Архонт Пустыни

Спустя несколько дней тишина пещеры Апепа стала почти привычной. Лозы, обвивавшие меня, постепенно ослабили хватку, но всё ещё поддерживали, словно заботливая рука, и вливали в меня силу своего хозяина. Моя же возвращалась медленно, питаясь чужой, капля за каплей, и я уже мог сидеть без острой боли в груди и невероятной слабости во всем теле. Чёрно-фиолетовые прожилки на коже побледнели, но не исчезли полностью — напоминание о цене, которую я заплатил, и о том, что это не пройдет просто так. Апеп большую часть времени спал, лишь иногда открывая глаз, чтобы молча наблюдать за мной. Мы почти не разговаривали после того диалога. Было в этом молчании что-то… правильное. Почти не напрягающее. Главное слово «почти». Зато я мог обдумать всю ситуацию. Действительно, зачем я, почти жертвуя собой, ринулся его спасать? Вроде бы не страдаю от жизни, чтобы с ней таким мучительным способом прощаться, но… Я начал действовать подсознательно быстрее, чем смог просчитать ситуацию. Словно так было… верно? Я иногда не мог понять, где начинаюсь новый я и где заканчивается старый, но уверен, что это отголоски прошлого завладели мной. И с одной стороны ничего особо плохого не произошло, но вот с другой с этим надо что-то сделать. Причем не затягивая. Вдруг, в какой-то момент, я совсем потеряю себя под старой памятью? Мне этого совершенно не хотелось.

