Карго. Город, где не высыхает кровь

      С самого начала войны на территориях Дней недели активизировалось уж слишком много различных группировок, которые не просто мешали проведению атакующих маневров, но и безуспешно пытались совершить нападения на всех, кто достаточно высок рангом, чтобы их потеря оказалась существенной.       Настоящей угрозы это не представляло, но вот на нервы действовало знатно. С тех пор, как все Дни недели вновь обосновались в административном центре Карго, нападений стало меньше, но они стали более спланированными и жестокими.       Сегодня был один из редких дней, когда на зачистку вышли все семеро. Это вышло непреднамеренно. Чимин всем разослал информацию о сборище наемников за старым кладбищем и вышло так, что откликнулись все. Кто-то просто отдыхал недалеко, кто-то бродил по пустым улицам, кто-то занимался тем, о чем ни одной душе лучше не знать. Однако теперь они возвращаются домой все вместе. На машинах были только Намджун и Хосок, поэтому было решено, что младшие поедут с Чоном, а вот Джин и Юнги — с Монстром.       Дни недели уже давно разбрелись по комнатам, только Сокджин стоит на террасе, всматриваясь в горизонт. Там за это время дважды виднелась вспышка от попавшего снаряда, а звук взрыва донестись еще не успел. На руках у мужчины уже нет крови, он отмыл ее и переоделся, но она ощущается так, будто впиталась под кожу и никогда не уйдет. Убийство дарит некую эйфорию, но в отличие от Тэхена или Хосока, омегу это ощущение пугает, а не привлекает. Ким слегка подрагивает от холода. Все же декабрь, а он возле открытого окна в тонкой, практически полупрозрачной пижамке.       Вдруг на широкие плечи ложится мягкий теплый плед и Джин испуганно оборачивается, натыкаясь на нежную улыбку Намджуна. Монстр обвивает мощными руками чужую талию и устраивает свой подбородок на чужом плече, не переставая улыбаться. Омега мгновенно расслабляется и даже слегка откидывается назад, опираясь о твердую грудь.       — Я хочу вывезти Ёнджуна из Карго, — негромко сообщает Ким. — Мало того, что снаряды могут достать до нас, мы это позавчера прочувствовали, когда склад подорвали, так еще и все эти нападения…       — Тебе нужна помощь? — умиротворенно рокочет Намджун.       Джин удивленно приоткрывает пухлые губы. Он ожидал, что его будут расспрашивать что, как и почему. Ожидал, что отчитают за самовольность. Ожидал, что скажут, что его страхи лишь глупость. Но нет, Четверг лишь спросил не нужна ли его помощь…       — Нет, я разговаривал с Юсоном, — омега усмехается, когда чувствует чужое напряжение. — Расслабься, он милашка. У друзей его отца есть большой дом недалеко от Рэйя. Их собственные дети и внуки давно уже уехали и старики одни живут. Они предложили помочь. Юсон за них головой ручается.       — Пусть не забывает, что я и правда могу ему ее оторвать в случае чего, — бурчит Намджун, умилительно зарываясь носом в шею Сокджина.       — Я не могу отправить Ёнджуна к тем, кого не знаю, так что я обсудил момент переезда с семьей Бомгю. Помнишь их? Они еще испугались, что малыш что-то натворил, когда мы с тобой заводили его домой, — смеется в ладошку мужчина. — Милые люди и я с ними довольно хорошо общаюсь. Они переедут на время войны в тот дом и возьмут с собой Ёнджуна. Так и я сильно волноваться не буду, и ему веселее с лучшим другом.       — Но ты все равно будешь волноваться, мамаша, — тихо посмеивается Монстр и тут же получает легкий шлепок по макушке.       — Конечно буду, он же мой брат и… сын, — тяжело вздыхает Джин. Для малыша все события, связанные с его настоящим отцом были слишком травматичными, поэтому он перенял модель поведения, которую они со старшим братом использовали для того, чтобы скрыться, и на всю остальную жизнь. Если Ёнджуну так проще, то Ким ничего не имеет против, ведь он и так относится к мальчику как к сыну.       — С ним все будет хорошо, веришь? — шепчет Намджун, и омега кратко кивает. — Я могу отправить несколько людей следить за домом из тени.       — Не стоит, у нас и так каждый человек на счету, — неуверенно бормочет мужчина.       — Стоит, мне Ёнджун тоже дорог, — Четверг прижимает вздрагивающее тело к себе ближе и мягко трется носом о слегка пухловатую плюшевую щечку. — Тогда возьми день выходного, чтобы побыть с ним перед отъездом.       — Ты меня так разбалуешь, — смеется омега, а вот Монстру совсем не смешно. Он ведь и правда всегда позволяет этому человеку намного больше чем другим. С самого начала. Но с каждым месяцем проведенным рядом это становится все очевиднее и очевиднее. Пугает. Намджуна это определенно пугает.       — Я же не говорю на неделю укатить куда-то, просто я все еще человек и имею немного эмпатии, — фырчит мужчина.       — Даже больше, чем ты себе представить можешь, — едва слышно проговаривает Сокджин. — Спасибо.       И оба стоят, смотря на небо и глупо улыбаясь. Ночью в тишине, пока все уже спят, кажется, что никого больше в мире не существует. И эта мысль не пугает. Это одиночество на двоих наоборот привлекает. Вдруг Намджун отстраняется от омеги и ловит его озадаченный и даже слегка испуганный взгляд.       — У меня для тебя кое-что есть, — широко улыбается мужчина, обезоруживая своими ямочками. — Закрой глаза.       Джин непонимающе хлопает глазами, но все же прикрывает их. Дыхание заметно учащается. Только вот он не знает, что учащается оно у обоих. Монстр достает из кармана небольшой бархатный мешочек и вытаскивает из него изящную подвеску с черным лунным камнем на тонкой серебряной цепочке. Слегка подрагивающими от волнения пальцами Намджун неспешно надевает украшение на чужую шею и прижимается горячими губами к прохладной щеке, оставляя обжигающий поцелуй.       — С днем рождения, Сокджин, — шепчет Ким. — Можешь открывать глаза.       Омега мгновенно поднимает веки и смотрит на свою грудь, где виднеется свисающий с шеи камень. Мужчина приподнимает подарок ладонью, рассматривая его, а затем переводит взгляд на заметно нервничающего Намджуна.       — Я не знал, что тебе может понравиться, тем более что ты обычно ни о каких своих желаниях не рассказываешь. А потом увидел эту подвеску и подумал, что тебе может подойти… Если тебе не нравится, то…       Договорить он не успевает, потому что его шею обвивают сильные руки и Джин прижимается всем телом, заключая в объятия. Монстр растерянно хлопает глазами, а затем переносит ладони на чужую талию, уже привычно сжимая ее и притягивая к себе шепчущего благодарности омегу.       — Мне безумно нравится, — почти урчит от удовольствия Ким, а в уголках глаз у него собираются слезы. — Спасибо, я и забыл о том, что у меня день рождения. Я привык его никогда не отмечать…       — Правда? — удивляется Намджун и приподнимает чужую голову за подбородок. — Ты никогда не отмечал свой день рождения?       — Ну… — отводит взгляд в сторону омега. — Родителям было не до этого. А когда старше стал, то даже и не заикался о том, что у меня праздник. Братья даже не задавались обычно вопросом того, когда я родился.       — Значит сегодня мы с Ёнджуном пойдем тебе рисовать самую красивую открытку, — усмехается Монстр. — Только тихо, это сюрприз.       Сокджин не сдерживает смешка и смотрит прямо в горящие энтузиазмом глаза. Волшебство. И эти глаза, и этот человек, и его действия. А в голове у обоих крутится одна и та же мысль, которую каждый гонит от себя подальше. Это неправильно. Им нельзя. Это лишь порыв. Глупость.       Но как же хочется поцеловать эти губы напротив.

***

      Намджун раньше никогда не замечал за собой особой ревнивости. Для него ревность была совершенно непонятна и чужда. К своим бывшим пассиям он никогда не испытывал ревности, потому что был уверен и в себе, и в партнерше. К Симран тоже не испытывал подобного, потому что знал, что девушка никогда не сделает ничего опрометчивого и любую спорную ситуацию скорее обсудит, чем станет делать глупости. Однако вот он сейчас сидит и наконец понимает, как ощущали себя Хосок и Чонгук, не поделив Тэхена.       Перед его глазами Хичон прижимает Сокджина за талию и жадно целует эти невозможные пухлые губы, в то время как омега ни капли не сопротивляется этому поцелую. Хотя, не отвечает и уже хорошо. Монстр точно занесет это воспоминание в раздел самых неприятных и мерзких. Он даже не пытается, как раньше бывало, отогнать от себя мысль, что хотел бы быть сейчас на чужом месте и сам сминать столь желанные губы своими. Кусать их, срывать рваные вздохи и, возможно, тихие поскуливания. Мужчине многого стоит не сорваться с места и не отшвырнуть Рёна в стену.       