Карго. Город, где не высыхает кровь

      Джин с недоверием и опаской смотрит на стоящие в ряд три черные машины с тонированными окнами. Омега бережно прижимает к себе сонного семилетнего малыша и осматривает приехавших за ним людей Монстра. Ким соврет, если скажет, что ему нестрашно. Очень страшно. Он боится, что не сможет защитить любимого человека. Драться с хулиганами в подворотне — одно, а иметь дело с главой масштабной преступной организации — совершенно другое.       Из средней машины неспешно выходит водитель и подходит к Сокджину. Мужчина подхватывает чемодан и сумку, кивая на машину. Ни единого слова. Это напрягает еще больше. Однако Джин понимает, что противиться Монстру может быть себе дороже. Если бы у них только было больше времени, можно было бы попытаться куда-нибудь сбежать, но времени нет.       Омега удобнее перехватывает Ёнджуна под бедрами и аккуратно залазит в приоткрытую дверцу машины, размещаясь на задних сидениях. Мальчик прижимает к себе плюшевого лисенка и что-то сонно лепечет. Джин с улыбкой чмокает малыша в пухлую щечку и устраивает у себя на коленках. Ему панически страшно отпускать от себя брата, даже если просто сесть рядом. В груди не перестает теплиться страх, что Ёнджуна могут отобрать, который родился еще восемь месяцев назад.       Автомобиль начинает двигаться и только сейчас Сокджин окончательно понимает, что назад дороги нет. Он не представляет, какое будущее ждет их с братом. Страх впервые за долгое время сковывает все тело. Единственное о чем может судорожно думать омега, так это о том, что будет дальше. И будет ли вообще это «дальше». Ким понимает, что получить себе внимание кого-то связанного с криминалом — опасно, получить внимание Монстра — смертельно. Ему любым способом нужно защитить Ёнджуна.       Дорога занимает почти восемь часов, за которые Джин так и не сомкнул глаз. Радовало лишь то, что мальчик в его руках мирно спал все это время, не беспокоясь ни о чем. Водитель пару раз спрашивал у омеги, не хочет ли тот поесть, когда проезжали мимо закусочных, но мужчина лишь качал на это головой. На самом деле человек за рулем не выглядел сильно уж плохим. Он явно тоже довольно уставший, поэтому и был немногословен изначально. Как только водитель заметил, что ребенок уснул, он тихонько включил на фоне какие-то нежные и успокаивающие мелодии. Когда Джин начал немного подрагивать и укрывать Ёнджуна своей кофтой, заработал обогреватель. Так что мужчина показался даже очень милым со всей этой заботой. Ким, при других обстоятельствах, может даже и попытался бы подружиться с этим человеком. Однако, сейчас от нервов даже спасибо сказать казалось чем-то невозможным, поэтому Джин лишь с улыбкой кивнул, увидев чужой взгляд в зеркале.       Машина медленно въезжает на огороженную массивным каменным забором территорию. Сразу в глаза бросается не такой уж и огромный двухэтажный дом. Он довольно простой и выглядит совершенно не так, как у Айзара, хотя омега думал, что у главы Карго обиталище будет намного более вычурным, чем у простого оружейного барона. О том, что это жилище Монстра Сокджин узнал из разговора водителя по рации, когда он уточнял, куда именно они отвозят «гостя».       Водитель открывает дверь и вежливо спрашивает, помочь ли Киму подержать ребенка, но тот лишь качает головой. Он никому Ёнджуна даже на мгновение доверить не сможет. С трудом омега все же вылезает и осматривается. Довольно много зелени. Высокий забор опоясывает довольно внушительную территорию, конца которой не видно то ли из-за деревьев, то ли из-за ее размера. Вдалеке виднеется еще одно здание, но на этот раз многоэтажное, а также нечто, напоминающее спортивную площадку. Причуды богатых Джину не понять.       Омегу сопровождают к главному дому. Позади идут охранники, несущие все взятые с собой при переезде вещи. Киму заметно дискомфортно. Как только главные двери открываются, он видит перед собой довольно простой интерьер, без всяких излишеств и помпезности. Джину даже нравится, если говорить честно. Если бы в его руках был такой дом, то именно таким образом мужчина его и обустроил бы.       — А это, блять, еще кто? — раздается голос сбоку.       Сокджин поворачивает голову и видит какого-то сонного и растрепанного мужчину, возможно чуть младше его самого. Тот недовольно хмурит брови и в упор смотрит на гостя.       — Господин приказал привезти его и поселить в комнате наверху, — отвечает тот самый водитель.       — Ахуенно, — закатывает глаза незнакомец и тянется к карману пижамных брюк за телефоном. — Теперь это не дом, а пристанище всех сирых и убогих, отлично.       — Будто я сам хочу здесь быть, — резче, чем хотелось, отвечает Джин.       — Вот и отлично, будем оба надеяться, что у Монстра это временное помешательство и ты довольно быстро покинешь это место, — натянуто улыбается мужчина и разворачивается, шлепая босыми ногами и уходя куда-то вглубь дома.       Омега с тревогой посматривает на Ёнджуна, которого могли разбудить громкие голоса, но мальчик лишь причмокивает губами и продолжает спать. Кима все же отводят на второй этаж, показывая две небольшие комнаты. Для него и для ребенка. Джин хмурится, но спорить не пытается. Ему надо поговорить с этим Монстром и выяснить что вообще здесь происходит. Уложив брата в чистую постель, он уходит во вторую комнату, которая оказывается смежной с ёнджуновской благодаря неприметной дверке. Пока омега пытается хоть как-то разобраться в ситуации и привести мысли в порядок, в комнату кто-то заходит.       — Привет. Прости, можно? — слышится приятный девичий голос.       Сокджин поворачивает голову и видит в дверном проеме симпатичную молодую девушку. Она явно не из Когурё, судя по темной коже, большим глазам и волнистым черным волосам.       — Конечно, я же все равно здесь не хозяин, — усмехается мужчина.       — Ну, Намджун отдал тебе эту комнату, значит она теперь твоя, — широко улыбается девушка и присаживается рядом на кровать. — Меня Симран зовут. А тебя Сокджин, да?       — Да, — кивает Ким. — Кто такой Намджун? И откуда ты мое имя знаешь?       Девушка тихо смеется, прикрывая рот ладошкой.       — Намджун — это Монстр. Я практически его невеста, так что не люблю звать его по этой глупой кличке. А твое имя он постоянно упоминал вчера, когда приехал из Аквилы, — разводит руками Симран. — Намджун попросил меня помочь тебе освоиться. Я слышала внизу возмущения Хосока. Вы уже встретились, как я понимаю?       — Если ты про такого с кудряшками и постоянно закатывающимися глазами, то да, — не удержался от улыбки Джин.       — О, это он, — вновь смеется девушка. — Не обращай сильно внимания. Вы подружитесь. Он просто не любитель перемен, а Намджун если и притаскивал кого-то в Карго, то либо в военное общежитие селил, либо квартиру говорил найти. Я уверена, что у Намджуна есть свои причины, чтобы так поступать. Он хоть не обижал тебя? Иначе я точно поколочу этого идиота.       Симран очень мило возмущалась, и омега даже не смог сдерживать улыбки. Рядом с этой девушкой на душе стало как-то спокойнее.       — Не сказал бы, что сильно обижал, — качает головой мужчина. — Но я все еще не понимаю, что здесь делаю.       — Ну, у Намджуна такой прикольчик есть, он считает, что глаза идеально отражают человека. И все, кого он лично отбирал к себе под крыло, по его мнению имеют необычные глаза. Не в плане цвета, а в плане того, что в них внутри за эмоции, — довольно активно жестикулирует девушка. — Я вообще ни у кого ничего не вижу, но он утверждает, что в каждом есть, что рассмотреть. Так что, скорее всего, он просто что-то там в твоих глазах увидел и решил, так сказать, прикарманить.       — Честно сказать? Он странный, — тяжело вздыхает Сокджин.       — Есть такое, — забавно щурится Симран. — Раз я уже встала, хочешь пойдем вместе вниз позавтракаем? Я уверена, что ты еще ничего не кушал, а мои лепешки с мясом просто объеденье.       