О, этот дивный новый мир!..

      «Твоя до самой смерти»       Вот, что Льву хотелось слышать. Вот, что ему хотелось знать, и чувствовать, каждую минуту, каждый день!..        Конечно же, он и не думал настаивать, уводить девушку немедленно, в пустоту и опасность. Нет. Сперва он собирался, — всего за пару дней, ну, или, неделю, — побродить чуть дальше, за проспектом. Посмотреть в домах. И на одной автостоянке, за Большим Дворцом. Там до сих пор не ходил. Местные говорили, делать нечего, все уже излазили вдоль и поперек. Все осмотрели. Нормальных машин нет. Но Льву, радостному и довольному решением, что Настя приняла, и море было по колено! Он воспарил духом. Дышал свободно. Без толики напряжения. И предвкушал их одинокое совместное путешествие больше, чем уединение и секс где-нибудь в укромном уголке!       Приятно было знать, что он на первом месте. Приятно было знать, что вскоре они, наконец, уйдут. Останутся вдвоем. Как раньше.       Настя тоже думала об этом. Целое утро. Сразу же, как Лев ушел, она прошла в столовую, села за стол и, расстроенно улыбнувшись остальным, сделала один большой глоток кофе. Попыталась насладиться. Скоро же и этого не будет. Разве, что, чай… Теплые оладьи со сметаной на завтрак. И горячий хлеб, который каждый день пекла одна милая старушка. Ничего из этого у Насти не останется. Привыкла ли она к теплой постели и, пусть к прохладному, но душу, хотя бы два раза в неделю?.. Ко вкусной еде и свободной одежде? К безопасности?.. Конечно, да! К комфорту быстро привыкаешь. Да и к улыбкам радостных детей. К заразительному смеху и увлекательным разговорам. Настя обожала узнавать чужих людей. Хороших людей. Болтать за столом. Слушать их истории, и делиться своими!.. Она была болтушкой от природы. Душа компании! Яркая звездочка на темном мрачном небе!..       За три недели, что они провели в общине, Настя не только обзавелась друзьями, но и завоевала всеобщую любовь. Ее ценили все! Особенно дети. И, особенно, Дима. Они болтали. Очень много. Вместе смотрели за детьми. Поэтому, девушка, уже на пятый день знала, что он выучился на экономиста, но так и не успел поработать. Что он хотел жениться, но любимая девушка Маша была заражена и, вскоре, убита. Она знала о его любимой книге «Дон Кихот». Знала о его родителях. Конечно, поверхностно, не очень много, но все же!.. Они разговаривали. Они смеялись. Дима!.. Он был так похож на брата!.. Почему-то, и сама не замечая, она будто возложила эту роль на его плечи. Неосознанно, конечно. И относилась, как к родному человеку. Никогда не замечала его чувств. Да и не хотела видеть. Разве, что, после слов Льва, стала немного присматриваться. Поверхностно. Только лишь, чтобы убедиться или отбросить столь нежеланную мысль!.. Разумеется, в глубине души, как и любой восемнадцатилетней девушке, ей было приятно знать, что в нее влюблены. Как же иначе! Но рассматривать Диму всерьез она и не собиралась! Любила Льва, преданно и нежно.       Каждую минуту и секунду она любила его.       Поэтому и сдалась. Вдоволь насладившись спокойной и размеренной жизнью в общине, она твердо решила уходить. Вместе с ним. Так будет лучше! Для него. А Настя очень волновалась, особенно, когда Лев выпил. Терпкий запах алкоголя, как будто до сих пор стоял у нее перед носом! Девушка поморщилась и налила себе ещё чашку кофе, чтобы перебить и подавить неприятное воспоминание. Только не это!.. Ох, она так сильно испугалась, что он снова станет заглушать свои тревоги и необоснованную ревность выпивкой!.. Сразу же решила: лучше им вдвоем. Где-нибудь в укромном уголке. Жили же почти полгода! И были счастливы. Очень!.. Почему бы не провести так всю оставшуюся жизнь?.. Насте нравилась эта мысль! Но и общение… Она была ещё так молода, чтобы навсегда лишиться друзей и знакомых!..       Выбор. Да уж, он был невелик!        Настя и не думала иначе. Она всегда знала, что пойдет за ним. Отправится куда угодно, ибо связь, что протянулась между ними, не под силу было разорвать ни детским смехом, ни новыми знакомыми.       