Глава 9. Здравствуй Хогвартс.
22 октября 2024 г., 21:07
Примечания:
Бечено, ПБ открыта
***
Лорд вздохнул и подошёл к окну, чтобы немного отвлечься. Управлять из тени не так просто, как может кому-то показаться. От чтения отчётов Пожирателей уже рябило в глазах, а спина затекла от долгого сидения над ними. Блэк сообщал о недавних разговорах в министерстве, связанных с законопроектами, что их сторона старалась продвинуть, а также, как и было велено, об отпрыске Поттеров. Он сообщил, что тот вместе с сыном самого Регулуса сегодня благополучно отправился в Хогвартс. Оба стремятся попасть на Слизерин, что не могло не радовать. Вспомнив лицо своего верного вассала, когда ему было приказано не избавиться от ребёнка, а стать его неким наставником, мужчина усмехнулся. Надо сказать, как бы ни было удивительно для других, Лорд не только не ненавидел мальчишку, но даже не винил его в случившемся. За эти десять лет у него было достаточно времени, чтобы разобраться в произошедшем в ту роковую ночь, хоть поиски и потребовали немалых усилий. Кто бы мог подумать, что милейшая Лили, такая ярая сторонница света, поступится своими принципами ради отпрыска и проведёт кровный ритуал с добровольным жертвоприношением. Этого Марволо понять никак не мог — как можно ставить чью-то жизнь превыше своей? Сам бы он ни за что не пожертвовал собой ради кого-то. На самом деле в том, что малец выжил и, ничего из себя не представляя теперь считался победителем, в то время как самого Лорда сочли погибшим, играло их стороне на руку. Ведь расслабившееся магическое общество стало столь беспечным, что даже не замечало, как медленно, но верно сторонники тьмы укрепляют свои позиции в министерстве, продвигая идеи, что сейчас не вызывают подозрений. А ведь во времена войны с Гриндевальдом, а потом и с самим Лордом, они были бы немедленно пресечены бдительными воинами света, что ныне ослепли, словно кроты. То же, что Поттер оказался совсем не таким, каким его ждёт народ, было весьма приятным бонусом и ещё одним фактором, что мог бы отвлечь общественность от деятельности его организации. Мальца даже не придётся перевоспитывать, лишь направлять в нужное русло. А ещё надо бы внедрить больше своих людей в газету. Возможно, на волне появления на публике Поттера получится незаметно протолкнуть пару законов. — Лоли! — позвал мужчина, подходя обратно к своему рабочему месту. Сейчас хотелось спокойно выпить чаю, а работа подождёт.***
Замок действительно поражал воображение, намного превосходя то, что представлял себе Гарри по рассказам Тома. Величественный и великолепный, грозный и в то же время гостеприимный на вид. Мальчик теперь совсем не удивлялся, почему Том говорил, что его настоящим домом был Хогвартс, ведь несмотря на свою строгую красоту, он с первых минут дарил чувство уюта. Потому не удивительно, что для сироты, не знавшего от окружающих ни тепла, ни доброты, это место стало столь родным. Профессор МакГонагалл, уже знакомая ребятам, сегодня была одета в мантию, а не маггловский деловой костюм. Она провела чуть испуганно смотрящих на неё первокурсников в холл перед большими двустворчатыми дверями, где и оставила, велев ждать. Дети остались там одни, тихо переговариваясь. — Так значит это правда, что с нами будет учиться Гарри Поттер, — раздался рядом мальчишеский голос, и Гарри еле сдержался, чтобы не закатить глаза. За этот месяц он уже успел устать от такой реакции на своё появление, ведь если в первый поход на Косую аллею он мог скрыть свою личность, то, став приёмным сыном Лорда, он утратил такую возможность. Газетчики словно обезумели, карауля его почти на каждым углу. Повернувшись к говорившему, он увидел низкого, рыжего, веснушчатого мальчишку в поношенной мантии, что смотрел на него чуть ли не с обожанием. — Как видишь, — безразлично ответил Поттер. Глаза рыжика засияли ещё ярче, хотя казалось бы, куда уж больше. — Я Рон Уизли. Гарри, давай подружимся! Я искал тебя в поезде, но не нашёл, и решил, что братья меня попросту разыграли. — Не помню, чтобы мы были столь близки, что ты называешь меня по имени, — нейтрально проговорил Гарри. — Мне не нужны друзья, что видят во мне избранного, и лишь оттого хотят сблизиться. Уизли нахмурился, смотря теперь обиженно. — Не думал, что ты такой заносчивый, что считаешь мою дружбу недостойной себя. Брюнет приподнял бровь. Как можно было так истолковать его слова, сказанные совершенно прямо и очевидно? — Можешь