Омега поджимает губы и смотрит на дверь в другую комнату. Есть и правда хочется, но оставить Ёнджуна здесь одного он не позволит себе. Поэтому мужчина лишь качает головой.       — Прости, не могу. Мне очень приятно, спасибо, — вежливо отказывает Ким.       — Ты постоянно смотришь на дверь. Что там? — слегка настораживается девушка.       — Мой… мой сын, — неуверенно произносит Джин. — Мне сказали, что та комната для него, а эта — для меня.       — Сын? — подскочила Симран. — Ой, а сколько ему? А мне можно будет с ним познакомиться?       — Ему только семь, — вновь начинает улыбаться мужчина. — Если он сам будет не против, то почему нет? Но сейчас Ёнджун спит.       — Ого, так он уже большой. Ты выглядишь слишком молодым, чтобы у тебя был такой взрослый сын.       — Мне двадцать восемь, так что я не такой уж и молодой уже, — едва слышно смеется омега.       — Йа! Молчи. Мы с тобой одногодки, так что ты очень даже молодой, — театрально размахивает руками девушка. — Если я принесу тебе еду сюда, тогда покушаешь? Я понимаю, что ты сына не хочешь покидать, все нормально.       — Я бы не хотел утруждать…       — Мне только в радость. Ты выглядишь очень уставшим и несчастным, а вкусная еда всегда делает всех счастливее, — на ходу проговорила Симран и выбежала из комнаты.       Сокджин лишь цокнул языком и покачал головой. Он все еще не мог понять ничего из происходящего. Что будет дальше? Что от него потребует? Сможет ли он защитить Ёнджуна? Слишком много вопросов и ни одного ответа.       Спустя минут двадцать возвращается Симран с большим подносом еды в руках и каким-то мешочком. На подносе много мяса, лепешек, кимчи и каких-то странных соусов. А в мешочке оказываются сладости из Индостана, откуда оказались родом родители девушки. Она попросила передать этот мешочек сыну омеги в качестве приветственного подарка, ну, или взятки, чтобы мальчик захотел познакомиться с такой хорошей тетенькой. Джину очень нравилась компания Симран. Девушка выглядела максимально искренней и простой, Ким даже забывал, что разговаривает с избранницей самого Монстра.

***

      Хосок, как был, в пижаме и тапочках залетает в кабинет к Намджуну, который с ночи сидит у себя, решая какие-то бумажные вопросы. Чона никто не смеет остановить, потому что знают, какое у босса отношение к своему Псу, да и собственная жизнь дороже. А все прекрасно знают, что в плохом расположении духа мужчина и пулю в лоб пустить может, и пальцы обрубить, и еще много чего не очень приятного.       — Ты переобщался с Тэхеном. Теперь сам как фурия летаешь тут, — не поднимая взгляда от очередного отчета, произносит Ким.       — Дорогой мой Джун-и, у меня к тебе есть пара вопросиков, блять, — падает в кресло Хосок. — Какого черта я еще глаза продрать не успел, а нашел в нашем доме какого-то непонятного субъекта?       — Это Сокджин. Он теперь работает на меня, — все также спокойно отвечает Намджун, поправляя очки и наконец поднимая взгляд на друга. — Ну чего ты на меня смотришь, как на говно?       — Почему как? — язвит Чон и встает с места, направляясь к мини-бару за виски. — С каких пор ты всех своих работников с детьми на руках тащишь к себе? Тебе мало того детсада, который устраивается каждый раз, когда ты совет собираешь?       — Я хочу, чтобы он был как можно ближе ко мне. Хочу рассмотреть его и выгнать в случае, если я ошибся в его полезности. Ты же знаешь, мусор я у себя держать не стану, — Монстр ослабляет галстук и достает из ящика свои любимые сигареты. — Ты бы видел его глаза, Хоби. Я во всех глазах вижу целые клубки эмоций, а у этого пустота. А когда убивает, похож на что-то среднее между Ви и Банши. Вроде как без всяких изощрений и наслаждения, но при этом знает, как доставить больше боли. Он как чистый холст, я так хочу раскрасить его глаза изнутри всеми возможными эмоциями.       — Знаешь, а я говорил Симран сдать тебя в дурку, зря она не послушалась, — отпивая алкоголь, бухтит Чон. — Ты со своими этими глазами меня реально скоро до ручки доведешь.       — Хочешь сказать, что я хоть раз ошибался? С тобой? Или с Юнги? Может с Тэхеном? Или с Чимином и Чонгуком? А с Симран? — самодовольно усмехается мужчина. Он привык, что близкие часто критикуют его метод выбора приближенных ему людей, поэтому уже даже не обижается. — В глазах Сокджина есть то, чего нет ни у кого из вас, и в то же время то, что есть у каждого. Точно также как и в нем самом. Он даже с тобой схожие черты имеет.       — Удиви.       — Он не боится меня. Дерзит, язвит, разговаривает неформально. И это явно не от страха, ему все равно на собственную жизнь. Однако у него все равно есть тот, ради кого жить, — Намджун роется в бумагах и достает тонкую папочку. — Это все, что пока что мои на него нарыли за последние сутки. Парень убил Айзара, облегчив нам доступ к Озарии. Думаю, ему можно дать шанс.       — И кем же ты его видишь? Он не похож на того, кто по каким-либо причинам пойдет на поле боя или в разведку, — Хосок лениво берет папку и начинает просматривать ее. Информации немного.       — Пока пусть побудет секретарем и поприсутствует на учениях, которые вы с Ви проводите, — отмахивается Ким.       — Хочешь сказать, что ты пустишь левого парня к нам в самое сердце, к документации? — удивленно поднимает брови Пес.       — Конечно нет, пусть занимается нашей официальной деятельностью. Бумаги компании в ужасном беспорядке, пусть разберет. Ему не привыкать, судя по прошлому месту работы. На нас давно косо смотрит Административный Район, а всех копов Когурё не подкупишь, увы.       — Ладно, звучит довольно неплохо. Если справится, то нам в два раза меньше хлопот, — утвердительно кивает Хосок. — К Тэхену только на вечерние тренировки не пускай, помрет ведь.       — А когда-то ты был самым грозным куратором, — добродушно смеется Намджун, снимая очки и потирая переносицу.       — Ой, иди ты. Я издеваюсь только над врагами, а этот садист разницу между своими и чужими не всегда видит. Он отряд Банши, когда тот на задании был, так загонял, что ребята потом два дня с постелей не поднимались, — усмехается Чон.       — Надеюсь, теперь вопрос с Сокджином решен? Я бы очень не хотел, чтобы кто-то из вас чувствовал себя дискомфортно в доме, — выражение лица лидера становится серьезным.       — Надо сказать Симран, чтобы прекратила подкладывать книги по психологии тебе на полку, ты меня начинаешь пугать все больше и больше, — бурчит мужчина. — Не буду я трогать этого твоего Сокджина, если он проблем доставлять не будет.       — И не пускай Ви к ребенку. Я знаю, что он детей очень любит, но также знаю, что он может завалиться к любому полностью в крови и даже не заметить этого, — просит Ким.       — Я ему нянька или начальник? Сам и говори это Тэхену, — закатывает глаза Хосок, залпом допивая виски.       — Опять не поделили что-то?       Последние полгода Тэхен стал более жестоким, причем ко всем без исключения. И нет разницы в каком контексте — шутки или пытки. Если Монстра это не сильно беспокоило, потому что он считал, что в их деятельности без жестокости никуда, то Хосок постоянно начинал конфликты с рыжей фурией, в ходе которых оба не разговаривали друг с другом неделю или даже больше. Намджун не мог понять, почему так происходит, ведь Ви всегда улыбчивый и довольно мягкий, с ним даже при большом усилии на конфликт не выйдешь, но Хосоку каким-то волшебным образом удавалось.       — Мои б глаза его не видели, — цокает языком Чон. — Одно радует, он к Чимину в квартиру на время ушел. Надеюсь там и останется.       — Кстати об этом, — виновато отвел взгляд Намджун.       — Давай, удиви. Только учти, что стакан у меня уже пустой, а значит не будет жалко кинуть им в тебя, — мрачнеет Пес.       — Юнги и Чимин в ближайшее время переедут в особняк. Они часто отправляются на миссии, поэтому координировать их деятельность проще будет оттуда, чем ловить по городу, — Ким предусмотрительно делает шаг назад, будто это может спасти от разгневанного друга.       — О, это уже не дом, а полноценная общага, как здорово, — с сарказмом произносит мужчина. — Спасибо хоть Чонгука не впихнул.       — Ну, он же по объектам ездит, поэтому ему наоборот выгоднее в центре обитать.       — Ащ, вот у всех нормальных людей есть дом, где они прекрасно живут, без лишних людей, а ты решил в свой впихнуть весь свой отряд головорезов, гениальный ход Джун-и, — размахивает руками Хосок. — Ладно, у меня хоть какая-то радость, помимо Симран, будет теперь. Надеюсь Шуга как можно чаще будет владеть телом во время пребывания в особняке. Я соскучился по этому пирожочку.       — Все еще не могу до конца привыкнуть к тому, насколько разные у тебя отношения с обеими личностями, — качает головой Ким. — Мой дом — самое защищенное место в Карго. И как раз благодаря тому, что там находится, как ты выразился, мой отряд головорезов. Частью которого ты тоже являешься, спешу напомнить.       Чон отставляет стакан и скрещивает руки на груди, осматривая друга и просчитывая какую конечность отрезать ему первой.       — Интересно, напомнить как ты мне говорил, что я твоя семья, бла-бла-бла? А теперь просто головорез?       — Ты понял о чем я, не придирайся к словам, — закатывает глаза Намджун. — Лучше иди и отоспись, пока есть такая возможность.       — О чем ты? — напрягается Хосок.       — Ну, — Монстр начинает на полном серьезе раздумывать, как удачнее выпрыгнуть в окно и не разбиться с высоты двадцать третьего этажа. — Чимин вроде как сегодня хотел переехать, так что с ним, скорее всего, в комплекте и Тэхен вернется.       Хосок глубоко вздохнул и начал медленно выдыхать, стараясь успокоить накатывающую злость. Намджуна нельзя убивать, он еще и в организации, и дома нужен. Но руки ой как чешутся оставить Кима с кривым носом.

***

      Джин сидит на пушистом ковре рядом с Ёнджуном, который с упоением рассматривает книжку, принесенную Симран. Девушка сказала, что собирается выехать в город, поэтому купит для мальчика несколько книжек и игрушек, чтобы он не заскучал. Как бы омега не пытался отказаться от такого внимания, Симран была непреклонна и аргументировала все тем, что малыш ей очень понравился и его просто необходимо завалить подарками.       Вдруг дверь открывается, заставляя братьев поднять головы. В проеме стоит рыжий парень и непонимающе смотрит на обоих.       — Ох, простите, ошибся дверью, — широко улыбается Тэхен и уже собирается уходить, но все же оборачивается. — А могу я узнать кто вы?       — Нас Монстр сюда привез, — разводит руками Джин.       — О, ясненько, — улыбка юноши становится еще шире. — Я Ким Тэхен, рад знакомству.       Парень подходит к ковру и присаживается на корточки, протягивая ладонь для рукопожатия сначала старшему, а потом и младшему брату.       — Сокджин, а это Ёнджун, — кратко представляет их мужчина.       — Малыш Джун-и уже умеет читать? — слегка наигранно удивляется Тэхен, но ребенок принимает это за чистую монету, горделиво приподнимая носик.       — Только немножко, но я могу понимать все и по картинкам, — хвастается ребенок. Сокджин на это лишь с улыбкой качает головой.       — Это твой папа, да? — спрашивает юноша, кивая на омегу.       — Да, самый лучший на свете папа! — восторженно пищит мальчик, обнимая руку Джина, а потом вскакивает на ножки. — Дяденька, посмотрите какой у меня лисенок! У вас точно такого нет!       — Джун-и, нельзя доставать незнакомых людей, ты же знаешь, что не все любят игрушки, — слегка строго произносит мужчина.       — Все хорошо, мне правда интересно, — размахивает ладонями Тэхен, присаживаясь коленями на ковер. — Вы же не против, что я нарушил вашу идиллию? Я очень люблю детей, а их здесь, как можете понять, нет. А смотря на характер Симран, и не появится.       Джин тихо хохотнул в кулак и покачал головой. На самом деле он очень устал и хотел бы поспать, но полноценно оставить Ёнджуна одного он не может, а вот такая передышка даст хоть немного фантомного отдыха.       