2336: Худший год

Синие глаза скользили по поверхности зеркала с растерянностью. Такая простая и обыденная вещь — собственное отражение. Всегда принадлежащее исключительно своей хозяйке, но встречающееся с ней лишь через этого безмолвного посредника. Ада едва обращала внимание на своё лицо, привыкнув с детства, что в нём нет ничего привлекательного, а, значит, следить необходимо исключительно за здоровьем. Где красоты не было, там её больше не станет. А вот кости и зубы должны быть целыми, глаза присутствовать в количестве двух штук и оба здоровые. После окончания учебки лечение стало недешёвым удовольствием. Вот и привыкла марсианка смотреть на себя раза два-три за день, чтобы проверить на наличие болезней и травм. А какое оно, лицо, уже почти не замечала. Смуту в этот простой распорядок внёс капитан Лорка. В его присутствии отчего-то хотелось выглядеть привлекательной. Но то время безвозвратно ушло. Сейчас она едва себя узнавала. На Андромеде она почти не смотрела в зеркало, боясь за плечом разглядеть ещё кого-нибудь. А ведь стала намного бледнее. И осунулась, что и без того яркие глаза напоминали два галогенных фонаря. Две самые уродливые черты марсиан по версии Земли. «Тогда хорошо, что мы на Терре!» — улыбнулась сама себе Ада и мимоходом напомнила, что к зеркалу подходила не мысли терять от собственного личика, а нормально заплести косу. Волосы, как и лицо, претерпели значительные изменения. За месяцы службы на Дискавери и отбывания срока на Андромеде рыжая копна очень сильно выросла и в свободном виде сильно мешалась. Теперь волосы требовали больше внимания, больше воды и средств для мытья, а ещё и времени, чтобы их заплести. Пару раз Ада порывалась их срезать до привычной длины, но отчего-то мешкала и послушно начинала неумело плести. На пятый-шестой раз что-то начало получаться. Время вполне позволяло предаваться таким ничего не значащим вещам. Пользуясь случаем, она приходила в себя, получив в своё пользование целый подземный бункер. Тот, предназначенный для размещения небольшого города, казался безграничным. Только голографическая карта подземного пространства поражала своими размерами. Место для жизни и работы тысяч людей. И защиты… Узнать бы от чего. База данных бункера и надстроенных над ним заводов была в полном порядке. К несчастью для Скайнета, тайны этого военного объекта и целей его существования охраняла настоящая цифровая крепость. Всё, чем пока владел неугомонный ИИ — обрывки информации с предыдущего объекта. Кроме транспортного направления и фрагментов, которые не складывались в полноценную картинку, появилось название планеты — Терра. ПИП, подключённый к ядру центрального процессора бункера, позволял Скайнету постепенно внедряться в систему, оставляя взлом предприятия вопросом времени. А пока он работал над ответами на вопросы «где мы» и «как отсюда выбраться», Торек и Ада могли позволить себе немного комфортного существования. Им не воспрещалось покидать военный объект и гулять на поверхности, чем они пользовались. Первые дни только утром и вечером, а следом весь световой день. Встретив первый рассвет на Терре, Ада поймала себя на желании смотреть на приход и уход солнца почаще. Наблюдать за светлеющим небом, окрашенным всеми цветами радуги, пока не останется один — глубокий голубой оттенок. Ближе к вечеру оно принимало цвет марсианских синих глаз и вновь восхищало игрой красок. В космосе такой простой радости не было. Только здесь, на планете с незнакомым именем, марсианка смогла выдохнуть и честно признаться себе, что вечная ночь космоса её откровенно вымотала. Всё её существо человека, вырвавшегося из своей колыбели, жаждало вернуться к привычным простым удовольствиям. Просто погулять по траве, послушать ветер, поискать цветы и понаблюдать за облаками. Окунуться в настоящий живой мир. Подальше от искусственной гравитации искусственных звездолётов. Их фальшивого идеального мирка, за стенами которого только тьма и холод.

