Я пожираю гнев ложками

       Благодаря Зуши, я поняла, что на свете еще остались нормальные дети, которые не пытаются вывести тебя из себя своим нахальством или не имеют неконтролируемого шила в точке высадки табуретных войск. Мальчик, ты мой фаворит. Новый друг Гона и Киллуа, с которым они тренировались был мил и вежлив со мной, как с человеком старше себя возрастом, от чего, наконец, почувствовала себя зрелой и смышленой хоть в чьих-то глазах.        Свершилось чудо прям таки, от чего брала горделивость.        — Не ведись на то, что ей шестнадцать, она — неуклюжа и глуповата у нас, — с ехидством разрушил все одной фразой Киллуа, давая не те оценки моей личности, какие хотелось бы, чтобы знал Зуши, поэтому глядя в насмешливый голубоватый прищуренный взор помыслила, что убиение военно пленного Золдика вполне себе гуманная вещь.        Посмотрев на меня, Зуши неловко улыбнулся, пока мы ехали в лифте на двухсотый этаж, куда его пригласили мои компаньоны и я страдальчески потерла лицо.        Не, это финита ля комедия моей размеренности, а все благодаря дерзкому светловолосому мальчишке.        Незамеченным течением времени пролетел еще целый месяц пребывания на «Небесной Арене», полностью оправившись, Фрикс возобновил тренировки у Винга и беловолосый больше не терроризировал меня так уж часто, отдавая свободные минуты развитию Нэн, войдя в привычный ритм точных бросков острот, когда они были ему жизненно необходимы, а не постоянно компостировать мозг. Поблажки, но не сильные, мы все также на ножах.        — Хочешь потренироваться вместе с нами, Ната? — поинтересовался светлостью Гон, предлагая присоединиться к тройке мальчишек в желании отточить навыки в комнате Золдика.        — Нет, у меня запланировано важное дело, — отказалась в составлении компании и выдохнув дым табака, блаженно улыбнулась, с нетерпением ожидая свершения задуманных намерений, какие вызывали только радость. — Безделье! — пояснила масштабность своих грез и они недоуменно посмотрели на меня, как на чудачку.        — Ты и так постоянно этим занята, — поддел беловолосый, на что фыркнула, не принимая его слов о бесполезной трате времени.        Так, дорогой мой, у меня отпуск, я могу хоть постоянно валяться в кровати и есть соленых рыбок, а вечером пойти в спортивный зал, чтобы привести себя в форму, мне только в удовольствие ничем не заниматься и нести бессмысленное существование, пока Хисоки нет поблизости.        Позвольте страдалице ваньку попинать немного. Или много… Забудьте обо мне, как о крутом и пафосном персонаже, не ждите поднебесных высот.        Подъезжая к ярусу, знакомое спертое давление ходившее по коридорам, напрягло Зуши, но успокаивающе потрепала его по голове с безынтересным выражением к творившемуся, безмолвно предупреждая, что раз рядом, то все будет в порядке, потому что ни один здравомыслящий боец на этаже не стремился приблизиться к такой враждебной особе. Оглянувшись на меня, мальчишка сглотнул и кивнул, принимая руку помощи, в то время, как мои напарники стойко приготовились к появлению одних наглых личностей, заставляющих желать доломать им оставшиеся целые конечности. Со скрипом металлические двери разошлись по разные стороны и дав парням право пройти впереди, аккуратно подталкивала каратиста, — или он кунг-фу занимается, уже и забыла, — покинула стальную механику, позволяя Зуши опробовать себя на территории звериного накала. К изумлению, тот не стушевался, даже когда перед нами показались местные калеки, чья настойчивость портила все настроение и мечты о сладостном времяпрепровождении в своей комнате.        — Вы уже надоели, — нахмуренно выступил Киллуа, которому также не грезило терять время за разбирательствами, но был вовсе не обеспокоен гнетущим положением, не воспринимая противников всерьез.        Диалоги никогда не были собственной сильной стороной, поэтому отрешенно покуривала в стороне от разговора с инвалидами, которые уже не стеснялись даже моего присутствия, доставая сокомандников снова и снова.        Рыбки, рыбоньки соленые… Меня ждет не дождется целая упаковка. Можно побыстрее как-нибудь? «Ты, я, два часа, после школы, за гаражами, стрелка, один на один» и разошлись кто куда. Так это всегда делалось, когда в прошлой жизни моего старого друга Джеки Чана, — так мы называли этого карате пацана, — старшеклассники вызывали раз на раз на драки, пока мы с остальными смотрели за его вертушками, а я, как и всегда, жевала закуски, перебивая аппетит, из-за чего мне прилетало точно такими же трюками от бабули по затылку.        — Сразитесь с нами! — все уперто подначивал Однорукий, ведя все переговоры и внезапно выпустил ауру, от чего Зуши, ощутив потоки враждебности, встал в защитную стойку, в то время, как на Гона с Киллуа это уже нисколько не действовало.        Тик-Так! Терпение закончилось. Продлевать будете? Нет, ибо солененькие рыбки — важнее всего!        