из приятных. Азакиэль одним движением пальцев доприкончил гадёныша, быстро присел, разжал намертво стиснутые челюсти, отбросил труп в сторону, поднялся и быстро, пока не накатила новая волна врагов, осмотрел Жана на предмет повреждений. А потом ещё и ощупал. И так сверкнул глазами, что Жан сам не понял, как выдернул из держателя на поясе склянку с зельем, скрутил крышку и выхлебал его в один глоток. - В порядке я, в порядке! - зелье, конечно, ни в какое сравнение не шло с менестрельским хилом, но всё равно ощутимо помогло. И вовремя - секунды относительного спокойствия закончились. - Знаю я твоё «В порядке»! - рявкнул Азакиэль, сплетая какое-то хитровымудренное заклинание и запуская его в демонов. Жан аж залюбовался, как красиво, с визгами и запахом подпалённых шкур, те разлетелись в пепел. - Но в порядке ведь! - а тех, что не догорели, догнали пули из обоих пистолетов. Стрелял Жан с такой скоростью, что у мерзких отродий, учитывая поддержку Азакиэля, и шанса не было к ним подобраться. - Я тебя и так переживу с вероятностью процентов в девяносто, не повышай её до ста! - Жан на это только фыркнул. Разговор на тему долголетия лазенисов и скоротечности человеческой жизни у них состоялся давным-давно (после попойки Жана с Карлосом, начавшейся с того, что Вольфдор припёрся к губернатору с вопросом, а как тот смирился с тем, что Иргетт, если не учитывать их образ жизни и допустить, что все они дотянут до хоть сколько-нибудь почтенного возраста, когда-нибудь придётся его хоронить, причём седым стариком, в то время как она сама будет всё такой же молодой и, без преувеличения, прекрасной; и после того, как Азакиэль поинтересовался у самой Иргетт, а как она решилась выйти замуж за человека, зная, что почти наверняка останется коротать свою вечность без него), и теперь такие шутки между ними были в порядке вещей, не вызывая больше чувства тоскливой неизбежности. - Ты сам сейчас очень стараешься оставить меня вдовцом, а мы ведь даже ещё не женаты! - Жан честно пытался не материться, Азакиэль этого не любил, пусть сейчас пропустил бы мимо ушей - обстановка как-то не предполагала вежливости совсем - но всё-таки ещё раз выругался от облегчения, когда увидел пробивающийся к ним отряд шеакрийцев во главе с самим великим понтификом. Они с Азакиэлем, конечно, стоили каждый как минимум сотни демонов, но здесь их были тысячи, и вероятность выжить у отрезанной от хоть какой-то помощи двойки, какими бы великолепными бойцами они не были, стремилась к нулю. - А ты предлагал? Куда уж великому Искателю до простого лазениса, ему некогда, он мир спасает, - кто бы знал, что тихий, погруженный в книги Азакиэль на самом деле та ещё язва. И Жан был от этого в восторге. Настолько, что уже несколько месяцев таскал с собой кольцо, вынося мозг друзьям бесконечным нытьём в стиле «А как сделать идеальное предложение» и «А вдруг он скажет нет?!». И почти уже решился, но случился Крузан с угрозой воскрешения Казероса, и стало как-то не до того и ему, и Азакиэлю, и вообще всем. Впору было опять завидовать Иргетт, которая своего ненаглядного успела заполучить ещё в относительно мирные, по сравнению с тем, что творилось сейчас, времена; и Кройонну, женившемуся, кажется, ещё вообще до того, как они все познакомились. Жан разрядил карабин в тушу грозящего их затоптать огромного отродья, добавил из дробовика, чтобы наверняка, и, получив ещё одну передышку благодаря добравшимся до них шеакрийцам, вставшим в круговую оборону, дёрнул Азакиэля за руку, вынудив повернуться к себе. - Выходи за меня! - проорал ему прямо в лицо. Падать на колено было негде и некогда, шеакрийцы всей толпой выкрикивали молитвы-заклинания, рычали, выли и визжали демоны, отовсюду доносился грохот оружия от мечей и копий до боевых роботов, и это всё вообще не располагало к романтике, но Жана понесло. Строй шеакрийцев дрогнул, Азакиэль выдернул руку и кинул в прорвавшихся к ним тварей сразу несколько заклинаний одно за другим. - Не самый подходящий момент! - пришлось опять встать спина к спине и чуть разойтись, чтобы было удобнее