Боевые шрамы

Рэй лежала в постели, рядом с ней на тумбочке стоял беспроводной телефон. В руках у нее была книга, но она отказалась от намерения прочитать ее двадцать минут назад. Она могла просматривать один и тот же абзац много раз, не обращая внимания на слова. Кроме того, книга была последним, о чем она думала. Она взглянула на дисплей телефона, чтобы убедиться, что батарейки не сели. Нет. Полностью заряжен. Затем она посмотрела на часы. Было уже одиннадцать. Карли сказала, что уже должна вернуться в свой гостиничный номер и позвонит, как только доберется туда. Вздохнув, Рэй отметила страницу и отложила книгу. Затем она прикрыла глаза рукой, испытывая отвращение к тому, насколько жалким это было. Она не могла припомнить, чтобы так сильно нуждалась в другом человеке. И это даже не было сексуальной потребностью, хотя и это, безусловно, было частью этого. Она нуждалась в Карли, как в дыхании. Жизнь с Карли казалась ярче, волнительнее. Даже счастливой. Жизнь без Карли была скучной. И пустой. Рэй позволила своим мыслям блуждать в ожидании телефонного звонка и думала о совете, который доктор Эванс дала ей по поводу секса две недели назад. Было разумно, что она должна снова научиться чувствовать себя комфортно со своим телом без Карли. Она просто не была уверена, с чего начать. Это было неправдой. Она точно знала, с чего начать, но не была уверена, сможет ли заставить себя попробовать. С каких это пор мастурбация стала казаться такой пугающей? Раньше она делала это постоянно. Как могло что-то такое знакомое и такое приятное напугать ее сейчас? Рэй положила руку на живот. Она была солдатом, черт возьми. Она сталкивалась с гораздо более страшными вещами, чем это, и выжила. Это не имело большого значения. Оставайся в настоящем. Никаких негативных прогнозов. Она задрала футболку чуть ниже груди и погладила обнаженную кожу вокруг пупка. Она была настолько оторвана от своего тела после Ирака, что вот так прикасаться к нему казалось чужим. Как будто она прикасалась к незнакомцу. Что, если она потеряла способность наслаждаться своим телом вместе со старой Рэй, еще одну из многих вещей — чувство безопасности в своем мире, свою невинность, — которую она не знала, как вернуть? Она даже не пыталась. Что, если она была сломлена способами, слишком разрушительными, чтобы с ними смириться? Но теперь, когда она нашла Карли, она была обязана разобраться со своими сексуальными проблемами лицом к лицу. Очевидно, это был очень хороший знак, что Карли возбудила ее и что она даже захотела секса впервые с тех пор, как Арчер прижал ее к полу в ванной. Если бы она все еще желала этого, возможно, она смогла бы достичь оргазма. Верно? Рэй глубоко вздохнула и скользнула рукой под эластичный пояс ее трусиков. Не позволяя себе думать, она нашла свой клитор и нежно погладила его. Он был чувствителен к прикосновению, почти невыносимо. Рэй вздрогнула, когда зазвонил телефон, и оторвала руку от трусиков. Желая, чтобы ее сердцебиение замедлилось, она нащупала трубку, когда подняла ее. — Алло? — Привет, солнышко. Надеюсь, я тебя не разбудила? При звуке голоса Карли все напряжение покинуло тело Рэй. До этого момента она даже не осознавала, насколько сильно была взвинчена. — Ты издеваешься надо мной? Я пыталась перестать пялиться на телефон и желать, чтобы он зазвонил. Карли засмеялась. — Я тоже с нетерпением хотела услышать твой голос. Как прошел твой день? — Отлично, — сказала Рэй, хотя “адекватно”, вероятно, было более справедливым прилагательным. — Сегодня днем я некоторое время работала с Джеком над аджилити, но на улице было довольно холодно, поэтому мы все решили обняться на диване. Возможно, мы посмотрели слишком много фильмов об Индиане Джонсе. — Звучит замечательно. — Без тебя ни один день не бывает чудесным. — Рэй хотела бы, чтобы у нее хватило смелости сопровождать Карли в город, но знала, что Карли не была