Угрожающе сделав томные развязные шаги, заставившие нападавшего осечься, с превосходством и грациозностью, сурово прошла мимо заинтригованных моими действиями ребят, надвигаясь еще более подавляющим влиянием необузданной дерзкой натуры. Замешкавшиеся калеки сразу поумолкли, прекрасно поняв настрой, но куда им сбегать на таких-то некудышных конечностях, они замерли, как вкопанные, боясь даже дышать, будто окружение оцепило клеткой. От стервозных когтей Селены Мороу не уйти так просто. В этом, к сожалению, похожа на старшего брата, наши растяжимые походки наводят ужас и в подобные моменты для запугиваний, слегка благодарна, что обладаю такой ядовитой чертой, как у него. Сократив расстояние, мрачно подняв алый взгляд на возвышавшегося в росте мужчину, я наглядно повозила невпечатленным взором, с ходу примечая все слабости и открытые места в его защите, куда можно было бы нанести внезапный и смертельный удар острием игральной карты.        Трепеща передо мной от оцепенения, Однорукий нервно сглотнул, в проходящих секундах моего угнетающего его разум наваждения, выдохнула никотин сквозь губы. И в нашу сторону еще грозились настолько жалкими намерениями, когда проявив только каплю собственной жизненной энергии, враг в момент натянулся покладистой струной.        Как жалко.        Держа окурок между пальцев, протянув к дрогнувшему от мановения сопернику руку, беспощадно всадила последние искры кончика прямо в плотную ткань одежды на его груди. В чужой тряске, усиленно втирала бычок в одеяние, измазывая в сизом пепле, под испуганные взгляды остальных недоброжелателей, расплываясь в наигранной сожалеющей улыбке.        — Извини, думала, что здесь урна, — лилейным голосом, играя на нервах, произнесла с натянутой мягкой улыбкой, так и сквозившей угрозой жизни, бросая сор на пол. — Ведь такому мусору свойственно находиться именно там, — двусмысленно произнесла со всем коварством опасной леди, какое только у меня было в арсенале, намекая на многое.        Уж со мной не стоит ввязываться в разбирательства, отплачу во стократ, еще и плюну в самую душу, как истинная оторва, каких свет не носит, а место им в аду в отдельном котле.        Горделиво вздернув подбородок на оскорбленную, но неуверенную реакцию поджавшего губы Однорукого, наглым образом обошла его, от чего Шумахер на инвалидном кресле поспешно отъехал назад, давая дорогу девушке королевских кровей цирковой вселенной.        Разве говорила, что спущу с рук запугивание парней и травмы Гона?        Смерив недоброжелателей угрюмостью кровавых очей, властным строем прошла вперед и остановившись, жуткой дурнотой глянула через плечо.        — С тобой сражаться — себя не уважать, — как последний ментальный удар со справедливым торжеством совершила по отношению к Однорукому, слыша еле сдерживаемое раздраженное шипение.        — Сумасшедшая девка, — процедив сквозь с силой сомкнутую челюсть, отозвался нелестным словом мужчина, которого впору было бы проигнорировать.        Киллуа пронзительно и издевательски усмехнулся, моментально оказавшись около оторопевшего от его неожиданного появления противником, вселяя в него даже больше угрозы, чем подкинула я, озадачивая меня таким напором на обзывательство. Почему-то показалось, что этот убийственный синий взгляд был великолепен, очень завораживал. Посмотрев в сторону Гона и Зуши, заметила, как сурово пронзает одними лишь глазами соперников Фрикс и как недовольно реагирует на ситуацию каратист, также вступившись за меня, от чего теплело на душе и приводило в изумление.        Видимо, эти мальчишки могут и сами со всем справиться, могла просто расслабиться в таком случае, а еще они очень не любят, когда задевают их друзей.        — Зря ты это сказал, — с темной предупреждающей тональностью низко посаженного голоса, прошелестел холодными потоками внутренней злостности Киллуа, наглядно показывая, что не стоит отзываться обо мне подобным образом и Однорукий стушевался под градом грозовой харизмы.        Мне часто говорили разные уничижительные вещи, что уже просто не замечала всех выбросов бешенства в свою сторону, но глядя на то, как сокомандники отстаивают мою честь, стало ясно насколько для них ценно даже мое чувство собственного достоинства. О такой заботе не могла и мечтать, за что буду благодарна до конца жизни.        — Не оскорбляй Нату, — сурово добавил от себя масла в огонь Гон, что врагам впору было бы исчезнуть от его взгляда.        Как в завершение противостояния, калеки завидя наш серьезный настрой, отступили, дав пройти, теперь зная, что мы не настолько легкие мишени. Фрикс же до последнего не хотел уходить, требуя соответствующих извинений, но утащила его оттуда, заявив, что плевать хотела на раскаяние побитых дворняг, что только лаять и могут, а также, что больше одаривать драгоценными минутами не буду, так как меня ожидает пачка крекеров. Последний аргумент, самый весомый, как считаю, нельзя стоять между мной и закуской, ибо чревато последствиями.        Ни одно столкновение не способно выбить из колеи, когда имеется перспектива похрустеть излюбленным лакомством, уже и забыла о том, что произошло, потому что не запоминала события не достойные моего внимания. Нагло? Да вообще! Прямо, как люблю. А может потом сходить в ларек и купить еще упаковку? Занятно. Лучше продолжу безделье, раз подвернулся хороший шанс. Святая простота…