отбиваться. Вспышки божественной силы слепили глаза, мешая нормально прицеливаться, но Жан был всё-таки не самоубийцей, чтобы отделяться от жрецов, демонов они косили только так, да и в таком месиве точность была не так важна, как массовость и разброс. - Другого может не представиться! - Жан бахнул из дробовика куда-то в сторону Густава, которого окружил сразу десяток демонов, надеясь, что самого понтифика, обвешанного защитными заклинаниями, не задело, и взялся за пистолеты, отстреливая лезущих уже на него выродков ещё на подходе. Азакиэль снова оказался перед ним, Жан схватил его за талию, притянул к себе, не прекращая стрелять пока из одного пистолета из-под его руки. - Я люблю тебя! Кольцо из кармана достанешь сам, у меня рук не хватит! - ну да, он прихватил обручальное кольцо на самую масштабную за последние пятьсот с лишним лет заварушку с демонами, и что, скажете, больше никто так не делает? Азакиэль выдрался из полуобъятия, швырнулся очередным сгустком света в кучку покусившихся на спину Жана демонов поверх его же плеча и заглянул ему в лицо, что-то там высматривая. - Я принял решение. Давно уже. Что скажешь? - Жан ухмыльнулся нагло и залихватски, даже не думая отрывать взгляда от самых потрясающих во всём мире, этом ли или любом другом, золотых глаз, в которых когда-то пропал раз и навсегда. Хотя сейчас это было чревато, отвлечься на каких-то там жалких демонов, когда тут, буквально, решалась его судьба (выбранная им самим, а не навязанная кем-то свыше, от которой любой из них отказался бы с радостью), было никак невозможно. Азакиэль, похоже, разглядел - или услышал - всё, что хотел, отпрянул от Жана, огляделся и заорал так громко, насколько только мог: - Густав! - Жан нахмурился, не понимая, при чём тут понтифик. - Пожените нас! - а, вот при чём! Довольная улыбка сама собой расплылась на лице, Жан на радостях прикончил ещё несколько тварей, грозящих испортить им момент, и тоже заозирался. Густав очень удачно оказался совсем рядом, нахлынувшая волна демонов снесла его ближе к ним, ну хоть за что-то можно эту дрянь поблагодарить. - Не могу, дети мои, я сейчас немножко занят! - пропыхтел понтифик, отбивая совсем молоденького жреца, еле держащегося на ногах под напором облепившей его погани. - Густав, прошу, немедленно! - Жан поддержал…жениха - ух ты, ЖЕ-НИ-ХА! - и помог Густаву прикончить ближайших к нему демонов, чтобы он смог хоть немного выдохнуть. Понтифик утёр лоб, быстро осмотрелся, убеждаясь, что его подопечные пока справляются, и устало и по-отечески глянул на Жана и Азакиэля, на лице отчётливо читалось «Вот что с вами сделаешь, молодёжь». - Ну ладно, - Жан победно вскинул руку, а второй опять притянул Азакиэля к себе за талию, снова растекаясь в дурацкой влюблённой улыбке, совершенно не уместной посреди масштабной бойни, но как же ему было плевать. - Дорогие мои, мы собрались здесь сегодня… - и именно в этот момент какой-то особо хотящей побыстрее самоубиться гадине приспичило напасть на Густава, сбивая его с мысли и слова. - Чтобы отправить тебя туда, откуда ты вылезло, фетранийское отродье! - Жану пришлось отпустить Азакиэля, чтобы помочь понтифику и заодно ещё парочке жрецов отбить очередной наплыв врагов. - Ну! - Азакиэль тоже не стоял столбом, заклинаниями развеял в пепел всех демонов, имеющих несчастье попасться ему на глаза, и поторопил понтифика. Жан, пользуясь ещё одной передышкой, в который уже раз притянул его к себе, схватив за руки и глядя прямо в глаза. - Азакиэль, ты согласен быть моим мужем? - Азакиэль дёрнул крыльями, улыбнулся так же счастливо и неуместно. - Согласен! - Чудесно! - и сразу разошлись, потому что всё так же лезущим на них тварям было не объяснить, что тут как бы свадьба и, эй, ребята, давайте остановим попытки нас прикончить хотя бы на минутку, а потом, как мы поженимся, продолжим с вами друг друга уничтожать, честно-честно! Но теперь уже Азакиэль схватил Жана за руку, правда, повернуться к нему получилось буквально на секунду, а дальше так и вертелись на месте, не выпуская ладоней друг друга, как будто