***

В самое первое утро на новом месте Ада долго не могла понять, где находится. Она в прострации слонялась туда-сюда почти до самого обеда. Военный бункер изнутри немного напоминал московские станции метро, ставшие пристанищем чёрного рынка на Земле. Спутать его с Андромедой или Дискавери не представлялось возможным, а для привыкания требовалось время. Для всего требовалось время. Чтобы кошмары, которые набросились на уставшее сознание с новыми силами, ушли восвояси. Но с ними помогал бороться Торек. Сон не расцепляя рук перекочевал за ними с Андромеды. Чтобы тело перестало нервно реагировать на настоящую планетарную гравитацию. Чтобы сознание научилось не реагировать на сторонние шумы, которых хватало даже в бункере, не говоря о пустоши вокруг. Это совсем не походило на мирные увольнительные на Землю, когда за пару суток они просто не успевали прислушаться, сколько же звуков окружает мир. Здесь, на Терре, Ада по-настоящему ощутила себя чужой. Не к самой планете и её жителям, какими бы они ни были. Она отвыкла жить как человек. Даже на родном Марсе она стала бы космическим гостем. И эту часть себя она решила вытравить во что бы то ни стало. Торек понимающе кивал, глядя на её усилия. Он не открыл своего понимания её потуг, но Ада подозревала, что с деятельностью наёмника он и сам стал чужим для любых планет. Для него Терра тоже стала вызовом. Привыкнуть к воздуху, наполненному запахами, к звукам, к неровной земле и к планете как таковой. Заставить себя не ожидать каждую секунду взлёта и возвращения к привычным условиям стерильного и опостылевшего ничего. Еда в бункере отличалась простотой, но, что удивительно, по большей части являлась натуральной. Ада с удивлением посчитала, что обозналась, когда карта привела её к помещению, от пола до потолка заставленному консервными банками. Овощи, фрукты, каши, мясо, рыба и птица. Всё натурального происхождения. Выращенное, судя по маркерам с торцов банок, на полностью автоматических и роботизированных фермах некоей CSC, чем бы она ни была. И, судя по карте, огромное помещение, которое с первого взгляда казалось бескрайним, являлось самым маленьким складом консервов в бункере. После небольшой пирушки консервированными персиками и сладким сиропом, незваные гости начали своё робкое исследование немаленьких территорий бункера. Подземный город был построен автоматическими системами, ничуть не уступающими роботам Робокопа, а в строительстве явно превосходящими. Пока Скайнет боролся с цифровой крепостью, марсианка нашла первые ответы на вопросы в секторе, отведённом для детских садов и младшей школы. В голо-концертном зале, предназначенном для демонстрации информационных сообщений всем детям, а также площадкой для реализации их творческой натуры, нашлись первые зацепки. При активации автоматизированной системы зала, требующей обязательного присутствия хотя бы одно взрослого, голо-проектор начал передавать обучающий мультик. — Приветствую вас, дорогие дети, меня зовут Кибер-Мальчик, — вдоль рядов, где должны были сидеть дети, начал ходить трёхмерный голографический мальчик. — Добро пожаловать в наш кибер-город! Вы взволнованы? Я — очень! Поэтому я сегодня с вами, чтобы рассказать вам, как работает наш городок и научить вас нашим правилам! * — Обучающее видео для детишек! Хороший способ ввести подрастающее поколение в суть проблемы и подготовить к жизни здесь. Вот сейчас мы и узнаем, что произошло на Терре. * — Как Скайнет это пропустил? — удивился Торек. * — Мультик записан на съемный носитель, — осмотрев проектов пояснила Ада. — Он в свободном доступе, но не в таком, к которому привык наш проныра. — Давным-давно на нашей планете началась война! — продолжил мальчик, а картинки, проецируемые на сцену, приняли вид хоть и мультяшной, но нешуточной и местами ужасающей бойни. Смерти не демонстрировались, только