Они все не те

Эбби и Майк вышли из казино вместе с Левом. Ночной воздух был прохладным, и звёзды уже начали пробиваться сквозь редкие облака. Вокруг было тихо — только где-то вдалеке слышались голоса патрульных и далёкий шум моря. — Ну и денёк, — сказал Майк, потягиваясь и закладывая руки за голову. — Томас вернулся, пленные, Мимик... Я уже начал скучать по тем временам, когда я просто убивал бегунов и радовался находке банки тушёнки. — Скучать? — переспросила Эбби, усмехаясь. — Ты серьёзно? — Абсолютно, — сказал он с серьёзным лицом, но в глазах плясали смешинки. — Раньше было просто. Увидел заражённого — застрелил. Нашёл припасы — забрал. А теперь у нас тут Улей, Мимик, а Томас разговаривает с пленными. Это уже политика, Эбс. А я в политике не разбираюсь. — Ты вообще в чём-нибудь разбираешься, кроме грядок и стрельбы? — подколола Эбби. — Я разбираюсь в том, как выживать, — ответил он, слегка толкая её плечом. — И в том, как находить общий язык с людьми. Вот, например, с тобой я уже почти нашёл. — Почти? — Ну, ты ещё не смеялась над моими шутками, — сказал он с ухмылкой. — А это главный показатель. — Твои шутки — это просто мат, приправленный хвастовством, — сказала она. — Тут смеяться не над чем. — О, ты просто не слышала мою лучшую шутку, — сказал он, подходя ближе и понижая голос. — Как называется заражённый, который боится темноты? — Не знаю. — Трусливый сталкер, — сказал он и сам засмеялся, покачав головой. Лев, который шёл рядом, закатил глаза и ускорил шаг, делая вид, что не имеет к ним никакого отношения. Эбби улыбнулась — впервые за день. Они дошли до отеля, где жили Эбби и Лев. Света в окнах не было — почти все уже спали. Майк остановился у входа, засунув руки в карманы куртки. — Ну что, Эбс, — сказал он, и его голос стал чуть тише. — Завтра утром, после пробежки, может, зайдёшь в спортзал? Я покажу тебе пару упражнений, которые помогут тебе вернуть форму. Будущие рейды требуют подготовки. — Зайду, — сказала она. — Если ты обещаешь не рассказывать мне свои дурацкие шутки всю тренировку. — Обещаю, — сказал он, поднимая руку в клятвенном жесте. — Я расскажу их тебе после тренировки. Она закатила глаза, но улыбнулась. — Зайди за мной утром, — сказала она. — Чтобы я не проспала. — Договорились, — сказал он. Он развернулся и пошёл в сторону казино, но на полпути обернулся и крикнул: — И не забудь, завтра я покажу тебе, как правильно делать становую тягу, а не ту херню, которую ты вытворяешь! — Иди уже! — крикнула она в ответ. Лев стоял у двери и смотрел на неё с лёгкой улыбкой. — Ты улыбаешься, — сказал он. — Я не улыбаюсь, — сказала Эбби, проходя мимо него в холл. — Я просто... расслабляю лицо. --- Утро встретило их серым небом и влажным ветром с моря. Эбби уже вернулась с пробежки и стояла у входа в отель, переводя дыхание, когда увидела Майка. Он шёл по улице, на ходу разминая плечи, и выглядел так, будто уже успел сделать тысячу дел. — Ты что, в теплицах был? — спросила она, когда он подошёл. — Ага, — сказал он, ухмыляясь. — Проверил, как там твои любимые помидоры. А ты, я смотрю, уже размялась. Не хочешь добавить? Или боишься, что я тебя снова подколю? — Ты каждый раз меня подкалываешь, — сказала она, улыбаясь. — Это уже не страшно. — Тогда пошли, — сказал он, кивая в сторону спортзала. — Я покажу тебе, как делают становую тягу настоящие мужчины. И женщины, которые не боятся испачкать руки. — Ты думаешь, я боюсь испачкать руки? — спросила она, догоняя его. — Я думаю, что ты не боишься ничего, кроме высоты, — сказал он, и она удивлённо посмотрела на него. — Откуда ты знаешь? — Ты сама сказала вчера, когда мы проходили мимо лестницы, — сказал он, усмехаясь. — Ты побледнела. — Я просто устала, — сказала она, но в голосе не было уверенности. Они вошли в спортзал. Там было почти пусто — только один солдат качал пресс в углу. Эбби подошла к турнику и взялась за перекладину. — Ладно, — сказала она. — Давай. Покажи, на что ты способен. --- Они тренировались больше часа. Майк подкалывал её, она отвечала колкостями, они смеялись, и время летело незаметно. — Знаешь, я убил десяток заражённых собак, — сказал он, когда они сидели на матах, отдыхая. — Это было в мою первую вылазку. Я думал, что умру. — А я убила чудовище в больнице, — сказала она. — Это было в Сиэтле. Оно было огромным, с несколькими головами. Я боялась, что умру в