Шесть дорог к тебе

Утро на этот раз началось не с привычного кофе, а с громкого стука в дверь. Николь подскочила с дивана, на котором уснула прошлым вечером, а после бегло кинула взгляд на настенные часы. «Сколько?! Уже первый час!» — в панике она вскочила с дивана и принялась собирать разбросанные вещи, пока настойчивый и интенсивный стук в дверь продолжал нервировать слух. — «Да кто это?! Руки повырываю этим сраным рекламщикам!» Девушка воинственно распахивает дверь, предварительно кинув вещи на диван. Однако, вся её злоба мгновенно улетучивается, когда она видит тех, кто стоял на пороге. — Оу май… — насмешливо протянул какой-то татуированный парень с красными глазами и белобрысыми слегка потрёпанными волосами. Рядом с ним стоял довольно похожий внешне человек, ростом на полторы головы выше, чем татуированный. Первое, что привлекает внимание в его внешности — шрам на глазу. Одеты оба были в абсолютно разных стилях. Если говорить за татуированного, то это что-то дерзкое, небрежное: мятая чёрная футболка, такого же состояния ветровка, которая казалась ему большеватой и сползала с плеч, а также чёрные штаны с цепями. Единственная общая черта между этими двумя парнями заключалась в берцах на ногах. Высокий был одет более изысканно: чёрный бадлон (водолазка без рукавов) плотно облегал тело, выдавая всю мускулатуру с потрохами, такого же цвета брюки с ремнём с широкой пряжкой и парочка аксессуаров. Кажется, минималист… Даже волосы зачёсаны назад в плотную скорлупу — только парочка прядей выбивалась из общей массы. Рядом стояли ещё двое: парнишка, кажется, возраста Николь, и тот самый вчерашний незнакомец по имени Кэррот. Последний выглядел совсем как прошлым вечером и его лицо не выражало ничего, кроме насмешки. Стоит догадаться, что тот самый парнишка, который по росту был ниже остальных, приходится ему братом. Его ярко-голубые глаза смотрели прямо в душу. Губы парня исказила нервная улыбка. Внезапно Осло оторвалась от разглядывания незнакомцев, когда до неё дошло. Она стоит в одной футболке и трусах. Теперь заинтересованность татуированного, раздражённость высокого и явное смущение голубоглазого были понятны. — Извините!.. — Николь не придумала ничего лучше, кроме как захлопнуть дверь прямо перед их лицом и с дрожью в руках потянуться в шкаф в прихожей за спальными штанами. «Дура, дура, дура…» — обругивала себя девушка, невольно подслушивая разговор парней за дверью. — Ладно, теперь я не жалею, что пошёл с вами на обход по соседям, — голос звучал хрипло, но Осло ещё не была достаточно со всеми знакома, чтобы быть уверенной в том, кому он принадлежит. — Ф-фелл!.. Ты извращенец! Мы застали бедную девушку врасплох! — Давайте поскорее закончим с этим нелепым спектаклем… У меня куча дел по работе. — Да ладно тебе, Эджи. У нас новоселье. Хотя бы сейчас улыбнись. А то как будто полуголую девушку никогда в своей жизни не видел, — гоготнул уже знакомый со вчера голос и хриплый его поддержал. — Завалите!.. Николь вздохнула и нахмурилась. Да ладно. Ну увидели они её в одних трусах, и что дальше? Подумаешь… Как будто она одна такая. Как говорится, главное не то, что ты говоришь и делаешь, а то, с какой уверенностью это происходит. Поэтому Осло, набравшись решимости, снова открыла дверь, привлекая к себе внимание. — Извините за это недоразумение. Я думала, что вы религиозные фанатики, — честно призналась Ника, вздохнув и наконец оглядев до конца голубоглазого парнишку. — А мы они и есть. В бога верите? — парень с тату на плечах и шее сказал это настолько серьёзно, что на долю секунды Осло в это поверила и едва заново не захлопнула перед ними дверь. Благо, лёгкий подзатыльник от высокого и раздражённого мужчины привёл его в чувства. — Мы тут переехали недавно… В соседний дом. Хотели пригласить на новоселье, — всё ещё смущённый, голубоглазый парнишка старался не смотреть Николь в глаза. Ох уж эти традиции… Или просто желание хорошенько оторваться — тут как поглядеть. Николь не устраивала вечеринку в честь новоселья, когда переехала, но зато на следующий день к ней ввалились Санс и Папайрус. Вот так вот, без приглашения. А кому оно надо, верно? Впрочем, девушка не сильно расстроилась, ведь компания полусонного старшего брата и его чрезмерно энергичного младшего оказалась на удивление приятной. — А, вы, наверное, те самые кузены Санса и Папайруса, — предположила очевидное Осло, чем вызвала радостную и облегчённую улыбку у голубоглазого. — Меня зовут Николь. — Я Блу, очень приятно, — он протянул ей руку, и девушка вежливо её пожала. — Фэлл, — буркнул татуированный, всё ещё расстроенный из-за внезапного подзатыльника. — Эджи, — невозмутимо и даже как-то холодно бросил парень со