Подыграй мне

      Гермиона пришла сюда одна. Старалась не отсвечивать, не выделяться на пёстром фоне огромного зала. Проще, наверное, представить себя в мантии-невидимке или принять Оборотное, чтобы на неё действительно не обращали внимания.       Благо голова забита другим: сделать всё правильно, выглядеть естественно и не рисовать иллюзий. Иногда Гермиона ловила себя на мысли, что слишком усложняла то, чего не знала наверняка.       Скрываясь за чужими спинами, она подняла глаза и сощурилась; двоякое чувство — нервы и радость — будоражило, что начинали подрагивать пальцы. Это только сейчас Грейнджер наблюдатель со стороны.       Шаг вперёд. Три, два, один?..       — Очень умно, Малфой. — Усмешка сорвалась с губ Лайонела Роквуда, пока он прокручивал меж пальцев ножку от бокала с шампанским. — Не думал, что у тебя хватит азарта и отсутствия мозгов, чтобы перетащить к себе проект по улучшению отношений с маглами и маглорождёнными. Выглядит как самоирония.       Они стояли около одного из банкетных столиков, окружённые другими гостями и спонсорами. Помещение просторное, богато украшенное — сразу показывало чужим взглядам, насколько мог раскошелиться организатор. Излишний декор с приторной помпезностью. Именно об этом думал Малфой, осматриваясь и покачивая головой. Слушая Роквуда, он усмехнулся, делая маленький глоток игристого и возвращая бокал на стол.       — У тебя же как-то хватило, — вернул ему ту же монету Драко. — Шампанское дрянь, — не тая раскритиковал, не упуская из виду, как лицо Роквуда немного перекосило от неприязни. Стало быть, говорить о том, какие фатальные ошибки он допустил при выборе помещения и дизайна, вовсе не стоило? — Данную инициативу требовалось спасти, пока ты окончательно её не убил. Есть более подходящие и квалифицированные люди для ведения таких вопросов.       — Неужели ты? — Роквуд старался подавлять даже пассивную агрессию, судя по тому, с каким напряжением стискивал челюсти, пока слушал Драко.       — Нет. — Смакуя на языке отрицание, он хмыкнул и украдкой оглянулся, замечая нужную ему персону.       Уточнённую, идеально вписывающуюся в этот вечер. Не иначе, у него замыленный взгляд и слишком большое рвение идеально сыграть свою роль, дабы добраться до цели. Гермиона Грейнджер.       Она шла в его сторону, смахнув уложенные кудри с плеча и демонстрируя жадному взгляду Малфоя линию ключицы. Маленькое чёрное платье сидело на ней элегантно, открывая для Драко новый, не бьющийся с его старыми ассоциациями образ Гермионы. И там, где ему стоило сыграть обожание, в какой-то момент даже не пришлось притворяться. Она эстетически нравилась Малфою. На её лице заиграла лёгкая улыбка, а взгляд — совсем не такой, с каким она смотрела на Драко, — кинула в спину Роквуду. Словно, будь воля Грейнджер, она бы разорвала его в клочья в ту же секунду.       — Добрый вечер, — дежурно поприветствовала она и уютно вписалась под бок Малфоя, вздрагивая от прикосновения его руки.       Лицо Лайонела тут же вытянулось, точно привидение увидел. Недопонимание и, очевидно, потеря дара речи читались в полупьяных голубых глазах, взращивая в Драко непробиваемое самодовольство. Рука Гермионы собственнически скользнула по его пояснице, плотнее обхватывая под пиджаком. Жесты, противоречащие этикету, но идеально подходящие Малфою и всему, что он портил, стоило хоть раз прикоснуться.       — Грейнджер, — после ступора кивнул Роквуд, — какая неожиданность. — В его голосе столько напряжения, растерянности и какого-то страха, казалось, взявшегося из ниоткуда.       Драко не рылся в его голове, да и не стоило быть провидцем, чтобы считать любую его эмоцию по мимике и жестам. Лайонел как самая херовая открытая книга, которая достойна того, чтобы её сжечь.       — Иногда стоит устраивать сюрпризы, — улыбнулась Гермиона, намеренно игнорируя взгляд Роквуда, так остервенело стреляющий по той зоне, где её талия соприкасалась с боком Малфоя. — К тому же я давно не выбиралась в свет, хотелось немного передохнуть, прежде чем вернуться к работе. Надеюсь, презентация твоего нового продукта пройдёт успешно.       — М, благодарю. — Роквуд безрезультатно возвращал себе уверенность в действиях, пригубив шампанское и нервно поглядывая на других. — И… я был уверен, что такую толковую ведьму не оставят в покое.       — Конечно, — согласилась она, сдержанно выдыхая и вкладывая в это слово столько смысла, что, будь оно чем-то осязаемым, уже давно придавило Лайонела к полу. — Возвращаюсь к своему проекту. — Грейнджер счастливо улыбнулась, повернув голову к Драко и вытягиваясь на носочках — хоть и была на каблуках, — чтобы коснуться его щеки губами.       Драко покорно наклонил к ней голову, подставляясь под лёгкий, почти целомудренный поцелуй. Ощущения смешанные, но определённо приятные — сколько бы он ни втюхивал себе в голову, что это не кто иная, как Грейнджер. И это ничего не значило. Ничего личного.       Она уткнулась в него носом, мазнув губами и не оставляя следов — бесцветный блеск. Вдохнула полной грудью нерезкий аромат его парфюма, одёргивая себя с неистовым желанием сделать так ещё раз. Как затяжку в пагубной привычке.       — Не понял, — выдавил Роквуд, чуть ли не краснея от злости.       — Что именно? — Гермиона чуть сильнее облокотилась о Малфоя, и он перенёс руку с её талии на плечи. — Драко будет финансировать мой проект, который сегодня забрали у твоей фирмы.       Гермиона смотрела на него довольной расслабленной кошкой, которая готовилась к прыжку за добычей. Выжидала и наслаждалась медленной капитуляцией крепости, стоящей перед ней.       Роквуд сжал челюсти, переглядываясь то с Грейнджер, то с Малфоем, сохранявшим молчание всё это время. Выражение его лица для Лайонела оставалось нечитаемым, лишь выше задранный подбородок говорил о надменности, высокомерии и самолюбии, которые Драко никогда и ни от кого не скрывал.       — Вот как. — Он снова поднёс ко рту бокал, только на этот раз осушил до дна, мельком облизывая губы. — Нашла себе спонсора получше и уже раздвигаешь перед ним ноги?       Его тон сменился за секунду, меняя между ними атмосферу и электризуя воздух. Гермиона дрогнула, пытаясь сдержать первичный гнев, готовая защитить себя. Она напряглась всем телом, силясь выскользнуть из хватки Малфоя, но тот среагировал куда быстрее неё.       — Следи за языком. — Холод прошёлся по позвоночнику от того, как он это сказал, поддавшись вперёд и закрывая Грейнджер собой. — То, что ты не в силах удержать приобретённые проекты, лишь доказывает твою никчёмность как управленца. Не умеешь грамотно перехватывать — не лезь на арену.       Драко сократил между ними расстояние до минимума. Складывалось впечатление, будто он мог прожечь насквозь сетчатку его глаз одним взглядом. Плескающимся жидким металлом в радужках. Гермиона почти физически ощущала, как в Малфое клокотала магия.       — И если я ещё раз услышу оскорбление в её адрес, — прошипел он, отклоняясь вбок, — я оставлю тебя ни с чем. Как пришёл сюда, так и уйдёшь.       У Гермионы затрепетало сердце от волнения и возможности поймать всеобщее внимание в неоднозначной ситуации. Зная Роквуда, он ни за что бы не повёлся на такого рода угрозы. Но расценил бы их именно так. Вот только Драко не шутил, не блефовал и совершенно не чурался демонстрации силы. Кончик его палочки удобно впивался в одно из рёбер Роквуда, заставляя того выпрямить спину и расправить плечи.       — Драко, я думаю, это лишнее. — Грейнджер оглянулась и опустила ладонь чуть ниже плеча, поглаживая.       — Ты на такие риски не пойдёшь, — попытался спасти положение Роквуд. — Слишком много дерьма сожрал, чтобы сесть в яму из-за такого никчёмного случая. — Он избирал верную тактику давления.       