***

Шаги и лёгкое, почти невесомое порхание я услышал задолго до того, как увидел гостей. Сначала появился Путешественник — Итэр, — с привычным спокойным выражением лица, шарфом на шее и сверкающем мечом на поясе. За ним порхала Паймон, что-то тихо бурча себе под нос. А следом… Маленькая фигурка в белом платье с зелёными узорами остановилась у входа в грот, словно боялась потревожить покой его жителей. Нахида. Её большие зелёные глаза сразу нашли меня, и в них мелькнула смесь облегчения и глубокой тревоги. — Дешрет… — тихо произнесла она, голос её был мягким, как шелест листьев в Сумеру. Она сделала несколько осторожных шагов ближе, сжимая в руках небольшой свёрток с едой, зная, что еда особо не нужна мне. Но сам жест… это было мило. — Ты… ты очнулся. Я так волновалась. Я слабо улыбнулся, пытаясь сесть ровнее. Лозы Апепа помогли, слегка приподняв меня. — Как видишь, маленькая госпожа. Живой. Хотя и не в лучшей форме. Спасибо, что пришла. И… спасибо за то, что помогла тогда. Нахида подошла ближе, опустившись на колени рядом со мной. Её взгляд скользнул по моим рукам, по груди, где татуировки и тёмные прожилки всё ещё проступали под краями пустынной накидки. Маленькие пальчики нервно сжали ткань платья. — Я… я рада, что ты в порядке. Когда Паймон рассказала мне, что происходит… и что ты сделал… — Она закусила губу, глаза стали ещё больше. — Но… Как ты смог держаться? Я чувствовала, как твоя сила почти угасла. Ты принял на себя такую огромную часть Знания… обычный человек давно бы растворился. А ты… ты всё ещё здесь. Как тебе это удалось? Её голос дрожал от искренней обеспокоенности. В нём не было осуждения — только чистая, почти детская тревога за существо, которое она едва знала. Я вздохнул. — Совершенно без понятия. Я действовал почти неосознанно и мало что помню. Просто сдерживал, как мог. Она покачала головой, подползая ещё ближе. Паймон и Итэр деликатно отошли в сторону, оставляя нас наедине. — Но это не просто «сдерживание», — прошептала она, хмурясь. — Дешрет, ты слишком долго был в контакте с запретным знанием. Я чувствую его даже сейчас. Оно… живое. Как паразит, поселившийся в твоей силе. Оно не должно было остаться после того, как ты выжег его из Апепа. Я боюсь, что оно может начать пожирать тебя изнутри. Медленно. Незаметно. Её глаза наполнились тревогой. Она протянула руку, но тут же отдёрнула, смущённо опустив взгляд. — Можно… можно я прикоснусь? С помощью своей силы я смогу сказать точнее, что с тобой происходит. Я буду очень осторожна. Обещаю. Я посмотрел на неё — на эту могущественную, но такую юную девушку, по ощущениям не старше меня, которая искренне переживала за незнакомца, бывшего «врага» её народа. И кивнул. — Делай, что нужно. Я доверяю тебе. Нахида покраснела от признания, щёки её покрылись лёгким румянцем. Она осторожно протянула ладошку и положила её мне на грудь — точно туда, где пустынная накидка спадала с плеча, обнажая кожу с татуировками и тёмными прожилками. Её рука была прохладной и удивительно мягкой. Я почувствовал, как зелёная, живая энергия потекла сквозь меня — чистая, как долгожданный дождь в пустыне. Она закрыла глаза, сосредоточившись. Брови её слегка сдвинулись, а губы трогательно сжались. Несколько долгих секунд тишины. Только лёгкое пульсирование лоз и шорох листвы вокруг нас. Наконец Нахида открыла глаза. На её лице было непонимание и лёгкая растерянность. — Оно… действительно здесь, — тихо сказала она, не убирая руку. — Запретное знание. Оно вплелось в твою силу, как корни в почву. Я чувствую его голод, его… жажду. Но… — Она нахмурилась сильнее, наклонив голову. — Почему-то оно больше не пытается поглотить тебя. Оно… затихло. Словно ждёт. Или… боится? Я не понимаю. Обычно оно пожирает носителя за несколько дней, а здесь… оно почти мирно сосуществует с твоей сущностью. Как будто ты нашёл способ его… сдерживать? Или оно само решило не трогать тебя? Она убрала руку, но всё ещё смотрела на меня со смесью удивления и беспокойства. Щёки её всё ещё были розовыми. Мило. — Дешрет… что ты такое сделал? Это не должно быть возможно. Я тихо усмехнулся, глядя на неё. В груди всё ещё теплилось приятное послевкусие её силы — живительное и успокаивающее. Было даже жаль расставаться с ней. — Видимо, даже запретное знание иногда встречает то, что упрямее его самого. Нахида всё ещё хмурилась, но в её глазах мелькнула искра надежды при моей неудачной шутке. — Я буду приходить каждый день, — решительно заявила она. — Пока не пойму, как помочь тебе окончательно. И… пожалуйста, не рискуй так больше. Ладно? Я кивнул, чувствуя, как в душе что-то тёплое шевельнулось впервые за очень долгое время. — Постараюсь, Нахида. Она всё ещё сидела рядом, когда Паймон, которая до этого скромно парила в сторонке, внезапно всплеснула ручками и подлетела ближе. — Эй, подожди-ка! — звонко воскликнула она, кружась вокруг Архонта Сумеру. — Нахида, ты серьёзно собираешься приходить сюда каждый день?! А это не вызовет подозрений в Сумеру? Там же полно людей, которые за тобой следят! Особенно после всего, что произошло с Академией. Если ты будешь постоянно исчезать в сторону пустыни, они точно что-нибудь заподозрят! Начнут шептаться, устраивать расследования… А потом узнают и «О нет, Маленькая Повелительница пропадает с каким-то подозрительным типом!» Девочка-Архонт смущённо моргнула, прижав ладошки к щекам. Её ушки слегка покраснели. — Я… я буду осторожна, Паймон. Могу приходить вечером или рано утром, когда меньше глаз. И потом, я же Архонт. Иногда мне нужно уединяться для размышлений у Ирминсула… Итэр, стоявший чуть поодаль, скрестил руки на груди и кивнул, соглашаясь с Паймон. — Она права, Нахида. Твоё отсутствие могут заметить. Особенно сейчас, когда в Сумеру ещё не всё спокойно, — он перевёл спокойный взгляд на меня. — За ним может присмотреть Апеп. В конце концов, именно он изначально вызвался оставить его здесь, в своей пещере. Все невольно повернулись к огромному дракону, который до этого лежал неподвижно, словно каменная статуя. Апеп медленно приоткрыл один глаз, вертикальный зрачок лениво скользнул по нам. Затем он издал низкий, вибрирующий звук — нечто среднее между вздохом и ворчанием — и лениво взмахнул тяжёлым хвостом, отчего по пещере прошёлся лёгкий ветерок, шелестя лозами. — …Хмф, — раздался его голос прямо в наших головах, глубокий и слегка раздражённый, но без прежней враждебности. — Этот человекобог и так слишком долго занимает место в моём логове. Я буду только рад, когда он наконец сможет убраться отсюда. А значит… — Апеп приоткрыл второй глаз и посмотрел прямо на меня, — в моих интересах, чтобы его выздоровление шло как можно быстрее. Не стоит мне тратить силы на то, чтобы его выгонять зараженным. Я тихо усмехнулся, откинувшись на поддерживающие лозы. — Как трогательно, Апеп. Не думал, что ты станешь моей личной сиделкой. Дракон фыркнул, закрывая глаза и сворачиваясь чуть плотнее. — Не обольщайся. Просто не хочу, чтобы ты тут сдох и оставил мне ещё одну порцию Абисс в подарок. Выздоравливай быстрее, Дешрет. Или я сам тебя вытолкаю в пустыню. Паймон хихикнула, прикрыв рот ладошками. — Ха! Даже дракон уже устал от тебя! Хотя… Паймон тоже думает, что так будет лучше. Нахида не должна слишком рисковать. Нахида посмотрела на меня с лёгкой грустью, но кивнула, принимая аргументы друзей. — Хорошо… Я не буду приходить каждый день. Но хотя бы через день. И буду приносить с собой травяные отвары и записи из Ирминсула — вдруг там найдётся что-то, что поможет с… этим запретным знанием внутри тебя, — она снова посмотрела на мою грудь, где недавно лежала её ладонь. — Обещай, что не будешь ничего предпринимать столь рискованное, как спасение Апепа. — Обещаю, — ответил я мягко. — Спасибо, Нахида. Путешественник слегка улыбнулся уголком губ. — Тогда мы с Паймон проводим тебя обратно. Когда они втроём направились к выходу из пещеры, я остался наедине с Апепом. Тишина снова окутала грот, нарушаемая только далёким капанием воды где-то в глубине. Я прикрыл глаза, чувствуя, как внутри, рядом с тёплым следом от силы Нахиды, тихо шевелится что-то тёмное, но… пока неподвижное. Запретное знание. Оно действительно ждало. Так странно ощущать подобное, словно червь копается чуть ниже грудной клетки. Апеп, не открывая глаз, вдруг пробормотал в моей голове: — …Ты привлекаешь слишком много внимания, Король Пепла. Даже Архонты суетятся вокруг тебя. Что будешь делать, когда хозяин этой гадости обратит внимание на тебя? — Пытаться выжить, — ответил я шёпотом. — Да и, к тому же, когда-то целые царства суетились вокруг меня, справлюсь. Дракон издал короткий, сухой смешок и снова погрузился в дремоту, никак не прокомментировав мое бахвальство.

