русалочка

      Вокруг тишина. В лесу тепло и сухо, дождя не было давно, и поэтому ты немного ежишься — кожа привыкла к влаге и прохладной глади воды. Тем не менее, невозможно постоянно сидеть у озера, или купаться в нем, и душу зачастую тянет в глубину чащи. Ты в очередной раз проходишь по вытоптанной тобой тропинке босыми ногами, бледной рукой проводишь по древесной коре, считая кончиками пальцев каждую тычинку у мха.       Вдруг, стало слышно как поет птица. Ты прислушиваешься, замираешь на месте подняв голову к верху: может заметишь певунью? Через мгновение ты улыбаешься.       На дальней ветке сосны сидит соловей, заливаясь причудливой мелодией. На вечернем закатном солнце его с виду невзрачное оперение загорается оттенками оранжевого, красного, светло-желтого, будто сам Сварог выковал птицу из чистого золота. Пение на секунду прекращается, и соловей прыгает с ветки, слетая на ту, что пониже.       Ты подходишь к стволу дерева ближе, не спуская с птицы глаз. Протягиваешь вверх руку с выпяченным указательным пальцем, создавая им подобие жердочки. Соловей поворачивает туловище в твою сторону, изучая тебя маленькими глазками. Недолго думая, он, взмахнув крыльями, пролетает над твоей головой, делая круг, и садиться прямо на палец, обхватывая его крошечными когтями. Ты улыбаешься до ушей, как тогда, когда ты впервые почувствовала такое единение с окружающей природой.       С соловьем, сидящем на твоем вытянутом пальце, ты отправилась дальше, наслаждаясь сладким, почти уже летним воздухом. Тишина растворилась в унисоне шелестов, свистов, стрекотания, жужжания, щебета. Тебе нравилось представлять, что именно из-за твоих мерных шагов по лесу, он постепенно оживал и расцветал, выпуская на волю своих обитателей.       Будучи человеком, тебя редко отпускали гулять в лесу, оправдывая это опасностью потеряться или быть съеденной голодными волками. Теперь, когда животные не трогают тебя, а уважают будто сородича, тебя не страшили эти рассказы. Можно было сполна наверстать упущенное, чем ты и занималась последние месяца четыре. Больше всего тебе нравилось наблюдать за зайцами. Иногда, удавалось даже взять одного из них в руки и зарыться в мягкую, теплую шерсть.       Впереди ярким огоньком мелькнула… лисица. Ты, ахнув, устремилась вдаль, напугав этим бедного соловья, который тут же встрепенулся и спрыгнул с руки, и ты лишь кинула ему вслед короткое «прости», будто он тебя понимает. Интерес был слишком велик — даже при своей обычной жизни ты никогда не видела лисиц вживую.       Животное было юрким и проворным, но и ты была не промах, ловко огибая стволы деревьев, перепрыгивая через ветки и уворачиваясь от них же, низко висящих. Ты не знала зачем бежишь за ней: держать у себя как сторожевого пса ты не сможешь — у тебя и дома то не было, а ловить ее ради еды ты не собиралась, и эта мысль тебя резко отталкивала. Тем не менее, в этой охоте ты наконец почувствовала тот самый азарт, которого так не хватало в размеренной жизни русалки.       Лисица скрылась в кустах, а затем выпрыгнула оттуда, останавливаясь на месте. Ты, последовав ее примеру, замерла, боясь спугнуть, хоть и знала, что не страшишь лесных зверей. Лиса подняла морду и посмотрела прямо на тебя. Странно, но ты готова была поклясться, что рыжая бестия тебе ухмыльнулась. Через мгновение, она опять побежала, но теперь в обратную сторону, к озеру. Ты застыла на месте, смотря ей вслед, когда она остановилась и развернулась мордой к тебе, выжидая. Как только ты двинулась вперед, она устремилась дальше.       Дороги здесь ты знала наизусть — слишком много раз здесь сверкали твои босые пятки. В первое время ты постоянно терялась в чаще, изнывая от сухости кожи, ведь теперь нужно было больше времени проводить во влаге. Теперь же, ты с абсолютной уверенностью могла в голове начертить карту всех дорожек и тропинок, пронизывающих твой «дом» без стен и окон. Поэтому ты знала, куда тебя ведет рыжая плутовка. Только вот зачем ей к озеру?       Ветер вокруг холодал. Ты подняла голову к вечернему небу, на котором уже проявлялись первые звездочки. По привычке опустила закатанные рукава рубахи. Холод был не так страшен для тебя сейчас, но руки уже по наитию совершали то же, что и при прошлой жизни. Мелькнула мысль о том, чтоб стащить из деревни еще одну рубашку.       Лиса наконец прибежала к озеру, тут же теряясь в камышах. Ты захихикала, вспоминая ребяческие игры в прятки и зашагала вперед, на поиски. Немного присев, ты руками развела заросли, оглядываясь в поисках лисицы, но не заметила ни одного рыжего пятнышка. Зато услышала кое-что, что было похоже на человеческую речь.       Среагировала моментально — пригнулась к самой земле, затерявшись в высоком камыше и задержав сбивчивое дыхание. Звук шел поодаль от тебя, но инстинкт самосохранения все равно кричал тебе «прячься!». Но как только первоначальный страх ушел, в тебе заговорил голос разума. Что бы вообще в этой глуши делал человек в это время? Рыбаки, если и захаживали на твое озеро, приходили к рассвету, а остальные селяне ходили к быстрой реке. Наверное, тебе показалось. Нет, не наверное, а наверняка: ты попросту слишком давно мечтаешь о том, чтоб с кем-то поговорить. Поэтому ты встаешь с пыльной земли, вновь раздвигая руками кувшинки и стараясь глазами заметить лисицу. Как вдруг…       На той стороне озера и вправду кто-то был. Юноша, молодой, высокий, красивый. Черные, красиво вьющиеся волосы трепал ветер. Белая рубаха была в пыли — не успел толком отряхнуться. Глаза голубые, светло голубые, как вода на море, или небо по утрам. Юноша смотрел на тебя пронзительным взглядом, немного приоткрыв рот. Он был… красивым. Очень красивым. Но еще он был человеком, и ты, по его взгляду, не понимала: хочет он тебе навредить или нет. Поэтому сорвалась с места, вновь прячась в зарослях.       Только по пути обратно, к лесу, ты начала бояться. А что, если он не просто испугается, а приведет сюда селян с вилами и огнем? А может и сам захочет расправы? Ну неужели придется искать себе новое пристанище. Если бы не эта проклятая лиса, ты бы не прибежала на берег, не подошла бы к краю так быстро, он бы тебя не увидел!       Раздосадованная, до сметри испугавшаяся, ты пнула первое, что попалось под ногу, тут же зашипев: острым краем заточенный камешек впился тебе в ногу. Присев, ты ладонью обхватила пораненную ступню и острие камня, чувствуя как в уголках глаз щиплют собирающиеся слезы. Нужно было достать его и обработать травами ногу, но перед этим уйти дальше от озера. А ведь именно там был спрятан твой «тайник» с бережно собранными целебными растениями, которые тебе удалось изучить за время бытия русалкой. Идти с раненной ногой, как не сложно догадаться, тяжело, а с каждым шагом острый осколок отдавался ноющей в ноге. Ну что за наказание?