Боевые шрамы

— Рэй? Голос Дэнни на другом конце провода застал её врасплох. Сколько времени прошло с тех пор, как они в последний раз разговаривали? По крайней мере, восемь месяцев. Ей следовало позвонить ему после переезда в Бодега-Бей, но она не набралась смелости. — Ты меня слышишь, Рэй? — Да, слышу. — Было неприятно слышать это от него, особенно после комментариев доктора Эванс, сравнивающих то, что она чувствовала к нему, с ее дружбой с Карли. И все же ее согрело то, что он заботился о ней настолько, что позвонил. — Приятно слышать твой голос. Рэй закрыла глаза. — Мне тоже приятно слышать тебя. — Ей было нелегко разорвать их отношения. Не тогда, когда он был ее постоянным спутником с первого класса средней школы. Он отправился в Багдад на три месяца раньше нее, и они вернулись домой в одно и то же время. К этому моменту они были как чужие. — Как дела в Калифорнии? — Хорошо, — сказала Рэй. — Мне действительно здесь нравится. — Джаггер тяжело прислонился к ней, поэтому она добавила: — У меня есть датский дог. — Неужели? Круто. — Да, он великолепен. Его зовут Джаггер. —Рэй прикусила губу, не зная, что ещё сказать. Она хотела сказать ему так много вещей. Что она сожалеет, что не смогла взглянуть на него, когда он навестил ее в "Уолтер Рид". Что она не знала, почему не смогла вынести его объятий или сочувствия. Что она действительно любила его, но, в конце концов, это не имело значения. Все, что она знала после Ирака, это то, что она не могла быть с ним. В ее жизни больше не было места для Дэнни. Вместо того чтобы сказать что-либо из этого, она спросила: — Как у тебя дела? — Оу. Хорошо. — Дэнни прочистил горло, звуча так же неловко, как и она себя чувствовала. — На самом деле все замечательно. Я, э-э, встретил девушку. — Ооо. — Рэй придала голосу радость, которую она на самом деле не чувствовала. — Ух ты. Это замечательно. — Спасибо. Отчасти так и есть, да. — Дэнни сделал паузу, затем сказал: — На самом деле, одной из причин, по которой я позвонил, было сообщить тебе, что я попросил ее выйти за меня замуж. Укол печали глубоко в животе застал Рэй врасплох. — Она согласилась. — Дэнни подождал мгновение, и когда она ничего не ответила, он сказал: — Я хотел, чтобы ты услышала это от меня. — Я ценю это. — Рэй села на диван, больше не доверяя себе. Новость поразила ее сильнее, чем она ожидала. Не имело значения, что она никогда больше не сможет представить себя с ним. Они все еще были Рэй и Дэнни, и она с пятнадцати лет знала, что они будут вместе навсегда. Эта мечта умерла в Ираке, но она не ожидала новых свидетельств ее краха. — Ты в порядке, Рэй-Рэй? Это прозвище вернуло ее в старшую школу. Субботними днями, лежа на полу в своей спальне и слушая альбомы Eagles. В тот раз они прогуляли занятия и просто катались в его машине, разговаривая о своем будущем. — Я в порядке, — сказала Рэй. — Поздравляю. Я рада за тебя. — Я не ожидал, что ты будешь рада за меня. После минутного размышления Рэй поняла, что это правда. Когда она рассталась с Дэнни, самым трудным было видеть боль, которую она ему причинила. В тот момент она очень мало переживала по поводу собственной потери. Она была совершенно ошеломлена, даже из-за своей неспособности оставаться близкой с единственным человеком, который когда-либо говорил ей, что любит ее. — Я думал, что все обернется совсем не так, — сказал Дэнни. — В некотором смысле я все еще привыкаю к этому. — Возможно, мы больше не будем вместе, но я все еще хочу, чтобы у тебя было все, о чем ты всегда мечтал. — Без нее. — Мелисса — воспитательница в детском саду. — Как будто неуверенный, хочет ли она подробностей, Дэнни сказал: — Она очень отличается от тебя. Но она все равно классная. Рэй покраснела от комплимента. — Что ж, хорошо. — Она играла с висячим ухом Джаггера, все еще борясь со всеми темами, которые она оставила недосказанными между ними. — Мне действительно жаль. О том, как я все закончила. — Ты не должна передо мной извиняться. Выдохнув, Рэй сказала: — У меня не было оправдания тому, что я так холодно отнеслась к тебе. — Она едва могла вспомнить, что сказала, но это было ровно и без эмоций. Даже после того, как Дэнни вышел из больничной палаты с красным лицом и заплаканными глазами, она ничего не почувствовала. Как будто ее чувства были отключены, выключатель