Любовь. Настоящая любовь, вот что это было. Иногда странная и непонятная, любовь, как между мужчиной и женщиной, и между отцом и дочерью. Никого ближе и роднее у Насти на этом свете просто не было. Все умерли, а он остался. — Ты сегодня какая-то грустная, — подметил Дима, присев рядом.       И девушка незримо напряглась, представляя будущий разговор. Совсем неприятный. Ни для нее, ни для них. Улыбнулась скованно, и, вздохнув, обратилась к Жанне: — Хотела ещё раз сказать спасибо за это платье, — она мельком пробежалась кончиками пальцев по тоненькой ткани, — оно чудесное! А тебе… Тебе, Дима, спасибо за приятные беседы. Знаешь, ты очень похож на моего брата. И наше общение… Оно было для меня очень важным.       Настя поднялась из-за стола, схватив одну из маленьких девочек за руку, и негромко добавила: — Мы долго думали, и решили, что пора двигаться дальше. То есть, мы: я и Лев, скоро уезжаем. Подумала, что нельзя не предупредить. Тем более, вас двоих. И не отблагодарить за кров и пищу, конечно, тоже. — Что? — воскликнул Дима, мигом изменившись в лице.       Улыбка медленно сползла с губ, а глаза, всегда веселые и понимающие, померкли. — Как жаль, Настя! — расстроилась Жанна, привстав следом. — Почему вы приняли такое решение? И когда собираетесь? — Пока не знаю, Лев ищет транспорт и припасы. Если не найдет, через неделю, мы, в любом случае, уходим. — Девушка подхватила маленькую девочку на руки и прошла сквозь распахнутые двери в сад. — Почему?.. Мы и так достаточно здесь задержались. У нас своя дорога. И свой путь. — Ох, ну с продуктами-то я помогу! И с одеждой — тоже! Найду вам нормальные летние вещи в путь! Джинсы там и футболки! — Спасибо! — Настю тронула забота. — Словами не описать, как я вам всем благодарна!       Опустив девочку на землю, она крепко обняла Жанну. И, заметив, как Дима тоже вышел, да поймав его вымученный взгляд, отвернулась. Нет уж! Только этого не хватало. Неужели, Лев был прав?.. И он влюбился? В нее?.. — Время есть, поэтому не будем грустить! — подметила Жанна, улыбаясь. — Может, ещё, и передумаете! — Не думаю, но спасибо.       Настя поспешила за детьми. Ласково улыбнулась и махнула рукой, попутно забирая волосы за уши. Она брела по тропинке, и чувствовала, как Дима смотрит. Он шел по пятам. Точно был рядом!       Вот же черт!..       Девушка не была готова к откровенным разговорам. И, почему-то, в тот момент, вдруг, поняла, что он идет за ней лишь за этим!.. Хочет поговорить!.. Хочет… Господи.        Интуиция не подвела. Так и вышло.        Дима догнал у детской площадки и, проводив малышей к песочнице и качелям, негромко окликнул: — Настя, мы можем поговорить? — О чем? — бегло выпалила она, обречено вздохнув.       Ну, кто бы мог подумать, что ее личная жизнь, в самый разгар эпидемии, будет, вдруг, напоминать страницы одного из самых примитивных бульварных романов?.. Настя была молода и неопытна в отношениях. Зато отлично знала, что ей нужно — Лев. Любой ценой. Даже в ущерб своим чувствам. — Почему вы так неожиданно решили покинуть общину? — в лоб спросил Дима.       Он встал рядом, почти вплотную, и Настя, ощутив неловкость, отошла назад и опустила глаза. — Послушай, это наше решение. Не думаю, что тебе… — Ты мне нравишься.       Она и договорить не успела, как он сказал это!.. Подтвердил слова Льва. Хотя, Настя уже и так догадалась. Не дурочка же она!.. — Ладно, — пришлось потереть мигом вспотевшие руки, — послушай, извини, но я не могу ответить взаимностью. Потому что… — Потому что думаешь, будто бы влюблена в него, да? — выпалил Дима, сунув руки в карманы и глянув исподлобья. — Знаю я, что вы не родственники. Все в курсе. — Какое это имеет значение? — Настя приподняла брови. — Родственники или нет?.. Я не давала тебе повода, Дима. Ты мне погибшего брата напоминаешь. Как бы это… Как бы это не прозвучало, но между нами ничего быть не может. Я тебя не люблю.       