удивлена, что она этого не сделала. — Как прошел твой день? — Долго. Лекции были интересными, но я устаю сидеть в аудитории. Я поужинала с Лиэнн, затем она настояла на том, чтобы затащить меня в этот шумный клуб, что было не так приятно. У меня до сих пор звенит в ушах. — Карли вздохнула. — Я старею. Раньше я любила ходить на танцы, а теперь все, о чем я могу думать, это зачем включать музыку так громко? Рэй рассмеялась. — Тридцать два — это еще не старость. — Я старше тебя. — Ну, я тоже не люблю громкую музыку. — Кого Рэй обманывала? Даже в двадцать пять лет мысль о том, чтобы оказаться в шумном танцевальном клубе, вызывала у нее тошноту. — Тебе, по крайней мере, было весело? — Все было в порядке. — Карли прочистила горло. — Честно говоря, я провела большую часть вечера, уклоняясь от попыток Лиэнн свести меня с любой доступной женщиной, которую она могла найти. Рэй проглотила свою немедленную реакцию на одержимость Лиэнн найти Карли кого-то. Было нечестно раздражаться на Лиэнн, когда она сама просила Карли держать их отношения в секрете. То, что Лиэнн делала для Карли, не имело никакого отношения к Рэй. — В любом случае, я ждала этого момента весь день. Я так привыкла к твоим поцелуям на ночь, что прямо сейчас эта гостиничная кровать кажется ужасно пустой. — Ты в постели? — Разочарование Рэй в Лиэнн растаяло. — Да. А как насчет тебя? — Я тоже в постели. — Рэй закрыла глаза и снова положила руку на свой голый живот, представляя, что Карли прикасается к ней. — Скучаю по тебе. — Мне нравится, как это звучит. Хочешь рассказать мне больше? Рэй вздрогнула от возбуждения в голосе Карли. Она все еще не привыкла вызывать у неё такие чувства, и это было невероятно сильно. С тех пор как доктор Эванс спросила, может ли она поговорить с Карли о сексе, она представила, на что это может быть похоже. Может быть, это было бы проще по телефону. — Прости, я не хотела ставить тебя в неловкое положение, — сказала Карли, очевидно, восприняв молчание Рэй как знак того, что была перейдена черта. — Я тоже по тебе скучаю. — Ты не поставила меня в неловкое положение. — Рэй глубоко вздохнула. — Я пыталась набраться смелости, чтобы поговорить с тобой. О сексе. — О. — Хотя Карли говорила осторожно, ее интерес, очевидно, был задет. — Что-то конкретное или секс в целом? Рэй натянула одеяло на голову, смущенная тем, что это было так неловко. — Секс с тобой. С женщиной. И со мной. — А. — Карли звучала так, как будто она действительно могла понять, что только что сказала Рэй. — Ты хочешь поговорить о том, на что будет похож секс с женщиной? — Да, — сказала Рэй. Слава Богу, Карли смогла перевести ее тарабарщину. — Я имею в виду, я, наверное, знаю. Но я не совсем уверена. Мой психотерапевт посоветовала мне попытаться привыкнуть говорить об этом с тобой, так что я подумала... — Нет, это хорошо. Очень хорошо. — Карли прочистила горло, затем нервно рассмеялась. — Очевидно, у меня боязнь сцены. — Нам не обязательно говорить об этом. Я просто... думала об этом перед тем, как ты позвонила. — Я тоже думала об этом. — Рэй услышала какой-то шорох на том конце провода, где разговаривала Карли. — Каждый раз, когда мои мысли блуждали во время сегодняшней конференции, я фантазировала о том, как на самом деле занимаюсь с тобой любовью. — Например, как? — Рэй раскрыла лицо и глубоко вдохнула прохладный воздух. — Я имею в виду, что ты представляла? — Целовала тебя, конечно. Что я почувствовала, когда ты коснулась моей груди той ночью. У тебя удивительные руки. Такие сильные. Когда я впервые встретила тебя, мне показалось, что твои руки выглядят нежными, поэтому я была удивлена, что они такие сильные. Дыхание Рэй участилось, когда голос Карли стал ниже. Возбуждение сквозило в каждом слове, и это было заразительно. — Я не могу дождаться, когда снова прикоснусь к тебе. — Знаешь, что еще я представляла? — Что? — Спросила Рэй, затаив