Почему он это позволяет творить в своем кабинете? Ответ простой. Обмен. Хичон заявился с какой-то очень важной информацией и очень обрадовался, увидев в офисе еще и Джина, который буквально заскочил отдать последние несколько отчетов и еще не успел уйти. Желание выгоды — довольно логичное и адекватное. Никто за просто так не станет помогать, Намджун это понимал. Однако требование бывшего главы клана Дракона повергло его в шок. Хичон потребовал от Сокджина поцелуй взамен на информацию.       На самом деле Рён не только хотел наконец ощутить, каковы эти пухлые плюшевые губки на вкус, но и позлить Намджуна. Парень давно заметил то, с каким трепетом Монстр относится к своему бывшему секретарю, так что можно было убить двух зайцев сразу. Чего не ожидал ни один из испепеляющих друг друга взглядом, так это того, что омега спокойно согласится на условие. Простой поцелуй — малая цена ради важной информации. Собственные желания и принципы ничто перед более масштабной идеей и целью.       Именно так все пришло к тому, что Монстр буквально вспарывает ногтями подлокотники на своем кресле, настолько сильно он сжимал руки. С пошлым чмоканьем Хичон отстраняется от чужих губ и сыто облизывается, смотря на совершенно не изменившегося в лице Сокджина. Ни огонька в глазах, ни румянца. Обидно даже, еще никто настолько спокойно на поцелуй самого главы — бывшего главы, — клана Дракона не реагировал. Омега утирает рот ладонью и отходит к другому краю стола.       — Доволен? — сквозь зубы цедит Намджун, с вызовом смотря на улыбающегося юношу.       — Пока что, да, — скалится Рён и достает из кармана флешку. — Имуги связались с Озарией, но пока что тайно. Они передают оружие, чтобы люди Озарии могли с ним совершить нападение через Йоннам на Административный район. Не знаю насколько у вас хороши отношения с Йоннамом, но я бы сильно не надеялся на их благочестие. Здесь вся информация о поставке оружия. Все происходит тайно, поэтому людей будет не очень много. Все оружие собирают на заброшенном складе в одном из городов-призраков Озарии.       — Молись, чтобы твоя информация оказалась полезной, — смотрит исподлобья Монстр, но почти мгновенно успокаивается, когда чувствует мягкую руку Сокджина на своем плече.       — Я уверен в том, что они перегоняют технику и оружие, на флешке есть видео как с камер наблюдения, так и с дронов. Остальное же — слова моих информаторов, которые могли получить информацию из не самых надежных источников. Чему верить — решайте сами, — пожимает плечами Хичон. — Не надо мне угрожать, Четверг. Сам ведь знаешь, что я еще буду полезен. Я отдал тебе свою территорию, но у меня все еще есть связи.       — Если ты будешь причиной гибели моих людей, то тебя никакие связи не спасут. Это не угроза, а предупреждение. Просто не забывай об этом, — закатывает глаза мужчина и отмахивается рукой. — Если больше ничего нет, то иди. Я был занят до твоего прихода.       Юноша лишь криво усмехается и, предварительно игриво подмигнув Сокджину, выходит за дверь. Оба мужчины тяжело вздыхают, когда остаются одни в кабинете. Хичон любитель помотать нервы и вывести на лишние эмоции, это знают все, но при этом все попадаются на его провокации. Омега качает головой и предлагает взглянуть на ту информацию, которую им передали. У обоих не самое хорошее предчувствие.

***

      Тэхен устало вползает на кухню. В последнее время даже поднять себя с кровати кажется непосильным подвигом. Желание делать что-либо абсолютно пропало, а окружающие пейзажи будто разом потеряли все цвета, став бездушно серыми. Мерзко и неприятно.       За обеденным столом сидят Симран и Хёрин. У обеих перед собой кучка разных листов с напечатанным текстом, а у индостанки еще и телефон в руках, в котором она что-то увлеченно набирает. Ким вяло здоровается с обеими и лезет в холодильник, доставая оттуда уже привычный холодный кимпаб и клубнику. На горячую еду он никогда не успевает, да и не имеет желания сидеть за столом большой компанией. Даже сейчас парень упрямо игнорирует стулья и усаживается на тумбу рядом с плитой, пригибая голову, чтобы не удариться о навесной ящик.       — Что ты там такое интересное делаешь, Симран? — с набитым ртом спрашивает Тэхен, у которого хоть немного сил и настроения от еды появилось. В последнее время он взял за привычку заедать неприятные эмоции. Вроде и помогает, а вроде с каждым разом эффект все слабее.       — А, я пару месяцев назад списалась с одним профессором из Колумбии, господином Густаво. Он преподает хирургическую практику в университете и сейчас защищает работу по генной инженерии, — с запалом отвечает девушка, отрываясь от телефона. — Это просто невероятный человек. Он столько всего мне рассказал и даже позволил присутствовать на своих лекциях в качестве онлайн-слушателя. Недавно он скинул мне несколько материалов и задач по генетике мутировавших для проработки. Вот сижу решаю их и консультируюсь с ним.       — Ты и правда горишь этим, — усмехается Ви. — Это здорово.       — В Когурё медицина, мягко говоря, ни к черту. Все держится на локальных кланах, ранее посвящавших себя этому делу, как Чоны или Ваны, но в целом ситуация плачевная, — с грустью проговаривает Симран. — А меня все это очень привлекает и я подумала… Я подумала, что могу получить как можно больше знаний в сфере медицины и попытаться как-то развить эту отрасль у нас. Многие люди в Когурё умирают именно из-за отсутствия качественного лечения, а таких центров, которые занимаются мутировавшими, как у Лухана, вообще два на всю страну.       — Да, если бы не Среда и его умения, я бы уже сто раз на общих заданиях умер, — смеется Ким, закидывая в рот клубничку.       — Я тоже буду медиком и буду помогать Хосок-оппе, — вклинивается в разговор жизнерадостная Хёрин, а у Тэхена мгновенно все лицо судорогой сводит, будто он съел что-то кислое.       — Для медицины мозги нужны, — ворчит парень, отводя взгляд. Если будет в глаза смотреть, то точно злорадства и предвкушения не скроет.       — Хочешь сказать, что я тупая?! — оскорбляется Чон, тут же хмуря бровки.       — Нет, золотце, Тэхен хотел сказать, что для этого нужно много учиться, — миролюбиво улыбается Симран.       — Вообще-то! — возмущенно начинает Суббота, но тут же замолкает, увидев испепеляющий взгляд девушки. С невестой Монстра лучше не спорить, для целостности костей полезно.       Хёрин что-то недовольно бурчит и, собрав свои листочки в кучку, уходит из кухни, подняв кверху носик, что смотрелось не пафосно, а скорее комично. Симран лишь качает головой и неспешно встает из-за стола. Она медленными шагами подходит к сидящему на кухонном гарнитуре Тэхену и вдруг неожиданно обнимает, прижимая рыжую макушку к плечу.       — Не думай, что тебя любят меньше. Никогда так не думай. Любовь не измеряется количеством. Она либо есть, либо ее нет. Все остальные полумеры — не любовь. И мы все тебя очень любим, — ласково поглаживая по голове, шепчет девушка. — И Хосок тебя тоже любит, поверь мне.       — При чем тут эта идиотина? — бурчит Ви, но в ответ обнимает, утыкаясь носом в тонкую пахнущую какими-то пряностями шею. — Будто мне нужна его любовь. Я вообще… Ненавижу его, вот!       — Конечно, как скажешь, — не сдерживает улыбки Симран и нежно целует в висок. — Просто не ищи в ком-то конкурентов. Если тебе приходится конкурировать за внимание какого-то человека, то так ли тебе нужен этот человек? И так ли нужен ты ему? Всегда лучше лично и открыто поговорить, чем придумывать себе самому все, а потом совершать ошибки.       — Во-первых, я не понимаю к чему ты это говоришь, — дует губы Тэхен, — а во-вторых, иногда мне кажется, что тебе не тридцать, а все пятьдесят.       — Это ни разу не звучит как комплимент, — смеется девушка.       — Это и не должен был быть комплимент, — бурчит Ким и тут же скулит от боли, потому что его ощутимо так хватают за ухо, оттягивая в сторону. — Понял-понял, больше такого не скажу. Злая!       Симран добродушно улыбается и отпускает парня. Он еще такой ребенок, который совершенно не умеет решать проблемы разговорами. Ему проще самому сделать выводы, самому обидеться и самому дров наломать, чем начать серьезную беседу. Хотя и Хосок не сильно далеко ушел. Вроде старше, опытнее, а тоже дурью мается, думает, что другие воспринимают его слова и действия также, как и он сам. Девушка качает головой. Эти двое когда-нибудь сведут ее с ума. Вот закончится эта война и она точно потащит обоих, чтобы те поговорили между собой. Надо запереть их в подвале на сутки, чтобы точно все обговорили.

