Новая переменная

      Застыв на месте, Сэм в оцепенении уставился на дверь багрово-синего тягача. С нерешительным видом он протянул руку, осторожно положил её на тёплый металл и медленно очертил кончиками пальцев до боли знакомые языки алого пламени. — Сэм? Что-то не так?       Обеспокоенный голос Оптимуса вывел его из глубокой прострации. Сэм растерянно моргнул, и узоры тотчас бесследно исчезли, растворившись в свете ламп. Юноша поджал губы и порывисто покачал головой. Похоже, он всё ещё не до конца проснулся, раз ему мерещилось подобное. — Всё в порядке. Я просто задумался.       Не теряя больше ни секунды, Сэм залез в кабину тягача и с любопытством осмотрелся. Мгновение спустя ремень безопасности надёжно обвился вокруг его тела, тихо щёлкнув в замке. Юноша мягко похлопал Прайма по приборной панели, и они тронулись с места.       Снаружи только-только начинало светать. Всё ещё тёмное в зените небо было осыпано поблёкшими звёздами, и лишь у самого горизонта проглядывалась розово-жёлтая полоса предстоящего рассвета. Лёгкий утренний туман растянулся на многие километры по обширной пустынной равнине, кое-где покрытой зелёными кустарниками и кактусами. Высокие рыжие столовые горы дополняли общую картину пустоши Невады.       Вокруг них установилась почти безмятежная тишина, сопровождаемая лишь свистом ветра. Окно опустилось вниз, и лениво наблюдавший за восходом солнца Сэм тут же высунул голову наружу. Прикрыв глаза, он полной грудью вдохнул пыльный ещё наполненный ночной прохладой воздух. За время, безвылазно проведённое на базе автоботов, он успел соскучиться по чувству свободы, которое давала ему улица. Эта вылазка стала для него долгожданной сменой обстановки.       Оптимус сканировал окружающую местность на наличие десептиконов, когда Сэм внезапно издал понурый смешок, невольно привлекая всё его внимание к себе. — Если честно, я никогда не сопровождал моего Оптимуса в столь мирной поездке. Кажется, над нами всегда висела какая-то серьёзная угроза. — Ранее ты упоминал, что вы проводили мало времени вместе. Почему?       Сэм неловко пожал плечами. — Когда автоботы только-только прилетели на Землю, я всё ещё был шестнадцатилетним подростком. Тогда Оптимус Прайм казался мне идеальным лидером, слишком далёким от меня. Я попросту не осмеливался предлагать ему свою компанию. В конце концов, я по глупости решил, что не нужен автоботам, что не подхожу их миру. Мне захотелось вернуть свою нормальную жизнь. Стремясь к ней, я... отверг Оптимуса, когда он пришёл ко мне за помощью. Это привело к ужасным последствиям. К счастью, у меня получилось всё исправить. Тем не менее, в дальнейшем я ещё долго корил себя за случившееся. Настолько сильно, что мне даже взглянуть на Прайма было стыдно. Поэтому я избегал его. Когда я всё-таки справился со своим чувством вины, на нас всех свалилась целая гора дел. Я тогда с Бамблби не всегда мог увидеться, что уж говорить об Прайме. Следом завертелись события, которые впоследствии спровоцировали охоту. В конечном итоге, я действительно начал проводить больше времени с Оптимусом лишь в последние несколько лет. Разумеется, ни о каких увеселительных поездках уже и речи быть не могло.       Замолчав после тяжёлого вздоха, юноша над чем-то задумался. Подобное происходило уже не в первый раз. Лидер автоботов с тревогой заметил, что Сэм довольно часто уходил в себя, когда дело касалось прошлого.       Оптимус сосредоточился на поведанной истории. Неожиданно, ответ на его вопрос получился гораздо более подробным, чем он предполагал. Хотя юноша практически ничего не рассказал ему о произошедших в его мире событиях, он поделился с ним своими личными переживаниями.       