***

       Покой — как оказалось, всего лишь слово, которое познаю только, когда земля и небо поменяются местами, потому что пригубив закуску за просмотром телевизора вечером потянуло на променад для вылазки за запасом. Стоило сразу понять, что пока занята своими делами, за спиной будет проводиться настоящая афера, какая вывела из себя настолько, что пакет лопнул от натуга сжимающих его рук и все содержимое повалилось на землю, разламываясь в труху. Нужно было быть осмотрительней к тем калекам, особенно к этой однорукой сволочи, которой, видимо, вторая культяпка вовсе не требовалась, раз он так нагло изводит моих друзей своими грязными выходками. Взяв Зуши в заложники, после того, как он направился домой по окончанию тренировки с парнями, мужчина вместе с Шумахером-колясочником напали на него и вынуждали Киллуа сразиться с ними. Меня брала ярость за нечестную игру и это помыкание, грудь разрывало жжением мрачного огня злости, было завидно, что Золдик даже в данной ситуации смог вести себя спокойно и хладнокровно, в отличии от себя. Мы с ним и правда, как лед и пламень, убеждаюсь в этом каждый раз, когда случаются неблагоприятные события, но раз я столь несдержанна, то это неплохо, что беловолосый может усмирять мой неконтролируемый пыл хладом натуры.        Прячась за углом дома, старалась не выдать свое местонахождение и жуткую жизненную энергию разряжающую воздух, благо в огромном скоплении гуляющего народа личное выработанное сокрытие снова заработало, потребовалось только притупить негодование и сосредоточиться на прослушивании всего диалога.        Твою мать, вышла в магазин называется!        Приняв условия в освобождение Зуши, Киллуа вместе с похитителями, которых застал с поличным, почуяв неладное еще днем, когда мы пересеклись с тройкой недоброжелателей, направился обратно на «Небесную Арену», чтобы подписать бумаги об участии. Эти постоянные нападки никогда не прекратятся, пока сокомандников не выжмут с двухсотого этажа, не стоило доводить меня до состояния жажды отмщения, потому что из всех людей на планете только Хисока знает, что могу сделать с человеком в таком настроении. И пусть не сомневалась в том, что Золдик победит Однорукого и без развития Нэн, но, — блять, — просто прекратите мешать моим мальчишкам, иначе столкнетесь с более ужасающим соперником, что потом в морге патологоанатомы по частям не соберут. Мороу рассказывал, как надо расчленять людей и была готова взять в руки свое картежное оружие, чтобы совершить злодеяние достойное антагонистки, водившей дружбу с главными персонажами.        Дождавшись, пока Киллуа покинет ярус с потерявшим сознание Зуши на спине, я уверенно зашла в лифт на первом этаже и нажав нужную кнопку, сурово последовала догонять врагов, чтобы исчерпать конфликт своим способом раз и навсегда. Пальцы так и подрагивали от желания изъять карту и использовать, когда двери открылись и у стойки регистрации обнаружила еще не ушедших оттуда соперников, строивших свои козни.        Давай, сука, посмотрим, кто из нас хуже…        Быстрой угрожающей походкой, словно порыв ветра, сократив расстояние, я подбежала к стоявшему ко мне спиной Однорукому и жестко схватив за патлы под оторопевшую реакцию двоих из группы придурков, с силой всадила его рожу в плоскую поверхность стола. Звук удара разорвал пространство, послышался хруст сломанной носовой перегородки, прошедшей в унисон, яркая кровь брызнула на деревянное покрытие, напугав сидевшую по ту сторону стекла от нас девушку до онемения. В звенящей стеклянными колебаниями тишине, мужчина простонал от боли, но переполненная злостью, было без разницы, как сильно ему досталось, потому что и так сдерживала трясучку в руках, чтобы не разбить ему голову окончательно. Мрачное наваждение поглотило чернотой душу, не позволяя никаких послаблений, всадив ощутимей пальцы в локоны, вырывая ворсинки от самых корней. В попытке выбраться, Однорукий судорожно сжал мое запястье целой ладонью, но ни на миллиметр не сдвинулся в сторону и грозно склонилась над ним, обдавая всеми оттенками насильственного состояния.        — Такой падали нужно напрямую объяснять, чтобы вбила себе в голову, кого лучше не трогать? — змеиным шипением, повергала врага в ужас, пронзительным тоном, вводящим иглы под кожу. — Какого хера ты, омерзительный жопомордый выблядыш, покусился на моих друзей? — отрывая его задернутое помешанным образом страха выражение от стойки, вглядываясь в узкие глаза, какие стоило бы выковыривать зубочисткой. — Я ненавижу, — блять, — разжевывать мудакам вроде тебя, что следует делать, а что нет.        Резко замолчав, ощутила, как спустя паузы в предложениях, тело окутала призрачная рука, парализующая движения сжатием, от чего кислород уменьшился в объемах, заставляя и так напряженное дыхание пропасть, наводя удушье. Вот значит, какая способность у Однорукого, он рассчитывал застать меня врасплох и как только потеряю сознание, выпутаться из захвата, о чем говорила насмешливая улыбка, думающая, что беспечно попалась на крючок.        — А ты важна для тех ребят, — неожиданно ехидно обронил с усмешкой измазанной в своей же капающей крови из носа мужчина. — Может если схватить тебя, то они будут куда сговорчивей? — вспомнив, как проявили себя напарники, когда он оскорбил меня, предположил тот, уже наперед подгадывая, что со мной сделать и какой тон задавать будущим переговорам.        