Случайная связь, которая свела судьбы

      На следующее утро Техен                Спросонья натягиваю на себя простыню, поджимаю колени к животу. Холодно. Кажется, мы не закрыли ночью окно. Как-то не до этого было. И сейчас сил нет встать.                Тело ломит, сводит истомой приятной. Улыбка сама растягивается на лице от одних лишь воспоминаний о бурной ночи, которая измотала меня, лишила всей энергии. И стала лучшей в моей жизни. Наверное, адреналин после «купания» в ледяном море сделал свое дело, обострив чувства. И заодно подкосил мое здоровье.                В ушах неприятно шумит, голова ватная, горло першит. Вдобавок несколько раз звонко чихаю. Точно заболел.                Сворачиваюсь клубочком как кот и опять погружаюсь в сон. Будто сквозь толщу воды, доносится хлопок закрывающегося окна.                Слышу тяжелые шаги, а следом – ощущаю, как меня накрывают теплым одеялом. Равняют уголки аккуратно…                Цербер?                Зажмуриваюсь, боясь спугнуть момент. Пусть думает, что сплю. Я и правда на грани.                Особенно, когда тело окутывает долгожданное тепло, а на плечо ложится уже знакомая горячая ладонь. Проводит до локтя, слегка сжимает. Матрас за моей спиной ощутимо продавливается.                Цербер рядом. Чувствую его.                Просто сидит и смотрит. А я не решаюсь повернуться.                Скрип кровати. И он еще ближе. - Какой же ты… - жаркий шепот касается затылка. – Жаль, - рука исчезает с моего плеча.                Испаряется и сам цербер. Словно мне все почудилось.                И невесомый поцелуй в висок. И тихое: «Прощай». И грохот закрывающейся двери.                Слишком романтично, чтобы быть правдой. Скорее всего, я в бреду от усталости и простуды.                Выдыхаю последний раз опьяняющий запах с обреченным хрипом. И обессиленно проваливаюсь в беспокойный сон.                                                                                                        ***                  Пробуждаюсь от настырного солнечного лучика, который скачет по моему лицу. Потягиваюсь томно, протираю глаза, которые никак не хотят открываться. Бросаю замутненный взгляд на настенные часы – и резко подскакиваю в постели.                Полдень! А я все еще не дома. Папа, наверное, волнуется. И позвонить не может, ведь мой телефон «утонул».                Осматриваю номер. При свете дня он выглядит более убогим, чем казался ночью. Цепляюсь взглядом за чемодан в углу.                Растерянно хлопаю ресницами.                Мой чемодан! Все-таки цербер сделал невозможное – вытащил его из камеры хранения. Привез в номер.                Ничего не перепутал. Не забыл. Побеспокоился обо мне.                Почему так тепло в груди от одной мысли об этом? Глупо улыбаюсь. Чувствую себя маленьким мальчиком, о котором заботятся.                Открываю рот, чтобы позвать мужчину, поблагодарить, но застываю.                Я даже имени его не знаю! Неужели я действительно это сделал? Переспал с первым встречным? Правда, не с первым. Тот мне не понравился…                Подумать только, даже в такой ситуации перебираю! Наверное, поэтому и одинок до сих пор.                Эйфория сменяется давящим грузом в груди. Откидываю одеяло, которое мне все-таки не приснилось, укутываюсь в простыню. И бреду по номеру.                В ванной тихо. В жалком подобии кухни – никого.                Все-таки он уехал. Оставил меня. Навсегда.                Ты ведь так и планировал, Техен! Провести ночь - и расстаться. Почему тогда носом шмыгаешь сейчас? На кого обижаешься? На себя злись!                Да потому что к хорошему привыкаешь быстро! И сложно потом возвращаться в жестокую реальность.                А мне с цербером было по-настоящему хорошо…                Всхлипнув, разворачиваюсь и возвращаюсь в спальню. На пороге замираю, превращаясь в глыбу льда. Мороз пронзает тело и душу.                На тумбочке, под основанием лампы, вижу небольшую стопку денег.                