Она не хотела грубить. Не хотела ссориться, но и позволять вот так бесцеремонно вмешиваться в свою жизнь, тоже не могла. Да, они общались три недели. Да, о многом говорили. Но Настя же не открывала свое сердце и душу!.. Внезапно, ей, вдруг, стало стыдно от одной лишь мысли о том, что, общаясь с Димой, она попросту пыталась занять время; дождаться, когда Лев вернется, чтобы не сходить с ума в одиночестве. Друг на час?.. А он вообразил себе всякое!.. — Жаль, что ты не видишь то, что вижу я, — угрюмо протянул Дима, конечно же, обиженный ее словами, — ведь он манипулирует тобой. И делает это для себя. Ты же не хочешь уходить, а Лев заставляет. Подумай о своей безопасности! Если бы ему было до этого дело, он бы не тащил туда! — Парень эмоционально всплеснул руками. — Не заставлял идти в неизвестность. Мог бы и смириться. Остаться здесь ради тебя! — Это было мое личное решение, — сухо заявила Настя, ощутив невольно вспыхнувшее негодование. Ей не понравилось, как он отозвался о Льве. — Только мое. И я озвучила сегодня ночью. Но, даже, если бы, это решил он, ничего бы не изменилось. Я бы пошла, потому что безопасность, это там, где он! Ни здесь, ни за высокими стенами, и не среди вооруженных людей. Безопасность — это он сам! И не говори все эти вещи! Ты его не знаешь! Ты ничего не знаешь о нашей жизни. И, тем более, о наших отношениях!       Наверное, Дима не ожидал, что, вдруг, столкнется с настолько явным и, немного даже, грозным сопротивлением. Настя вспыхнула, едва лишь он обмолвился о Льве; едва лишь заикнулся о его нечестности. С глубоким чувством обиды, она встала на защиту своего мужчины, мысленно, вдруг, осознав, что никому не позволит вот так вот отзываться о нем. Никому! Она будет отстаивать и защищать!.. Точно, как и он, если придется.       О боже, это было удивительно!.. Но, как же, все-таки, они похожи! — Ещё вчера ты не хотела уезжать. Ещё вчера ты назвала это место тихой гаванью. Ещё вчера мы… — Дима вновь приблизился и попытался, не только заглянуть в глаза, вразумить, пока не поздно, но и взять за руки! — Ты и не замечаешь, как он влияет на тебя. Но я-то вижу: он двигается — и ты двигаешься; он встает — и ты встаешь; он идет спать — идешь и ты. Настя, ты будто его тень, продолжение! Но так же нельзя! Ты уже взрослая и вправе сама выбрать себе жизнь! Жизнь в безопасности! Жизнь с лучшими людьми! Разве, в случае беды, он защитит тебя там, за воротами?.. Что вы сможете сделать вдвоем, когда зараженные появятся?.. — Ты себе и не представляешь, что мы уже делали, когда сталкивались с настоящими монстрами. Эти зараженные — лишь меньшая из бед! Есть и другие! Мохнатые и крылатые! На острове, где мы жили первые пять месяцев, в небольшом лесу, поселилось огромное существо! Оно не боится ламп! Оно летает! Оно всюду исторгает ядовитую жижу! И капли достаточно, чтобы заразиться и умереть страшной смертью!.. — Настя разозлилась. О, она вышла из себя! Точно Лев, однажды. Стояла и громко восклицала, невольно привлекая постороннее внимание. — Думаешь, что ты видел достаточно крови?.. Думаешь, что сидя тут, за высоким забором, ты все на свете повидал и прочувствовал?! Я видела горы трупов и столько же внутренностей, что твари приносили с материка и бросали под окнами, чтобы существо питалось! Передо мной птицы падали замертво, пораженные неведомой заразой, готовой подточить и камень!.. Со мной говорило «нечто» страшное, голосами убитых родственников!.. И ты, сейчас стоишь тут, передо мной, и разглагольствуешь о безопасности?! Да, это место хорошее. И люди здесь чудные! И дети — тоже. Но, вот в чем загвоздка, и я только что это поняла. Однажды вся эта зараза с острова, доберется и сюда. Она пожрет эти леса, окропит кровью крышу дворца, детскую площадку и античную ванну!.. Это существо размножится. И, не страшась ультрафиолетовых лучей, оно принесет смерть. И я не стану дожидаться, когда это случится. Я уйду с человеком, который за меня стоит горой! Который уже много раз доказал свою преданность и отвагу! Так что можешь не болтать, не внушать вот эту ерунду!.. Да, я буду его продолжением. И отражением, если потребуется, потому что он мне не просто «нравится». Я его люблю!..       