К его сожалению, была в силах постоять за себя сама и не ввязывать Гона с Киллуа в проблемы данного характера, ведь самолично сорвалась и сама буду расхлебывать эту ситуацию. Пусть парни просто продолжат размеренно обучаться Нэн, а тут разберусь без их волнения, за такое неловкости не испытываю, а самое главное, даже из давления чужой аурой с легкостью выпутаюсь. Меня не пронять удушением, Хисока научил долго обходиться без воздуха, Однорукому не понять какие пытки прошла, пальцы Мороу частенько смыкались на шее, а за волосы брат еще и топил в воде. Не повела и бровью, стойко выдерживая нападки, вызывая смятение у противника, ему не помогло даже когда всадил Нэн больнее, ни дрогнула ни на секунду и не отпустила руку с его волос.        К тому же, мне не требуется шевелиться, чтобы использовать свои дым, что распространился от меня по всему помещению за считанные мгновения и он оказался настолько пропитан копотью моего горящего пожаром настроя, что удушал сильнее эфемерной руки. Испарения попали в дыхательные пути, Однорукий тут же закашлялся от горечи, потеряв контроль над собой и дав сбой применению Нэн, некое заклятье оцепенения сошло на нет, давая свободно вздохнуть. Прибив жизненную энергию к полу, где туманность развеивалась по одному моему желанию, откинула ослабшего от надрывного кряхтения мужчину, что подняв обеспокоенные глаза, затревожился куда сильнее.        — М-монстр… — еле просипел от осадка в легких он, а я сухо осмотрев его, не предав никакого значения, повернулась к окну регистрации к девушке, которая уже раз двести пожалела, что устроилась на эту работу.        — Дайте, пожалуйста, бланк на участие, — без особого настроения, но уважительно, обратилась к регистраторше и та судорожно подсунула в проем бумагу. — Как имя этого ущербного? — спросила у нее, кивая на сидящего на полу соперника.        — Садосо, — быстро оттараторила девушка, как отрапортовавший солдат при командире.        — Какую дату он поставил?        — Двадцать девятое мая, — под диктовку шкрябающим звуком шариковой ручки, выводила на листе числа и буквы чернильным клеймом опасности, заполняя графы под недоумение виновников.        — Что ты… — было начал Однорукий, с загнанностью в угол, медленно осознавая, что собираюсь совершить и спокойно вручила бланк на подтверждение, ни о чем не волнуясь, в отличии от него.        Закурив сигарету, просто развернулась, намереваясь сделать еще кое-что для полной уверенности в удачном стечении обстоятельств.        — Ты хотел сражаться, ты будешь сражаться, но со мной, — грозно произнесла и остановившись, устрашающе добавила следом. — Если попытаешься тронуть кого-то из моих друзей, то расчленю, не дожидаясь битвы и скормлю своре голодных псов, поэтому хорошенько поразмышляй, чего действительно хочешь добиться…        С этими сумеречными словами, провожаемая в спину лихорадочными взорами, снова зашла в лифт и спустилась на первый этаж, откуда направилась в административный блок, где нашла жену Джона и переговорив с ней с глазу на глаз, искренне попросила отозвать заявку Киллуа на участие. Поняв, что произошло что-то серьезное, так как по иной причине я бы так искренне не умоляла о чем-то, Ами, — так звали эту прекрасную высокую блондинку с нежной улыбкой, — уверила, что постарается сделать все, что в ее силах. Со слов Ами, даже не перестраховывайся таким способом, в выборе проведения боев, организаторы все равно избрали бы именно мое заявление в том смысле, что обладала некой популярностью среди любителей просмотра боев без правил и еще ни разу не выступала после двухмесячного перерыва с новым титулом игрока двухсотого этажа. Предпочтение из новичка-мальчишки, также оттягивающего время проведения сражения и участника с опытом, уже имевшего за плечами собственную давнишнюю аудиторию, склонялись именно ко мне.        Хоть где-то былая слава помогала, не зря проторчала полгода в постоянных битвах, помимо силы обрела еще и связи, пригодившиеся именно сейчас. Забросав Ами всеми возможными благодарностями, она, ко всему прочему, еще раз поздравила меня с приобретением «партнера» в лице Золдика, хитро стреляя взглядом, на что еле сдержалась, чтобы не закатить глаза, та пожелала хороших продвижений в наших псевдотношениях. Уже просто стоит смириться перед этим недопониманием и отчаянно забить, что для окружения мы играли близость между нами, когда на деле цеплялись друг к другу только остротами, какие выдавал язык. Два месяца прошло, а заблуждение так и продолжало жить своим чередом, сплетни просто не одолеть, без доказательств любые оправдания, как пустой звук для общественности.        Не зацикливаясь на последней части нашего разговора, я направилась на свой этаж. Выбор был сделан, поступила так, как считала нужным и теперь оставалось только ждать результатов и выведения расписания на проведение боев. Никаких поблажек больше не будет, враги пересекли черту дозволенного вызвав настоящую бурю неконтролируемых событий. Перегнула ли палку? Вовсе нет. Просто защищала то, что было даровано мне судьбой и совершенно точно не отступлю от своего решения.        Терпение лопнуло. Вау, а я и правда садистка, потому что до сих пор ощущала злостную трясучку в руках, рассуждая, что сломать нос было определенно мало для той гниды покусившихся на моих друзей. Они хотят, чтобы была плохой? Ладно, тогда буду таковой.