дыхание. — Как твой рот будет ощущаться на моей груди. Мне нравится, когда сосут мои соски, а ты так потрясающе целуешься. Я могу только представить, как твой рот будет ощущаться в других местах. — Карли поколебалась, затем сказала: — Это нормально? Вот так разговаривать? — Это идеально. — Рэй знала, о чем спрашивала Карли. — Сейчас я чувствую себя в полной безопасности. И очень возбуждающе. Карли застонала. — Мне определенно нравится, как это звучит. — Желание Карли, каким бы пугающим оно ни было, заставляло ее чувствовать себя живой. — Ты хочешь пососать мои соски? Рэй сглотнула. Даже когда у них с Дэнни был регулярный секс, они трахались гораздо чаще, чем говорили об этом. Трудно было поверить, что слова могли так сильно возбудить ее. — Да. Я много думала об этом, — прошептала Рэй. — Твоя грудь прекрасна. Такая сексуальная. — Тебе понравилось бы чувствовать мой рот на своей груди? Толчок удовольствия сотряс клитор Рэй, у нее перехватило дыхание. Она стиснула зубы, удивленная своей бурной реакцией. — О, да. — Твои соски сейчас твердые? Рэй колебалась всего мгновение, прежде чем скользнула рукой под футболку. Она знала, что они были как гранит, еще до того, как прикоснулась к ним, такими тугими и болезненными. Но ей хотелось сомкнуть кончики пальцев вокруг одного из них, представить, что это рот Карли, а не ее собственная рука. — Да. — Мои тоже, — пробормотала Карли. — На мне только футболка и трусики, и мои соски сейчас такие твердые, что болят. Я бы все отдала, чтобы почувствовать на них твой теплый язык. Еще одна волна удовольствия пронеслась по клитору Рэй, и она скользнула рукой в трусики. Она слегка коснулась своего набухшего клитора, задыхаясь от своего отклика. Еще более поразительной была скользкая влага, которая лилась из нее, и все из-за голоса Карли. — Я мокрая. — Смазка покрыла пальцы Рэй. Она провела кончиком пальца по своему клитору и вздрогнула. — О, Боже мой. Я такая мокрая, Карли. — Я тоже. — Голос Карли дрожал. — Ты трогаешь себя прямо сейчас? — Немного. — Рэй снова погладила клитор, почувствовав облегчение, когда удовольствие накатило на нее. Она не чувствовала себя сломленной. — Может быть. — Не останавливайся, — выдохнула Карли. — Закрой глаза. — Они закрыты. — Это мои пальцы, милая. Я прикасаюсь к тебе прямо сейчас. Тебе это нравится? Рэй резко вдохнула. Было нетрудно притвориться, что это Карли лениво водит кругами по её половым губам, и возбуждение усилилось еще больше. — Я хочу прикасаться к тебе именно так. Я надеюсь, ты покажешь мне, как тебе нравится, когда к тебе прикасаются. — Как тебе это нравится? — Будет ли киска Карли ощущаться так же, как у нее? Или это будет так же непривычно, как тело Дэнни? — Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделала с тобой. Пожалуйста. Карли захныкала. — Я хочу, чтобы ты заснула в меня свои пальцы. Сначала один, потом два. Сердце Рэй грозило выскочить из груди. Ей не нужно было беспокоиться о том, что она не может чувствовать. Она чувствовала больше, чем могла себе представить. Мысль о том, чтобы скользнуть пальцами в Карли, вызвала у нее головокружение и слабость. Возможно, ей и нравился секс до Ирака, но ничто из того, что она испытывала тогда, даже близко не подходило к тому, что она чувствовала сейчас. Прикасаться к Карли таким образом казалось таким естественным и таким сексуальным. — Тебе нравится нежно? — Спросила Рэй. Удовольствие начало нарастать внизу ее живота, восхитительное давление, которое скоро должно было ослабнуть. Это был уже вопрос не "если", а "когда", и Рэй не хотела кончать слишком рано. — Или жестко? — И то, и другое. Как насчет сначала нежно, потом жестче, пока я не кончу на твои пальцы? Рэй вскрикнула, когда ее киска слегка сжалась, посылая волну ощущений по ее ногам. Она распознала признаки приближающегося оргазма и поджала пальцы ног, пытаясь предотвратить его. Это было так