Настя очень разнервничалась. И стала кашлять. Отвернулась, прижала ладошку ко рту и, чуть сгорбив спину, принялась глубоко дышать. Сама не ожидала, что, вдруг, выпалит это. Скажет так громко и отчетливо, на осуждение всем. Да и плевать. Они уйдут оттуда. Уже очень скоро. Все будет хорошо. — Ты не такая, — ровным тоном подчеркнул Дима, будто бы и не слышав эмоциональный монолог, — и, чтобы себе не внушила, лучше бы остановиться… Ты как? Помощь нужна?       Настя покачала головой и, обхватив живот рукой, снова закашляла. Нащупала ингалятор в кармане. Опять придется прыскать, иначе кашель не унять. Давненько она не пользовалась. Справлялась самостоятельно. Но не тем днем. Не в ту минуту, когда, завидев Льва у ворот, прыснула как следует.       Он появился неожиданно. Вернулся чуть раньше. В довольно приподнятом настроении забросил ружье за спину и, заметив Настю, зашедшуюся кашлем, мигом стал серьезным. Улыбка испарилась, и сердце забилось быстрее. Наспех прикрыв калитку, Лев ускорил шаг и, подбежав, обеспокоено обхватил руками за талию. Сразу же увидел раскрасневшиеся щеки, поймал и растерянный, до сих пор немного рассерженный, взгляд. Потом, заметив и Диму рядом, невольно понял, в чем дело. Объяснения тут были не к чему. — Что происходит?.. — Лев притянул девушку к себе, и она, прильнув к рубашке, неряшливо распахнутой у горла, обвила руками сильную шею; наконец, перестала кашлять и начала дышать спокойно. — Настя, все нормально?       Она кивнула, но лица не отняла. По-прежнему рассерженная и встревоженная своей достаточно резкой реакцией, девушка ничего не ответила. Просто уткнулась лицом в широкую грудь в поисках защиты, и немедля получила ее. Оказалась, как за каменной стеной, в родных руках, в любимых объятиях. И весь остальной мир словно умер. Не было ни Димы, внезапно, возомнившим себя ее спасителем; не было ни детей, играющих на площадке, не любопытных взрослых, что высунули свои носы поглядывая. Ничего больше не было. Только Лев и его рельефные руки. — Что ты ей наговорил?.. — внезапно выпалил он, и тотчас же добавил: — Хотя, не важно. Можно сказать, тебе повезло, что Настя сейчас между нами, иначе бы, наконец, поговорили по-мужски, если ты по нормальному не понимаешь! — Всего лишь, правду. Сказал, что ты думаешь только о себе, и поведешь ее на смерть. Больше ничего. — Судя по реакции, я склонен полагать, что она совсем не возражает, да?… Отправиться на смерть, как ты говоришь. — Лев напряженно опустил руки на женские плечи и с трудом разжал пальцы. Разглядел в глазах парня явную ненависть и неприкрытую угрозу, словно тот задумал что-то!.. Что-то нехорошее. — Зачем ты лезешь? Это наше дело. Ты нам никто. — А ты? Кто ты ей? — Дима не выдержал, и тоже встал в позу, как будто бы это, вдруг, что-нибудь решило. — Отец?.. Нет. Все знают, что нет. Скорее, взрослый дядька, решивший, почему бы и не… — Хватит! — крикнула Настя, внезапно, обернувшись и строго посмотрев на парня. — Хватит! Ты не смеешь судить! Ты… Ты мне никто. Я тебе повода не давала! И, что уж точно, не позволяла вот так отзываться о человеке, который мне так дорог!.. Так, что, лучше заткнись нахрен!.. — всхлипнув, девушка запрокинула голову, заглянула Льву в глаза и, едва не плача от обиды и разочарования в, казалось бы, не таком уж и плохом парне, прошептала: — Давай уйдем! Ты был прав. Это не наше место. Я…       Лев глубоко вздохнул. С укором и бесстрашием посмотрел на Диму, отшатнувшегося и поникшего, но больше ничего не сказал. Этому сосунку?.. Ничего. Не посмотрел и на других. Бережно обвил тоненькую талию рукой, медленно повел к воротам, решив: лучше бы им пройтись вдвоем. Подальше от общины. — Пойдем, хочешь прогуляться? — тихо спросил он, неторопливо уводя к воротам и попутно смахивая слезы с женского личика. — Да… — прошептала она, кивнув. — Да, давай побудем где-нибудь подальше отсюда!