***

       Лежа на животе на кровати и барахтая оголенными от сапог стоявших около постели ногами в воздухе, хрустя крекерами, я лениво щелкала кнопки на пульте, переключая каналы по телевизору, разыскивая что-нибудь достойное для просмотра, что могло бы заинтересовать. В прошлой жизни излюбленным жанром фильмов являлись абсурдные комедии двухтысячных годов, где глупый юмор персонажей расслаблял отсутствием повышенными напряжением моментов, это позволяло отключить мозговую деятельность и просто бессмысленно пялиться в монитор. Самое то, чтобы сбросить жизненные заморочки и отодвинуть все проблемы на второй план, что делала и сегодня, успев оценить парочку фильмов.        А зачем зазря париться, если можно просто отдохнуть, а затем посидеть в медитациях.        Услышав неожиданный истеричный громкий стук в деревянную поверхность входной двери в свою комнату, догадавшись, кто это мог бы быть, неспешно встав с мягкой перины, под звуки какого-то попавшегося боевика, подошла к преграде. Зажав зубами закуску и держа в одной ладони пульт, только отперев замок, дверь тут же перехватили за ручку и рьяно дернули на себя, незамедлительно распахивая. За порогом объявились вздернутые и вспотевшие Гон с Киллуа, что в изумлении без промедлений набросились на меня с разговорами, не теряя лишнего времени.        — Ты будешь сражаться с Садосо?! — ошарашенно вскричал взлохмаченный Фрикс, переходя сразу к делу беседы, пока моя персона все также хлопая глазами от внезапности, придерживала между губ соленую мучную рыбку, оглядывая парочку с ног до головы вместе с их резким пришествием.        Стоило ожидать, что эта новость с вывешенными на следующий день после происшествия списками поднимет такой полномасштабный ажиотаж, именно по этой причине и сидела в номере, чтобы укрыться от вездесущих глаз хлынувших одним моментом ликующих зрителей. Еще с утра по этому поводу возвелось настолько много шума в кассовой зоне, что очередь из желающих купить билет выстраивалась огромной толпой, расталкивающей друг друга в попытках пробраться к окнам, так как информация о намечающейся схватке с моим участием произвела настоящий фурор. Ами не солгала, аудитория жизненно нуждалась в захватывающей битве с таким великолепным бойцом, как я, от чего администрация в быстром темпе увидев мою поданную вечером заявку, тут же приняла ее, спешно подбив временные сроки сражений. Также это был хороший шанс для организаторов сорвать банк в кассе, поэтому не упустив возможность инициативы от меня, все торжествовали, ожидая впечатляющего зрелища.        Популярность — злая штука, но до чего хороша вот в таких ситуациях, билеты раскупались моментально, как горячие привокзальные пирожки и перекупщики зарабатывали баснословные деньги, как, впрочем, и «Небесная Арена», а мне же удалось перенять все проблемы с калеками на свою сторону. Парни в безопасности от вмешательства врагов, значит, могу позволить себе расслабиться, но, видимо, Гон с Золдиком особой радостью от событийности не пестрели, поэтому прознав обо всем, впопыхах побежали ко мне, уточнять все детали.        У меня же было все до одурения просто, размеренно вытащив изо рта крекер, надкусив его, склонила на бок голову, вопросительно посматривая на друзей, разжевывая закуску.        — Неприлично кричать с порога, заходите, — не ответив на тревогу Фрикса, первым делом, чтобы все разъяснить в возникшем недопонимании, пропустила парней внутрь и оставив на них закрытие двери от посторонних, развернувшись, направилась обратно к кровати. Лениво немного объяснять детали, но придется, чтобы успокоить их. Забравшись на постель, разлеживаясь на спине и спустив голову с края, закинув ногу на ногу, продолжила щелкать каналы пультом, рассматривая мелькание картинок вверх тормашками без малейшего волнения. Пройдя внутрь помещения, парочка вернулась к диалогу, Гон уселся рядом, поглядывая на мое безделье в ожидании пояснений, а вот Киллуа нагло и хмуро встал прямо передо мной, загородив телек. — Киллуа, не стеклянный, подвинься немного, — махнув рукой, отгоняла чуть в сторону от экрана серьезно настроенного Золдика, который так и не ушел в бок, дальше пропиливая настойчивым взором.        — Зачем ты в это ввязалась? — начал атаковать недовольством беловолосый, которого раздражали разговоры из техники на заднем плане и одним движением вырвав пульт, чему не сопротивлялась, повернувшись, злостно вжал главную красную кнопку и вырубил фильм. Экран погас чернотой и настала тишина, в которой Киллуа взбешенно швырнул электронное устройство к изголовью, проявляя все свое клокочущее настроение. — Мы сами могли бы справиться! — избавившись от объекта забиравшего все мое внимание, разозленно шикнул Золдик.        — Верно, Ната, тебе не стоило этого делать, мы в силах сами за себя постоять, — подключился к обсуждению и Гон, но в более сдержанном настрое, разъясняя все «от и до». — Я мог бы сразиться с Садосо, — следом заверяюще добавил тот, за что тут же получил подзатыльник от взвинченного беловолосого, которого не устраивало это предложение.        — Еще чего! Ты уже один раз беспечно бросился в драку и пострадал, я все еще зол и на тебя! — вскинулся неутихающим рвением Киллуа, порицая и поступки потирающего место ушиба Фрикса, наивно и виновато хихикнувшего на ворчащего друга.        С ними не соскучишься, всегда наведут гам вокруг, в данную же секунду так вообще раздули из мухи слона, на что устало вздохнула, сохраняя покой. Не думала, что простое вмешательство окончится такой сценой, но что не сделаешь ради близких.        — Для начала успокойтесь, — примирительно осведомила их, чтобы понимали отчуждение к переполоху там, где он не нужен, хотя и сама частенько устраивала его, за что была награждена суровым пронизывающим взглядом беловолосого, но никак не отреагировала. Гендзюцу такого уровня на меня не действует. — Вчера просто вышла в магазин и столкнулась с Одноруким… — принялась пояснять все события, как они есть, не меняя позы.        — Ты видела, что они сделали с Зуши… Так и знал! — цыкнул языком Киллуа, догадавшись, что также слышала переговоры с калеками на улице и мое присутствие поблизости ему тогда не показалось.        