Вызимский ассенизатор

- Он хороший художник, и для него сразу найдется работа. Он мой ученик. Это я его научил рисовать. - Правда, миленькая! - взмолилась Снежинка. - Нельзя ли сегодня выписать Тюбика? Я попрошу его нарисовать мой портрет. - И Гуслю, - добавил Незнайка. - Это тоже мой ученик. Я его выучил играть на флейте.

Визит в комендатуру к пану Лешеку прошёл с переменным успехом. Вахмистр не скрыл, что сведениями о Шляпнике располагает и готов ими поделиться, но ничто в мире не даётся бескорыстно. Денег у меня не осталось, к тому же пан вахмистр прозрачно дал понять, что деньги его и не интересуют. Этот бессеребреник брал одним фисштехом. Вернувшись домой, я рухнул на кровать и заснул как подкошенный. Первый день в роли ведьмака вытянул из меня последние душевные силы. Проснулся я только глубокой ночью. Да и то - Геральт разбудил, уронил что-то в прихожей. Я сел в кровати. - Геральт! Какого... вафль-хоэля ты попёрся к Промоталеру?! - Напустился я на брата, явно возвращавшегося из "Под Крышки". - Ну, как? Думал тебе помочь… - И что теперь делать? Сколько он просит за твои мечи? - Да ничего он не просит. Вот они - мечи. - Геральт кивнул за плечо, откуда торчали две знакомых рукояти. - Уже выкупил? - Изумился я. - На какие шиши? - Ничего я не выкупал. - Сказал Геральт, присаживаясь в углу. - Отыгрался. - У этого шулера?! Как ты умудрился? - А я не у него лично отыграл. У одного типа "Под Крышкой". Ты его знаешь - Моргало. Промо ему должен. Вот на его долги мы и сыграли. - А ты что поставил? - Хату. - Какую? - Эту - какую же ещё? Я вскочил с кровати и забегал по комнате, как перепуганное насекомое. - Геральт. - Простонал я. - Никогда больше так не делай, ладно? - Ладно. Да мне и незачем. Мечи-то я уже отыграл. - Ну, когда в следующий раз проиграешь… Поставь что-нибудь другое, хорошо? - Хорошо. Он вообще-то предлагал на голову Промо сыграть. - Как это?! - Я остановился и уставился на ведьмака. - Если выиграю – долговые расписки Промоталера мои. - Объяснил Геральт. - А если проиграю – принесу Моргале Промоташкину башку. То есть, проблема с Промоталером для него в любом случае решалась. Хитрый он, Моргало, прагматичный. Но я отказался. Понравился мне этот хрен Промоталер. Вот я свою, то есть – твою, берлогу вместо его головы и предложил. Да ладно тебе! Всё же хорошо закончилось! Я постарался успокоиться. - Слушай, братец… Тут такое дело… Мне теперь «Под Крышкой» появляться не стоит. А то ещё с тобой пересекусь и все поймут, что нас двое… - Да. Это было бы некстати. А что тебе «Под Крышкой» понадобилось? - Спросил ведьмак. - Фисштеху. Не для себя – не бойся. Для подкупа одного должностного лица… - А! Если для подкупа – это дело хорошее! - Я барыг, кроме Глинки, не знаю. А он как раз «Под Крышкой» промышляет. Как у вас с ним, кстати, сложилось? Он не сильно расстроился из-за того пакета? Барыги – они в таких вопросах щепетильные… - Да не. Всё нормально. - Заверил Геральт. - У меня-то с ним проблем никаких. Только вот… понимаешь… помер Глинка. - Как помер?! То есть… ты… его… того? - Терраклий! - Возмутился ведьмак. - За кого ты меня принимаешь? Я же не совсем отморозок. У меня – твёрдые принципы. И главный из них: для мокрухи нужен хоть какой-нибудь малюсенький повод. Ну, орал он, грозился наломать мне костей. Разве можно из-за такой ерунды хорошего человека обижать? Поставил я ему пару стаканов бухла и стали мы друзья не разлей сливовица! Пили