щелкнул без ее согласия. — Тебе пришлось через многое пройти. — Не имеет значения, через что я проходила. Я была довольно бессердечной с тем, кто так много для меня значил. — Война меняет людей. Я понимаю это, — голос Дэнни дрогнул. — Я очень хорошо это понимаю. В мгновение ока Рэй услышала, как Дэнни борется сам с собой. У нее перехватило дыхание, хотя она не была полностью удивлена, что на него подействовало то же самое. Многие солдаты вернулись с боевыми травмами, как физическими, так и психическими. Было трудно пройти через такой опыт и не пострадать от него. — Как у тебя идут дела? — Спросила Рэй ещё раз. — Какое-то время было тяжело. Я слишком много пил в течение нескольких месяцев. Армейский врач прописал мне дохуя лекарств, так что я был гребаным зомби. — Дэнни неуверенно рассмеялся. — В тот момент у меня были какие-то дурацкие мысли... Но сейчас я в анонимных алкоголиках, и Мелисса меня очень поддерживает. Чувство вины пронзило внутренности Рэй. — Прости, что меня не было рядом с тобой. — Рэй-Рэй, я видел там кое-какую хуйню, но это было ничто по сравнению с тем, через что ты прошла. Одному Богу известно, с чем ты имеешь дело. По крайней мере, она никогда не прибегала к самолечению. — Спасибо тебе за понимание. Но я все равно приношу извинения, хорошо? — Ладно. Извинения приняты. Теплое сияние ожило в груди Рэй, и она откинула голову назад, счастливая провести этот момент с Дэнни. Она уже чувствовала, что может начать отпускать часть своей вины за то, что произошло между ними, что стало бы настоящим прорывом. — Так что ты можешь быть откровенна со мной, — сказал Дэнни более легким тоном, сигнализируя об окончании их тяжелой дискуссии. — Как у тебя дела, на самом деле? — Я в порядке. Иногда все еще тяжело, но я стала чаще выходить на улицу. Джаггер — моя служебная собака, поэтому он повсюду ходит со мной. Он очень помогает. — Потрясающе. — Дэнни прочистил горло. — Ты с кем-нибудь встречаешься?” Рэй удалось невесело рассмеяться. — Нет. Я не предвижу, что это произойдет в ближайшем будущем. — Ее разговор с доктором Эванс промелькнул в ее голове, затем воспоминание о том, как она обнаружила Карли и ее светловолосую подругу Лиэнн обнимающимися на качелях на крыльце. Ее беспокоило, насколько сильно это ее расстроило. — Пожалуйста, скажи мне, что ты, по крайней мере, заводишь там друзей. Меня убивает мысль о том, что ты совсем одна. — Я не совсем одна, — сказала Рэй. — У меня есть Джаггер. И на самом деле у меня появилась подруга. Ее зовут Карли. Она ветеринар. — Я действительно рад это слышать. Его голос звучал удивленно, и Рэй подумала, говорила ли ему ее мать, что на самом деле она не выходила из дома. Может быть, ей тоже стоит позвонить маме и сообщить последние новости. — Со мной все будет в порядке, Дэнни. — Я знаю, что так и будет. — Она слышала, как Дэнни улыбается. — Ты всегда была самой крутой. Рэй рассмеялась. Они соревновались друг с другом, особенно когда дело доходило до того, кто был круче. — Я не могу поверить, что ты отказываешься от этого титула. — Ты это заслужила. — Дэнни фыркнул. — В любом случае, мне пора идти. Сегодня вечером мы с Мелиссой ужинаем с ее родителями. — Аа, — сказала Рэй, ее улыбка исчезла. — Звучит забавно. — Да, — Дэнни сделал паузу. — Давай как-нибудь еще поговорим, хорошо? — Хорошо. Рэй повесила трубку и вздохнула, поглаживая Джаггера по голове. Для разговора, которого она так боялась, все прошло довольно хорошо. На самом деле, тяжесть была снята. Но она также чувствовала, что что-то потеряла. Не только Дэнни, но и ту девушку, которой она была, когда была с ним.Тогда она даже любила секс, любила, когда к ней прикасались. Она больше не могла представить себя с Дэнни в таком состоянии, но она скучала по тому ощущению близости, которое мог принести секс. Вернулось воспоминание о Карли и ее подруге Лиэнн. Спала ли Карли с этой женщиной? Они определенно уютно смотрелись вместе. Карли уже упоминала бывшую девушку Лиэнн раньше. Как бы ей ни было неприятно это признавать, Рэй боролась с ревностью при одной мысли о том, что у Карли была такая близость с кем-то другим. — Прекрати это, — пробормотала Рэй. — Карли заслуживает того, чтобы быть счастливой. Как и Дэнни. Может быть, однажды, если Рэй очень повезет, она тоже обретет своё счастье.