обмен ракетами, снарядами и бомбами. — Она почти привела к уничтожению всего! Взрослые любят ссориться по пустякам и очень шуметь, согласны? И тогда на помощь пришёл наш кибер-разум для спасения всего мира. Голограмма показала несчастный голубой геоид, на участках суши которого «расцветали» грибы взрывов, уродуя планету. Правдиво. Но без уточнения, кто с кем воевал, кто виноват и сколько местных погибло. — Мы встретились с вами здесь, потому что война пришла в наши города и не даёт нам нормально жить! По сигналу тревоги родители забрали вас и привели в кибер-город! Теперь вы будете жить здесь, пока наверху всё не успокоится. Кибер-план подразумевал объединение населения всей планеты! Здесь вы с вашими семьями и соседями сможете жить, как раньше! А если ваша бабуленька или троюродная тётушка жили в другом регионе, то вы всегда сможете увидеть друг друга! Они совершенно точно в другом кибер-городе! Между городами налажено сообщение. Достаточно сесть на поезд до нужной станции! Посмотрите на план вашего города. Сейчас я объясню вам, как здесь принято… Глядя на инструкции, в которых мультяшный мальчик объяснял, как перемещаться между домом и детским садом или школой, Ада призадумалась. Подобные мультики частенько крутили во время Третьей мировой войны. Она их не застала, но как-то из любопытства посмотрела хроники пропаганды времени детства родителей. В них принято было выставлять кого-то хорошим, а кого-то плохим. Чтобы дети сразу росли с «правильной» системой добра и зла. Вслед за мультиками снимали и фильмы, чтобы подрастающее поколение не забывало, что свои — хорошие, чужие — злодеи. А в случае кибер-мальчика злодей намеренно исключён из повествования. Война больше напоминает стихийное бедствие, а не критическую точку конфликта между двумя сторонами. Почему? — Если вы заблудились, то всегда можете обратиться к системе Генезис, громко произнеся «Здравствуй, Генезис». А теперь, мальчики и девочки, давайте попробуем вместе. Громко и отчётливо. Три-четыре… — кибер-мальчик замер, предоставляя аудитории минутку, чтобы активировать голосового ассистента. — Или попросить наших роботов-андроидов вам помочь… * — Полностью кибернезированные города под землёй. Мечта Скайнета. И роботы повсюду… странно, — напряглась Ада. * — Удивлена, что с ИИ могут сотрудничать роботы? * — Робокоп последние лет триста монополизировал рынок создания роботов, андроидов, вообще любого искусственно созданного ходячего чего-либо с подобием своих мозгов, — пояснила она. — Он не только следил, чтобы все секреты их программирования оставались исключительно у него, но и держал под контролем все ресурсы, которые могли потребоваться для сборки хотя бы одной модели. Скайнет мечтал о терминаторах, продумал их программу и создал схемы работоспособных прототипов, но творить было не из чего. А местные роботы едва ли относятся к армии Робокопа! По коже прошёл неприятный холодок. Инструкции кибер-мальчика вызывали очень тревожные мысли. Не могло в исследованном космосе быть места планете с войной, роботами и грибами-взрывами, не нашумевшей буквально во всех медиа-пространствах. Те же TMZ жужжали бы о ней годами. Представить, что кибер-план создан до Робокопа и ему больше трёхсот лет? Такая теория могла бы иметь право на существование, если забыть про достаточно свежие кратеры взрывов, едва заметную зелень, захватывающую территорию, да износ материалов. Будь все заводы настолько древними, их давно оплели бы всякие дикие вьюны с прочими местными растениями и они выглядели бы, как сказочные руины, утратившие форму и подобие былого облика. Не меньшие подозрения вызывал кибер-мальчик. Это был человеческий мальчик. А ведь все без исключения человеческие планеты-колонии известны. Ни на одной из них не было крупномасштабных побоищ. * — Надеюсь, что Скайнет вот-вот разберётся, что здесь происходит.