Интересно то, что Золдик испытывает настолько повышенную чуткость ко мне, способный ощутить появление всегда и везде, как будто приглядывает за мной, даже приятно стало от этой мысли, хотя его внимание вызывало необычное чувство в груди. Может мне льстит его забота? А я ведь достаточно проблемная леди, за которой нужен глаз да глаз. Если вспомнить двухмесячный случай с беседой по поводу Хисоки, то, надо признать, с тех пор беловолосый сосредоточился на мне порядком тщательней, чем было до этого, словно мальчишка теперь всегда находился рядом, чтобы тот конфликт больше не повторялся. Тогда я и правда была не в себе и в полнейшем смятении, от чего заставила распереживаться даже Киллуа.        Это ощущение трепета обо мне… Завораживает…        Уютно и комфортно.        — А что мне оставалось делать, если эти придурки пересекли черту? — простейше развела руками, будто ничего не могла поделать с собой, вернувшись к теме. — Не хочу стоять в стороне, раз они покусились на ни в чем неповинного ребенка, взяв в заложники, — как что-то очевидное произнесла, подавляя пламенный гнев, возобновившийся внутри от одного только воспоминания той сцены с бессознательным Зуши. — Я тоже новичок на этом этаже, как и вы, но ко мне они боятся подходить, потому что понимают, что сильнее них, поэтому шантажируют именно вас и это бесит. Так как вы еще не до конца развили Нэн, то лучше уж мне с ними разобраться, тем более, поступок этих дебилов вывел вчера из себя, а вы знаете, как плохо контролирую свой гнев, — объяснила все свои мысли в связи с неблагоприятными стечениями обстоятельств и отвела взгляд в сторону, враждебно сощурившись на еще одну деталь, какую просто не могла принять. — Особенно ненавижу, когда меня душат… — еле слышно выдохнула под нос, пробормотав вещь, вызвавшую не лучшие воспоминания о прошлом, надеясь, что никто не услышит внезапно сорвавшуюся с уст правду.        Но меня прекрасно слышали, от чего воздух мгновенно потяжелел и в комнате затрещало нагнетающее безмолвие, проникнувшее давлением в душу. Скосив глаза, заметила насколько темнеюще и грозно смотрит на меня Гон, узнавшись не самую благочестивую новость поражающую разум, переведя же взор на Киллуа, он сквозил мрачной опасностью, вскочившей угрозы. Стоило попридержать язык за зубами, чтобы умолчать о чужеродной атаки, это призвало слишком рискованную атмосферу и разгневало парней. Под едкость обстановки, зашуршав складками одежды, Золдик медленно опустился на корточки, пронзительно всматриваясь в мои черты.        — Они напали на тебя? — растянутыми жуткими слогами упавшего до аморальности тона, уточнил беловолосый, уже надоумив жестоко расквитаться с противниками покусившимися на меня.        Сердце подскочив, буйно застучало об ребра и не от страха, а от мысли, что он так агрессивно отреагировал на рассказ о посягательстве на мою жизнь, будто кто-то посмел тронуть то, что было важно ему, от чего потеряла связь с голосовыми связками.        Киллуа и правда заботится обо мне, несмотря на все наши препирания…        — Что они тебе сделали? — подхватил в том же тоне Фрикс и сглотнув, легко улыбнулась, чувствуя, что вокруг меня витает только безопасность, какую подарили эти мальчишки.        — Ничего такого, — безмятежно улыбаясь, отмахнулась от ненужной части повествования, как о некой мелочи, что, по лицам мальчишек, им явно не понравилось, раз недоговаривала об элементе противоборства с Одноруким. — Я первая сломала ему нос и завязала потасовку. Захват способности Однорукого и правда проблемная вещь для не ознакомленных с Нэн новичков, — рассудительно проанализировала характеристики навыков противника, не заостряя внимание на положении дел в данную минуту. — Я цела, так что не волнуйтесь, — уверяюще сообщила парочке, которым под непробиваемой стеной моей беспечности пришлось отступить, хотя отпечаток хмурости все еще сохранялся в их чертах.        Киллуа ожесточенно фыркнул, не согласный с решениями и моей беззаботностью. Перевернувшись на живот и задрав оголенные пятки покачав ими, словно ребенок, уложив подбородок на руки, я ничем не обременено, всмотрелась в категоричный взгляд Золдика. Мои уста разъехались в задоре, походила на настоящую дурочку, но зато какую — самую опасную. Прижавшись щекой к своему запястью, нежась в неге собственных чувств признательности от их переживаниям, заверяюще оглядела Гона.        Эти парни самая настоящая ценность, какую могла иметь, поэтому решение не подлежит отказу, я хочу оградить их от постоянных нападок недоброжелателей и вложить силы в поддержку. Столько сделав для меня, больше всего на свете хотела проявить для них свои ответные чувства и обезопасить от тройки наглых придурков, чтобы не мешали Фриксу и Киллуа развиваться в своем темпе, а не вынуждали к битве, когда у них еще нет окончательного открытия Нэн. Им предстоит еще много работы и пусть она течет своим чередом, думаю, что разобраться со всем самой было верным выбором.        — У меня подходили сроки с регистрацией заявки, поэтому выбор и пал на вполне себе неплохую цель. Я просто хочу чтобы вы ни о чем не волновались и дали мне возможность также защищать вас. Вы — мои друзья! — светясь радостью от своих же слов и принятия дружбы, напоследок внесла лепту в проблемную беседу и заявленное заставило парней остудить пыл.        Смотря на мой товарищеский настрой, атмосфера разгладилась, Гон и Золдик переглянулись между собой, молчаливо спрашивая мнения друг друга и сдали назад перед упертостью.        Я хочу дружить с вами до самого своего конца, ведь в этой жизни у меня не было людей лучше вас двоих, парни. Просто позвольте эгоистично оберегать вас из тени, пока вы становитесь сильнее, полагайтесь на меня, как доверилась вам, ведь никакие случайности не должны поколебать ваши стремления. Спасибо, что беспокоитесь обо мне, но также дайте возможность позаботиться о вас.        У меня непростой характер, чтобы так просто переубедить в целях. Я — злодейка, которая желает вам лишь счастья и душевного равновесия, потому что вы также стали и моими личными героями.