Мальчик совсем скоро подходит к новому знакомому и протягивает ему потертого старенького плюшевого лисенка.       — Смотрите, у него шерстка такая же, как ваши волосы, — восторженно лепечет Ёнджун и почти тянется ладошкой к чужой макушке, но тут же одергивает себя.       — Ну, нет, у твоего лисенка шерстка намного красивее, чем мои волосы, — ласково улыбается Тэхен. — Но ты можешь потрогать, если хочешь. Я не против.       Мальчик тут же аккуратно касается слегка завитых рыжих прядей и удивленно охает от того, насколько они мягкие. Джин с явным довольством наблюдает, как брат нашел себе нового друга, и несдержанно зевает, прикрыв рот ладонью.       — Не выспались? — с некой заботой интересуется юноша.       — Есть такое.       — Еще и Монстр, небось, заставил понервничать, да? — качает головой Тэхен. — Он это любит, а еще говорит, что не садист. Самый настоящий садюга.       — Вы тоже…       — Я один из членов совета управления Карго, — без ложной скромности произносит парень. — Так что если Монстр обижать будет, можешь ко мне приходить.       — И чем же ты поможешь, мне аж интересно? — неожиданно раздается голос над их головами. Рядом стоит незаметно подошедший Хосок, который уже успел переодеться в излюбленные огромные бесформенные вещи.       — А вот приходи ко мне за помощью и узнаешь, Сок-а, — елейно произносит Тэхен, смотря снизу вверх и облизывая пухлые губки.       — Дяденька, а это ваш друг? Он выглядит страшным, — лепечет мальчик, прижимаясь к младшему Киму, в котором неожиданно для Джина нашел некую защиту.       — Тц, Джун-и, нельзя так о незнакомцах, — одергивает малыша старший брат.       — Хосок только на первый взгляд страшный, а как за ушком почешешь, то сразу хвостиком завиляет, — довольно щурится Тэхен, смотря как тяжелеет чужое дыхание от гнева.       — Значит дядя… песик? — непонимающе спросил Ёнджун.       Парень искренне старался сдержать смех, но в конечном итоге расхохотался. Он едва успел пригнуться, чтобы избежать подзатыльника от Чона.       — А ты у нас очень умненький, да? — мягко приобнимая ребенка за талию, воркует Тэхен.       — Ви, отпусти бедного мальчика и пошли со мной. У тебя явно есть дела поважнее, чем возиться тут, — хмурится Хосок. Ему не нравится, что с малышом Тэхен ласковый и нежный, в то время как с ним самим — совершенно наоборот. Не то чтобы мужчине нужно было к себе такое отношение, скорее он не сильно понимал причин подобного.       — Это у Монстра, как я посмотрю, есть дела поважнее, — тут же мрачнеет Ким. — О чем твой дружок думал, когда привозил сюда бедного парня вместе с сыном, а потом просто оставил без каких-либо объяснений? Люди — не игрушки. Еще немного и Джин-и свалится от усталости и стресса.       — Со мной все нормально, — попытался вставить свое слово омега, но на него так зыркнули, что он лишь сомкнул плотнее губы, не решаясь больше встревать в чужую перепалку.       — У Джуна и правда много срочных дел, он всю ночь в офисе провел, да и не тебе говорить про то, что люди не игрушки, — приподнимает бровь Чон. — Омеге дали комнату и не запретили передвигаться по дому. Чего ты еще хочешь?       Тэхен ошарашенно оборачивается к Сокджину, будто вновь впервые его увидел.       — Так ты омега? — удивленно бормочет юноша. Мужчина лишь кивает на это. — Аху… ой, какой шок, — Хосок несдержанно улыбается от такой забавной цензуры.       Ёнджун попеременно смотрит на всех взрослых в комнате, а потом решительно подходит к самому угрюмому. Мальчик берет Чона за руку и нежно гладит ладонь своими маленькими пальчиками.       — Дяденька, не злитесь на папу и дядю-лисичку, — с абсолютной серьезностью произносит малыш. — Хотите я вам дам мою книжку почитать? Она веселая, вы точно будете улыбаться тогда.       Вдруг в коридоре слышится стук каблуков и в проеме показывается Симран с горой объемных пакетов в руках.       — Чон Хосок, если я сейчас узнаю, что ты обижал кого-то из этих прекрасных мальчиков, то я тебе…       — Да почему сразу я обижал? — почти обиженно дует губы мужчина. — Почему никто никогда не думает, что меня могли обидеть?!       