Удивительно, насколько сильно Сэм изменился за это время. Сейчас Прайм едва ли видел в нём того неуверенного подростка, каким он описал прошлого себя. Юноша всё ещё избегал общения с другими, но он показывал себя исключительно тактильным молодым человеком, когда дело касалось его, лидера автоботов. Оптимус даже подумал, что он проводил так мало времени со своим Праймом из-за вполне возможного отстранённого поведения последнего. Как выяснилось, он ошибся, и всё оказалось с точностью до наоборот. — На самом деле в мирное время близкое общение не являлось для нас чем-то необходимым. Мы и без того знали, что в случае опасности всегда можем положиться друг на друга. — Тебя не беспокоит отсутствие тесной связи между вами? Как я знаю, для людей это важная составляющая взаимоотношений. — Когда-то я сильно переживал об этом. Но сейчас? Нисколько. Прайм может исчезнуть из моей жизни, и я всё ещё буду доверять ему, когда он объявится вновь, — Сэм криво усмехнулся. — Будь уверен, у меня было предостаточно свободного времени, чтобы разобраться в себе. Я имею весьма солидный опыт в области самокопания. Ты даже не представляешь, через какое количество военных психологов мне пришлось пройти. Произошедшее вчера не идёт ни в какое сравнение с тем, что я уже пережил. — Мне жаль слышать это. — Не расстраивайся, Оптимус. Всё не настолько плохо. В моей жизни присутствовали и счастливые моменты тоже, — Сэм похлопал лидера автоботов по приборной панели и следом задумчиво промычал. — Время так быстро течёт. Даже и не верится, что я знаю автоботов уже целое десятилетие. — Десятилетие? Автоботы твоего мира провели на Земле гораздо больше времени, чем мы. — Правда? Тогда сколько именно вы здесь находитесь? — Около трёх лет. — Три года? Это действительно мало. А что насчёт десептиконов? — Мы точно не знаем, когда они прилетели на эту планету. Но проявлять активность десептиконы начали лишь пару месяцев назад, когда вернулся Мегатрон. — Какое спокойное начало. Я даже немного завидую вам, — хмыкнул юноша и сделал паузу. — Означает ли это, что ни один город ещё не был порушен? — Мы стараемся не вести боевых действий в населённых пунктах. — Значит, нет. Это в некоторой степени объясняет, почему вы всё ещё сохранили хорошие отношения с людьми. — Сэм, — напряжённым голосом произнёс Оптимус. — В твоём мире автоботы сражались с десептиконами в людских городах? — Да, сражались. Не то чтобы это была полностью их вина, — резко огрызнулся Сэм и затем глубоко вздохнул. — В отличие от вас, Прайм, мои автоботы не имели столько свобод. Человеческое правительство загнало их в жёсткие рамки, при каждой удобной возможности пытаясь ограничить их ещё больше. Так что зачастую это люди выбирали поле битвы. Либо десептиконы. Здесь уж как повезло.       Озадаченный новой информацией, Оптимус промолчал. Угрюмо фыркнув, Сэм повернулся обратно к окну и устремил взгляд вдаль. Уже в который раз он не смог сдержаться, вновь вспылив и нагрубив Прайму. К сожалению, он всегда плохо реагировал даже на малейшие упрёки в сторону автоботов. Слишком уж часто их порицали или в чём-то обвиняли. Обычно незаслуженно. Оптимус не знал этого. Откуда ему знать? В этом мире люди относились к автоботам гораздо более благосклонно, чем в параллельной реальности. Прайм просто беспокоился о невинных жизнях. Этого следовало ожидать. Сэм тяжело вздохнул, после чего украдкой посмотрел на руль. — Кстати, когда состоится моя официальная встреча с этим твоим Фоулером? — Когда ты будешь готов. — Я готов. Честно. Вчера был просто неудачный день, — бойко проговорил юноша. — Наверное, тебе следует заранее предупредить его о моём присутствии на базе. Поверь мне, правительственные агенты не любят сюрпризов. — Это хорошая идея, Сэм. Тогда мы так и поступим.

