Проверочная работа
8 декабря 2023 г., 08:00
– Никуда не годится, – констатировал отец, в очередной раз одолев ребенка за пару секунд. – Вставай.
Маркус тяжело поднялся.
– Может, отдохнем немного? Я устал.
Родитель не был настроен слушать и сделал выпад первым.
Совсем недавно мальчик думал, что он дерется не так уж плохо. Даже мистер Фейн похвалил его тогда! А теперь он раз за разом проигрывает. Если фехтование с учителем было приятным и в какой-то степени веселым, то с отцом оно становилось мучением. Бесконечные поражения убивали все желание продолжать. Уже к середине этого занятия он бился вполсилы, не надеясь даже задеть родителя.
– Ты недостаточно прилежен, – выбил шпагу из рук граф.
Опустив плечи, ребенок посмотрел на него исподлобья и повторил:
– Я устал.
– Думаешь, в реальном бою кому-то интересно устал ты или нет?
– Но я же не собираюсь устраивать настоящую дуэль!
– Ты скорее ее проспишь. – Ричард махнул шпагой в сторону выбитой у сына.
Пришлось взять учебное оружие. Последние слова отца знатно рассердили. Он ведь не каждый день спит до обеда! Всего пару раз такое было. Маркус вытер лоб рукавом и посмотрел на чистое небо, в котором медленно парила птица. Она терпеливо высматривает жертву. Стоит поучиться у нее выдержке.
– En garde, – мальчик перешел в нападение.
Неожиданно ему удалось отразить удар и практически нанести свой. Мужчина ловко увернулся в последний момент и удивленно хмыкнул.
– Уже лучше, – кивнул он. – Можешь ведь, когда хочешь.
Увы, за все это время Маркусу лишь единожды так повезло. А дальше он снова принялся проигрывать, тем самым заслуживая неприятные реплики касательно своих умений.
Во рту все пересохло, ужасно хотелось пить. Лучи палящего солнца обжигали кожу, по спине периодически проскальзывали капельки пота. Маркус тяжело дышал, руки и ноги подрагивали от усталости, на губах появилась неприятная сухость, но он продолжал крепко сжимать шпагу.
– Достаточно на сегодня, – объявил Ричард, кинув взгляд на коленки сына в ссадинах. – Присядем? – указал он на ступеньки в тени.
Прохладнее, но не намного. И тем не менее лучше, чем на солнце. Они не разговаривали – приводили дыхание в порядок. Отчего-то графу это удалось быстрее. Маркус так и не понял откуда у него столько выносливости, если единственное, что он делает – это сидит в кабинете и работает.
Справа послышалось какое-то движение. Служанки пришли мыть окна оранжереи и негромко болтали о чем-то. Одна из них внезапно вскрикнула и отбежала в сторону, на что вторая уперла руки в бока, а потом выкинула жука или паука подальше. Девушки не сразу заметили хозяев, но когда все-таки увидели, учтиво присели в легком реверансе и продолжили работу.
Маркус сидел и разводил ступнями туда-сюда. Хотелось бы пойти уже заниматься своими делами, но он не знал – можно ли? А спрашивать у сидящего рядом отца нет желания. Мальчик был зол на него. Во-первых, потому что лорд испортил ему утро, а во-вторых, потому что загонял его фехтованием.
– С осени у тебя появится несколько новых предметов, – вдруг сказал граф. – Учитель не говорил тебе?
– Нет, – нахмурился Маркус. – Зачем мне дополнительные предметы?
– Ты вырос, поэтому пора ввести пару новых курсов. Дать наследнику безупречное образование – великая обязанность каждого лорда.
– Я с трудом справляюсь с нынешними уроками, а ты хочешь, чтобы у меня вообще ничего не получалось? – зло выпалил мальчик. Ему совсем не улыбалось беспросветно сидеть с учебниками. – У меня и так мало свободного времени, а…
– Для ребенка твоего возраста у тебя его предостаточно.
Надо было бы остановиться, но он уже не мог. Хотелось досадить отцу, перечить ему. Стоило графу освободиться от своих дел, как переключился на него! Это несправедливо. Сплошные ограничения!
– Я не буду ходить на эти предметы!
– Будешь, – понизив голос, безапелляционно сказал Ричард.
– Нет.
Маркус и сам испугался своего ответа и отец отчетливо увидел это.
– В таком случае за каждый прогул мне придется пороть тебя, а после ты будешь учить предметы в моем присутствии и сдавать мне зачеты. Ты этого хочешь? – мальчик обиженно помотал головой. – Маркус.
– Нет, сэр.
– Вставай, пойдем.
– Куда? – в голосе прозвучал явный испуг.
– Тебе нужно умыться и сходить к своему учителю. Догадываешься зачем?
Он кивнул.