думать как тебе угодно. Вижу, ты мастер придумывать свой смысл сказанному. Мальчишка хотел было возмутиться, но кто-то рядом вдруг взвизгнул. Прямо через стены в хол влетело полчище приведений. — О, я о них читала, — проговорила стоящая неподалёку Гермиона. — Это приведения Хогвартса. Некоторые из них принадлежат факультетам. — Мы не принадлежим факультетам, — возразила остановившаяся рядом полупрозрачная молодая леди в длинном сером платье. — Мы им покровительствуем и присматриваем. Тут двери, у которых стояли ученики, открылись, и вновь появилась профессор. — Поговорить с учениками вы можете и позже, — отметила женщина, после чего обратилась уже к певокурсникам. — Идите за мной. Развернувшись, она прошествовала в зал, и дети последовали за ней. Профессор МакГонагалл выстроила учеников перед возвышением, на котором стояла шаткая на вид табуретка с лежащей на ней шляпой. Та вдруг запела скрипучим голосом песню о факультетах, а после МакГонагалл вышла вперёд со свитком в руках, объявила, что сейчас будет называть имена и велела названным по очереди и садиться на табурет. Церемония распределения началась, и дети стали выходить вперёд. Гарри заметил взволнованное лицо брата и сжал его руку в знак поддержки, на что Дадли слабо улыбнулся. — Блэк, Дадли. Гарри кивнул кузену в поддержку, и тот прошёл вперёд. На табурете он просидел секунд десять, после чего раздался вердикт: — СЛИЗЕРИН. Наконец радостно улыбнувшись, Дадли кивнул ещё стоящему в очереди Гарри и прошёл к столу зелёного факультета, чьи обитатели хлопали весьма сдержанно. В том, что Гарри попадёт на Слизерин, мальчики не сомневались, а значит, они будут учиться вместе. Кроме того, отец наверняка обрадуется тому, что Дадли оказался на том же факультете, что и почти все Блэки. К моменту, когда подошла очередь Гарри, Герм уже сидела за столом своего сине-белого факультета — Рейвенкло. Стоило прозвучать известному имени, по залу пронеслась волна шепотков. Глубоко вздохнув, Поттер прошёл к табурету и сел. На голову ему водрузили шляпу, что закрыла ему половину лица. В опустившейся темноте послышался голос, звучащий будто в голове, как Том. — Мерлин преблагой! Сколько уж существую на этом свете, а такое вижу впервые. Два разума, две души в одном теле! И что же это? Я узнаю вторую душу. Том, Том Реддл, ты ли это? К удивлению Гарри, его компаньон не спешил отвечать, но мальчик почувствовал чужое раздражение. — Ах, ничуть не изменился, — скрипуче посмеялась шляпа. — Но сейчас не о тебе. Ну, что я могу сказать. да, ты умён и отважен… но куда больше в тебе амбиций и хитрости. Ответ очевиден. — СЛИЗЕРИН! — провозгласила шляпа на весь зал. Когда шляпу сняли, Гарри увидел удивление и шок. Аплодировали только двое — его брат и подруга. Встав с табурета, мальчик с идеальным внешним спокойствием подошёл к нужному столу и занял место рядом с Блэком. Тем временем распределение продолжилось. — Я так рад, Гарри, — тихо проговорил Дадли, счастливо улыбаясь. — Не жалеешь, что попал не на Хаффлпаф? — послышался с другой стороны знакомый голос, и мальчики, повернувшись, увидели Драко, что подсел к ним, как только сам прошёл распределение. — И тебе привет, — усмехнувшись, произнёс Поттер. — Конечно не жалею, — уверенно ответил блондину Дадли. — Мы же с Гарри теперь будем учиться вместе. — Ну, на счёт Гарри я не удивлён, но то, что и ты на нашем факультете, меня удивило. Может быть, я и не достаточно тебя знаю, но, думаю, тебе будет нелегко тут — больно ты мягкий. — С ним буду я, — возразил Поттер, мысленно отмечая, что не сдерживай он с детства буйный нрав брата, ни о какой «мягкости» и речи бы не шло. Дадли их ещё удивит. — Моего брата никто не тронет безнаказанно. Малфой посмотрел на них задумчиво, а после повернулся к преподавательскому столу. Директор в этот момент как раз закончил представлять учителей, и объявил начало пира, после чего на столах появилась еда.***
