(Не)счастливое детство

      Неделя тянулась долго, подобно густой карамели. Маркус не мог дождаться выходных и сам не осознавал, как то и дело бросает взгляд на часы. Быстрее время от этого не шло. Впереди еще три бесконечных дня. Он взъерошил себе волосы и продолжил транскрибировать латинскую поэму. Дело это было нудное, но мальчик разумно посчитал, что ему спешить некуда.       “Non Venus affulsit, non illa Iuppiter hora…”, не торопясь выводила рука.       В открытое окно задувал прохладный ветерок, принося с собой запах цветущих деревьев. Где-то снаружи пела птичка. Так прошел час, полтора…       Маркус отложил перо, потянулся и встал. Уроки делать надоело. Он решил снова выйти на крышу башни с подзорной трубой. С тех пор как ему впервые пришла эта идея, он ходил туда ежедневно. Наблюдать издалека за жителями деревни, природой и слугами поместья во дворе стало для него маленьким хобби. Видеть вблизи то, что на деле находится за пределами даже самого острого зрения, приносило отдельную радость. И раз за разом взор падал на ферму, а глаза невольно искали подругу. И, к несчастью, увидеть ее удавалось редко.       Ребенок привычным движением поставил трубу на парапет. Внимание привлекло темное пятно на соседней башне. Направив туда взгляд через прибор, он рассмотрел гнездо. Лохматое, из веток – самое настоящее гнездо! Вчера его там не было. Вроде…       А вот прилетела птица и скрылась в нем. Неужели кормит маленьких деток? Не разобрать отсюда; ее серое тельце просто шевелится, будто она готовит себе лежанку. Решив рассказать о гнезде мистеру Фейну, Маркус вернулся к разглядыванию деревни. Все по-прежнему спокойно и размеренно.       Увы, Алиса и сегодня не появилась.       Он начал волноваться, но поделиться с кем-нибудь не мог. Во-первых, не был уверен, что никто не рассердится, узнав о его прогулках по крышам, а во-вторых, думал, не плохо ли тайком высматривать определенного человека? Хотя, он же делает это не из злых побуждений, верно? Маркус кивнул сам себе, но некоторая неуверенность никуда не пропала.       Снизу раздался тихий звон. Он и не услышал бы его, если бы не открытые окна. Поблагодарив бога, что не прошляпил сигнал к ужину, мальчик быстро спустился к себе в комнату и оставил трубу там, прямо на кровати.       – Опаздываешь, – сказал отец при виде сына.       Ребенок настороженно посмотрел на родителя. В стальном взгляде нет злости. Скорее легкий упрек, не более.       – Извините, – сделал он шаг. – Я немного задержался.       – Садись, стынет ведь.       Маркус занял свое место. К слову, сидеть уже терпимо.       – Как прошел день, милый? – спросила мама, поправляя выбившуюся прядь темно-рыжих волос.       – Неплохо. С самого утра я делал уроки. Кстати, а где мистер Фейн? – заметил он отсутствие учителя.       – Уехал в город по какому-то делу. Завтра вернется, – объяснил граф.       Ужин прошел за непринужденной беседой. Родители больше не спорили и снова мило кидали друг другу взгляды. Маркус обожал такие моменты. Он называл их идиллией. Радости прибавляло и то, что совсем скоро приедет бабушка и тетя Маргарет со своим мужем. В прошлом году они сыграли свадьбу. Яркое было событие. После церемонии бракосочетания в церкви все поехали в замок маркиза Эдварда Уоррена, новоиспеченного мужа Маргарет, и устроили там большую вечеринку. На празднике мальчик познакомился со множеством лордов и леди, имена которых не потрудился запомнить.       Веселье продолжалось до самой ночи, вино и шампанское обеспечивали взрослым хорошее настроение, музыка звала всех танцевать. Маркус нашел общий язык с несколькими детьми и проводил время то с ними, то в кругу родителей и их друзей. Хорошее воспоминание.       – О чем задумался? – как будто издалека прозвучал голос отца.       Маркус хлопнул глазами, осознавая, что таращится на свою тарелку с недоеденным ужином.       – Я… Просто вспомнил кое-что.       Родитель не стал спрашивать и поднялся.       – Зайди ко мне перед сном.       – Зачем? – мальчик тут же пожалел о своем вопросе. Сейчас начнется.       – Потому что я так сказал, – в голосе появились суровые нотки. – А когда твой отец говорит тебе что-то сделать, у тебя не должно возникать никаких вопросов, ясно?       – Да, сэр. Извините, – склонил голову мальчик. – Я приду.       Мужчина бросил на него нечитаемый взгляд и покинул столовую. Мама вышла следом, но обернулась и одним взглядом будто сказала: "Не обращай внимания, милый". Он не то поджал губы, не то улыбнулся в ответ.       Поднимаясь к себе, ребенок старался вспомнить некий проступок, за который он мог опять оказаться в кабинете графа. Но пусто! Поведение идеально, отец сам хвалил его недавно... Незнание, чего от него хочет лорд, пугало не меньше, чем если бы он точно знал, что снова будет наказан.       Открыв неприятно скрипнувшую дверь в комнату, он с разбегу прыгнул на кровать и больно ударился.       – Черт! Совсем забыл про нее…       Взяв в руки подзорную трубу, Маркус подошел к открытому окну. Вечерняя тишина умиротворяла. Садовник внизу закончил поливать цветы, небрежно потряс лейкой и ушел. Отложив прибор, мальчик оперся на локти и поднял взгляд к небу. Скучно. Он уже переделал все уроки, почти закончил с поэмой и не знал, чем заняться сейчас. Однако, мысль сама собой навеялась. В голову пришла идея сделать Алисе какой-нибудь подарок. Что любят все девочки? Что любит конкретно она? Цветы – банально. Куклы? У него их нет. Отец дарит маме украшения и парфюмерию… “Да уж, – подумал он про себя и вздохнул: – аристократ, а денег карманных не настолько много”. Нужно что-то более простое, чтобы не засмущать девочку, чтобы она ни в коем случае не отказалась от подарка…       Перебирая варианты, он не обратил внимание на странный звук, а когда все же мельком глянул вниз, было поздно. Труба, будто посмеиваясь над его недальновидностью, блеснула в лучах закатного солнца и скрылась за краем подоконника.       – Нет, постой! – высунулся он, напрасно попытавшись схватить беглянку.       Чувствуя, что может улететь следом за ней, он быстро перенес вес назад. Поганка! Маркус взялся за волосы и повернулся вокруг себя. Как нелепо, наверное, это выглядело… Он снова посмотрел наружу. Хорошо хоть не прилетела кому по голове…       Все мысли вытеснил вопрос – не разбилась ли?       Нужно быстро идти и поднять, пока никто не наткнулся на нее. Прикусив губу, он искал среди своих вещей что-нибудь, во что можно спрятать не дай бог поломавшуюся предательницу. Ничего лучше небольшого платка не нашел.       По лестницам бегать нельзя, но когда никто не видит – можно. Маркус окинул взглядом территорию, старательно делая вид, что просто вышел во двор. Никого нет. Вперед.       Вон она, в траве, рядом с… Камнем. Хоть бы не сломалась, молился ребенок, хоть бы не ударилась об него и не сломалась. Какое-то время он не решался шагнуть ближе. Но, когда подошел и опустился на колени рядом, обреченно выдохнул. На боку красовалась вмятина, а при осмотре со всех сторон, обнаружилась и крупная трещина. Как молния она пересекала темную глубину линзы от края до края.       Насколько долго он там просидел, мальчик не знал. Все мысли покинули его. Было только сожаление. Потом он бранил себя за непредусмотрительность. Она же круглая! Конечно, от любого малейшего движения покатится, куда угодно. Если бы упала на пол в комнате, возможно, уцелела бы… Только ему могло так не повезти. Что же делать теперь?       Маркус аккуратно завернул трубу в платок и медленно пошел вдоль стен. Никаких признаков присутствия кого-либо поблизости не было. Для начала он решил пойти в залу, где стояла тренога от трубы. Он подумал, что оставит ее там. Сделает вид, будто не трогал ее.       Закрутив винт, удерживающий прибор, он глянул в глазок. Линза безнадежно повреждена, озеро вдалеке теперь расплывалось туманным пятном.       Мальчик вообще не был уверен в своем решении молчать о произошедшем. Но и признаться боязно. Наверняка, подзорная труба стоила очень дорого; он видел, как качественно она была сделана. К сожалению, качество не пережило внезапную встречу с неидеальной поверхностью земли.       Как и велел отец, перед сном Маркус пошел к нему в кабинет. Он посмотрел в зеркало и заставил себя сделать непринужденный вид. Все в порядке, ничего не случилось. Он даже приготовился отрицать что бы то ни было, если граф будет спрашивать. На этот раз мальчик не стал медлить и постучал.       – Входи, – послышался голос.       Ребенок зашел и излишне-небрежно толкнул дверь, отчего та громко захлопнулась.       – Ой, – вздрогнул он.       – Не надо так хлопать дверьми. Садись, – граф взглядом указал на то самое кресло. – Подожди немного, я скоро освобожусь.       Маркус провел пальцами по гладкой поверхности и, игнорируя воспоминание, уверенно приземлился в него.       Когда отец говорил, что закончит с делами быстро, мальчик думал, на это уйдет минут пять-десять. Но прошло уже не меньше получаса, а он все писал какой-то длиннющий документ. И от нечего делать ребенок опять погрузился в размышления. В голове он строил сценарий: что будет, если он прямо сейчас признается? Станет ли отец бить его за случайную оплошность? Маркус не мог дать однозначный ответ. Хотелось бы верить в то, что не станет, поймет и простит. Но с другой стороны вряд ли он будет терпеливо слушать невнятные объяснения… При любом раскладе без наказания Маркус не останется.       – У тебя что-то произошло? – освободился, наконец, Ричард. – Выглядишь удрученным.       Такой простой вопрос дал трещину в решении молчать. На мгновение показалось, что можно все рассказать, признаться, но пришлось быстро взять себя в руки. Нельзя вестись на это.       Он покачал головой.       – Нет, я просто устал за сегодня, – он выдержал долгий пронизывающий взгляд.       – Ясно, – отец разлил по хрустальным стаканам рубиновую жидкость, и видя вопрос в глазах сына, коротко объяснил: – Сок. Черешневый.       Стало стыдно, что на секунду он подумал про вино. Маркус взял предложенный сосуд и отпил. Освежает.       – Помнится, недавно ты просился со мной к Абрахаму, – начал родитель. – Еще не передумал?       – Нет, – заблестели серые глаза. – Ты возьмешь меня с собой?       – Да, – отпил Ричард. – Думаю, ты заслуживаешь этого. Я договорился с ним, он ждет нас послезавтра.       – Хорошо, – Маркус скрыл счастливую улыбку за стаканом. – Отец?       – М?       – Мне пришла идея сделать мисс Слейн подарок.       – Что хочешь подарить?       – Думаю, “Маленькие повести”.       – Твои любимые? – мальчик кивнул, удивляясь, что отец знает его фаворитку среди книг. – Они ведь совсем старые.       – Я уверен, Алиса… – он немного покраснел. – То есть мисс Слейн оценит. Так... Можно?       Ричард усмехнулся на розовые щечки сына.       – Хорошо, я не против. Эта книжонка не является частью коллекций, так что делай с ней, что хочешь.