расцепиться сейчас значило погибнуть немедленно. - А ты, Жан Вольфдор, согласен быть моим мужем.. - заклинание, выстрелы, разворот, заклинание, и после немыслимого пируэта Азакиэль оказался прижат к груди Жана спиной, - в болезни и здравии… - в никак не хотящую сдохнуть тварь полетели сразу и луч света, и пяток пуль, чтобы наверняка, - хотя здравие маловероятно, - Густав осыпал демонов ещё одной порцией божественной силы, Азакиэль отлип от Жана, разбрасываясь своими заклинаниями, пригнулся, когда Жан, выхватив дробовик, стрельнул из него в невероятным образом избежавшую убийственного света образину, а когда выпрямился - снова оказался в загребущих ручонках Жана, успевшего сменить дробовик обратно на пистолеты. - Согласен! - выдохнул Жан в лицо Азакиэлю, с замершим сердцем ловя его мимолётную, но настолько счастливую улыбку, что могла бы лично ему влёгкую заменить солнце. Время, в отличие от сердца, не замерло. Демоны, ничуть не умерившие желание их убить, тоже. Поэтому пришлось уворачиваться и продолжать драться. Мельком Жан подумал, что даже если он сегодня выживет, потом его прикончат его же собственные друзья за то, что вытрепал им все нервы и в результате провернул всё вот так, на чистой импровизации, без их участия и присутствия. На самом деле, ему и самому хотелось бы, чтобы они все были здесь, но что уж теперь. В конце концов, церемонию можно будет повторить, когда они выберутся из этого дерьма, залижут раны, подсчитают и оплачут потери и хоть немного отдохнут. Классическую, со всеми прилагающимися ритуалами и торжественностью. - Правом, данным мне Руфеоном, и как великий понтифик, я объявляю вас… - м-да, про «выбраться из этого дерьма» Жан очень оптимистично настроился. Демоны, кажется, попёрли с удвоенным энтузиазмом, как будто чуя, что противники начали потихоньку выдыхаться. А кто бы тут не выдохся - да, акрасийцы объединились и собрали немыслимое и по количеству, и по составу войско, но фетранийцев было в сотни, если не тысячи раз больше. И они, в отличие от людей и прочих, гибнуть не боялись совсем, лезли даже на верную смерть, пытаясь задавить массой, а не боевыми навыками, магией или технологиями. - А теперь можете… - Густав оборвался, не договорив, швырнуться парочкой заклинаний, чтобы его не повалили на землю, было важнее. Да и Жан с Азакиэлем были заняты, прикрывая друг друга и жрецов, и Жан только-только отстрелял очередную пачку тварей, ухватил момент и Азакиэля и уже было потянулся к нему, а тот к нему, но не успели - видимо, демонам никто всё-таки не рассказывал, что на свадьбах нужно вести себя прилично, а пытаться убить молодожёнов - так и вовсе вопиющий моветон, так что они были вынуждены прерваться, чтобы, собственно, не дать себя убить. - Можете це… - да что ж такое! Зато какая легенда про свадьбу одного из Искателей получится! Куда там Иргетт (Жану просто больше не с кем было сравнивать, до этого дня они с Кройонном были единственными из них, умудрившимися заполучить законных супругов, и как там было у Кройонна - Жан не знал) с её совершенно спокойным и обычным торжеством (правда, их с Карлосом женил Силлиан, облечённый и таким правом в том числе, а потом ещё была силлинская церемония, которую провели Азена с Ионой, ну так, для полного закрепления, но сам великий понтифик - это так-то тоже ого-го!). - Целуйтесь же! - и вот тут уже не выдержал Азакиэль. Снова схватил увлечённо отстреливающего демонов Жана за руку, притянул к себе и поцеловал. И мир вокруг как будто действительно застыл. Пропали звуки продолжающейся вокруг битвы, стихло всё и все. Остался только Азакиэль и его поцелуй, на который Жан ответил так, словно от этого зависела его жизнь (в каком-то смысле так оно и было). Не отрываясь от губ уже абсолютно точно своего лазениса, Жан на ощупь достал из кармана пресловутое кольцо, отстранился, переводя дыхание, подхватил ладонь Азакиэля и, больше ничего не спрашивая и не уточняя, - а зачем, когда уже всё случилось - надел кольцо ему на палец. - Немного не тот порядок получился, прости, - повинился шутливо, чмокнул Азакиэля