той темноте. — Но ты выжила, — сказал он. — Как и я. — Как и мы, — тихо сказала она. Он посмотрели на неё, и в его глазах мелькнуло что-то, что она не могла понять. В этот момент дверь спортзала открылась, и вошёл солдат Риверы. Он оглядел зал и громко сказал: — Всем солдатам собраться у казино через пять минут. Это приказ. Майк вздохнул, поднимаясь. — Похоже, веселье кончилось, — сказал он, подавая руку Эбби. Она взяла её и встала, чувствуя, как мышцы ноют после тренировки. Они вышли из спортзала и направились к казино. По дороге им встретилась женщина с корзинкой ягод. Она была невысокой, с добрыми глазами и седыми волосами. — Майк! — сказала она, улыбаясь. — Ты сегодня рано. Возьми ягод, я только что собрала их в саду. — Спасибо, тётя Марта, — сказал он, беря несколько ягод. — Вы всегда знаете, как поднять настроение. Женщина улыбнулась, кивнула Эбби и пошла дальше. Майк протянул Эбби горсть ягод. — Держи, — сказал он. — Это лучше, чем паёк в столовой. — Ты знаешь всех в этом городе, да? — спросила она, жуя ягоду. — Почти всех, — сказал он. — Это помогает чувствовать себя в нормальном мире. --- На площади у казино уже собрались солдаты. Их было около сорока. Томас стоял на небольшом возвышении, и его лицо было серьёзным. Рядом с ним стояли Ривера и Алан. Когда все собрались, Томас поднял руку, призывая к тишине. В воздухе повисло напряжение. — Мы нашли способ уничтожить Королеву улья, — сказал он, и его голос разносился по площади. — Пленные будут использованы как приманка. Они пойдут первыми в коллекторы. Мы лишим Королеву её орды и убьём её. Он замолчал. Его глаза скользнули по лицам солдат. Он видел их страх. Он видел их сомнения. Он сжал челюсть, прежде чем продолжить: — Я знаю, что вы думаете. Вы думаете, что я становлюсь тем, кого вы боитесь. Что я готов жертвовать людьми, как тот глава, который ставил эксперименты над людьми. Голос Томаса стал тише, тяжелее. — Я не хочу этого. Но у меня нет выбора. Эти люди — не наши. Они играли в богов, они убивали невинных. Пусть теперь заплатят за это. Если я могу выбрать между ними и вами — я выберу вас. Всякий раз. На площади повисла мёртвая тишина. Люди переглядывались. Кто-то побледнел. Впервые Томас предлагал жертвовать людьми — и это пугало. Люди помнили того главу, который пел точно такие песни об отсутствии выбора. Солдаты были насторожены. Майк стоял рядом с Эбби, и его лицо было серьёзным. Он ничего не сказал. Эбби смотрела на Томаса, и внутри неё поднималось странное чувство. Она знала, что это война. Но она также знала, что некоторые решения могут сделать тебя тем, кого ты ненавидишь. --- Ривера вышла вперёд с планшетом в руках. Она начала зачитывать имена солдат, которые пойдут на зачистку. — Алан Гарсия, командир группы. Майк Хоук. Эббигейл Андерсон. Стивен Коллинз. Марк Рейнольдс... Список был длинным. Эбби почувствовала, как её сердце сжалось, когда она услышала своё имя. Она смотрела на Риверу, которая читала без эмоций, и понимала, что это не просто задание — это война. Когда список был зачитан, Томас кивнул. — Готовьтесь. Выход через час. --- Солдаты разошлись готовиться. Эбби стояла у входа в казино, когда к ней подошёл Майк. Его лицо было спокойным, но в глазах была та особенная тяжесть, которая появляется перед опасностью. — Ну что, Эбс, — сказал он. — Готова к зачистке? — Готова, — сказала она, но в голосе не было уверенности. — Не бойся, — сказал он, и в его голосе появилась лёгкая усмешка. — Я буду рядом. Если что — прикрою. — Ты всегда так говоришь перед вылазками? — Только когда хочу произвести впечатление, — сказал он, улыбаясь. Она улыбнулась в ответ, но в её глазах оставался страх. Они пошли к входу в коллектор. По дороге они не говорили — каждый думал о своём. Майк первым нарушил молчание. — Эбс, — сказал он, и его голос стал серьёзным. — Если что-то пойдёт не так... если я не успею сказать это позже... Он остановился и посмотрел на неё. В его глазах было что-то, чего она не видела раньше. Нежность? Страх? Она не знала. — Ты мне нравишься, Эбс. Не как друг. Как девушка. Она замерла. Слова повисли в воздухе между ними, тяжёлые и настоящие. — Я знаю, что сейчас не лучшее время, — сказал он, и в его голосе появилась та самая лёгкая усмешка. — Но я хотел, чтобы ты знала. Он наклонился, поцеловал её в лоб и пошёл дальше, оставляя её стоять в темноте с