***

— Ты сегодня на удивление бодр, — подметил Рэтчет. — Хороший сон и свежий воздух творят чудеса, — усмехнулся Сэм и с подозрением прищурил глаза. — А вот ты сегодня действительно какой-то странный. Всё из-за вчерашнего происшествия, не так ли? Расслабься, Рэтчет. Я не собираюсь из-за этого весь день хандрить и избегать вас больше обычного. В конце концов, я уже пережил подростковый период. — Это определённо хорошая новость. Троих детей вполне достаточно.       Рэтчет всё ещё выглядел хмурым, что заставило Сэма тяжело вздохнуть. — Не буду врать, у меня остался неприятный осадочек после вчерашнего дня. Но послушай, я всё прекрасно понимаю. Вы меня совсем не знаете, ваше недоверие нормально. Не вы первые, не вы последние будете несерьёзно относиться к моим словам и предупреждениям. Со мной это происходит постоянно, так что я уже привык. К тому же Оптимус уже за всех извинился. — Конечно. Как же иначе? Прайм просто обязан был сделать всё сам. Как будто у других нет собственных вокалайзеров, — закатив оптику, проворчал медик. — В твоём мире он такой же самоотверженный? — Даже не сомневайся в этом.       Рэтчет громко фыркнул. Раздражение легко читалось на его лицевой пластине и в резких движениях. Он явно не восхищался склонностью своего лидера к самопожертвованию. Частично Сэм разделял его мнение по этому поводу. В своём стремлении помочь всем нуждающимся Оптимус часто забывал позаботиться о самом себе. Иногда подобное выходило ему во вред. И это касалось обоих лидеров автоботов. Хотя эта черта характера сильно померкла из-за череды предательств, другой Прайм всё ещё без лишних раздумий пожертвует собой ради спасения тех, кто ему дорог. Когда их укрытие обнаружили, именно Оптимус отвлёк основные силы «Могильного ветра», чтобы дать другим возможность сбежать. — Как медик, я всегда должен быть готов к непредвиденным ситуациям. Это означает, что любое предупреждение будет всерьёз рассмотрено мной, — не отрываясь от экрана сканера, внезапно сказал Рэтчет. — После вчерашних событий другие больше не отмахнутся от твоих слов так просто. — Ты… утешаешь меня? — С чего бы? Я просто констатировал факт. — Это так трогательно, Рэтчет. — Пф, не неси ерунды. На сегодня твой осмотр окончен, юноша. А теперь иди и дальше приставай к Оптимусу. Я не хочу, чтобы меня отвлекали от работы.       Добродушно рассмеявшись, Сэм искренне улыбнулся автоботскому медику. Затем он махнул ему рукой и двинулся в сторону лидера автоботов, который украдкой наблюдал за ними. Рэтчет покачал головой, фыркнув.

***

— «Ещё один гражданский?! Ты издеваешься надо мной, Прайм?!» — Никак нет, агент Фоулер. — «С нашей последней встречи даже дня не прошло! Когда вы успели раскрыть себя?» — Мы встретили юношу около недели назад. — «То есть вчера он прятался от меня? И ты ничего не сказал мне об этом?! Снова?!» — Нынешние обстоятельства сильно отличаются от предыдущих. — «Да неужели? И что же в них такого необычного, Прайм?» — Агент Фоулер, мы обязательно обсудим это при нашей личной встрече. Не по телефону. — «Всё настолько сложно?» — Боюсь, что да. — «Я понял тебя, Прайм. Я зайду к вам завтра. Его имя я тоже узнаю только «при нашей личной встрече»?»       Оптимус оторвал взгляд от экрана монитора и вопрошающе посмотрел на юношу, стоящего рядом с ним. Пожав плечами, Сэм предоставил выбор ему. — Сэм Уитвики. — «Отлично. Увидимся завтра, Прайм.»       Прежде чем лидер автоботов успел что-либо ответить, мужчина сбросил звонок, и в зале воцарилась тишина. Оптимус провентилировал воздух. — Он всегда такой бесцеремонный? — У агента Фоулера сложный характер, но в трудную минуту на него можно положиться. — Он напоминает мне одного знакомого, — насмешливо проговорил Сэм, скрестив руки на груди. — Удачи ему в поисках моего имени в правительственной базе данных.