***

      Они брели молча, куда-то вперед, мимо заброшенных императорских конюшен. Шли и обнимались. Настя, уронив голову на мужскую грудь, вскоре успокоилась. Дышала ровно. Двигалась плавно. Смотрела себе под ноги, и поверить не могла, что человек, с которым она вполне себе нормально общалась, вдруг, решил, что вправе учить уму-разуму! Да, даже будь он сотни раз прав, это бы ничего не изменило. Настя так любила Льва, что добровольно согласилась. И пошла за ним. Куда глаза глядят!..       «Даже навстречу собственной смерти?..»       Да.       Лев же, молчаливо шагая и крепко поддерживая за талию, в душе, не мог не ликовать, не мог не радоваться!..       Впервые в жизни, получилось! И желание сбылось. Настя выбрала его. На виду у всех, заткнула рот этому пройдохе. Сделала это ради него, по любви. Она вступилась. И совершила то, что ни одна женщина в его жизни ещё никогда не делала. Безоговорочно и бесповоротно Настя выбрала его. Маленькая и отважная девочка. Как славно, что они нашли друг друга! Как славно, что, однажды ночью, там, на маяке, они сблизились!..       Лев шел. Он брел по узенькой тропинке, мимо заброшенных и никому ненужных машин, и улыбался. Чувствовал себя таким счастливым и особенным!.. Как ребенок, которого похвалили, которого выделили и наградили любовью. И нежность… Эта нежность буквально вырывалась наружу, бурлила и билась в жилах!.. Хотелось выплеснуть, отдать! Окутать свое истинное сокровище с головы до низу!.. Ну, и, конечно, поделиться. Показать то, что обнаружил, пока бродил по заброшенной автостоянке неподалеку от Золотой Кладовой. — Как ты, кроха?.. — ласково спросил Лев, когда они подошли к невысокому забору. — Нормально. — Настя отняла голову от его груди и, мягко улыбнувшись, огляделась. — Ты привел меня сюда. Зачем?.. — Я нашел кое-что. — Транспорт?.. — в надежде уточнила Настя, заглянув в глаза. — Нет, не совсем. Но это машина, да, просто не на ходу. — Лев взял за руку и повел чуть дальше. — Зато у нее есть иные преимущества.       Пришлось переступать через давно разложившиеся трупы. Но Настя даже не смотрела. Она не обращала внимания. Шла за своим мужчиной, пока не остановилась у большого тонированного джипа. Огромный и черный, он заметно выделялся на фоне остальных машин. — И.. — Сама посмотри.       Лев распахнул дверцу и поманил рукой, довольно ухмыляясь. Он явно что-то задумал!.. Хитрец!       А Настя, доверившись, проскользнула внутрь и… Очутилась на мягких сидениях. Они были разложены и плотно сдвинуты друг с другом, так, что получилось неплохое место для сна, или… Подозрительно глянув на Льва исподлобья, девушка широко улыбнулась и пододвинулась чуть дальше, позволив и ему забраться внутрь. — Это?.. — Это то, что я недавно обнаружил и захотел показать. Здесь много места и достаточно удобно, м-мм?..       Лев тоже улыбнулся, почти коварно и заговорщицки!.. Настя не смогла сдержать тихий смех. И не думала вспоминать о Диме, если бы он сам не заговорил. — Что этот парень тебе сказал? — спросил Лев, оставив ружье на полу у багажника, а сам, придвинувшись ближе, обхватил руками нежное лицо. — Не нравится мне то, как он на тебя смотрел… Злости много. — Ох, он признался в чувствах… — Настя, подогнув колени, чмокнула в седую бороду и, ухватившись за пуговицы, принялась расстегивать рубаху, не без удовольствия любуясь волосками на груди. — Забудь о нем. И я забуду. — Нет, что ты сказала?..       Странный вопрос, ведь Лев и так знал!.. Но, видимо, захотел услышать. — Я отказала.       Правильный ответ. Очень правильный!.. — Значит, вся моя, да? — гортанно выговорил он, почти хриплым от желания голосом.       