Плата за проведенную ночь?..                Делаю глубокий вдох. Судорожно сглатываю ком обиды, подкативший к горлу. И вздергиваю подбородок, будто меня кто-то видеть может сейчас.                И во сколько же оценил мои услуги цербер? Нет, даже знать не хочу.                Быстро одеваюсь, хватаю чемодан и собираюсь покинуть номер, но оборачиваюсь. Если я оставлю деньги здесь, то их заберет кто-нибудь из персонала. Однако выглядеть будет так, будто это я.                Мало ли, вдруг цербер до конца своего отдыха еще кого-нибудь сюда притащит. И узнает.                Встряхиваю головой, делаю шаг к тумбочке и двумя пальцами беру деньги, как что-то очень грязное и омерзительное. Так и несу вниз.                Нахожу администратора – женщину-омегу лет сорока, неторопливо попивающую чай. - Я из номера… - достаю из заднего кармана джинсов ключ, который цербер оставил в коридоре, и пытаюсь вспомнить цифру. - Из люкса? – гордо уточняет. - Ну да, - усмехаюсь я, вспоминая комнату. – Со мной был мужчина, - произношу холодным тоном, когда внутри горю от стыда. – Он не оставлял контакты на случай, если забудет что-нибудь?                Женщина смотрит на меня сочувственно, будто это он меня забыл в проклятом номере!                          Благоразумно не задает неудобных вопросов. - Хм. Извините, я персональные данные не имею права предоставлять. Но… - подается вперед, облокотившись на стойку регистрации. - Фамилию могу вам сказать, если пообещаете не выдавать меня, - шепчет заговорщически.                Складывается впечатление, что администратор вошла в мое положение и помочь хочет. Несчастному парню, брошенному после проведенной ночи. - Нет-нет! Не надо мне ни имени его, ни адреса, - осекаю ее. – Сможете передать ему кое-что?              Отправить туда, где он остановился?                Подумав, омега в возрасте кивает.                Беру со стола чистый лист бумаги, сворачиваю его в некое подобие конверта. Вкладываю деньги. Всю сумму. Вплоть до рубля. Ничего мне от него не нужно! Я не продаюсь!                Передаю администратору, и она задумчиво крутит в руках конверт. Потом помечает что-то на обороте. Наверное, адрес. Но не могу прочесть: на таком расстоянии буквы плывут. Кажется, я посадил зрение, постоянно работая за компьютером. - И еще, - спохватываюсь, вспомнив, что у цербера есть сын и, возможно, супруг. – Попросите передать ему лично в руки. И никому другому. Это важно!                Кивнув, делает еще одну пометку.                Что ж, моя уязвленная гордость практически восстановлена. Остается только отца успокоить. - Можно позвонить от вас? – указываю жестом на стационарный телефон.                Дождавшись согласия, по памяти набираю папин номер. - Тэша, ты где? Что случилось? – звучит взволнованно. - Со мной все в порядке, пап, - стараюсь отвечать бодро. – Поезд задержался, - лгу родному человеку и ненавижу себя за это. - Куда за тобой приехать? – спрашивает с тревогой и заботой, а потом добавляет. - Чонгук уже вернулся. Обедать скоро будем. А тебя все нет…                Сжимаю губы, чтобы не позволить себе ляпнуть лишнее, и обреченно закатываю глаза. Мне же еще с этим снобом сегодня знакомиться! Пусть он и папин друг, но мне заочно не нравится. Благо, мне не за ним присматривать придется, а за малышом. Надеюсь, сам Чонгук в это время будет бизнесом заниматься и ночевать где-нибудь вне дома. Судя по вчерашнему рассказу папы, последнее у него получается лучше всего. - Оставайся с другом, - с трудом выжимаю из себя. – Неудобно его бросать. А я сам доберусь.                Закусываю губу.                Как? Мои деньги утонули в пучине морской. А «заработанные» этой ночью я «работодателю» вернул. - Пап, а такси сможешь мне оплатить онлайн? – решаюсь попросить. - Конечно, Тэша, диктуй, куда машину отправить, - реагирует мгновенно.                Поразмыслив, называю адрес кафе через дорогу. Не хочу, чтобы отец знал, что я ночевал в отеле. Ловлю на себе любопытный взгляд администратора. И делаю вид, что не заметил.