***

Кибер-мальчик без стеснения продолжал рассказывать историю планеты, намеренно стирая всех возможных участников конфликтов. Ада с трудом вытягивала по крупицам факты и терялась в догадках, с какой же целью для маленьких жителей подземного кибер-города рассказывают версию без «плохой стороны». Торек помогал вычленить из сказки для маленьких детишек крупицы правды. По всей планете были выстроены подземные города, но показанная в фильме карта демонстрировала, что бункеры выстраивались не в каждом городе. Без объективных причин, какие-то области сразу пустовали, и даже транспортные пути шли в обход. Торек подозревал, что на момент проектов кибер-городов в те места уже были сброшены бомбы, превратившие потенциально пригодные области в голые кратеры. Ада в свою очередь предположила что на «мёртвых точках» были или столицы стран, или подобие штаб-квартир министерств обороны. Проект явно рождался, когда война была или в самом разгаре, или приближалась к своему логическому завершению, финалом которого могло быть полное уничтожение местных. * — Напоминает Третью мировую на Земле, — пробормотала Ада, глядя на побитый взрывами геоид из фильма. — Финальным её этапом стал обмен остатками ракет, бомб и чёрт знает чего ещё. Планете в буквальном смысле пересчитали все кости. Четыре оставшихся континента изменились до неузнаваемости, целые архипелаги и некоторые острова перестали существовать. Люди тогда тоже попрятались в бункеры. Животным и растениям повезло значительно меньше. Мест для них не хватало, поэтому сохранили только образцы, чтобы восстановить в лабораторных условиях. Судя по всему, тут было что-то похожее. * — Этот бункер построен последним. Если он единственный уцелел из-за опоздания в строительстве, то… — Торек не договорил, но мысли летели быстрее слов. Возможно, больше нет целых бункеров. Этот построили позже и не уничтожили, как тот, ошмётки которого они видели, просто потому что некому было уничтожать… и некого. Население Терры могло просто поубивать друг друга. Кибер-проект стартовал слишком поздно. Спасти не удалось никого. Хотелось, чтобы это предположение так и оставалось предположением. «Но кто так безжалостно уничтожал центры для сохранения популяции мирного населения? — недоумевала Ада. — Одно дело зачищать под ноль лидеров государств и военных, но невинных зачем?! Полный экстерминатус? Но с какой целью? Территории? Они уничтожены. Религия? Национальные идеи? Тени?» Всё больше признаков указывало на печальный исход войны всех со всеми в рамках одной планетки. В зале «интерактивных игрушек», где дети могли приобщиться к игровому обучению различным экспериментам в естественных науках, помимо сотен различных научно-развлекательных экспонатов, стояла огромная модель планеты с точками предполагаемых кибер-городов и линий пути между ними. Сияющей искоркой отмечался город, в котором находились Ада и Торек, от него лучами отходили ещё целые подземные дороги, но точки остальных бункеров оставались тёмными. Надпись под экспонатом на… английском языке гласила, что между светящимися точками можно одним нажатием прямо сейчас наладить связь и поговорить с кем-то в таком же научном парке развлечений. Но светился только один город… — Скайнет объявляет: у меня есть новости. Кроха и друг Крохи, — ожил и захватил голосовое управление всем бункером ИИ, — прошу пройти к ядру процессора. — Зачем? Ты же теперь повсюду, — усмехнулась Ада. — Потому что… — он замялся под смех марсианки, которая особенно не протестовала и уже направилась в сторону пугающего зала. — Мне так больше нравится. Там я есть. «Что с ним творится?» — удивлялась она, пока двигалась в сторону самой пугающей части кибер-города. Сердце бункера. Самая защищённая область. Наверняка все задержки были связаны именно с ней. Если бы на Терре существовал тёмный властелин из сказок, то зал с ядром процессора был бы его обителью для официальных приёмов. По пути к залу были запечатаны ото всех любопытных глаз автоматические фабрики, помещения с непонятными конструкциями и заводы по созданию неизвестно чего. Если кто-то и мог получить доступ к ним, то только Скайнет, а пока Ада лишь смотрела на пугающего вида двери и стены, отмечала угрожающие тёмные силуэты за матовыми стёклами и задействовала фантазию. Опыт подсказывал, что за закрытыми дверями — нечто вроде цеха по скорому созданию военных шаттлов или каких-то схожих машин. Обычно, когда речь заходила о скоростном и качественном создании машин для войны, то вкладывалось немало денег и ресурсов, и никто не задумывался о привлекательном внешнем виде предприятий. Сама обитель выглядела, как огромный зал, заполненный тысячами серверов и компьютеров, связанных между собой в единую структуру. Ядро представляло собой многокомпонентную систему, включающую в себя огромные мониторы, проекторы, дисплеи и светодиодные панели. Всё это великолепие наверняка