***

— С фамилией Уитвики на Земле живёт приблизительно сто двадцать пять человек, и ни один из них не носит имя Сэм. Это наводит меня на мысль, что ваш новый знакомый не был до конца честен с вами.       Громкий скептический голос неожиданно пронёсся по главному залу, привлекая к своему обладателю всеобщее внимание. Решительной походкой Уильям Фоулер вышел из лифта и дошёл до края платформы, после чего упёрся руками в ограждения. Его полный подозрений взгляд быстро пробежался по помещению и в итоге остановился на лидере автоботов. Незнакомца среди присутствующих не оказалось. — Ну и где он? — Не волнуйтесь, Сэм скоро присоединится к нам. Он просто ненадолго вышел, — невозмутимым тоном ответил Оптимус. — Ваши слова не стали для нас новостью, агент Фоулер. Мы предполагали, что подобное может случиться. — Как загадочно. — Агент Фоулер, прежде чем Вы встретитесь с Сэмом, я должен Вас предупредить. Вам следует быть осторожным. У юноши имеются серьёзные проблемы с доверием к людям. Особенно к госслужащим. Любое Ваше резкое замечание или движение в его сторону может вызвать у него сильную негативную реакцию.       В подкрепление своих слов Оптимус молча окинул мужчину серьёзным взглядом. Фоулер, явно озадаченный всем происходящим, уже собирался потребовать у него разъяснений, но не успел. В зал вошёл тот, ради кого он сегодня прибыл на базу автоботов. — Вы уже достаточно посплетничали обо мне? Или мне стоит выйти и дать вам ещё немного времени? — Не нужно, Сэм. Ты как раз вовремя.       Юноша одарил лидера автоботов кривой усмешкой и с сомнением посмотрел на правительственного агента. На краткий миг в его глазах промелькнула вспышка неуверенности, но Сэм быстро отмёл её в сторону. Отступать было уже поздно. Размеренным шагом он с неохотой приблизился к Оптимусу. Каждое его движение сквозило напряжением и скрытой тревогой. При этом его пристальный взгляд не отрывался от мужчины на верхней платформе. — Итак, Прайм, теперь ты объяснишь мне, почему вокруг этого парня возведён такой культ загадочности? Или почему его нет в нашей базе данных? — Потому что «этот парень» не из этой реальности, — скрестив руки на груди, хмыкнул Сэм. — Очень смешно. — Это не шутка, агент Фоулер. Юноша действительно принадлежит другому измерению. — Вы серьёзно думаете, что я поверю в это? Это звучит как полнейший бред! — Тогда вся моя жизнь это один большой полнейший бред. — Откуда вы знаете, что ему можно доверять? Он вполне может оказаться подосланным шпионом того же М.Е.Х. А вы привели его прямо на свою базу! — Что?! Кем ты меня назвал?! Шпионом М.Е.Х.?! — рассерженно зарычал Сэм, сжав руки в кулаки.       Мужчина явно не воспринял всерьёз недавнее предупреждение лидера автоботов. Провентилировав воздух, Оптимус поспешил перехватить юношу манипулятором, пока тот ещё не успел совершить что-нибудь необдуманное. Сэм гневно фыркнул, но не предпринял никаких попыток выбраться из его хватки. — Агент Фоулер, Вы можете не сомневаться в достоверности этой информации. Наш медик был тем, кто в конечном итоге заключил, что Сэм прибыл из другого измерения. — И что же тебя натолкнуло на столь безумную мысль, Рэтчет? — Для начала, Сэм попал к нам совершенно случайно. Всё происходящее — результат несчастного случая, вызванного сбоем в работе сразу двух земных мостов, — с недовольным ворчанием бегло пояснил автоботский медик. — Юноша потерял сознание, из-за чего нам пришлось забрать его на базу, чтобы я мог убедиться, что он не ранен. Сэм очнулся только на следующий день. При этом он мгновенно узнал нас, хотя мы никогда прежде не встречали его. В ходе дальнейшего расспроса мы выяснили кое-что странное. Его некоторые ответы несли в себе подробности, которые никогда не произносились нами вслух. — Ты хочешь сказать, что парень слишком много знает, чтобы быть отсюда? — Именно. — Это всё ещё не укладывается у меня в голове, — прикрыв глаза рукой, пробормотал Фоулер. — Я упоминал, что ношу с собой папку с документами? Паспорт, свидетельство о рождении, водительские права, карта соц. страхования — всё при мне, — внезапно выдал Сэм, похлопав Прайма по манипулятору, чтобы тот его отпустил. — Я взгляну? — По-твоему, я рассказал это только для того, чтобы подразнить тебя?       Оптимус аккуратно опустил его обратно на пол, и Сэм сразу же зарылся в свой рюкзак. Пару мгновений спустя он достал ранее упомянутую папку с документами и передал её спустившемуся мужчине. Агент Фоулер со скептическим взглядом открыл её и в тишине потратил следующие несколько минут на детальное изучение её содержимого. Чем больше проходило времени, тем сильнее удивление проявлялось на его лице. — Это не похоже на подделку, — в конце концов, медленно проговорил Фоулер. — Но как подобное возможно? Разве путешествия между мирами это не удел научной фантастики? — Серьёзно? Ты буквально окружён гигантскими инопланетными разумными роботами. Какой ещё удел научной фантастики? — Исправно работающий граундбридж искривляет и сжимает пространственно-временной континуум, так что даже при малейшем