Бить по прошлому — больным точкам. По напоминанию о старых грешках и о том пути, который проделал каждый из них, чтобы сейчас находиться здесь и заслуженно иметь то, на что столько времени пахали.       — Можешь успокаивать себя этим сколько угодно, — Драко усмехнулся хитро и самодовольно, отстраняясь от Лайонела и пряча древко в чехол. — Один неверный шаг, и…       Он продолжать не стал, позволяя Гермионе обхватить его ладонь и стиснуть пальцы, переплетая их. Будто угодить в цепи; та самая связь — маленькая ниточка, способная удержать его.       Она даже не хотела ничего добавлять, прожигая его взглядом, полным отвращения и презрения. И ещё чуточку — абсолютной победы. Теперь Роквуд выведен из равновесия и сбит с толку. В нём поубавилось уверенности, он явно не чувствовал себя королём этого вечера, хоть и являлся его организатором.       И Гермиона внутренне ликовала. Настолько сильно, что искренне хотелось уйти из этого места и насладиться вкусом торжествующей справедливости.       — Не ожидала от тебя такого, если честно, — сказала она, даже не стараясь разрядить обстановку. — Столько времени общаться и получить в свой адрес оскорбление, — Грейнджер вздохнула, — обидненько. Но я всё понимаю, не каждый день теряешь одну из перспективных веток развития собственного бизнеса.       Малфой тихо усмехнулся её замечанию, наслаждаясь тем, как Роквуд оставался ни с чем. Загнанный в угол — первый этап. О, Драко только начал. Как игра с добычей. Запущенный механизм.       — Родной, я хочу домой, — чуть тише добавила Гермиона, пропуская мурашки по коже от непривычного обращения к Драко. В какой-то момент она подумала, что переборщила и стоило придержать язык за зубами, но Малфой, напротив, кивнул.       Если бы кто-то ей сказал, что Драко Малфой будет её комфортить, Грейнджер непременно бы отправила этого человека в Мунго. Но нет, это действительно происходило, и она, вопреки собственному стержню и пониманию их положения, таяла, что мышцы слабли.       — Конечно, — коротко отозвался Драко. — Всего доброго, Роквуд.       — Взаимно, — процедил он сквозь стиснутые зубы и опустил взгляд к Гермионе. — Удачи, Грейнджер.       — Взаимно, мистер Роквуд, — манерно ответила она, будучи в развороте и ведомая Малфоем.       Ей только и оставалось, что следовать за ним. Не задавать вопросов и быть рядом. Так должен был начаться этот вечер и так же закончиться.       Всё шло согласно их плану. Плюс-минус парочка упущений, которые не входили в их сценарий. Но, судя по приподнятому настроению Драко, он был доволен происходящим. А значит, игра началась.       Они уходили под мелодичный разговор приглашённых и едва слышную трель классической музыки. Весьма утончённо. И довольно ярко. Гермиона смогла бы проигнорировать столько вспышек вокруг, только если бы ослепла. И к этому наверняка бы всё сошлось, не поменяйся Малфой с ней местами, тем самым загораживая собой.       Однозначно их совместное посещение презентационного вечера Лайонела Роквуда стало лакомым куском для журналистов. Неожиданной сенсацией. А Гермиона ещё раз припомнила, почему так не любила быть гостем на таких мероприятиях. Куда легче организовывать их, смотреть критическим взглядом, оценивать и делать выводы; добиваться идеальности и запоминать, как стоило продолжать работать, а каких ошибок больше не допускать. Но никак не пытаться с милой улыбкой поддерживать светские беседы, темы которых были от неё далеки так же, как и она от элиты и аристократов. И пускай на этом вечере находились представители разных сословий, она умудрялась наткнуться на тех, кто из кожи вон лез доказать всем, чего достоин.       Вот уж действительно сюрприз-сюрприз. Который она сейчас с радостью оставляла за закрытыми широкими дверьми.       Самое главное находилось почти у неё в руках. И это даже не плотно сжатая ладонь Малфоя.