***

Группа уходящих уже почти дошла до выхода из пещеры, когда Паймон снова завертелась в воздухе, не унимаясь. — Стой-стой-стой! Нахида, ты так и не сказала, как именно собираешься это провернуть! Если будешь исчезать через день, даже если вечером, люди в Академии и Храме всё равно заметят. У тебя же вечно свита из учёных и стражей! Они же сразу начнут: «О, где Маленькая Повелительница? Опять в Ирминсул ушла? Уже третий раз на этой неделе!» Нахида остановилась и слегка наклонила голову, задумчиво прижав палец к губам. Её зелёные глаза блеснули — в них мелькнула та самая древняя мудрость, которая иногда проглядывала сквозь детскую внешность. — Я уже подумала об этом, — тихо ответила она, улыбнувшись немного смущённо. — Я не собираюсь исчезать надолго. Буду использовать несколько способов, чтобы не вызывать подозрений. Она начала загибать пальчики, словно перечисляя план: — Во-первых, я скажу, что мне нужно чаще погружаться в медитацию у корней Ирминсула. Это не вызовет вопросов — все знают, что я часто ухожу «в себя», чтобы слушать мир. Я могу оставлять после себя небольшой след силы, чтобы казалось, будто я действительно глубоко в Древе. — Во-вторых, — продолжила она, чуть покраснев, — я буду выходить через тайные тропы в лесу. Те, что ведут к окраине пустыни. Путешественник уже помог мне найти несколько скрытых проходов. А если кто-то всё-таки заметит, что я иду в сторону песков… я могу создать лёгкую иллюзию. Не настоящую ложь, которая отразится в Древе, а просто… обман зрения. Люди увидят, как я иду в другую сторону или сижу где-нибудь в тихом уголке. Итэр кивнул, молча одобряя план. — А в-третьих… — Нахида посмотрела в сторону пещеры, где лежал знакомый и незнакомый одновременно парень, и её голос стал ещё тише, — я правда не хочу лгать своему народу. Поэтому я буду говорить часть правды. Скажу, что изучаю древние следы и старые фрагменты ушедшей цивилизации. Это ведь не совсем неправда… Дешрет и Апеп — часть этой истории. Паймон почесала затылок, всё ещё немного скептически. — Хм… Звучит довольно хитро для такой честной милашки, как ты. Но Паймон одобряет! Главное, чтобы тебя не поймали и не начали задавать неудобные вопросы. Нахида улыбнулась мягко и кивнула. — Я буду очень осторожна. Не хочу, чтобы из-за меня у кого-то возникли проблемы… особенно у Дешрета, — она повернулась в ту сторону, хотя уже почти не видела дракона и бывшего короля из-за поворота коридора. Апеп лениво буркнул в голове у всех присутствующих, удивительно слыша тех до сих пор: — …Только не превращайте мою пещеру в место паломничества. Я всё ещё дракон, а не приют для блудных королей и любопытных Архонтов. Нахида тихо рассмеялась — звонко и невесомо, — после чего вместе с Итэром и Паймон наконец окончательно вышла из пещеры. Апеп молчал несколько минут, а потом вдруг добавил с лёгкой насмешкой, слегка пугая задремавшего временного подопечного: — Она слишком добра для Архонта. Особенно к такому, как ты. — Знаю, — ответил тот тихо, сразу понимая, о чем идет речь. — Именно поэтому я и не собираюсь её подводить.