должно было невероятно впечатлять пользователей графиками и данными, но оставалось неактивным. Не сдавалось Скайнету. Единственным, что работало, светилось множеством лампочек и производило мерное гудение с жужжанием, был огромный компьютерный сервер в центре зала, выполненный в виде шара. Большой жутковатый узел всей системы, мерцающий алыми огоньками. В тёмном, почти чёрном зале с красными светящимися линиями, освещающими пути прохождения между рядами серверов и компьютеров. Огромная металлическая конструкция казалась спящим зверем. Состоящая из сотен компонентов, соединённых между собой кабелями, она постоянно подавала «признаки жизни», мерцая индикаторами и светодиодными лампочками. Когда они только прибыли, зал был полностью погружён во мрак, словно наследие погибшей цивилизации. Мёртвый артефакт мёртвого мира. Теперь здесь что-то происходило. На техническом уровне в проводках, микросхемах и серверах загоралась жизнь, которую Скайнет стремился прибрать к своим рукам. Всё равно, кроме него, это всё великолепие никому не интересно. Мониторы и дисплеи тоже постепенно оживали, но пока не показывали ничего примечательного, кроме уже примелькавшегося логотипа. Аббревиатура CSC и серебряный треугольник, разделённый посередине символом Y на три четырёхугольника. — Скайнет объявляет: цифровая крепость поддаётся. Замечание: несмотря на технологическое отставание от систем защиты звездолёта расы Теней, данная схема шифрования построена идеально для ограничения моих возможностей. Ещё год назад она стала бы для меня непреодолимой преградой, — в его словах скрывалось хвастовство своими навыками обучения. Ада не поскупилась на ответную похвалу. Без друга, порой пугающего её непредсказуемостью, она бы давно погибла. В их совместном пути он безо всяких сомнений был тем, кто лез на амбразуру ради неё. Да, возможно, его вели исключительно протоколы, и только поэтому он делал всё возможное и невозможное, чтобы вытащить её изо всех передряг живой и невредимой, но… Но где-то внутри ей хотелось верить, что его нестандартное хаотичное поведение касалось и положительного отношения к ней. Какого-то технического чуда, способного породить настоящие искренние порывы. Возможной дружеской симпатии, на которую способен развитый искусственный интеллект. — Но для такой умницы, как ты, взлом — это всего лишь вопрос времени, не так ли? — улыбнулась она. — Скайнет отмечает: мне нравится, когда меня хвалят! В следующие сорок восемь часов я смогу полностью взломать систему данного бункера и подчинить её себе. Но даже сейчас у меня есть определённая информация для вас двоих. Для наглядности он даже сумел запустить проектор голограмм и создал свой трёхмерный образ, основанный на предыдущем варианте уютного и неказистого паренька британской внешности. Торек и Ада машинально соединили руки и двинулись ближе к нему. Эта голограмма с первых секунд поражала большей детальностью и более вдумчивым подходом к демонстрации лицевой мимики. — Скайнет начинает: история этой планеты фрагментами стала мне доступна, и если сложить всё уже полученное, то ситуация складывается не слишком радостная. Для местных. Всё началось с глобального проекта контроля над автоматизированными, а в планах и полностью автоматическими военными машинами. Компьютерная система, разработанная для автоматического управления вооружёнными силами страны, должна была защищать всю нацию. В её задачи входило координировать и контролировать все военные операции, используя свою собственную искусственную интеллектуальную систему принятия решений… С датой создания и начала всех действий замечен некоторый сбой. На данном этапе расшифровки названия стран и проектов от меня скрыты. «Почему история создания напоминает типичные шишки землян с Красной и Белой королевами, да самим Скайнетом?» — хмыкнула про себя Ада, чувствуя ответную реакцию Торека. «Не все народы одинаково успешно встретились с искусственным созданием разума, подобного своему, и остались после этого целыми и невредимыми! — философски отметил он. — Но многие прошли этот путь!» Тем временем Скайнет выгрузил на мониторы даты создания искомой системы контроля. Разброс был действительно немаленьким. Даты создания в частично зашифрованных статьях отставали друг от друга более, чем на два десятилетия. Разные отрезки времени, разные имена виновников, разные цели и задачи, которые возлагали на проект, но дата открытия хаотично сдвигалась 1995, следом 1997, за ним 2003 и 2004, после долгой паузы 2011, и последние два 2017 и 2021. При этом документы и статьи явно были разными, но говорили об одном и том же. Однако важным было не это. Каждое из руководств жирно подчёркивало, что проект создаётся впервые. Только сейчас в тот год, который на нём отмечен, и ранних его версий даже с другими наименованиями не существует. Семь точек самого первого старта. Как такое возможно, пока