– А вы?
– Я тоже приведу себя в порядок. Встретимся вечером, – Ричард оставил его и пошел в другую сторону.
Сначала идти к мистеру Фейну казалось пустяком, но войдя в кабинет, он понял, что прогул пары занятий – гораздо серьезный проступок, нежели он думал изначально. Однако большей неожиданностью стало то, что мужчина взял тонкую трость и взмахнул ей, рассекая воздух. Сразу же почувствовалось неладное. Абелард медленно поднялся и заложил руки за спину. Маркус настороженно подошел и, поглубже вздохнув, произнес:
– Добрый день, сэр. Я пришел извиниться за свое отсутствие на занятиях сегодня, – сказал он в пол.
Учитель легко приподнял его голову за подбородок.
– Причина?
– Я проспал, – честно ответил мальчик. – Простите, пожалуйста, этого больше не повторится.
– Я охотно верю, но сегодня по плану была важная проверочная работа.
Маркус вдруг вспомнил, что даже не готовился к ней. С тех пор, как он сдал зачет по истории, его успеваемость начала падать, несмотря на наставление отца продолжать хорошо учиться. Мозг был занят совсем другим, да и недостаток сна играл немаловажную роль.
– Извините, я все напишу. Могу прямо сейчас…
– Завтра. А теперь вытяни руки ладонями вверх.
– Но сэр, я ведь извинился! – негодовал мальчик, отойдя на пару шагов. Почему сегодня все идет против него? – Пожалуйста…
– Руки, – повторил учитель и, видя, что ученик никак не отреагировал, добавил: – Не усугубляй свое положение.
Пришлось послушаться. Нерешительно он протянул ладони и смотрел куда угодно, только не вперед.
– Дюжина ударов. Каждый отсчитывать вслух, все понятно?
– Да, сэр, – пробормотал под нос Маркус.
Раздался противный свист и руки обожгло шлепком тонкой трости. Пальцы дрогнули, захотелось одернуть их и потереть обо что-нибудь, но нельзя. Через секунду появился алый след.
– Один.
Еще одна полоса легла чуть выше первой.
– Два.
Третий и четвертый последовали друг за другом. На пятом ребенок зашипел, но четко произнес счет. В некоторой мере помогало воспоминание о том, как мама говорила, что ее учитель музыки тоже часто бил ее по рукам. Но для Маркуса это был второй раз. В первый он получил за то, что принялся спорить с мистером Фейном.
Девятый удар пришелся с особой силой и по предыдущему месту.
– Ай! Как больно! – он резко опустил руки и сердито посмотрел на учителя.
– Подними обратно, – велел Абелард и с неохотой мальчик повиновался. – Этот удар не засчитывается.
С этими словами он нанес еще один, не менее сильный.
– Ай! Девять! – руки уже невыносимо жгло и благо осталось всего три.
Зря он радовался. Последние удары терпеть было сложнее. Каждый заставлял нервные клетки гореть пламенем. Собрав всю волю в кулак, чтобы не убрать руки, Маркус, наконец, произнес “двенадцать” и прижал ладони к груди. Он хотел уйти, но мистер Фейн преградил тростью путь и велел сесть за стол. Перечить сил не осталось, и он хмуро занял место.
Учитель положил перед ним перо и лист бумаги, сказав написать сто строк с одной и той же фразой. Раздался тяжелый вздох и заскрипело перо в тишине. Еще пару раз прозвучало замечание не болтать ногами, если кто-то не хочет заработать дополнительные строчки.
Буквы не слушались и он писал совсем медленно, все равно оставив несколько помарок. Учитель не стал придираться к ним и разрешил идти.
– Сэр, вы не будете говорить отцу, что я пропустил проверочную работу?
– На этот раз не скажу. А теперь ступай и готовься, – строго добавил он.
– Спасибо.
За ужином мама заметила алые полосы на ладонях сына. Взгляд ее моментально помрачнел. Сначала она укоризненно посмотрела на Абеларда, – легко догадаться, что это его рук дело, ведь Ричард предпочитал более мягкое место для своих наказаний – а потом на супруга. Граф невозмутимо продолжал есть, пока не решил что такими темпами жена прожжет в нем дыру.
– Поверь, Луиза, иногда это необходимо. Сегодня, например, точно, – лорд отложил приборы и отпил из бокала. – Он же мальчишка. Переживет.
– Все в порядке, мама, – добавил Маркус, проводя пальцем по вспухшему рубцу на ладошке. Он не хотел, чтобы родители спорили из-за него. – Не волнуйся.
Леди недовольно надула губки, что ребенок посчитал несколько забавным. Иногда ему казалось, что делать такой обиженный вид – их общая черта.