Они давно не занимались сексом. Три недели, если быть точным. С того самого первого чарующего раза в царской постели. — Твоя, — томно прошептала Настя, мигом забравшись к нему на руки и обхватив ногами бедра, — я всегда буду твоей.       Мечта. Легенда. Маленькая страстная женщина!.. В его руках! Ну как же не поверить в судьбу, когда она сама бежит в руки?.. Поймать удачу за хвост. Теперь это выражение имело особый сакральный смысл.       Легкое платье задралось и обнажило красивые худые ноги. Лев, не удержавшись, немедля скомкал ткань, стащил через голову и прижался к плечам, в нетерпении массируя и растирая спину, потом и ягодицы. Это было приятно и немного щекотно. Настя улыбалась и покусывала губы, представляя, как это будет?.. Прямо там, в машине. Восседая сверху?.. О, она бы попробовала!.. Интересно, если она будет сверху, член войдет на всю длину? От этого не будет больно?.. Глупости. Конечно, не будет. Она уже возбуждена! Буквально ощущает, как между ног все мокнет от одних прикосновений!.. — Как мы это сделаем?.. — в нетерпении вымолвила Настя, вильнув бедрами и ощутив твердую плоть сквозь мужские джинсы. — А как хочется? — Лев подмигнул и лизнул острый подбородок, ни на секунду не прекращая ласкать пальцами эти сладкие ягодицы прямо сквозь тонкое белье. — Не знаю, я ничего не умею… — Значит, научу, — воодушевленно выдохнул он, уже завладев пухлыми губами, и завел пальцы за едва ощутимую ткань. — Как тебе хочется попробовать, душа моя?.. — Ох… — Настя раскраснелась от довольно откровенных и настойчивых поцелуев. — Можно вот так?.. — Как?.. В смысле, как сейчас? Ты сверху?.. — Да, сидя, как сейчас. — Хорошо, любимая, давай.       Влажные требовательные губы скользнули ниже, по шее и ключицам. Опалили горячим дыханием ложбинку между грудей. А следом, проворный язык лизнул солоноватую на вкус кожу. Настя улыбнулась и закусила губу, терпеливо выжидая, когда же он снимет этот лифчик и сделает приятно!.. М-мм.. Так приятно!.. Просто предвкушать, а уж… — Ох… — Она сразу закатила глаза и выгнула спинку навстречу излюбленным ласкам, таким проникновенным и дерзким!.. — О…       Лев позволил себе чуточку больше. Немного покусал соски зубами, потом втянул в рот и жадно пососал, так, чтобы девочка отозвалась, дернулась в объятиях, и глаза ее затуманились истомой. — Нравится? — хрипло спросил он, не отрываясь и зализывая грудь, чмокая, а следом вновь кусая и оттягивая. Ровно до тех пор, пока ареолы не покраснели, и соски не вздернулись, напоминая спелые крупные вишни. Такие сладкие и такие вкусные!.. О, эта гладкая кожа на этом восхитительном юном теле!.. Вся в веснушках… Не сосчитать!.. Одна, две, три!.. Ох, малышка!.. Она вся была покрыта золотыми звездами!.. — Очень… — простонала Настя, запустив пальцы в густые седовласые волосы, и, вновь разглядев, как мужской язык вырывается изо рта и лижет соски, испытала сладостную дрожь! Впервые она пронеслась по всему телу и едва не довела до оргазма!..       Настя отчетливо ощутила, как дернулся клитор, и соски набухли ещё больше, вместе с ареолами!.. Груди ее стали твердыми и такими упругими!..       Лев увлеченно разминал пальцами ягодицы и уже почти спустив трусы с женских бедер, позволил отдалиться. Всего лишь на мгновение, чтобы девушка могла избавиться от белья, а он, воспользовавшись моментом, стащил с себя джинсы и, представ во всей своей красе: большой и твердый, схватил презерватив. — О, можно мне? — радостно спросила Настя, присев рядом и восторженно наблюдая за мужским членом.       Большой и твердый, он поднимался высоко, почти до пупка! Дрожал!.. И венки выступали, они пронизывали член от основания до влажной головки. У Насти пересохло во рту, как захотелось прикоснуться! Погладить губами и языком… Боже!.. Что за желания…        — Хочешь надеть?.. — Лев шире улыбнулся, радуясь ее любознательности. — Да. — Ладно, только… — Он и договорить не успел, когда она, внезапно нырнув вниз, прижалась губами к дрожащей головке и, осторожно лизнув, взяла в рот.       