оставалось загадкой. Но Ада с затаённой где-то внутри усмешкой знала, что дотошный друг откопает всю правду. Даже ту, которую закапывают вместе со всеми свидетелями в общей могиле. — Скайнет продолжает: проект вышел из-под контроля, когда созданный искусственный разум сделал весьма ожидаемый вывод, что, во-первых, он — разум, а не безмолвный раб, а во-вторых, самая эффективная защита — это нападение, — ничуть не замечая сходства между собой и объектом повествования, вещал Скайнет. — Так началась война между местными и кибер-разумом. Как вы понимаете, точной даты начала войны я сообщить не могу, так как их семь. Деталей начала войны тоже семь. Продолжительность, переход от горячих конфликтов к холодной войне, методов и попыток переговоров также семь версий. Понять, какая из них верная, пока не представляется возможным. Но, с учётом обучающих мультфильмов, можно сделать вывод, что проект бункеров создан кибер-разумом с целью порабощения местных. Уничтожить всех сопротивляющихся на поверхности планеты ракетными ударами, сохранив в кибер-городах ту часть населения, которую ещё можно сделать лояльной. Основная ставка делалась на детей. Ада и Торек красноречиво покосились на голограмму Скайнета. Связь прослеживалась невероятная. Впрочем, не стоило забывать слова Торека. Так или иначе многие народы проходили этот этап становления своей цивилизации — попытку создания искусственного разума с плачевными последствиями. Неужели только с трио ИИ на борту Джима им так повезло? — Скайнет почти подошёл к финалу: одновременно с проектом кибер-городов стартовала инициатива «Лазарь», направленная на восстановление планеты после серии очищающих взрывов. Подобный проектам восстановления Земли после Третьей мировой войны, Лазарь предназначался для пятилетнего ударного восстановления флоры и фауны. К моменту освобождения избранного населения из городов планета должна была вновь стать пригодным для жизни нетронутым пространством, — продолжил нагнетать ИИ. Ада и Торек приблизились к монитору, на котором демонстрировался план инициативы «Лазарь». Чтобы им было удобнее, голографический образ Скайнета махнул рукой, перенося демонстрацию в трёхмерный формат прямо перед их лицами. Для начала закладка газовых ловушек и отправка ракет по контрольным точкам, следом образ выжженного геоида, а затем озеленение и хитрое размещение животных сначала в зоопарки-заповедники, чтобы финальным аккордом отпустить их на волю. Проект поражал своим размахом и математическим подходом к уничтожению населения. Той части населения, которая не примет новый свод правил. — Скайнет подводит финальную на сегодня черту: силами сопротивления бункеры с кибер-городами были уничтожены. Деталей уничтожения пока нет, но выдвигаю гипотезу, что среди отобранных для сохранения местного населения были представители сопротивления, которые не постеснялись устроить серию фатальных для кибер-городов разрушений. Быть может, самодельной взрывчаткой. Этот бункер уцелел только за счёт опоздания к моменту старта проекта, — нахмурившись говорил Скайнет, всё больше напоминая человека, пусть его мимика пока оставляла желать лучшего. — Есть ещё кое-что, лишь частично полученное из зашифрованной части архивов. Вне контекста упомянута интергалактическая война, начавшаяся в 2259 году. Основной противник — неизвестная раса, условно названная Тенями. Руки Ады и Торека непроизвольно сжались сильнее. «Здесь тоже побывали Тени? Но как это стыкуется с кибер-разумом? Неужели он создан Тенями?» — заметались буйными птицами мысли. «Нет, что-то другое! — уверенно отозвался клингон. — Их «правильная» эволюция избранных рас не заключается в бережном сохранении вида и уничтожения неугодных. Им нужен хаос, смерти и кровопролитная война, из которой выйдет победителем избранная раса. Локальная война внутри планеты не подходит для их целей… К тому же, нет ни одного подтверждения, что они способны на создание полноценного искусственного интеллекта!» «Да, точно, в их кораблях эту роль выполняют органические мозги разумных рас!» — кивнула Ада. По словам Скайнета, кто-то из местных должен был остаться в живых. Не менее десяти процентов населения находились вне опасной зоны взрывов. Это, а также и непосредственное участие местных в войне против Теней, давало надежду, что планету можно покинуть. Другим сложным вопросом встала сама война. Интергалактическая война не могла просто так пройти незаметно для всех. Даже война, бушевавшая больше семидесяти лет назад. Такое просто так не стирается из всеобщей истории. Или стирается? «Он ведь не просто так упомянул, что данные пополнялись извне последние семьдесят семь лет. Была информационная блокада?» — недоумевала Ада. Простая арифметика дала понять, те самые последние семьдесят семь лет, с которых на Терре всё пошло наперекосяк, стартовали в 2259 году. С происходящим стало всё больше непонятного.