сердцем, которое колотилось где-то в горле. --- Группа собралась у входа в коллектор. Алан проверил снаряжение, раздал детонаторы и коротко объяснил план. Пленных вывели из подвала казино — семь человек, бледных, с пустыми глазами. Их руки были связаны за спиной, а на поясах висели самодельные взрывные устройства. — Вы идёте первыми, — сказал Алан, глядя на них без тени жалости. — Если вы попытаетесь сбежать — мы взорвём вас. Если вы сделаете то, что должны — возможно, вы умрёте не просто так. Они спустились в коллектор через старый люк на восточной окраине Авалона. Вход был завален мусором, но солдаты быстро расчистили его. Внутри было темно, пахло сыростью и гнилью. Вода хлюпала под ногами, и где-то вдалеке слышался низкий, пульсирующий гул. — Это мицелий, — сказал Алан, доставая фонарь. — Она чувствует нас. — Тогда нам нужно быть быстрее, — сказал Майк. Они двинулись вперёд. Пленные шли впереди, за ними — солдаты. Эбби шла рядом с Майком, чувствуя, как её сердце бьётся быстрее. Первые двадцать минут было тихо. Только вода и гул. Но потом они услышали крики. Это началось с одного из пленных. Он был крупным мужчиной с выбритым черепом. Он остановился, обернулся и посмотрел на солдат с ненавистью. А затем он рванул назад, схватил ближайшего солдата за горло и швырнул его в темноту. — Ты! — крикнул Алан, но было поздно. Солдат закричал, когда из темноты вырвалась Химера — два тела, сросшихся в одно. Она вонзила свои когти в его плоть, и кровь брызнула на стены. Крики смешались с рычанием твари. Солдат пытался вырваться, но тварь рвала его на части. Его лицо было искажено ужасом, когда она оторвала ему руку и отбросила в сторону. Кровь залила пол, и запах металла смешался с запахом гнилого грибка. Эбби смотрела на это, и внутри неё что-то оборвалось. Она видела это. Она видела это в плену. Гремучки бросали новорождённых об пол, пока их тела не превращались в месиво. Они ломали руки и ноги пленным, а потом кидали их бегунам. Она видела это. Она чувствовала это. И теперь это возвращалось. Её вырвало. Она отшатнулась к стене, чувствуя, как её желудок поднимается к горлу. Крики смешивались с её собственным дыханием. Всё вокруг стало размытым — кровь, плоть, крики, запах смерти. — Эбс! — крикнул Майк, хватая её за плечо. — Держись! Она попыталась сфокусироваться, но видение возвращалось. Гремучки, пленные, новорождённые. Они смеялись, когда дети умирали. Они называли это «забавой». Её тело дрожало, и она слышала свой собственный голос, который кричал где-то внутри. — Огонь! — крикнул Алан, и солдаты открыли огонь. Пули вонзались в тело Химеры, но она продолжала двигаться. Второй пленный упал, когда тварь ударила его по голове, разрывая череп и разбрызгивая мозги по стенам. Третий попытался бежать, но его схватили за ногу и утащили в темноту. Его крики эхом разносились по коллектору, пока они не стихли. Майк выстрелил в голову Химеры, и она наконец упала, дёргаясь в агонии. Но из темноты уже выбегали новые твари — шаркуны, покрытые язвами и грибком. Они двигались быстро, и их тела лопались, выбрасывая облака спор и гноя. — Их слишком много! — крикнул один из солдат. Алан вскинул руку с детонатором. — Все назад! Он нажал кнопку. Взрыв разорвал коллектор, и волна огня прошла по туннелю. Крики пленных слились с рёвом пламени. Эбби почувствовала, как её отбросило назад, и она ударилась спиной о стену. Когда дым рассеялся, она увидела, что коллектор превратился в ад. Кровь, плоть, обгоревшие тела. Крики стихли. На полу лежали обгоревшие останки пленных и солдат, чья плоть плавилась от жара. Запах горелой плоти и грибка смешался с металлическим привкусом крови, который висел в воздухе. Майк стоял рядом с ней, тяжело дыша. Его лицо было в копоти, а руки дрожали. На его куртке была чужая кровь — тёмная, густая, липкая. — Мы сделали это? — спросила она, вытирая с лица чью-то плоть. — Мы сделали это, — сказал он, и его голос был пустым. Но из глубины туннеля донёсся новый звук. Низкий, вибрирующий гул. Земля под ногами задрожала. И из темноты, сквозь дым, появилась она — Королева. Она была огромной, сросшейся со стенами, и её глаза смотрели прямо на них. Её тело пульсировало, и из него вырывались нити мицелия, которые тянулись к ним, словно щупальца. — Блять, — выдохнул Майк, и его голос дрожал. — Ты прикалываешься? Эта мразь ещё жива? --- Конец главы 8