***

      Информация от Хичона оказалась и правда полезной. Если хотя бы половина достоверна, то это может перевернуть ход событий и ускорить победу Карго. Только вот проблема в том, что проверить достоверность можно лишь на практике. Прямое нападение. Все должно проходить в строжайшем секрете, чтобы ни капли информации не могло утечь. Как бы Четверг не доверял своим людям, всегда есть шанс предательства, поэтому пока что о флешке знают лишь Сокджин, Хосок и Тэхен.       — Ты никуда не пойдешь, — хмурится Намджун, стоя у массивного Терьера и перепроверяя свой бронежилет.       — Ты взял всего четверых людей с собой, — даже не меняется в лице Сокджин. Мужчина стоит в полной экипировке и с оружием в руках. Что бы не сказал Монстр, это не изменит решения омеги. — Я не пущу тебя одного, я Симран обещал за шкирку притащить тебя домой живым, так что пропусти меня в чертову машину.       — Иначе что? — скалится мужчина, явно раздраженный этим разговором. Последний, кого хотел рядом с собой видеть Намджун, это Джин. Этот придурок должен был сегодня вообще ехать к сыну, которого больше месяца не видел, но вместо этого стоит здесь. — Разворачивайся и поезжай в Карго, это приказ.       — Напомнить, как ты талдычил о том, что все Дни недели равны в своих полномочиях, так что плевал я на твой приказ, Джун, — все еще раздражающе спокойно отвечает омега. — Прекращай ломаться и не задерживай нас всех. Ехать до базы минимум полтора дня, так что лучше поторопиться.       Монстр уже, вот честно, проклинает тот день, когда решил на свою голову забрать этого дикого к себе. Худшее решение в его жизни, сколько лишних нервов в пустоту. Мужчина вскидывает руки вверх в сдающемся жесте и отходит от дверцы машины. Сокджин победно ухмыляется и протягивает съемную сумку со средствами первой помощи прежде чем забраться в бронетранспортер. Намджун недовольно ворчит что-то о гиперопеке, но сумку все же закрепляет на поясе, обходя машину и садясь за руль.       Дорога первые несколько часов проходит на удивление хорошо. Намджун прекрасно помнит и без навигатора то, по каким маршрутам надо ехать. Он невольно усмехается, когда замечает, что Джин время от времени поглядывает на панель управления, сверяясь с картой. Среди грязно-коричневого пейзажа машина выглядит довольно незаметной, поэтому Монстр передвигается не рывками, как обычно делал бы, проверяя заранее состояние дороги впереди, а беспрерывно. Чем быстрее они доберутся, тем скорее вернутся обратно. О другом исходе мужчина даже не думает, они не могут проиграть.       Спустя несколько часов дороги, омега вдруг дергает руль на себя, заставляя Терьер резко свернуть в сторону за песчаную насыпь. Только Намджун хочет спросить что за чертовщина, как вдруг замечает отблеск впереди. Приглядевшись, он понимает, что это машина. С такого расстояния невозможно понять, это враги или союзники, так что лучше не рисковать, ведь эта операция все еще под секретом.       — А вот послушался бы я тебя, остался в Карго, и ты бы помер тут, даже не доехав до места назначения, — забавно ворчит Сокджин, слегка выпячивая губы вперед в привычной манере. Он всегда так делает, когда возмущен, и Монстра это всегда умиляет.       — Я же не из-за отсутствия полезности тебя оставить хотел, — вздыхает Четверг, разглядывая машину в бинокль. — Я просто волнуюсь за тебя, глупый хён.       — Ого, в кои-то веки ты вспомнил, что я твой хён, — складывая руки на груди, бурчит омега. — А я будто за тебя не волнуюсь. Дай сюда, близорукое создание.       Мужчина выхватывает бинокль и всматривается в машину вдали. Это кто-то из полиции, но даже они не должны видеть их небольшую группку. Так что приходится немного переждать, пока автомобиль не скроется вдали.       — Надень очки с диоптриями, иначе я не буду церемониться и выкину тебя, — хмурится Понедельник, видя как Ким щурится, чтобы разглядеть объект вдали. — Не будь капризным ребенком.       Сокджин не знает почему, но Намджун вечно отказывается от ношения даже тактических очков с диоптриями, не говоря уже об обычных. Только дома позволяет себе надевать изящные очки в тонкой оправе, — в которых выглядит крайне горячо по мнению одного Ким Сокджина, но речь не об этом, — а в любое другое время нос воротит.       Мужчина что-то недовольно ворчит, но очки послушно надевает. Спустя минут двадцать бронетранспортер продолжает движение. Здесь местность — сплошная пустыня, где негде спрятаться. Единственные укрытия — редкие подземные пещеры или старые покинутые постройки. Таких много на территории Имуги и Озарии. Целые города-призраки. На нынешней территории Карго, в присоединенных землях, тоже такие были, но сейчас там живут люди. Монстр много средств и усилий потратил на то, чтобы привести те места в жилое состояние, однако это того стоило. Одна из причин, почему Дни недели уверены в своей победе, люди точно будут на стороне Намджуна, а не его отца, ведь ощущали на себе последствия правления различных людей. Карго — не Рай, он не идеален, но это меньшее из возможных зол.       