Ночью Маркус не пошел к Робу. Нужно было тщательно готовиться к проверочной. Мирное стрекотание насекомых за окном помогало сосредоточиться на чтении и запоминании множества параграфов. Вопросы будут по всем предметам, и, если он напишет тест хотя бы на “хорошо”, то большую часть августа сможет отдыхать. Это ведь только представить – целый месяц абсолютной свободы! Хоть в сердце еще и жила обида на учителя, но когда Абелард после ужина сообщил ему о каникулах, Маркус почувствовал прилив мотивации и даже благодарности. Дело оставалось за малым.
***
На решение теста Абелард дал три часа. Он вручил ребенку не менее пятнадцати листов с различными заданиями и сказал, что тот может отдыхать каждые сорок минут. Сначала Маркуса испугала такая кипа страниц, исписанная вопросами по обе стороны, но он подуспокоился, как только прочитал первое задание, а затем второе, третье… Не настолько сложно, как он предполагал. Начать решил с математики, в которой неплохо разбирался. Мистер Фейн все это время сидел за своим столом. Сначала он писал что-то, а когда закончил, стал наблюдать за усердно работающим мальчиком. Иногда ребенок задумывался, кусал губу и хмурился, а потом отвлекался на вид за окном, но ненадолго. Видимо, такие маленькие перерывы на несколько секунд помогали ему сосредоточиться. Ближе к десятому часу мужчина предложил ученику отдохнуть и открыл окно. Пышный лес вдалеке, казалось, дышал прохладой, несмотря на обещающий быть жарким день. Маркус положил локти на подоконник и вытянул руки наружу. Свежий воздух приятно холодил все еще болевшие ладони. Следы до сих пор не прошли, но припухлости уже не было. И на том спасибо. Он вернулся за парту и продолжил письменно отвечать на вопросы. До конца оставалось около получаса, когда большая часть была выполнена. Не решено только три или пять заданий. Маркус просто не знал ответа, но счел, что неплохо постарался и досидел положенное время, делая вид, что тщательно размышляет над чем-то, а потом сдал кипу листов учителю и пошел к себе. Под влиянием радостного настроения от предстоящего отдыха – а он не сомневался в том, что хорошо написал проверочную – мальчик подумал навестить Роба, пока есть время до обеда. Он привычно осмотрелся и прислушался, чтобы никого не было поблизости, и вышел на винтовую лестницу. Роб в ту ночь подарил ему свою отмычку и теперь Маркус постоянно носил ее в кармане. Он любил прикасаться к бархату жилета, проверяя на месте ли его маленькое “сокровище”. Вот и сейчас пальцы нащупали тонкий, причудливо изогнутый, металлический предмет. Он аккуратно и без лишнего шума, как учил приятель, вскрыл замок и легонько толкнул тихо скрипнувшую дверь. Как всегда душно и немного мрачновато. А еще бешеный беспорядок вокруг и только на тумбочках в углу, которые они поставили ровно друг к другу и вытерли от пыли, лежали аккуратно сложенные костюмы. – Эй, Роб, ты спишь? – подошел он к закинувшему руку за голову парню. – Маркус? – разлепил глаза друг. – Сколько сейчас? Разве у тебя нет уроков или чем ты там еще занимаешься? Старый диван жалобно заскрипел, когда Роб резко сел. Он потер лицо ладонями и потянулся, широко зевнув. Маркус вкратце рассказал, что с сегодняшнего дня у него должны начаться каникулы и присел на подлокотник, наблюдая, как приятель достает серебряный поднос с кучей фруктов. Роб почистил яблоко своим ножиком и нарезал его аккуратными дольками. – Вот интересно, яблоко – это фрукт или ягода? – задался мальчик вопросом. – Конечно же, ягода! – Нет, я считаю, что фрукт, – ребенок откусил сочный плод и улыбнулся. От легкой кислинки по затылку пробежали мурашки. – Что у тебя с руками? – внезапно схватил его за запястье друг. – Это… Маркус резко одернул ладонь и спрятал. – Не обращай внимания. Все хорошо. Роб хмуро смотрел на него пару секунд, потом тяжело вздохнул и отвлекся на крупную черешню. Он старался скрыть это, но видно, как ему неловко, что задел больную для ребенка тему. После легкого перекуса парень решил отвлечь друга и научить его играть в карты, чему Маркус несказанно обрадовался. Он столько раз видел, как отец с друзьями играли, но его брать почему-то отказывались. И вот, наконец, ему выпал шанс! Роб знал много игр и вкратце рассказал суть каждой, так что мальчику оставалось выбрать, чему научиться в первую очередь. Ему не были известны названия игр, за которыми проводили вечера лорды, так что он выбрал