***

       В оставшееся время до поединка с Одноруким, я ходила вместе с Киллуа и Гоном, чтобы посмотреть на процесс тренировок и их продвижение в использовании Нэн, рассиживаясь на стуле в квартире Винга. Довольствуясь прогрессом парней, вскоре настал долгожданный бой, удививший всех, кто в пустую потратил деньги на билеты, так как мой противник просто не вышел на арену. Это озадачило, потому что перед началом громогласного оповещения о проведении состязания, совершенно точно видела этого придурка, гревшего некоторые мысли на счет удачного плана победы, идущим в отведенную ему комнату отдыха. В итоге, на площадку в оповещении ведущего, тот так и не явился, подкидывая мысли, что мужчина, дав слабину, в последний момент испугался. А я рассчитывала немного размяться и поквитаться с ним сполна, недовольный гул и злостное ворчание на Однорукого ходило многоликим эхом по залу, ведь им испортили все ожидаемое зрелище.        Ну а мне было побоку, хотя и хмурилась, что все вышло именно так, потому что мою стратегию по запугиванию разрушили неявкой. Ладно, если увижу этого идиота, то и без сражения оторву оставшуюся руку, чтобы неповадно было и прекратил донимать моих друзей.        — Стоило учесть, что у него сдадут нервы и он передумает приходить, — недоуменно размышляла, после того, как с полученным автоматом выигрышем вышла с места событий и пересеклась с парнями, сетующе вздохнув. — А так заморочилась с намерением избить его до полусмерти, — упаднически покачала головой, идя бок о бок с сокомандниками, высказываясь на этот счет, с которым уже нельзя было ничего поделать. — Зря напрягалась, — мысленно костеря Однорукого всеми лестными словами, угнетенно цыкнула языком, вызвав снисходительную улыбку у Гона.        — Может так надо было, — полагал, что на все есть воля судьбы, пожал плечами Фрикс, внутренне удовлетворяясь тем фактом, что мне не требуется сходиться в схватке, выбираясь из людского потока по наполненному жизненным шумом коридору. — Думаю, это даже хорошо, что он не пришел, — во всем видел плюсы светлой души мальчишка, а затем непонимающе вспомнил кое о чем, что не давало покоя. — Хотя и странно, что Садосо резко передумал, — верно подметил Гон, также поднимая занятную тему для обсуждения.        Да уж, этот Однорукий так настаивал и кичился, что всех нас выжмет с двухсотого этажа, а на деле оказался дыркой от бублика. На словах он Лев Толстой, а на деле хуй простой, по другому и не скажешь. В любом случае, отыщу и повторно сломаю нос, чтобы выпнуть уже его с «Небесной Арены», потому что достал неимоверно. На мое сражение пришли даже Георг с остальными бойцами посмотреть, а смотреть то нечего оказалось, зря Ами только пропуска им доставала и я ее тревожила с подтасовкой заявок.        — Да, Садосо оказался еще большим идиотом, чем мы думали, — подключился к разговору Киллуа, суя руки по карманам и заметила, как в его голосе сквозит хитрость.        Мимика беловолосого выглядела слишком подозрительно, в ней так и пестрело коварство, брови изогнулись в сощуренном лукавом взоре, наслаждавшимися какими-то только ему известными происками. Приглядевшись к нему повнимательней, увидела опасные искры в голубых глазах, словно он откровенно утаивает и недоговаривает что-то, меня трудно обмануть. Неужели Киллуа влез и разобрался со всем сам? Наглец. Лишил меня таких перспективных пыток.        Зайдя в изъезженный нами вдоль и поперек лифт, набившегося приличным количеством народа, не спуская бдительности с Золдика, склонилась к нему, чтобы прояснить хотя бы для себя это ловкое совпадение пропажи противника.        — Ты что-то сделал тому придурку? — вкрадчиво поинтересовалась, чтобы расставить все по местам и выяснить, тихо зашептав на ухо в ходивших по малому пространству голосов присутствующих, почему у беловолосого настолько блаженное настроение отсутствием Однорукого на моей битве.        Услышав мой заинтригованный тон, Киллуа усмехнулся одними уголками губ, красноречиво скосившись ехидным блеском в глазах, в котором узнала неозвученное подтверждение своей теории. От меня Золдик не пытался чего-то скрывать, так как знал, что все равно добьюсь своего и вскрою все его задумки.        — Кто знает… — загадочно протянул тот, напрямую не проронив согласия, а, как и всегда, делал все в собственной нахальной манере, от чего нахмурилась.        — Это же я хотела отомстить ему, — ворчливо обронила, наблюдая, как беловолосый делает наивный непричастный вид, будто ни единой угрозы с его стороны не было произведено. — Бессовестный, — обидчиво фыркнула, что только раззадорило Киллуа.        Такие речи, когда мальчишки узнали о проведении боя, выписывала им, что помогу, что пусть стараются с развитием способностей, а на деле вышло, что Золдик бесстыже вторгся в намерения и все провернул за моей спиной. Ну что за парень…        И все же, где-то в глубине души ощущала странное чувство опасений за мою жизнь от него, поэтому он так и поступил, но все это додумки.        Раз все тихо мирно, то и не важно.