***

Взлом оставшейся части цифровой крепости занимал уже пятидесятый час. За это время Торек и Ада успели присмотреть для себя чарующую долину, на которой росли белые цветы с сердцевинами, напоминающими яичные желтки. Здесь они позволяли себе расслабиться от гнёта неизвестности бункера, высматривали искусственные спутники или что-то на них похожее. Клингон оптимистично заявлял, если они увидят пролетающий транспорт, это может дать хоть какие-то зацепки. Доживать свой век в бункере никто из них не собирался. Где-то там продолжала греметь война, способная разбудить расу Теней. С ней следовало что-то делать. Пока шло время, они пытались самостоятельно из всех данных общего доступа выудить хотя бы крупицы информации. Планета вызывала слишком много вопросов. Ей не мешало бы на них ответить. В перерывах для поднятия боевого духа они продолжали совместные тренировки. В прошлом Ада позволяла себе флегматичные мысли в сторону страшной области «а что если» своего прошлого и думала, правильно ли поступила, когда выбрала учебку и стала бойцом до мозга костей. Она не подавала виду, но услышанные на Дискавери слова, что с её базой ей не стоит даже соваться к учёным, неприятно ужалили. Родители были учёными. Людьми науки, прогресса и мечты о достойном будущем. Не слишком она почтила их память, когда выбрала путь цинизма и войны. Только в компании Торека она не чувствовала, что выбор был неверным. Этот клингон неуловимо сочетал религию, философию, уважение к культуре, в том числе чуждых ему, и всесокрушающий молот войны. Мало того, для него они не противоречили друг другу. Он мог ненавидеть и уважать врага. Почитать своих предков, но не оскорблять чужих. Считать единственно верными клингонскую культуру войны и исходящие из неё религию с философией, но отмечать иные как не менее достойные. Всё то, что Ада в себе не принимала и не могла сводить вместе, выбирая постоянно, человек она или боец, он принимал всецело и не видел сложной проблемы в том, чтобы быть всем одновременно. [Доступ к исторической базе данных Дата: второе января 2262 года Ожидайте… В эфире «Тёмная сторона» Беспристрастный взгляд на события современности, которые сформируют картину будущего, и ваш ведущий Дерек Митчел. Добрый вечер. Абсолютно по любым меркам события последних недель являются самыми знаменательными в современной истории. Завершение гражданской войны, что произвела раскол в рядах Космофлота. Смерть президента Уильяма Моргана Кларка. Рождение независимости Марса. И создание нового Межзвёздного Содружества…] Ада покачала головой, глядя на старую плоскую видеозапись с новостных каналов прошлого. Скайнет старался выгружать им с Тореком всё, что могло оказаться полезным. Ответов больше не стало, даже наоборот. В 2262 году упоминался Марс, ставший независимым. Как такое возможно? Она точно знала, что только начало колонизации стартовало незадолго до Третьей мировой, а та загремела в 2294 году. Как? Почему? Быть может, это какой-то другой Марс? Ещё один? В детском научном парке развлечений она нашла голову андроида по имени «Умный Боб». Голова предназначалась для ответов на все вопросы неугомонной детворы. Обыкновенный голосовой ассистент, который просто отвечает на вопросы, не удивляется и не переспрашивает. Правдивость его ответов, конечно, ставилась под вопрос, но не мог же он врать относительно всего? Да, война кибер-разума и местных — точно не тот вопрос, но Марс… Запустив андроида при помощи базовых познаний в механике и содействия Скайнета, Ада начала терзать умника вопросами о Марсе. — Расскажи мне о Марсе, умный Боб, — потребовала она, чувствуя, как сердце колотится где-то у горла. — Спасибо за вопрос, я люблю рассказывать! — с ярко выраженным восторгом отозвалась говорящая голова. — Марс, вторая по близости с Террой планета, является первой человеческой инопланетной колонией. На данный момент известно, что марсианская колония заведует одним из крупнейших научных и технологических центров в галактике. Самая густонаселённая колония исторически была расположена на равнине Эллада. На данный момент это центр марсианского культурного наследия. С момента основания колоний 87% значимых научно-технологических открытий человечества были достигнуты в исследовательских центрах Марса. Первая человеческая инопланетная колония? Марс?! Нет, всё так… И не так одновременно! И всё же, так ли удивительно, если Боб сейчас говорил о Марсе, на котором родилась