вместе, отдыхали. А там и Моргалка подтянулся. Тоже душевный мужик. - Братец. - Поморщился я. - Ты всё-таки поосторожнее с выбором приятелей. Моргало – крайне неприятная личность. Знаешь, за что его так прозвали? - Конечно! За его любимую присказку, что, мол, моргала повыдавливает. Он и мне такое говорил. Это просто защитная реакция организма на сложные жилищные условия. Внутри он добрый и воспитанный. Настоящий интеллигент. - Ты только держи ухо по-эльфски с этим жилищным интеллигентом. У него ведь это не только присказка, но и – как бы выразиться интеллигентнее – хобби. - Ладно-ладно. Я ухи всё время по ветру держу. Когда Моргало стал орать, что только свистнет и через три секунды здесь будет вся его шайка, я просто достал меч – как раз пока он моргал – и спросил, чего он там болтал насчёт трёх секунд, а то я не расслышал. С тех пор он смирный. Это уже после было, как я к Промоталеру за мечами сбегал. Когда насчёт Глинки разборка пошла. - Всё равно. Не надо его недооценивать. Так что с Глинкой? - Я ни причём! Это просто трагическое недоразумение. Возвращаюсь от Промо, поднимаюсь в номер Глинки с очередным пузырём, захожу – а он сидит на диване и не дышит. Я сначала думал – передоз, а пригляделся – у него из шеи маленькая стрелка торчит. Я сразу понял, что это. Отравленные стрелы. Которыми из трубок плюются. Зерриканское оружие. В последнее время такими стали пользоваться скиноджахеды. Для тайных убийств. Даже не представляю, что за негодяи им его поставляют. - Плохо. У кого ещё можно фисштех достать, я не знаю… - У кого, у кого… У меня! - Как - у тебя?! Ты что – бизнес Глинки унаследовал? - Нет! Меня такие вещи не интересуют. До смерти надоела вся эта алхимия. Просто было тут у меня дельце. Обратились ко мне девочки. То есть, пришли они не ко мне - к Моргале. Но Моргала уже не вавакал. Сначала горе заливал - с расписками Промоталера прощался. Потом Глинку поминали. В общем, устал человек - уснул под столом прямо как ты вчера. Девочки, видя такое дело, стали жаловаться мне - больше там некому было. Мол, громилы какие-то их обижают. Весь коноплянский рынок секс-услуг под себя подмять хотят. Девушки плачут, синячки на разных местах показывают. А я же не могу, когда девушки плачут! Пришлось сходить, поболтать с теми хулиганами. - И как? - Сначала переговоры проходили туго. Но после того, как трое или четверо участников переговорного процесса внезапно лишились жизни, обоюдовыгодное решение быстро нашлось: выжившие бежали, а я с победой вернулся к девочкам. А у этих, кто сбежать не успел, я конфисковал немного порошка. Мертвяку фисштех ни к чему, а ведьмаку – пригодится. Вот, бери, сколько надо. Для брата не жалко. - Спасибо. - Кстати. У нас с девочками был бартер. Вообще-то они мне на выбор предлагали – либо деньгами, либо – натурой. Я сказал: «Девушки! Я не материалист. Я натуралист.» Теперь на районе меня будут обслуживать до конца сезона за символическую плату в виде букетика цветов. Практически абонемент. А поскольку мы с тобой близнецы, думаю, ты вполне можешь участвовать в процессе. С девочек не убудет. - Круто! А какие цветы нужны? - Да любые. Хоть ромашки, хоть голубые розы из Назаира. Пойми, Терраклеус – для женщины в цветах важна не цена, а знак внимания. А для шлюхи – особенно. Они цветами не избалованы. Так что мы с тобой, как обычно, выступаем с миссией добра и гуманности – несём в массы страждущих падших девушек искру рыцарства и благородства.