***

       Через некоторое время настал реванш между Гоном и Палочником, но в этот раз осознавая насколько Фрикс вырос в силе, не испытывала былой нервотрепки и волнения, а спокойно рассиживалась вместе с Киллуа на зрительских местах, наблюдая за происходящей схваткой.        — Сейчас ты не нервничаешь и не ворчишь, как в прошлый раз, — заметил мое размеренное состояние Золдик, хваля всевышнего, что лишила его зудения над ухом, пока на арене в восторгающихся криках общественности, Гон уничтожал волчки соперника.        — Потому что не о чем и беспокоиться, Гон научился применять Нэн, — выпуская дым сквозь губы, ответила на заявление беловолосого и довольно хмыкнув, согнулась, кладя руки на колени, чтобы рассмотреть все детальней. — За этим даже интересно смотреть. Ты тоже уж порази меня своими способностями, — как в подначку, подбивала и Киллуа для использования различных применений ауры, на что тот хитроумно усмехнулся.        — А мой соперник точно выйдет на арену или ты его запугала? — откровенно издеваясь, напомнил тот случай с моим боем, когда Золдик сделал все за меня.        Выпрямившись обратно, уперевшись спиной в кресло, я закинула руку на спинку сидения беловолосого, высунув язык, раздразнивая его.        — Обойдешься, — отказалась от идеи поступать также нагло, как и он со мной. — Сам разбирайся, мне — лень.        — Опять стадия безделья, — с наигранным сетующим вздохом, покачал беловолосый, прекрасно понимая мою натуру, поэтому и не имел претензий на счет ленивых наваждений, но после этих слов, скорбно опустила брови, приходя к важному выводу.        Больше никакого безделья не будет…        Следя за битвой Гона, в которой он брал первенство, дискомфортное биение в груди, заставило думать в совсем другом ключе об этом событии. Приближалось неминуемое — Фрикс совершенно точно победит в драке, а после этого будет в праве бросить вызов Хисоке. Это значит, что до моей мести осталось не так долго и в следующий раз выйду на поле битвы уже с горькой тяжестью каменных горстей на душе. Битва не на жизнь, а насмерть, в которой мне требуется выйти в выигрыш карточной партии. Угнетающий исход. Брови упали на переносицу еще сильнее, невесомо искажая выражение черт. Зал рукоплещет в феерии впечатлений, а я размышляю и размышляю только об одном — мести.        Всю жизнь жаждалось, чтобы Хисока хоть раз ощутил себя в моей шкуре и сполна хлебнул всех тех гадостных ложек боли, чтобы понял каково мне было под его влиянием. Заветное желание, вылившееся в убийство и отмщение Мороу.        В голове так и бьется тиканье часовой стрелки, отдающий обратный отсчет к приходу предвестника чьей-то гибели в нашей семье.        Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так… Тик… Так…        В ликовании толпы зрителей, восхищенных победой Гона над врагом, я слышала только скрежет поехавшего механизма подбирающегося к пробитию полночи.        За этой погруженностью в себя, совсем не заметила, когда назвали бойцов следующего сражения, бессмысленно и загипнотизированно пропиливая взором одну точку, вникая в суть неутешительного положения. Ощутимый щелбан прилетевший по лбу, разом вывел из загруженности, заставляя обратить внимание на неприятное жжение и с шипением поспешно потерла ушиб. Объявившееся в неожиданной близости передо мной лицо нависшего серьезного Киллуа ввело в смятение, от чего непонимающе воззрилась на него.        — Ты сказала поразить тебя, так смотри на меня, а не отвлекайся, — призывал переключить все свое существо на себя Золдик и оторопев безмолвно разглядывала эти несносные черты, повлиявшие бальзамом на душу, вытягивая меня из недр темного сгустка сознания.        Смотреть на него… Смотреть, а не думать о том, что могу случайно умереть в драке со старшим братом. Значит, он заметил мой поколебавшийся удрученный вид. Киллуа…        Золдик ушел сразу, как завещал не спускать взгляда с арены и я изумленно распахнув веки, затая дыхание, провожала его спину, поразившись, каким проницательным может быть беловолосый, что уже ни раз по одному взору определял писавшиеся на лице эмоции. Сколько бы и как бы усиленно не притворялась, он читал меня, как открытую книгу, от чего сердце всегда трепыхалось в горячем импульсе.        Дурак… Не делай так, иначе…        А все же, я завороженно смотрела только за битвой Киллуа, забыв обо всем на свете, что обмозговывала до момента касания к коже. Твою мать, я серьезно постоянно смотрю только на него, что бы не происходило и даже сейчас кропотливо наблюдаю за каждым его действием в поединке. В насмешку над Шумахером на коляске, Золдик выдержал удар тока, а то, как молниеносно и слаженно двигался в процессе боя впечатляло.        Если мне все же будет суждено погибнуть, то единственное, чего не хочу, так это чтобы беловолосый смотрел на мой окровавленный труп, потому что в его озерных голубых глазах хочу быть частью чистейшего неба.