— И так, дорогие первокурсники, — торжественно произнесла смуглая девушка, что привела новых учеников в гостиную. — Меня зовут Алисия Фоули, я староста нашего факультета. Сейчас я объявлю главные вещи, которые вы должны знать. Безусловно, Слизерин — величайший факультет, но для остальных мы — воплощение зла. За пределами гостиной вы должны держаться друг за друга, ведь на ближайшие семь лет факультет будет вашей второй семьёй. Если между слизеринцами возникают конфликты, они должны решаться в пределах нашей территории. В случае, когда самостоятельно разрешить конфликт нет возможности, вы должны обратиться к старостам. Помимо меня их пятеро — по двое с пятого и седьмого курсов, а также один с шестого, как и я. Также вы можете обращаться к нам по любым вопросам, которые не в состоянии решить самостоятельно. Лишь в самом крайнем случае вы можете обращаться к декану. Как вы уже знаете, это профессор Снейп. Важно помнить: если вы нарушаете правила, об этом никто не должен узнать, вам ясно? Не пойман — не вор. Но если вы попадётесь, и с факультета снимут баллы, поверьте, вам не поздоровится. Что касается пароля от гостиной, он меняется каждую неделю. В понедельник утром новый пароль будет написан на доске объявлений у главного камина. А теперь познакомьтесь с деканом, — добавила она, отступая в сторону, и дети только сейчас заметили стоявшую у стены тёмную фигуру, которая вышла из тени. Это оказался хмурый мужчина лет тридцати с чем-то, в черной мантии и сюртуке, застёгнутом на все пуговицы, с такими же черными волосами, едва не достающими до плеч. — Приветствую вас, — произнёс он негромким вкрадчивым голосом, который в разом наступившей тишине гостиной показался детям оглушительным. — Как уже сказала мисс Фоули, я ваш декан, моё имя Северус Снейп. Правила факультета вы, надеюсь, запомнили. Постарайтесь не опозорить славное имя Слизерина. Он отчего-то сурово взглянул на Гарри, отчего мальчик чуть напрягся. «А этот мальчишка изменился за десять лет. Вот, уже деканом стал. Надо же…» — послышался голос Тома. «Вы были знакомы?» — спросил Гарри. «Ну, можно и так сказать» — Расписание вам выдадут старосты за завтраком, — продолжил тем временем декан. — А сейчас ступайте разбирать свои вещи. По левую сторону коридора находятся комнаты мальчиков, по правую — девочек. Комендантский час для первокурсников — девять вечера. Надеюсь, я не встречу нарушителей своего факультета. Спокойной ночи. Он резко развернулся и вышел из гостиной, кинув на последок едкий взгляд на Поттера, отчего у мальчика пробежали мурашки по спине. Стоило декану скрыться, Фоули прокашлялась, вновь обращая внимание детей на себя. — Итак, как и сказал профессор Снейп, вам пора разбирать вещи и по кроватям. Комнаты будут принадлежать вам ближайшие семь лет, так что позже вы можете делать с ними всё, что пожелаете. Подъём в восемь, в восемь тридцать я буду ждать вас тут, чтобы проводить на завтрак, а после на урок, и так будет всю первую неделю. Постарайтесь за это время запомнить дорогу и расположение кабинетов. А теперь марш по комнатам. Несмотря на несколько строгий тон, в конце девушка тепло улыбнулась первокурсникам, и лишь после этого открыла заднюю дверь, за которой оказался длинный коридор с кучей дверей, спускающийся вниз каждые десять метров. На каждой из дверей красовалась табличка с именем и курсом хозяина, и первыми шли комнаты старост, а после сразу пятикурсников. «Странное расположение, — удивился Гарри, проходя дальше и смотря по сторонам. — Почему первыми идут не седьмые или первые?» «Всё очень просто, — усмехнулся Том. — Поскольку комнаты остаются у одних и тех же хозяев все семь лет, когда-то это были комнаты первокурсников. Взрослеют хозяева комнат, меняется курс, а когда они выпускаются, и в комнаты заселяются новые ученики. Вам ещё повезло, комнаты вашего курса должны быть где-то в середине. Когда я учился, моя комната находилась почти в конце коридора, пока не стал старостой.» «Так ты был старостой, — ухватился за фразу мальчик. — Староста Слизерина Том Риддл. Так я смогу-таки найти что-то и узнать, кто ты такой.» Мысли юного слизеринца звучали с ощутимой победной ухмылкой. Ответом же стала тишина. Гарри вздохнул. Всё чаще том молчал на некоторые его слова и вопросы, тем более, когда те касались личности компаньона. Гарри догадывался, что на то есть причины, и, наверняка, веские, раз Том, никогда ничего от него не скрывавший, на эту тему отмалчивается, но любопытство брало верх. — Гарри! — выдернул его из раздумий годос кузена. — Смотри, наши комнаты совсем рядом. Через одну. А между нами Драко. Поттер улыбнулся, радуясь, что не придётся утром долго искать комнату брата, чтобы разбудить его. Самого-то Гарри, если что, разбудит Том, а вот Дадли придётся расталкивать ему. И, ободряюще сжав плечо кузена на прощанье, мальчик пожелал спокойной ночи и зашёл в комнату со своим именем. Нужно выспаться, ведь завтра, уже завтра они начнут обучаться магии.