***

      — До сих пор думаешь, что он не успокоится? — Гермиона закинула сумочку на чёрный кожаный диван и скинула туфли, удовлетворённо мурча от лёгкости в стопах; они прибыли в офис Малфоя. — Когда ты надавил на него, он выглядел довольно ущемлённым.       Драко обошёл стол, мельком заметив, как изящно Грейнджер прошлась босиком по его ковру.       — Ты продолжаешь верить в лучшее? Хм. — Он усмехнулся, удобно устраиваясь в кресле. — Роквуд, как один из обделённых детей, вечно недооценённый, забытый всеми и нуждающийся в хорошей оценке и похвале. Сейчас он потерял то, что считал своей победой, а ещё получил хороший ушат дерьма, что понравившаяся девочка выбрала не его.       Гермиона помнила. Они обсуждали эту теорию в самом начале, и тогда к наблюдению Малфоя она отнеслась довольно скептически. Взгляды на проявление симпатии к девушке у неё явно разнились с тем, что происходило.       — Считаешь, что Роквуд от великого чувства сравнил меня сегодня со шлюхой? — сощурила глаза Грейнджер и подошла ближе к Малфоевскому столу.       — Ты очень редко встречалась с обиженными и отвергнутыми мальчиками, — пояснил Драко, опираясь на локоть и проводя указательным пальцем под носом. — Особо неуверенные индивидуумы способны и не на такое.       — Тогда у него явно проблемы с донесением информации, — пожала она плечами, подсознательно оценивая шансы Лайонела на успех до того, как он подставил её.       Они замолкли на минуту точно. Только та казалась целой вечностью, растворившейся в приглушённом свете ламп и тонком аромате хвойного леса. Грейнджер долго не могла определиться, что именно ей напоминал запах в кабинете Малфоя.       — Ладно, — выдохнула она, чувствуя накатывающую усталость, — теперь, когда мой проект снова почти у меня в руках, я так понимаю, мне придётся работать от твоего имени? От имени твоей компании.       — Ты можешь делать что захочешь. — Уголок его губ дёрнулся, и Гермиона скептически отреагировала на типичную слизеринскую усмешку чересчур уверенного в себе наглого человека. — В твоём случае нет никаких ограничений.       — Мероприятия, форумы и конференции среди магов и маглов в рамках этого проекта обойдутся тебе в нехилую копеечку, Малфой, — напомнила на полном серьёзе она. — К тому же для того, чтобы я могла содержать Живоглота и существовать сама, мне нужно зарабатывать…       Её недовольство прервала вмиг оказавшаяся перед носом карта, левитирующая в воздухе.       — Издеваешься? — Судя по прилипшей к физиономии улыбке, Малфоя забавляло то, как она скосила глаза, когда посмотрела на новую «Гринготтс»-карту. — Я не нуждаюсь в…       — Грейнджер, — одёрнул её Драко, — побудь немного сукой, которая сорвала куш. Официально, на бумагах, — начал уточнять он, — твой проект перейдёт ко мне в течение следующей недели. В зависимости от того, насколько люди Роквуда не будут тупить. Зная твоё отношение ко всему, что связано со мной, официально устраивать тебя в фирму смысла не вижу, а значит…       — Всё ещё не понимаю, как при таком расчёте твои люди умудрились ничего не предпринять тогда в тендере, — перебила его Гермиона, задумавшись и рассуждая вслух.       — Очень сложно контролировать всё, когда ты находишься в другой стране и большую часть времени проводишь с маглами, — пояснил Драко, на что Грейнджер елейно улыбнулась.       — Если бы я услышала об этом на пару лет раньше, сочла бы это бредом сумасшедшего, — отметила она. — А сейчас я боюсь спутать твоё благородство с хитростью и продуманными ходами.       — У меня нет привычки врать таким партнёрам, как ты. — Драко сцепил пальцы ниже пупка, закрывая ладонями бляху ремня. — Сейчас я помогаю тебе, дальше ты помогаешь мне. Пока я не стрясу с Роквуда всё, что ему удалось урвать. Поверь, Грейнджер, та сумма стоит того, чтобы поставить его на место.       — Это твоя принципиальная позиция, — прошлась по фактам она.       — Финансирования хватит на несколько твоих проектов по всему миру, — обозначил Малфой. — Подумай о масштабах и том, сколько всего ты бы могла сделать.       — К этому разговору стоит вернуться, когда будет результат, — подметила Гермиона. — Мы только начали.       — Считай, что ты только что побыла на уроке Прорицаний, — всё так же язвил Драко. — Бери карту, — он приблизил ту к ней магией, — и помни, что ты моя, родная, пока я не сотру Роквуда в пыль.       Она не сводила с него взгляда всё это время, по наитию хватая пальцами приятную на ощупь карту. Сказанное с сарказмом обращение кольнуло её под рёбрами, заставив вздрогнуть, но Гермиона старалась не показывать ему реакции. Не похоже, что он это высмеивал или же относился несерьёзно. Напротив. Она всё ещё не понимала мотивов Малфоя, пытаясь разгадать его, как одну из головоломок, с которыми привыкла встречаться по жизни.       — Дело ведь не только в деньгах? — вдруг спросила Грейнджер, помолчав ещё недолго, на что Драко явно не торопился отвечать, а потом и вовсе чуть вскинул брови, словно она спрашивала его о совершенно очевидных вещах.       — Да, — согласился он. — Роквуду нужно было держать язык за зубами. Увидимся завтра, Грейнджер, уже поздно.       И понимай как хочешь. Гермиона терпеть не могла неопределённость. А вся эта авантюра — одна сплошная неопределённость, где от неё мало что зависело. И не сказать, что Грейнджер не знала, на что шла.       После того как она увидела заголовок «Пророка»: «Лайонел Роквуд укрепляет отношения между магами и маглами. Продвижение инициатив маглорождённых в условиях современной Магической Британии» — почти месяц назад, она лично хотела проклясть его к чёртовой матери.       Она знала Роквуда не понаслышке — одна из новых заносчивых задниц магического сообщества. Хорош собой, чертовски харизматичен, и его умение убеждать не раз играло злую шутку с половиной его партнёров. И пока их неформальные встречи носили нейтральный характер, а вопросы не касались конкретики в работе, Гермиона могла с уверенностью сказать, что Лайонел не мразь.       До того вечера, когда она ужинала с ним и обменивалась любезностями, подкалывая на чём белый свет стоял, — привычно для них, совсем ни о чём не подозревая. Чтобы на следующий день столкнуться со свежим выпуском газеты, где её инициативы наглым образом отобраны. И ведь у Грейнджер было ощущение, что это не уловка, не блеф, потому что бизнес Роквуда стремительно набирал обороты и он очень легко мог себе позволить финансирование всех мероприятий, которые она планировала организовывать как среди маглов, так и всех волшебников. Бесило неимоверно. Потому что она практически лишилась своего главного жизненного детища.       И если собственный мотив Гермиона могла просчитать, раскидав факты на пальцах одной руки, то в случае с Драко крутилась в рамках той крупицы информации, которую он дал, и пыталась понять, было ли там двойное дно. Сплошные догадки.       — Я планирую утром вернуться к работе, — обозначила Грейнджер, хоть и понимала, что могла не отчитываться перед ним. А судя по довольному выражению лица, Малфой думал о том же.       — У маглов? — уточнил он. — Не беспокойся, всё, что касается нашего дела, не будет мешать твоим планам.       — Да, — кивнула Гермиона, — надеюсь.       Больше всего она ненавидела, когда разговор заканчивался вот такой странной неловкостью. В которой нечего добавить и нет смысла продолжать. Грейнджер в последний раз кинула на него взгляд и развернулась, нагибаясь к туфлям и сумочке.       — Грейнджер, — позвал её Драко, и она, выпрямившись, развернулась.       — Что?       — Тебе идёт это платье, — со смешком отметил он. — Особенно когда нагибаешься.       Находись они в другой ситуации, она непременно бы возмутилась, но сейчас, вкупе со всеми эмоциями, переполняющими её вопреки усталости, его фраза вызвала на губах улыбку.       — Доброй ночи, Малфой. — И, болтая туфлями, она вышла из его кабинета.       Он не сводил с неё глаз вплоть до того момента, как дверь за ней захлопнулась. Кто бы мог подумать, что спустя столько лет судьба подкинет ему такую авантюру и Грейнджер, которая согласится в ней участвовать.       Цель оправдывала средства, а она — его чёртовы желания.

***