шрамом на глазу. — А ты вроде бы… — начала говорить Николь, глядя на уже знакомое лицо, как тот внезапно и очень резко её перебил: — Кэррот. Парень незаметно приложил палец к губам, тем самым жестом намекая, что лучше бы остальным не знать, что они уже знакомы. Девушка тут же замолчала, кивнув и решив ему подыграть. С чем чёрт не шутит? Мало ли, у него там свои секреты. К девушке ходил или ещё чего… — Ладненько, тогда мы с нетерпением ждём тебя завтра в пять вечера, — ничего не заподозривший Блу светился от счастья. — Будем рады, если друг Папайруса и Санса придёт. Николь только улыбнулась и пообещала обязательно прийти. Обменявшись любезностями, Осло наконец смогла закрыть дверь и сонно зевнуть. Сегодня дел было невпроворот, а тут такое резкое пробуждение, так ещё и пол дня потрачено впустую… Иногда Ника думала, что это всё влияние Санса. Иногда она могла зайти к братьям в гости и, пока Папайрус мельтешил на кухне, просто заснуть рядом с ним на диване. Папс называл это «синдромом Санса» и злился на старшего за «такое негативное влияние на бедную девушку». Но та лишь смеялась, отмазываясь тяжёлым учебным днём. Впрочем, слишком долгого времени на раздумья у Осло не было, а потому она поспешно идёт в ванну, где проделывает ежедневно необходимые процедуры и спешит сесть за подготовку к экзаменам. Они уже на носу, а значит, у Николь нет времени филонить. Конечно, читать учебники по стиховедению максимально скучно и неинтересно, но девушка бьёт себя по щекам, чтобы не уснуть. Первый курс давался тяжело, отчего Осло пару раз порывалась забрать документы из университета. Совмещать работу с учёбой тоже было трудно, а оттуда и прогулы… Работой редакцию статей назвать трудно, но Николь активно подрабатывала продавцом-консультантом в магазине спортивной одежды. Совместно это приносило относительно неплохой доход, которого вполне хватало на оплату аренды дома. Плюсом ко всему ей ежемесячно приходили деньги от отца. Не пошикуешь, конечно, но в целом дела шли неплохо. — И… это всё, — девушка захлопнула тетрадку и облегчённо выдохнула. Наконец-то перерыв. На часах пять вечера, а значит, она проучилась целых четыре часа. План перевыполнен. Осталось только отправить работы преподавателям и с криками «я свободен» бежать на кухню за очередным бутербродом. Ноги быстро заколотили по паркету, радостная Осло побежала кушать, как маленький бегемотик к титьке мамы. Повсюду в доме бардак, но девушку это не особо волнует. Папайрус бы наверняка разозлился, если бы увидел эти завалы мусора и пустых бутылок, но кому какая разница, если он никогда не бывал у неё дома? Только Санс один раз заходил в гости, чтобы спрятаться от брата после очередной выходки с подушкой-пердушкой. Точнее, он просто вломился в дом, когда Николь спокойно сидела за ноутбуком и со сосредоточенным лицом пыталась проникнуться сюжетом какой-то порноигры, которую ей кинула однокурсница. Потом он завалился на диван, пока ошарашенная девушка пыталась выбросить ноутбук в окно, и просто уснул там. Осло разбудила его одним пинком, а после заставила объясниться. Забавная, конечно, ситуация, но у Николь тут было что-то вроде медитации и личного времени, а Санс так нагло прервал её своим появлением. Тот лишь промычал извинения уставшим голосом, отчего девушке тогда пришлось смягчиться. Всё-таки парень много работает, даже слишком. Оттого и выглядит таким уставшим. Далеко не раз она заставала его в разных местах в городе: то за кассой магазина, то официантом в кафе, то баристой в кофейне. Однажды он активно пытался продать ей пылесос, аргументируя это тем, что штука классная, полезная и вообще каждому нужная. На это Осло лишь покрутила пальцем у виска и показала свой, отчего Сансу пришлось разочарованно цокнуть языком и продать «чудо-машину» другому желающему. Что угодно, лишь бы заработать денег. Интересно, сейчас ему будет легче, когда с ними живут кузены? Один из них, как минимум, точно работает. Вроде Эджи заикался о чём-то подобном… Сам Папайрус сейчас не работал, а проходил обучение в полицейской академии, намереваясь встать на защиту чужих прав и потребностей. Он мог говорить об этом часами, на что Николь просто отключалась и принималась думать о своём, лишь бы не выслушивать очередную порцию рассказов про то, как важно спасать котят с деревьев. На самом деле, единственными близкими друзьями для Осло сейчас были именно братья, ведь некоторое время назад из-за срыва она закрылась в себе, оборвала все связи с прежними знакомыми и переехала в новое место, чтобы наконец построить своё уединённое гнёздышко, где никто не будет твердить, как правильно нужно жить. Сейчас, поедая бутерброд на кухне, она чувствовала себя волшебно.