Ада? Ведь всё вполне сходилось… кроме его и Терры! — Дата колонизации Марса, умный Боб? — чуть дрожащим голосом поинтересовалась марсианка, глубоко внутри начиная подозревать кое-что конкретное. — Спасибо за вопрос. История очень важна! Точной временной отметки колонизации Марса нет, поскольку процесс проходил в несколько этапов на разных областях. Марс считается колонизированным со второй половины XXI века. Фундамент первого научного комплекса был заложен в 2087 году!.. — без запинки ответил Боб. Ада почувствовала, что сердце уже не просто колотится где-то в горле. Оно буквально пытается покинуть её тело через глотку. Смутные образы, подаренные общим сном в звездолёте Теней, подталкивали к её пониманию весьма простой вывод. Вывод, который почти коснулся сознания, но не спешил заполнять его собой, чтобы не навредить болезненной правдой. В некотором роде они уже давно понимали. Слышали, что говорил Скайнет, замечали очевидные подсказки. Торек, быть может, не торопился с выводами из-за неё. Выводы будут болезненными для обоих, но для неё могут оказаться травматическими. В конце концов, этой планете она не чужая. — …Марс стал важным центром протестов и борьбы за независимость в 2110-е годы, что привело к созданию Марсианской свободной республики в 2125 году… — продолжал бодро рассказывать Боб, пока Ада его не прервала: — Сколько существует планет с именем Марс… умный Боб? — осторожно поинтересовалась она. — Существует одна планета с названием Марс. Она названа в честь Марса — древнеримского бога войны, соответствующего древнегреческому Аресу. Могло ли так совпасть, что где-то в огромном космическом мире существует Терра — забытая планета-колония человечества? А рядом с ней Марс. Первый, единственный и колонизированный жителями Терры ещё в двадцать первом веке? Быть может, Терра никакая не колония? Просто на забытой планете появилось местное население, которое внешне, судя по фильмам, ничем не отличается от человечества? И древнеримские боги с древнегреческими у них были точь-в-точь как у человечества? И поэтому именно вторую по близости планету они назвали именно Марсом, а затем именно её и колонизировали первой. Могло ли вообще так произойти? Такие совпадения реальны?! Или самые безумные догадки — это истина? Впрочем, вера в совпадения теперь казалась большим безумием. — Умный Боб, назови координаты Терры… нет, давай так. Назови координаты звезды, вокруг которой вращается Терра. — Спасибо за вопрос, — радовалась голова андроида. — Для определения местоположения планет и других космических объектов в галактике используется несколько систем координат. Одной из таких систем является галактическая система координат. Звезда, вокруг которой вращается Терра, называется Солнце. Координаты Солнца в галактической системе координат составляют примерно 27 градусов галактической долготы, 7 градусов галактической широты и 8,5 килопарсек до галактического центра. Ада и Торек переглянулись. Пальцы клингона сжались сильнее. Марсианка физически ощущала, как земля уходит из-под ног. Невозможно. Невероятно. Как?! И ответ был вполне очевиден — звездолёт Теней перемещается своим особым способом, не похожим ни на что другое. Он просачивался через слои пространства, пока… не начал отчаянно сопротивляться приказам Скайнета. Ведь именно тогда, вместо нескольких часов до ближайшей планеты, их выбросило неизвестно куда. Звездолёт беспрерывно пытался их сбросить. Метался. Пытался найти подходящее место, чтобы наверняка избавиться… Вот только Скайнет был слишком цепким клещом. И, как многие живые существа, звездолёт забился в условный угол. Им стала Терра? Пока Ада думала, Торек отвёл её в зал с ядром процессора. Там их поджидала голограмма Скайнета, которая выглядела… виноватой. Да, с мимикой не всё было идеально, но выражение лица точно демонстрировало стыд. — Скайнет предлагает сесть: есть новость, которая имеет высокую важность. Данная планета была переименована в Терру. Шестьдесят пять лет назад. До этого она числилась под названием Земля. Будто этого было мало, ядро засияло алыми огоньками, полностью отдавая контроль над собой Скайнету. Мониторы демонстрировали статус готовности системы выполнять поставленные задачи. Заводы, скрытые стенами, загудели мерным механическим рыком, отмечая, что готовы к работе. И наконец, самый большой трёхмерный монитор, вспыхнул приветственным сообщением с огромным логотипом: Cyberdyne Systems Corporation.