сбое может произойти всё что угодно. Хотя стоит отметить, что взрыв — самый распространённый исход, — объяснил Рэтчет. — Из-за нехватки данных мы пока не можем отправить Сэма домой. Слишком велика вероятность ошибки и летального исхода. Но мы работаем над этим. — Дайте мне пару минут на осмысление, — тяжело вздохнул Фоулер, потирая виски. — Я даже не представляю, каким образом объясню это моему начальству. — Тогда просто не говори им обо мне. — Парень, тебе точно девятнадцать? Своим поведением ты больше смахиваешь на пятнадцатилетку. — Вообще-то мне двадцать шесть. — Сколько?! — внезапно до них донёсся ошарашенный крик Мико, заставившись юношу резко дёрнуться в сторону. — В твоём паспорте указано, что ты 1991 года рождения, — недоумённо проговорил Фоулер. — Всё правильно. Смотри, если вычесть из 2017 года 1991, то получится 26. Я ещё не разучился считать. — 2017? Ты не только из другого измерения, но ещё и из будущего? — Разве сейчас не 2017? — Чувак, сейчас 2010! — воскликнула Мико. — Хм-м-м… Это объясняет, почему вы пользуетесь такой устаревшей техникой. — И это твоя реакция?! — Поверь мне, это ещё не самое странное, что я встретил в своей жизни.       Издав небольшой смешок, Сэм на миг отвлёкся на девочку. В этот момент что-то в поле его зрения быстро двинулось в его сторону. Мгновенно среагировав, он инстинктивно отскочил назад и с размаху отбил тянущуюся к нему мужскую руку. Его лицо помрачнело, губы сжались, тело напряглось, готовое в любую секунду сорваться с места. Болотные глаза с подозрением впились в правительственного агента. — Что за чёрт?! — Полегче, парень. Я лишь хотел положить руку тебе на плечо, — с лёгким недоумением объяснил Фоулер. — Собирайся, ты пойдёшь со мной. Ты должен пройти опрос и обследование. К тому же нам нужно сделать тебе новые документы. — Нет. — Не упрямься, Уитвики. Думаешь, мне заняться больше нечем? Помимо тебя и твоей причудливой ситуации, есть и другие важные дела, которые требуют моего личного присутствия. — Я. Никуда. С тобой. Не пойду, — прошипел Сэм, прожигая его твёрдым и непоколебимым взглядом. — Приблизишься ко мне ещё ближе, и я ударю тебя по-настоящему. — Агент Фоулер, я прошу Вас уважать желание Сэма. В противном случае я не позволю Вам забрать его против его воли, — с холодом проговорил Оптимус, встав между юношей и мужчиной. — Я понял тебя, Прайм. Ну а это, — Фоулер махнул папкой, — я могу забрать с собой? — Ещё чего! — Сэм стремительно поддался вперёд, резко вырвал свои документы из рук агента и обратно укрылся за лидером автоботов. — Я почти на сто процентов уверен, что вы конфискуете их и назовёте какой-нибудь суперсекретной хренью. Я не попадусь на это снова. — От тебя одни проблемы, Уитвики, — с раздражением проворчал Фоулер и затем требовательным взглядом посмотрел на Оптимуса. — Прайм, ты обязан прислать мне подробный отчёт о нём. К нему должны быть прикреплены сканы всех его документов и результаты медицинского обследования. Мне нужно с чем-то работать, чтобы выдать ему документы. Я также не могу пойти к начальству, ничего не имея на руках. Ты понял меня? — Предельно ясно, агент Фоулер.       Уильям Фоулер с противоречивыми чувствами вновь посмотрел на взлохмаченного парня. Встав в защитную позу, Уитвики настороженно следил за ним, словно перед ним предстал его враг, а не возможный союзник. Подобное поведение у гражданского сильно обескураживало мужчину. Он очень надеялся, что позже отчёт прояснит ему этот момент. Тяжело вздохнув, он поднялся по лестнице и зашёл в лифт. — Это прошло лучше, чем я ожидал, — с облегчением выдохнул Сэм, как только правительственный агент скрылся из виду. — Лучше, чем ты ожидал? Если бы Оптимус не остановил тебя, ты бы набросился на Фоулера, — со скепсисом проговорил Рэтчет. — Он назвал меня шпионом М.Е.Х.! Как ещё я должен был отреагировать?! — Почему ты не сказал нам, что тебе двадцать шесть?! Ты почти вдвое старше нас! — внезапно в разговор влезла подскочившая к ним Мико. — А я должен был? — Да! Мы думали, что ты нашего возраста! Джек так удивится, когда завтра узнает об этом в школе! — Кстати, где он? Я не видел его сегодня на базе. — Пф, неудачник наказан. Теперь он на две недели застрял под домашним арестом!       Сэм удивлённо взглянул на Накадаи. Следом он закрыл лицо руками и обречённо вздохнул. Теперь некому было сдерживать Мико от нападок в его сторону. Кажется, впереди его ожидают две трудные недели.