Ближе к вечеру, когда начинает ощутимо холодать, Терьер подъезжает к одному из покинутых городов. За время пути Кимы сменяли друг друга за рулем, чтобы иметь возможность немного отдохнуть. Как бы Сокджину не было тяжело вести машину, он сам первым предложил сменить Намджуна, видя, что тому уже тяжело концентрироваться на дороге. Общая цель важнее частных страхов.       Укрыв машину камуфляжной сеткой, весь небольшой отряд разместился в одном из домов. Он был даже довольно целым, если не считать полностью отсутствующую крышу. Однако на это было всем все равно, ведь располагаться решено было на первом этаже. Двоих из четверых солдат Сокджин знал лично, поэтому именно с ними он отправился осмотреть местность, пока оставшиеся занимались обустройством места для ночлега.       Даже довольно теплая военная форма не особо спасает от февральского холодного ветра. Уже прошло полгода с начала вооруженного столкновения группировок. Или, как это официально указано по документам, гражданское вооруженное восстание, которое помогает погасить наемная военная организация.       Сокджин вздрагивает, когда слышит очередной взрыв где-то вдалеке. Он уже прекрасно различает по звуку где и какой снаряд был взорван, но при этом пугаться не может перестать. Радует хотя бы то, что до Административного района эти ужасы войны не достают и Ёнджун живет в относительной безопасности. Он каждый день пишет о том, как и что делал, присылает размытые милые селфи с Бомгю. На последнем мальчик буквально укусил своего друга за щеку, а потом жаловался Джину на то, что Бомгю обиделся и не разговаривает с ним.       Мужчине очень жаль, что он не может нормально жить вместе со своим лисенком, что вынужден общаться лишь через сообщения или редкие видеозвонки, но это все на благо Ёнджуна. Сокджин верит, что Намджун сможет реализовать свои идеи по объединению Когурё и улучшению качества жизни в стране. Эта вера стала главной движущей силой, помогающей омеге идти дальше. Даже сейчас он здесь по большей части из-за младшего брата, ведь если эта операция пройдет успешно, победа над Имуги значительно приблизится. Ким Сунхи и так в отчаянии, раз решился на просьбу о помощи от Озарии, практически полностью павшего картеля, который чудом еще не растащили по кускам.       Обход проходит довольно спокойно. В городе ни души. Нигде нет ни техники, ни людей, ни следов чьего-то недавнего присутствия. Это хорошо, ведь снижает шанс появления нежданных гостей. Когда разведывательный отряд возвращается назад, в доме уже приятно пахнет разогретым на полевой печи мясом и овощами из сухих пайков. Намджун ожидаемо сидит в отдалении от всего процесса готовки и даже с некой грустью смотрит как двое мужчин хлопочут над общим ужином.       — Что, не доверили тебе готовку? — со смешком усаживается рядом Сокджин, укладывая голову на чужое плечо. Почему-то это очень привычно. Почему-то быть настолько близко — слишком правильно. Почему-то чужая рука на талии ощущается безумно приятно.       — Ага, — грустно кивает Монстр, прижимая к себе мужчину. — Пошутили, что я опять устрою кулинарный апокалипсис.       — Они не так уж далеки от истины, я все еще не простил тебе мою любимую сковороду, — смеется омега, обвивая руками торс Кима. — Если бы не желание поесть, то прямо сейчас вырубился.       — Идти на задание после бессонной ночи — глупейшая идея, какая тебе только в голову приходила, — привычно ворчит Намджун, утыкаясь лицом в темную макушку.       — Откуда ты знаешь, что я не спал? — удивленно поднимает голову Джин и практически сталкивается носами с Монстром, от чего у обоих начинают алеть кончики ушей.       — Ну… — мужчина отводит взгляд. Не будет же он говорить, что переживал и поэтому постоянно проходил мимо чужой двери, чтобы услышать тихое мурлыканье какой-то мелодии. — В мессенджере видел, что ты ночью онлайн сидел.       — Ох, да, было дело, — широко улыбается омега. — Как закончим с миссией, могу показать тебе забавные фото, которые присылал Джун-и. Они с Бомгю просто не разлей вода. И если по отдельности они хаос умеют устраивать, то вместе — могут целый Армагеддон.       Намджун смеется в кулак и порывисто прижимается губами к чужому лбу. Нежность, с которой Сокджин рассказывает о Ёнджуне явно заразительна, иначе Ким не может объяснить, почему ему сейчас настолько сильно захотелось зацеловать все личико омеги, затискать его в объятиях и вообще выкрасть к себе в кармашек, спрятав от всего мира, чтобы окружить лишь любовью и заботой. Странные желания. Но почему-то Монстру они до ужаса нравятся, и это пугает еще больше.       