***

Осло ждала Папса возле калитки. Он написал ей минут двадцать назад с просьбой сходить с ним в магазин. Девушка не понимала, на кой чёрт это надо, когда в доме полно тех, кто может составить ему компанию. Возможно, дело привычки, а может, они вообще заняты — кто знает. Во всяком случае через минут пять из-за двери вылезает светлая макушка. Парень радостно машет Николь, нетерпеливо приближаясь. — Прости, задержался… — он виновато чешет затылок и улыбается. — Фелл разбил телевизор, поэтому мне пришлось разнимать их с Сансом. Кажется, брат сильно разозлился… Осло ошарашено смотрит на Папса. Насколько она помнит, телевизор был огромный, и она просто представить себе не могла, сколько же по итогу он будет стоить… А гнев Санса был понятен, ведь именно он покупал этот телевизор, проводил за ним вечера и даже закачал туда какое-то глупое приложение, чтобы с ним можно было разговаривать. Папайрус раскладывал на полке в гостиной различные фигурки, которые, похоже, перенёс из своей комнаты, пока Санс и Николь сидели на диване. Девушка некоторое время наблюдала за младшим, а после вдруг зевнула. Присутствие ленивого комика всегда сказывалось на ней подобным образом. Почему-то именно рядом с ним становилось настолько спокойно, что хотелось просто лечь и заснуть. От парня веяло удивительным умиротворением и безопасностью… — Пс… — внезапно шикнули над ухом, отчего девушка поморщилась и нахмурилась. — Смотри, — тихо шепнул Санс, нажимая на пульте какую-то кнопку. Из телевизора раздался настолько громкий звук тромбона, что даже Ника невольно подскочила, не говоря уже о Папсе, который и вовсе уронил всю коробку с фигурками себе на ноги. На пару секунд он в панике покружился по сторонам, а после, видимо, осознав, злобно посмотрел на посмеивающегося брата. — Санс, я выкинул твой долбанный тромбон не для того, чтобы ты врубал мне его звуки на телевизоре! Хватит терроризировать людей вокруг! — сердито топнул ногой он. — Вот, что я нашла по запросу «концерт, соло на тромбоне», — раздался механический голос. — Только посмей… — зашипел было Папс, но Санс поднял руки вверх, мол, посмотри, я ничего не делаю. Через секунду заиграла громкая музыка. Николь, смеясь, заткнула уши. — САААНС! Тёплые воспоминания заставили Осло улыбнуться. Она уже собиралась развернуться и потопать в сторону магазина, как вдруг из-за двери выскочил второй парень, которого, кажется, зовут Блу, а после устремился к Парайрусу и Николь. — Привет! — он дружелюбно поприветствовал девушку, сверкнув ярко-голубыми глазами. — Можно с вами? Не хочу слушать каламбурную перепалку между Сансом и Фэллом. Папс, кажется, не очень доволен этим предложением, но на удивление легко соглашается. Теперь Николь понятно, в чём была срочность похода по магазинам. Кажется, младший просто не вынес этот шквала анекдотов за триста и решил поспешно ретироваться, пока жилая площадь не развернулась в площадку для стендапа. Видимо, так Санс и Фелл предпочитают решать свои конфликты… Ну, хотя бы не кулаками, и на том спасибо. В целом, Блу и Папс были крайне похожи друг на друга. Что один, что другой, сияли всем своим видом, выказывая безграничную энергию и позитивный нрав. Только Папайрус, кажется, преисполнен какими-то великими целями, когда Блу пустил свои силы куда-то в другую стезю. А может, он просто слишком юн, чтобы пойти по стопам брата. — Я тоже не против, — вздохнула Ника, отводя взгляд в сторону и всё ещё помня то неловкое положение, в котором братья застали её сегодня утром. — Вауви! Спасибо! — внезапно парень, повинуясь мимолётному порыву, обнимает Осло, укладывая голову ей на плечо. Несмотря на ощутимую разницу в росте относительно своих братьев, он был на пол головы выше Николь. Она смогла ощутить его горячее дыхание на шее и невольно смутиться. Ладони Блу были тёплыми и большими, идеально умещаясь на талии и держа её крепко, словно в коконе. Мягкие волосы щекотали нос, отчего захотелось чихнуть, но Осло сдержала этот порыв, неловко похлопав парня по спине и буркнув смущенное «не за что». Всё-таки она не привыкла к таким наглым вторжениям в её личное пространство. Стоит сказать об этом позже. Не тогда, когда он такой счастливый. Троица выдвинулась сразу, как Блу выпустил девушку из своей крепкой хватки. Ни голубоглазый, ни Ника не заметили искажённой улыбки Папайруса и слабо сжатых кулаков.