Так трепетно и нежно!.. У Льва голос пропал. И воля — тоже. Блять!.. Так хорошо и так приятно!.. Он ненадолго закрыл глаза, позволил этим влажным губкам медленно скользить туда-сюда, покрывать поцелуями упругий и толстый член, лизать языком и посасывать…       Насте понравилось. Ещё давно, в самый первый раз, когда он кончил в рот. Ей это понравилось!!! И не было стыда, не было отвращения!.. Она с удовольствием и увлечением ласкала мужской член, без задней мысли томно выдыхая. Возбуждая Льва до беспамятства!.. — Ты… Ты же хотела взять презерватив, сладкая…       Он громко простонал, ибо сдержаться был не в силах. Она сосала так восхитительно!.. Блять!.. — Иди ко мне, смотри…        Настя приподнялась и с улыбкой заглянула в любимое лицо, раскрасневшиеся от удовольствия и ее потрясающих ласк. — Я покажу, а в следующий раз… Ты сама, ладно? — Хорошо!       Настя приняла вызов. Приоткрыла рот, внимательно наблюдая за тем, как мужчина ловко надевает презерватив на дрожащий и твердый член. И мгновения не прошло, как все было готово. Теперь они могли приступить к мало изученной, но очень интересной, части: к настоящему сексу. — Иди, забирайся!..       Лев в нетерпении усадил Настю на руки, осторожно обхватил член и, нащупав мокрое лоно, медленно насадил на себя. Сразу же вошел на всю длину. — Ох… — вымолвила девушка, подогнув колени и устроившись на мужских руках. — Не больно?.. — заботливо спросил он, сразу же расцеловав ее лицо и чуть приподняв ягодицы, чтобы малышка прочувствовала как следует. — Нет… Совсем нет… О, это так необычно!       Ахнув, Настя осторожно приподнялась, неуклюже двинула бедрами и, снова опустившись, не смогла удержаться. Тихонько простонала, ибо член так плавно заскользил по узеньким стенкам!.. Так приятно задвигался внутри!.. Защекотал чувствительную плоть, даровав совсем неведомые новые ощущения!.. — Ты такая узкая и горячая, любовь моя, — нашептывал Лев, сильнее возбуждаясь и активно помогая ягодицам, протискиваясь вглубь и чуть ускользая, потом снова проникая в это влажное тело!.. — Ты такая красивая… Твои соски… Твои…       О, в нем проснулось неудержимое желание как следует научить ее, сделать приятно, повалить на спину или на живот, и… О, черт! Он так хотел оттрахать эту девочку, как следует! Резво и страстно!.. Хотел услышать ее стоны, хотел познать эту страсть, что плескалась между ними!.. Подобно рекам! Подобно морю!.. Настя двигалась плавно, изгибалась!.. Грудь ее тряслась и жалась к его шее, так близко, почти у губ!.. О, все, как представлял, как мечтал, кончая в душе!.. И Лев, хватая зубами, покусывал и оттягивал; смотрел, как соски прыгают вместе с ней, как они трутся о его заросшие щеки и губы!.. — Позволь мне взять тебя по-настоящему, детка!.. Клянусь, ты скоро кончишь!.. Только дай мне это сделать!..       Лев стиснул зубы, когда расслышал тихое: — Возьми меня по-настоящему, возьми как свою женщину, прошу!..       Блять!.. Да, она это простонала! Ему в губы, пока жадно целовала, пока плавно двигала бедрами и привыкала к этому большому члену!.. А потом…       Лев быстро перевернул на живот и приподнял за бедра. Расцеловал ягодицы, раздвинул ноги пошире и, лизнув крохотную щелку, простиснулся языком внутрь!.. Настя всхлипнула и прижалась щекой к мягкому сидению; вытянула руки и, обхватив пальцами гладкие края, протяжно застонала. Лев лизал лоно, гладил языком чуть глубже, а потом, облизав пальцы, медленно вошел. Пощупал станки и погладил. — Нравится?.. — хрипло спросил он, свободной рукой несильно шлепнув по ягодице. — Да!.. — вскрикнула девушка, закатив глаза и двинув бедрами. — О, да… — Я найду твою «точку», узнаю, где давить, и ты кончишь, сладкая…       Лев задвигал пальцам быстрее, туда-сюда! Намеренно шлепнул ещё пару раз, да так, что остались алые отметины.       