Вскоре один из солдат зовет начальство наконец ужинать. Мужчины с трудом отлепляются друг от друга, будто это было самое сложно, что им приходилось делать в жизни, а затем идут садиться в общий круг. Тут же завязывается разговор о планах операции, а затем это все плавно перетекает на планы после войны. Один из солдат хочет наконец съездить в Йоннам, куда никак не мог вырваться последние пару лет из-за работы, чтобы повидаться со старшим братом. Другой хочет наконец сделать предложение своей девушке. Все сразу начинают шутить о том, знает ли эта девушка вообще о том, что к ней вообще-то свататься придут, намекая на робость и нерешительность товарища.       Атмосфера безумно легкая и беззаботная. Так всегда перед сложной миссией. Если кто-то из отряда не вернется живым, то пусть последним воспоминанием будет что-то хорошее. Несмотря на то, что Намджун и Сокджин довольно живо поддерживают беседу, они все же сидят в неком отдалении от всех, укрывшись одним пледом на двоих.       — А какие планы у наших капитанов? — щурит глаза один из солдат, посматривая в сторону притихшей парочки.       — Хочу взять сына на рыбалку, — довольно сообщает Сокджин. — В моем родном городе была река и я по выходным ходил туда рыбачить, мне нравится это занятие.       Все довольно заулыбались. Другого они и не ожидали. Все, кто хоть немного знаком с омегой, знают то, насколько этот мужчина души не чает в Ёнджуне, которому готов отдавать всего себя. Это — одна из сотен черт, которые так сильно привлекают в нем Намджуна, поэтому Ким не может сдержать полного нежности взгляда. Его восхищает то, сколько безвозмездной любви готов дарить этот человек.       — А Четверг, наверное, свадьбу сыграет, да? — смеется Сокджин, вырывая Монстра из своих мыслей.       — Что? — непонимающе смотрит на него Намджун.       — Ну, вы же с Симран вроде даже помолвлены больше года. Я думал, вы о свадьбе не заикаетесь из-за всей ситуации, — удивленно поднимает глаза омега.       Ким стыдливо отводит взгляд в сторону. Ему неловко. Не из-за темы или вопроса, а из-за осознания. Он ни разу не думал о Симран, когда рядом находился Сокджин. Да даже когда его не было, мысли о девушке пролетали не чаще, чем о любом другом из обитателей особняка. В то время как омега в голове засел настолько крепко, что закрывая глаза Намджун все равно видит его: мягкую улыбку, нежный взгляд, в котором пляшут едва заметные искорки счастья, забавную жестикуляцию.       — Мы… мы об этом пока не говорили, — отмахивается мужчина, не решаясь посмотреть на озадаченного Джина.       — С учетом темпа нашей жизни, вы можете не успеть, если будете так тянуть, капитан, — отзывается один из солдат.       — Да, если любите, то лучше не затягивать с таким. Позвольте себе и невесте красивый праздник, — подхватывает второй. — Кто же знает что завтра станется.       Медленно разговор перетекает в обсуждение первых влюбленностей и школьных лет. Пока солдаты весело переговариваются между собой, Кимы незаметно перебираются в угол, раскладывая спальники и проверяя в который раз оружие. Намджун будто случайно пододвигает свой спальный мешок предельно близко к джиновскому, а омега будто и правда не замечает этого, делая вид, что увлечен разбором и сбором огнестрельного оружия.       — А что насчет тебя? — шепотом спрашивает Монстр, когда они наконец укладываются. Сокджин слишком правильно лежит в его объятиях и жмется к теплому телу.       — О чем ты? — сонно бормочет мужчина.       — Какой была твоя первая любовь? — Ким мягко зарывается пальцами в чужие волосы, слегка поглаживая затылок.       — М-м-м, ее вроде как и не было, — пожимает плечами омега.       — Ого, как это так? — искренне удивляется Намджун. — За тридцать лет ни разу не влюблялся?       — Наверное. Я не уверен, — Сокджин прижимается ближе, будто желая спрятаться в чужих объятиях, давно наплевав на то, что могут подумать другие участники операции. — У меня никогда не было времени и сил на отношения. Надо было растить братьев, ходить на работу, приглядывать за домом. Мой максимум — найти кого-то на одну ночь, чтобы переспать и хоть немного снять стресс. Я никогда ни к кому не чувствовал той яркой вспышки страсти, которую описывают в книгах или показывают с экранов. Мои чувства всегда довольно стабильные и ровные, они варьируются лишь количеством ощущаемого комфорта и дискомфорта. Единственное исключение — ненависть. Я правда ненавидел отчима и организаторов аукциона.       — Ого, ты не похож на того, кто будет жить одноразовыми связями.       — Это было всего пару раз, так что я бы не сказал, что живу этим, — хмыкает мужчина. — Последний раз, когда я ходил куда-то, чтобы найти себе парня или девушку на ночь, был больше четырех лет назад. Мне это не настолько сильно нужно, просто раньше бывали моменты…       — Хэй, я же не пристыдить тебя пытался, не нужно оправдываться, — мягко целует в макушку Намджун. — В принципе, такое отношение ко всему и правда очень в твоем характере.       — О чем ты?       — Ну, ты довольно спокойный и рациональный, пусть и творишь иногда глупости, но это именно какие-то уместные глупости для эмоциональной разрядки. В остальное время ты очень зрелый и осознанный человек. На самом деле мне бы у тебя поучиться, потому что у меня не редко эмоции из-под контроля выходят, — тихо смеется Ким. — Можно сказать, что ты мой пример для подражания.       — Хах, тогда это взаимно, — приподнимается на локте омега, нависая над мужчиной и смотря ему прямо в глаза. — Ты пусть и бываешь импульсивен, но всегда просчитываешь возможные последствия. Ты горишь идеями и мечтами, а мне этого чертовски не хватает. Однако, сейчас мне достаточно жить твоими идеалами и бороться за них. Я так ощущаю себя будто бы более…       — Целостным, — заканчивает за него Монстр. — Я то же самое ощущаю, когда ты помогаешь мне сдерживать эмоции и думать более трезво. Из нас выходит неплохая команда, скажи?       — Наш путь с тобой был разделен: ты — голова, я — тело. Ты может рассуждал умело, но мною точно был стеснен, — усмехается Сокджин. — Хорошие строчки, мне нравятся.       — Это разве не «Поэма о Луне»? — удивленно распахивает глаза Ким. — Ты правда прочел ее?       — Конечно, я читал все, что ты мне советовал, — смеется омега и вновь укладывается на чужое плечо. — У нас схожие вкусы в литературе, пока ты не тычешь в меня огромными философскими трактатами. Мне очень понравилась «Поэма о Луне». Тебе не кажется, что Темная и Светлая Луны похожи на нас? Они тоже не идеальны, но перекрывают недостатки друг друга.       — Только вот в конце они слились воедино, потеряв самих себя. Это не самая лучшая концовка, если проецировать на людей, — качает головой Намджун. — Люди должны всегда оставаться отдельными личностями и не растворяться в друг друге.       — Но я и не говорю, что их концовка хороша, однако тема с идеальным тандемом очень интересна, — забавно жестикулирует мужчина. — К тому же они слились только из-за давления звезд, им нужно было либо раствориться друг в друге, либо расстаться навеки. На их месте я бы тоже выбрал слияние. Разлука может сильно сломать, так что в таком случае ты и дорогого человека потерял, и самого себя. Не выгодно.       — Они могли сбежать, не забывай. Уйти и жить по своим правилам, но прогнулись под социум. Я будущего так боюсь, что вдоха сделать не посмею. Я лучше сохраню все, что имею, чем за свободу поборюсь. Грустные строки, но хорошо отражают позицию большинства людей.       — Ну, тут ты прав. Лучше быть против всех, но быть собой, чем оставаться частью социума, но при этом перекраивать себя под глупые стандарты, — тяжело вздыхает. — Только не у всех есть сила противостоять. А представь если бы один выступил против, а второй прогнулся? Первый бы просто не выдержал бы в одиночку все это нести на себе.       — Тут есть много «но» и «если», рассуждать можно долго. Поговорим о книгах уже дома, потому что через несколько часов тебе дежурить. Спи давай, — миролюбиво ворчит Намджун, потираясь носом о чужой висок. — Но я правда рад, что тебе понравилась эта книга. Мало кто читает то, что я рекомендую.       — Мне нравится узнавать тебя через твои увлечения, — сонно бормочет омега и почти сразу отключается.       Остальные солдаты тоже уже разбредаются по своим спальным мешкам, стараясь сильно не пялиться на командиров, которые столь компрометирующе лежат в обнимку. Огонь спешно тушится и наконец дом поглощает тьма, разбиваемая лишь редкими потоками лунного света, просачивающегося через забитые досками окна. Намджун с нежностью перебирает пальцами локоны и думает о произошедшем разговоре. Ему и правда безумно комфортно рядом с этим человеком. Рядом с ним хочется становиться лучше и брать пример с тех черт, которых самому не хватает. С Джином легко и весело даже в самой ужасной ситуации, он будто концентрированное счастье.       Самое яркое счастье в жизни Монстра.       Внутри все неприятно скручивает от предчувствия. Мужчина очень надеется на хороший исход операции, но разумом понимает, что шансы на провал довольно велики. Ему страшно не столько за миссию, сколько за сохранность Сокджина. Что бы не случилось, омега обязан по окончанию всего этого ада отвезти Ёнджуна на берег моря, на котором часто в детстве играл Намджун, и устроить несколько дней рыбалки. И пусть это скучно, пусть Монстр ненавидит подобный вид времяпровождения, он надеется, что у него будет шанс напроситься с этими двумя, чтобы провести немного времени вместе.       Цели, ранее бывшие чем-то масштабным и глобальным, начинают приобретать более четкие очертания в виде двух милых улыбок и звонкого смеха.