приятно. — Я могу это сделать. — Ты позволишь мне полизать тебя? — Голос Карли звучал так, словно она изо всех сил старалась дышать ровно, но потерпела неудачу. — Это то, что тебе нравится? — Я пробовала это всего дважды. — Дэнни не был большим поклонником этого, из-за чего Рэй было не по себе. — Но я бы хотела попробовать еще раз. — Хорошо. Потому что я много думала об этом, и я ничего так не хочу, как попробовать тебя на вкус. Я собираюсь заставить тебя чувствовать себя так хорошо, Рэй, я обещаю. — Ты заставляешь меня чувствовать себя хорошо прямо сейчас. — Рэй напрягла бедра и уперлась пятками в матрас. Еще немного, и она бы кончила. — Продолжай говорить. Пожалуйста. — Я хочу сосать твой клитор, пока ты не кончишь мне в рот. Тебе бы это понравилось? Рэй закрыла глаза и выгнула спину, когда ее тело содрогнулось от удовольствия. Ей захотелось закричать, но она сдержалась, не желая кричать в трубку. Вместо этого она стиснула зубы и попыталась сохранить дыхание. Ее бедра затряслись, и она обхватила их руками, затем уткнулась лицом в подушку, чтобы заглушить стон. Карли замолчала, но ее тяжелое дыхание все еще было слышно. Медленно Рэй развела бедра в стороны. Чтобы вернуть голос, потребовалось больше усилий. Она не доверяла себе, чтобы заговорить, и у нее не было слов, чтобы выразить то, что она чувствовала. — Ты кончила, милая? — Карли наконец спросила. — Ты стала довольно тихой там, но это прозвучало как... — Да. — Голос Рэй был хриплым, как будто она действительно кричала от оргазма. — Я определенно только что кончила. — Эмоции схватили ее за горло, болезненно сжимая. Ее глаза защипало, и она сморщила нос, пытаясь остановить слезы. Когда они все равно потекли, она отдалась своим чувствам. Невероятное бремя было снято. Она столкнулась лицом к лицу со страхом и восторжествовала. — Ты прекрасна, — тихо сказала Карли. — У меня не было оргазма больше двух лет. — Рэй прижала тыльную сторону ладони к глазам, охваченная облегчением. — Я не была уверена, что смогу больше. — Похоже, у тебя не было никаких проблем в этой области. На самом деле, нам удалось доставить тебя туда довольно быстро. Покраснев, Рэй сказала: — Вся заслуга в тебе. — Отдай должное и себе. Это была не моя рука. — Карли усмехнулась. — К сожалению. — Отдай должное и себе. Я надеюсь, что скоро это будет твоя рука. Или твой рот, — застенчиво сказала Рэй. Потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к столь откровенному флирту, но было приятно снова почувствовать себя желанной. — Я тоже, — сказала Карли. Рэй прикусила губу. — А ты кончила? — О. — Карли хихикнула, и ее голос прозвучал застенчиво. — Ну, нет. Я пыталась сосредоточиться на тебе. — Но ты... прикасалась к себе? — Немного. Может быть. Рэй ухмыльнулась. — Как думаешь, ты могла бы закончить? — О, эм... — Карли прочистила горло, затем рассмеялась. — Да. Определенно. — Ты сделаешь это? — Конечно. — Когда Карли заговорила снова, ее голос был более хриплым. — Я не ожидала этого сегодня вечером. — Я тоже. — Рэй искала, что бы сказать, какой-нибудь сексуальный комментарий, который помог бы Карли достичь оргазма, но она промолчала. Очевидно, тот оргазм уничтожил часть ее мозговых клеток. — Я не знаю, могу ли я говорить так, как ты. Но я все еще хочу услышать, как ты кончаешь. — Ты не обязана говорить. — Голос Карли дрогнул. — Просто послушай. Рэй молчала, когда дыхание Карли стало тяжелым, и она время от времени постанова, издавая звуки страстного желания, настолько чувственные, что клитор Рэй снова задергался. Она услышала, как нарастает удовольствие Карли, и напряглась в предвкушении, отчаянно желая услышать её освобождение. — Это так приятно, — пробормотала Карли. По тому, как она выговаривала слова, Рэй догадалась, что она была очень близка к этому. — Я хочу тебя так сильно, что это причиняет боль. Внезапно Рэй точно знала, что сказать. — Я влюблена в