вист и слушал неторопливые объяснения. Приятель постарался, чтобы все было предельно доходчиво и ясно, и поначалу помогал мальчику, подсказывая, как лучше сделать следующий ход. Спустя какое-то время в игре появилась своя логика, которую гораздо легче понять на практике, нежели в теории. Вскоре они оба так увлеклись, что никто из них не услышал сигнала к обеду. – Ты что это удумал, Цицерон? Обмануть меня решил? – Еще чего! Ложь ниже моего достоинства! – С таким настроем ты не победишь, – Роб нагло ухмыльнулся. – Честность – это не про карты. Эти слова навели на одну мысль. Не поэтому ли отец не учил его? Они решили сыграть еще партию и в самый разгар на чердак ворвалась Эбби. Она вся запыхалась. Наверное, бежала по лестнице. Друзья удивленно смотрели на нее, пока девушка старалась отдышаться, хватая ртом воздух. Тут она глубоко вдохнула через нос и обеспокоенно произнесла: – Маркус, отец потерял тебя, идем. С минуты на минуту слуги могут прийти искать здесь. – Черт, – мальчик спрятал глаза в ладони, но быстро взял себя в руки. – Я пойду. – Цицерон! – Роб поднялся с места и вытащил что-то из кармана. – Лови, на удачу. Мне всегда помогает. Небольшая ржавая монета мелькнула в воздухе и скрылась в кулаке ребенка. – Спасибо, – Маркус попробовал выдавить из себя улыбку. – Нужно идти, а то мы рискуем быть обнаруженными. Эбби вела его, мягко держа за руку. Маркус старался поспевать за ней. Он чувствовал, как дрожали ее пальцы. Ей было страшно. Страшно за брата. По всему поместью слуги искали одного маленького лорда, а ведь могли ненароком найти беглеца. Кровь стынет думать, что тогда произошло бы. Хорошо, что девушка успела. Но для мальчика испуг за друга отошел на второй план. Его тревожила приближающаяся встреча с разгневанным отцом. Они шли по анфиладе и на выходе в холл заметили Ричарда. Он, как статуя из мрамора, неподвижно стоял у окна. Уловив движение краем глаза, граф тут же обернулся и поджал губы, когда увидел сына. Любой другой человек посчитал бы, что лорд слегка недоволен, но Маркус знал – он в ярости. Ребенок невольно шагнул за спину девушки. Она никак не сможет защитить его, это понятно, но инстинкт самосохранения на то и инстинкт, чтобы работать вне зависимости от желаний своего хозяина. – Где был этот паршивец? – Милорд, я встретила мальчика на лестнице, – она не уточнила, где именно, тем самым оставляя Маркусу пространство придумать что-нибудь в свое оправдание. – И сразу же привела сюда. – Спасибо, мисс Новак, – подошел граф. – Скажите всем, что нашли его. – Да, сэр, – Эбби поклонилась и ушла, обернувшись за спиной мужчины и послав мальчику сочувствующий взгляд напоследок. Ричард взял сына за руку и повел за собой на второй этаж. В отличие от прохладных пальцев Эбби ладонь родителя была большой и теплой, и крепко сжимала его собственную. Следы от недавнего наказания засаднили, но он не посмел жаловаться. Из-за угла на них вышел мистер Фейн. Лорд на ходу кинул ему, что хочет поговорить с сыном наедине и прошел мимо. Маркус лишь успел посмотреть на учителя со всей скорбью мира. Но, кажется, Абелард и сам бы устроил ему увлекательную беседу, если бы не отец. Они зашли в одну из комнат и Ричард, не особо церемонясь, подтолкнул сына вперед, а сам закрыл дверь и присел на мягкую банкетку. – Подойди, – прозвучал приказ. Маркус послушался. – Где ты был? – В зале, на втором этаже, – не думая, обманул мальчик. Его щеку обожгла резкая, горячая пощечина. От силы удара волосы упали ему на лицо. Он не смел взглянуть на отца и так и остался стоять с опущенной головой. Больно и обидно. Ужасно обидно. Но он старался держаться изо всех сил, чтобы не начать плакать. Комнату наполнила гробовая тишина. Казалось, даже с улицы перестали доноситься какие-либо звуки. – Ложь. Думаешь, там не искали? – раздался суровый тихий голос и на долгое молчание в ответ Ричард продолжил: – Видимо, мне придется узнать правду другим способом. Следовало бы догадаться, но ребенок не понял сразу, о чем речь. Лишь когда мужчина развернул его и почти перекинул через колено, до него вдруг дошло. – Нет! – он выставил руки вперед, упираясь в отцовское бедро. – Не надо, я скажу! – Разумеется, скажешь. Правду, – граф приподнял бровь. Маркус неосознанно повторил жест. – Да. – Я слушаю. Мгновение перед ответом тянулось целую вечность. – Я был на чердаке…
Примечания:
Отзывы приветствуются, не забываем, ребята :-)