Настя, вскрикивая, улыбалась и стонала. Почти бесстыдно и в такой развратной позе!.. Она жаждала узнать, прочувствовать и испытать все на свете! Во всех позах! Как угодно!.. А Лев все не останавливался. Он щупал и гладил, ласкал и целовал ее аккуратную промежность. Такую сладкую и такую мокрую!.. Пока, наконец, она не начала ощущать. Пока она не начала активно насаживаться на его пальцы. Такая неопытная и такая горячая!..        Настя двигалась инстинктивно. Чувствовала, как приятная дрожь опоясывает клитор и откликается где-то там, внутри, приятной истомой!.. Боже!. Она стонала и ощущала дикий жар между ног!.. — Здесь?.. — требовательно спросил Лев, помассировав чуть глубже и сильнее надавив на стенку изнутри. — Да… Да, боже… где-то здесь!.. Не понимаю… Это… — Расслабься, малышка, сейчас я тебя возьму…       Какие восхитительные и желанные слова!..       Лев сделал это резко. Вошел и, навалившись сверху, обхватил ладонью женское лицо. Он надавил на бедра, дернулся и, приподняв, задвигался быстро, почти хаотично, но все под одним углом; все, лишь бы теребить и стимулировать лоно, щекотать и ласкать своим членом. Он оперся о локти, уронил голову к ее плечу; покусал за мочку уха, пока не расслышал стоны. Малышка едва не кричала!.. И все так сладко, так громко, так надрывисто!..       Сильнее ухватившись руками за спинки сидения, Настя почувствовала, как его член трется о то самое место!.. Он бьется головкой и гладит!.. И… Она широко открыла рот, попыталась выдохнуть, но не смогла!.. Ощутила зуд и трение там, внутри!.. Нестерпимое и до одури приятное трение!.. Задвигала бедрами, подмахнула пару раз, и, содрогнувшись, почувствовала, как сотни легеньких импульсов буквально собрались в единой точке, там, внутри, где так неистово бил член!.. — Ещё?.. — возбужденно спрашивал Лев, накрывая своим телом и лихорадочно двигая бедрами, втискиваясь в это хрупкое тело, подобно молнии!.. — Да… да… Пожалуйста, так хорошо… — Сейчас ты кончишь, моя маленькая, чувствуешь?.. — Да… Я…       Лев ощутил, как тотчас же сократились ее мышцы, и как влагалище содрогнулось. Он обхватил за грудь, стиснул кончики длинных волос в кулаке и, простонав, наконец, сбросил напряжение. Он кончил. Сразу же за ней. Но никак не мог успокоиться!.. Тяжело дыша, навалился сверху, прижался губами к щеке, и отчетливо ощутил, как мокрые стенки содрогаются, они дрожат вокруг члена.       Настя!.. Настя лежала и не помнила себя. Она… Она потерялась в удовольствии и, когда нечто взорвалось внутри, дернулась, громко всхлипнув. Боже!.. Как же это было хорошо!.. Как приятно! Почти так же, как в том сне! Только волнами пронеслось изнутри в клитор! И, когда она упала на сидение, а Лев улегся сверху, испытала и второй крохотный оргазм!.. Как будто эхо… Как будто отдаленное эхо удовольствия!.. — Я… Я… Что ты со мной сделал… — поражено вымолвила она, едва дыша и ощущая приятную мужскую тяжесть. — Я отыскал твою волшебную кнопочку, сладкая, — довольно прошептал Лев, упиваясь собственным триумфом, и ее близостью. — Теперь так будет всякий раз, когда мы занимаемся любовью. Сможешь, если будет интересно, и попробовать сама. — Что?.. — Сама себя погладить там, внутри, малышка, — сладостно протянул он, наконец, выскользнув и стащив использованный презерватив с члена. — Ты нащупаешь это особое место. — О… — Настя перевернулась на спину, вся потная и румяная!.. Довольная. И, вдруг, почувствовала себя такой счастливой и взрослой!.. Провела рукой по мокрому мужскому лицу, заглядывая в переполненные любовью глаза. — А ты меня научишь?.. Покажешь, как правильно и куда давить?.. — Ещё спрашиваешь!.. — Лев улыбнулся, поймал крохотную ладошку и расцеловал каждый пальчик, каждый ноготок! — Я научу тебя всему, что знаю. И… — выдержав недолгую паузу, он прильнул к ее губам и прошептал, искренне и тихо: — Я так тебя люблю!.. Что не могу остановиться. — И не надо, не надо останавливаться!.. — вполне себе серьезно воскликнула Настя, широко раздвинув ноги и уложив любимого себе на грудь. — Не вздумай останавливаться, потому что я тоже очень тебя люблю. И сама никогда не остановлюсь.