тебя, Карли. Я люблю тебя. Карли хрипло вскрикнула. Затаив дыхание, Рэй слушала, как Карли переживает то, что звучало как сокрушительный оргазм. Звуки, которые она издавала, были почти духовными по своей природе. Рэй боялась заговорить, не желая разрушать чары. Когда Карли наконец замолчала, Рэй прошептала: — Это было невероятно. — Да... — Она могла слышать сильные эмоции в голосе Карли. — Спасибо. — Ты в порядке? — Я в порядке. Замечательно. — Карли поколебалась, затем сказала: — Ты влюблена в меня? Почему голос Карли звучит так неуверенно? Хотя Рэй не произносила этих слов раньше, она скрывала свои эмоции. Конечно, Карли не была удивлена, что она озвучила очевидное. — Это важный шаг, — сказала Карли тихим голосом. — Я имею в виду, что эти слова очень важны для меня. — Я знаю, — сказала Рэй. — Для меня это тоже очень важно. — Я тоже в тебя влюблена. — Ты не обязана этого говорить. — Сердце Рэй переполнилось от этого заявления. — Я сказала тебе, потому что не ожидаю услышать это в ответ. Я просто почувствовала это, поэтому хотела, чтобы ты знала. — Но я действительно люблю тебя. — Шмыгнув носом, Карли сказала: — Я не уверена, что когда-либо думала, что произнесу эти слова снова, но, помоги мне Бог, я это делаю. Желудок Рэй скрутило узлом от печали, которую она услышала в голосе Карли. В этом не было никакого смысла. Это должен быть счастливый момент. — Почему у тебя такой грустный голос? — Мне не грустно. — Голос Карли просветлел. — Прости. Я не хочу, чтобы ты так думала. Вовсе нет. Просто немного ошеломлена. — Я понимаю это. Убедись, что дышишь. Карли рассмеялась. — Хороший совет. — Я в некотором роде эксперт, если тебе нужны какие-нибудь советы. — Рэй ухмыльнулась. — Все будет просто отлично, хорошо? Я никуда не уйду. Я обещаю. — Да. — Карли зевнула. — Мне неприятно это говорить, но я должна подумать о том, чтобы лечь спать. Завтра в восемь часов утра у меня лекция по противорвотной терапии собак и кошек. — Звучит захватывающе. — Что, черт возьми, это за противорвотная терапия? — Оно должно быть довольно хорошим, но не тогда, когда я еле держусь на ногах. Рэй улыбнулась. Она была влюблена в женщину, которой нравились сухие лекции по ветеринарии. В жизни определенно были интересные повороты. — Тогда я пожелаю тебе сладких снов. Хорошего тебе завтрашнего дня, и позвони мне, когда вернешься в Бодега-Бей. — Рассчитывай на это. Может быть, мы могли бы пойти куда-нибудь поужинать или еще что-нибудь, как мы договаривались? Рэй перестала улыбаться. Что было с постоянным желанием куда-нибудь пойти? Карли знала, что ей это не нравится. Рэй нужно было приложить больше усилий, но она хотела, чтобы Карли отступила. Все, чего она хотела, это немного времени, чтобы преодолеть страх разоблачения. Было ли это слишком большой просьбой? — Может быть, — солгала Рэй. — Мы сделаем что-нибудь веселое, я обещаю. — Хорошо. Скажи Джеку, что я увижусь с ним завтра вечером. — Будет сделано. — И крепко поцелуй Джаггера в башку. — Он оценит это. — Волна усталости захлестнула Рэй, застав ее врасплох. — Вау, сегодня я собираюсь спать как младенец. — Да, — пробормотала Карли. — Я тоже. *** Карли выключила свой мобильный телефон и положила его на дешевую деревянную тумбочку в своем дорогом гостиничном номере. Ее рука не дрожала. Со стороны она, вероятно, выглядела спокойной. Хотелось надеяться, что ее голос звучал так же, когда они прощались. Она думала, что довольно хорошо держала себя в руках, что было удивительно. В конце концов, Рэй только что потрясла ее вселенную до глубины души. Она понятия не имела, почему, услышав слова «Я люблю тебя», она почувствовала, что мир вокруг нее рушится. Она должна быть счастлива. Не то чтобы она тоже не была по уши влюблена в Рэй. Так почему же, вместо того чтобы чувствовать себя вне себя от радости, она изо всех сил старалась не впасть в полномасштабную панику? Эти три