в нос и тут же почти в упор расстрелял готовящегося напрыгнуть на него со спины демона. - Объявляю вас мужем и мужем! Поздравляю, дети мои! - прокричал Густав, завершая, наверное, самую странную свадебную церемонию, какую видели Акрасия и Эльгасия вместе взятые. Да и Фетрания тоже (если у демонов вообще было такое понятие, как свадьба). - Да, порядок вообще не тот, - Азакиэль даже рассмеялся, не забыв, однако, выплести ещё одно заклинание и кинуть его уже Жану за спину, после мельком успев полюбоваться севшим, как влитое, кольцом на собственном пальце. - Но меня всё устраивает, это же ты. Я бы скорее удивился чему-то нормальному. Жана всё устраивало тем более. Осталось только пережить этот день, а потом героически не пасть от бурных возмущений или поздравлений, а скорее и того, и того, друзей. *** Битва закончилась через несколько часов. Сегодня они взяли верх, демоны отступили, но завтра всё начнётся по новой. Объединённое войско получило короткую передышку и надежду на окончательную победу. Выстояли сегодня - выстоят и завтра. Первым Жан заметил Кая. Тот сидел, оперевшись спиной на огромный камень, а над ним хлопотали Репаро и Аман на пару. Жан потащил Азакиэля к ним, на ходу высматривая Иргетт, Арленну и Кройонна. Последние двое вообще в самом начале умотали неизвестно куда, скорее всего, вписались в отряды к соплеменникам. Следующей до них добрела Арленна. Устало плюхнулась рядом с Каем, так и не переставая перебирать свою колоду, и Репаро тут же переключилась на неё, осматривая подругу на наличие повреждений. Следом появилась Иргетт с Карлосом на буксире, видимо, тот отказался отпускать жену куда-либо в одиночестве даже в условиях затишья, и последним добрёл до импровизированной точки сбора Кройонн. Им и Жаном занялась уже Иргетт, благо, ни один, ни второй в этот раз серьёзно не пострадали. Азакиэль скромно стоял рядом, не отсвечивая, пока обе переключившие настройки с боевых на целительские силлинки не обратили внимание и на него. Отбиться от них было невозможно, и Азакиэль покорно позволил и себя вертеть в разные стороны в целях осмотра. Кольцо заметила Иргетт. Ахнула, схватила Азакиэля за руку и подняла его ладонь так, чтобы все увидели, ещё и потрясла для убедительности. - Жан Вольфдор, это что, ты когда успел?! - вопросила грозно. Разумеется, кольцо она узнала. Жан таскал друзей по всем ювелирам, выбирая самое красивое, самое подходящее, самое потрясающее, самое достойное, в общем, самое-самое-самое, и когда определился наконец, выдохнули все. Жан скромно пожал плечами, пытаясь не лыбиться слишком уж довольно и откровенно, и отступил на шаг, готовясь давать дёру, ну так, на всякий. - Ну что-что. Мы тут того, поженились немножко, - и, смотря на подскочившего от этого заявления Кая, замершую в руках Арленны колоду, вытянувшееся от такого предательства лицо Кройонна, лишившегося свадебной гулянки, и синхронно потянувшихся к арфам Репаро и Иргетт (сами приложат, даже без заклинаний, арфа в умелых руках - отличный ударный инструмент, сами и вылечат, делов-то), схватил Азакиэля за руку и таки сорвался с места, взяв направление к лагерю. - А нечего было шляться непонятно где, сами всё пропустили! - Жан уже на ходу забил последний гвоздь в крышку собственного гроба и прибавил скорости, тяня Азакиэля за собой, слыша позади топот, поток ругательств вперемешку с восторженными воплями «Слава Руфеону/Кратос/Сириону/Гивэне!», «Наконец-то!» и «Свершилось, задрал уже тянуть!» и счастливый смех мужа (МУ-ЖА!). Да, он точно всё сделал правильно. И любовь всей своей жизни заполучил окончательно, не без активного участия самой любви всей его жизни, конечно же, и друзей хотя бы ненадолго отвлёк от мрачной реальности, не дав утонуть в чувстве обречённости и мыслях о тех, кого они не смогли спасти. А о том, что планирует устроить ещё одну церемонию, с обязательным присутствием каждого из них и всеми полагающимися обрядами, Жан сообщит им попозже. После того, как получит парочку заслуженных пинков под зад, арфами по дурной башке и картой куда-нибудь, куда долетит.