Тэхен судорожно содрогается от смеха, стараясь делать это как можно незаметнее. Даже Джин не может сдержать улыбки. Слишком уж комичной выходит сцена.       — Потому что ты уже умудрился наворчать на Сокджина до этого, а Тэхен от тебя последние несколько дней как от огня бегает, — строго произносит девушка, занося покупки в комнату. — Так, биба и боба, взялись за ручки и вон отсюда. И чтобы на ужине были оба, причем такие дружные, какими я вас еще не видела, ясно?       — Ясно, — отвечают одновременно оба, только вот если Хосок произнес это с явным недовольством, то Тэхен — с каким-то странным предвкушением.       Вскоре дверь за ними закрывается. Ким не забыл попрощаться с малышом Ёнджуном, пообещав, что они обязательно потом поиграют втроем с плюшевым лисенком. За это время Симран успела разобрать половину покупок, пока Джин помогал со второй частью пакетов. Здесь были и игрушки, и книжки, и сладости, и всякие шарики-фонарики, даже ночник в виде лисички.       — Я не знала, что может понравиться Джун-и, поэтому взяла то, что показалось интересным или то, что было с лисятами, — вытащив последнюю книжку, сообщила девушка.       — Не стоило, правда. Он рад любому проявлению внимания, так что не нужно было так тратиться, — неловко пробормотал омега, поглядывая на занятого исследованием новых игрушек ребенка.       — Все равно деньги Намджуна тратила. Из принципа взяла его карточку, а не свою. Считай, что это компенсация за его ужасное поведение. То, что он мафиози, не означает, что можно вести себя как последний хам, — хмурится Симран. — Пойди поспи, пожалуйста. Я посижу с Ёнджуном и мы поиграем. Может даже попробуем что-то почитать, если он захочет. Тебе надо отдохнуть. Я понимаю, что ты хочешь его защитить, но тем, что ты в обморок грохнешься, ты ему точно не поможешь.       — Ты права, — тяжело вздыхает Сокджин. — Я тогда пойду в ту комнату, но если что-то будет не так, то буди, ладно?       — Хорошо.       Омега то ли и правда сильно устал, то ли эта девушка вызывала слишком много доверия, но он смог уснуть практически мгновенно, стоило голове коснуться подушки. Это слишком много для ослабленного организма.

***

      Стоит Хосоку и Тэхену завернуть за угол по коридору, как Чон вдруг прижимает парня к стене, сурово вглядываясь в чужие карие глаза с кровавыми всполохами на дне. Только с Кимом мужчина понимал хотя бы отдаленно, о чем говорит Намджун, когда речь заходит о глазах.       — Оказывается, ты от меня бегаешь? — ровным голосом произносит Хосок. И это страшнее, чем если бы он кричал или злился.       Тэхена иногда откровенно ведет от того, как идеально этот человек сменяет маски одну за другой. Почти всегда улыбающийся, творящий непонятную фигню, дома этот человек бывает грубоватым или наоборот ласковым, и только с ним, с Тэхеном, Чон показывает эту пустую свою часть. Без эмоций, без мыслей. Он становится похож на сплошную черную дыру, в которую может затянуть по неосторожности. Именно это и манит больше всего. Доводить Хосока до этого состояния, а потом балансировать — никакого больше экстрима в жизни не надо, никакой больше и не сравнится с этим.       — А хочешь, чтобы не бегал? — почти урчит Ким и мягко обвивает руками чужую шею.       Вот так всегда. Мужчину это уже начинает конкретно бесить. Любой их разговор Тэхен пытается перевести во флирт или нечто подобное, избегая сути. Со многими это работает. Ким умеет отвлекать внимание. Только вот Хосок не многие, он прекрасно видит, что парень пытается спрятаться за всей этой фальшью.       — Тэхен, отвечай на вопрос. Ты от меня бегаешь? Что опять случилось? — игнорируя приятные поглаживая на задней стороне шеи, чеканит мужчина.       — Ащ, все нормально, — закатывает глаза Ким. — Мы немного поссорились с тобой, побесились и теперь все нормально. Все как всегда. Почему ты разнервничался?       — Может быть потому что меня бесят эти качели? Мы с тобой ссоримся по максимально тупым поводам, — широкая ладонь обхватывает бронзовую шейку, прижимая парня плотнее к стене. — А знаешь почему? Потому что мы с тобой чертовски похожи. То, какие мы есть, и то, какими нас видят другие, — абсолютно разные личности. Мы носим маски, но при этом мы замечаем эти маски друг на друге. Я думал, что мы с тобой прошли этап недоверия к друг другу.       — Да ты что? — сладко улыбается Тэхен, будто совсем не замечая сдавливающую его горло руку. — Напомнить, что кое-кто каждый раз возвращаясь из борделя лжет о том, где был? Или может ты вспомнишь, кто постоянно увиливает от моих прикосновений, при этом не объясняя причины?       — Твои прикосновения всегда норовят перейти в горизонтальную плоскость, а спать я с тобой не собираюсь, ты это знаешь, — почти рычит Хосок.       — Почему? Я тебе не нравлюсь? Я хуже тех мальчиков из клубов и борделей, которые ходят и на всю улицу рассказывают как хорошо их отымел один небезызвестный заместитель Монстра? — с некой горечью в голосе произносит Ким.       — Потому что ты чертова калиранта! — несдержано выкрикивает Чон, а его голос эхом разлетается по дому.       — О, еще одна прекрасная вещь. Сколько бы я тебя не просил рассказать, что значит эта ебанная кличка, ты всегда отказываешь, — поджимает губы парень.       — И никогда не скажу, — шипит мужчина.       — Точно также, как и не сказал про отряд у границ Баснии? — взгляд Тэхена вдруг становится пугающе холодным. Хосок даже вздрагивает от ощущения того, как тело покрывается корочкой льда.       — Я уже сто раз говорил, что не знал об этом. Будто я мог отправить тебя с неполной информацией!       — Я уже сто раз говорил, что не верю тебе, Пес, ты знаешь обо всем, что происходит на наших территориях. У тебя доступа к информации больше, чем у меня. Так что это просто очередная ложь.       Ким резко вырывается и сбегает по лестнице в сторону заднего двора. Сердце бешено стучит в груди. Он не хочет опять возвращаться к мыслям, что еще один человек, которому удалось довериться, мог предать.       Хосок лишь качает головой и зарывается пальцами в волосы. Он не знает что делать с этой фурией. Он слышит только то, что сам хочет слышать. Выстроил себе стену и не пускает за нее никого, не позволяет увидеть другие варианты событий.

***

      Намджун возвращается домой ближе к обеду. Он очень устал и хочет спать. Мужчине почти стыдно, что он оставил оставшиеся отчеты и списки на Хёрин, но поездки, переговоры и несостыковки в накладных на товар слишком вымотали. Прежде чем отправиться в свою спальню, Ким поднимается по ступенькам и тихонько приоткрывает дверь. На постели спит свернувшийся в клубок омега. Он слегка подрагивает во сне от холода и забавно причмокивает полными губами.       Монстр с интересом рассматривает своего нового гостя. На скуле виднеется пластырь, под ним, Намджун точно знает, след от удара пистолетом. Рука как-то боязно тянется к густым темным волосам. Айзара можно понять. За подобную красоту, как у этого человека, можно отдать не только сто миллиардов вон, а и в тысячи раз больше. Однако зная, какой внутренний стержень есть у Сокджина, начинаешь осознавать, что он поистине бесценный.       С одной стороны Киму жаль, что омега сейчас спит, ведь в таком случае невозможно вновь полюбоваться пустотой его глаз, но с другой мужчина даже рад, что Джин отдыхает. Симран весь чат забила гневными сообщениями о том, что Намджун беднягу чуть до могилы не довел. Такое сокровище и правда надо оберегать, а Монстр не сомневается, что в его коллекции этот разбитый на мельчайшие осколки мужчина станет самым настоящим сокровищем.       Слыша из соседней комнаты негромкие голоса ребенка и собственной возлюбленной, Намджун решает не беспокоить этих двоих и лишь отправляет девушке сообщение о том, что вернулся домой. Ким выходит в коридор и аккуратно прикрывает за собой дверь.       Началась новая неделя.