слова, теперь, когда они прозвучали, внезапно сделали все очень реальным. Она была влюблена в женщину, которая не была Надей. Еще более тревожным было то, что она снова отдавала свое сердце, теперь, когда оно наконец зажило. После всей боли, которую она перенесла с тех пор, как потеряла Надю, это было просто безумием. Лиэнн считала, что Рэй — это большой риск, и, возможно, она была права. Даже если Рэй была искренней в своих чувствах, как считала Карли, ей явно было не так уж комфортно находиться с женщиной. Черт возьми, ей даже было неудобно выходить из дома! Карли съежилась от направления своих мыслей. Она знала, что у Рэй были проблемы, когда они встретились. Она знала, что Рэй придется преодолевать трудности, когда они начали свои романтические отношения. И все же она все равно двигалась вперед, принимая эти факты. Казалось несправедливым волноваться из-за всего этого теперь, когда их сердца были вложены друг в друга. На самом деле, она чувствовала себя совершенно дерьмово. Дерьмово это или нет, но она боялась. Когда у них начались отношения, Рэй, по крайней мере, могла ходить в продуктовый магазин. Они регулярно гуляли по пляжу, и Рэй даже согласилась провести тот замечательный день в институте собак-помощников. Так что да, у Рэй были проблемы, но, похоже, в конце туннеля забрезжил свет. Теперь все, что Карли могла видеть, была темнота. С момента их свидания у Рэй всегда была какая-нибудь причина, по которой они не могли или не должны были выходить из дома, и какое-то время Карли пыталась списать это на себя, но она не была глупой. Рэй было неудобно, когда её видели с ней. Она боялась, что ее разоблачат — до такой степени, что она даже не позволила бы Карли довериться. Это не сработало бы. Они были на пути к катастрофе. Ситуация в ее нынешнем виде была невыносимой — и для Карли, и для Рэй. Имело ли значение, что они любили друг друга, если их отношения отбросили Рэй назад? Если она действительно любила её, разве благополучие Рэй не должно быть её главной заботой? Со стороны Карли было бы эгоистично позволить, чтобы все так и продолжалось, в то время как Рэй продолжала отступать. Карли провела руками по лицу, затем перевернулась на живот. Она обняла подушку и попыталась блокировать свои негативные мысли, пока они не испортили то, что было такой потрясающей ночью. Она действительно думала о Рэй весь день. Сначала на конференции, потом в том клубе с Лиэнн. Громкая музыка и извивающиеся тела на танцполе заставили ее почувствовать себя не столько старой, сколько одинокой и разочарованной. Она вернулась в отель возбужденная и готовая услышать голос Рэй, и получила гораздо больше, чем ожидала. Испытать такую близость было подарком. Рэй потребовалось немало мужества, чтобы так свободно поделиться с ней, и это значило больше, чем Карли могла когда-либо оценить. Она не была уверена, что когда-либо была так возбуждена, как тогда, когда услышала, как Рэй доводит себя до оргазма. Не говоря уже о том, что польщена. Она любила Рэй всем сердцем и душой, и даже один день разлуки разрывал ее изнутри. Так почему же она позволила своему мозгу вмешаться и внести все эти сомнения? Карли громко выругалась, позволив подушке заглушить ее слова. Прошло так много времени с тех пор, как она в последний раз была влюблена, что забыла, насколько это может сбивать с толку. Хотя она была чертовски уверена, что отношения с Надей никогда не были такими запутанными. Иногда она отдала бы все, чтобы снова стать новой и сияющей. Раньше она принимала свой оптимизм как должное, никогда не понимая, что его можно погасить, как огонек, и теперь ей его не хватало. Карли перевернулась на спину и закрыла глаза. Ей действительно нужно было поспать. Может быть, утром все покажется не таким страшным. Может быть, она будет знать, что делать.По крайней мере, она на это надеялась. Иначе она действительно могла бы все испортить.