Мой милый одуванчик

Дыши, Тэхён, не забывай дышать.

Я знаю, ты давно мечтал вот так,

В объятиях Чонгука утопать.

Мечтал наивно посмотреть в его глаза

И чувствовать ту сладость на своих устах.

Ты счастлив наконец, и хочется летать,

Но я прошу, не забывай дышать…

      Тэхён, закрыв глаза, почувствовал, как бабочки порхают в животе. С того самого вечера он представлял их первый поцелуй. Всё думал, каким он будет. Тэхён ещё ни с кем не целовался. Несомненно, множество альф заигрывали с ним и предлагали встречаться, но все — не то. Почему-то они не цепляли, не интересовали его и не заставляли сердце биться сильнее. Да, были и красивые, даже очень, но если уж к сердцу не лежит, то и телу будет всё равно. Поэтому дальше пробного свидания отношения не доходили.       Он не хотел обнадёживать человека и обременять себя. Ведь тратить время на того, к кому безразличен, — абсурд. Но с Чонгуком всё было по-другому, всё не так. С первой встречи, с первого взгляда будто невидимая сила толкала его к нему. Тэхён был упрям, отнекивался, пытался бежать, но куда бы ни убегал, всё равно в итоге оказывался в объятиях любимого. От судьбы не убежать. Видимо, так оно и есть. Миллионы дорог, улиц, троп — все сводились к одному месту… К дому Чонгука и к его сердцу.       Сейчас он чувствовал сладость его губ, заполнял лёгкие ароматом бергамота и сандала, смотрел на возлюбленного с такого ракурса, с которого позволено только ему. Прекрасен, так прекрасен до невозможности. Всё казалось сном, миражом, помутнением рассудка, но истина была перед глазами, и она здесь… крепко прижимала его к себе и не собиралась отпускать.       — Чонгук-а… — тихим голоском прошептал Тэхён ему на ухо.       — Что такое, мой мальчик? — слегка отклонившись, произнёс Чонгук.       — Может, зайдём?       Тэхён смущённо кивнул в сторону лестницы, где в полном шоке двое альф лицезрели драму. Те уже забыли, куда шли, просто стояли с удивлёнными лицами.       — Чё уставились? — рыкнул на них Чонгук, а после затащил Тэхёна в квартиру, прижал к стене и осыпал его нетерпеливыми вопросами: — Ты где пропадал? Хоть знаешь, сколько я искал тебя? Места себе не находил! Ты словно испарился, словно тебя и не было, остались одни мысли. Всё казалось нереальным, будто ты плод моей фантазии. Будто от отчаяния я создал тебя в своём воображении и, как идиот, влюбился.       Чонгук учащённо дышал, смотря Тэхёну прямо в глаза. После недолгой паузы он более нежно добавил:       — Тэхён, я думал, что обидел тебя чем-то, задел чувства, разозлил, и ты не желаешь меня видеть.       — Чонгук… А я думал, что безразличен тебе. Мне было неловко, и разные мысли подкрадывались в голову, — виновато ответил Тэхён.       — Ну как ты можешь быть мне безразличен? Ты же мой одуванчик, мой милашка. Ты единственный, кому я излил душу, и единственный, кому тогда отдал своё сердце. Всё, что имею, я готов отдавать тебе всю свою жизнь. Ты тот, кто дороже всего на свете. Ким Тэхён, омега, которого я повстречал тем поздним вечером и ради которого теперь бьётся моё сердце.       — Уй… — Тэхён плавающим взглядом посмотрел на Чонгука и продолжил: — А ты мой зайчонок, единственный во всём мире. Первый и последний альфа, который стал моим самым заветным желанием. Чон Чонгук, ты очень сильно нравишься мне. И это на всю оставшуюся жизнь. Просто знай.       — И я тебя люблю, Тэхён. — Чонгук поцеловал возлюбленного в кончик покрасневшего носика. — И, умоляю тебя, не пропадай вновь, я этого не вынесу.       — Не буду.       Тэхён прижался к груди теперь своего альфы, обхватив руками его шею. Он осыпал его лицо сладкими, короткими поцелуями: глаза, щёки, подбородок и самые прекрасные в мире губы, что слаще самого лучшего мёда на земле. Те, о которых он так долго мечтал и будет мечтать всегда и неустанно.       Он целовал Чонгука, словно в последний раз, будто его заберут, украдут, вновь оставят наедине со своим разбитым сердцем. Пока тот рядом, нужно насладиться сполна, почувствовать все краски их чувств и отдаться целиком и полностью. Нужно ценить каждое мгновение жизни, ценить каждую секунду, дорожить и отдаваться друг другу по максимуму. Нужно успеть за столь короткую жизнь подарить счастье и заботу.       — Тэхён, — сквозь поцелуй проговорил Чонгук.       — М-м? — не отрываясь от губ возлюбленного, промычал Тэхён.       — Что ты пытаешься сделать сейчас? — с недоумением спросил он.       — Не спрашивай ничего, выпусти чувства наружу.       — Тэхён. Но ты же пьян.       Чонгук не хотел, чтобы потом его обвинили в том, что он воспользовался ситуацией, и тому подобное. А уж больше всего на свете боялся задеть чувства своего омеги. Любил до ужаса, но и волновался сильно. Тэхён — хрупкий алмаз. С виду он идеален, прочен, но стоит слегка задеть, как разобьётся на мельчайшие частицы, и вновь собрать уже не получится.       — Разве это имеет значение? Или ты не хочешь меня, потому что я пьян?       — Я очень-очень тебя хочу. Но боюсь, что завтра ты вновь сбежишь от меня. Ты протрезвеешь и снова станешь избегать встреч со мной. Мне важнее сам ты, а не собственные желания.       — Чонгук-а, я тебя люблю. Никуда я больше не убегу. Я твой, и буду твоим всегда. — Тэхён оставил лёгкий, манящий поцелуй на его губах.       — Ты обещаешь мне, что не убежишь и не станешь завтра жалеть и упрекать меня?       — Обещаю.       После этих слов Чонгук поднял его на руки и со счастливыми глазами рванул куда-то вперёд. Они, словно мотыльки, взвились в танце, закружились под светом луны. И пусть она станет свидетельницей их любви этой ночью.

Целуй… целуй меня так нежно.

Ласкай, ласкай, как можешь только ты.

Уйдут печаль и боль, ведь это всё неважно.

Сейчас и здесь, в этом мире только мы.

Ты мальчик мой, ты моя слабость,

Мой одуванчик милый, моя радость.

Ты моё счастье и покой,

Ты — вихрь чувств моих шальной.

Наша любовь предначертана на небе,

Написана судьбой — её не изменить.

Готов я в жизни всё отдать тебе,

Сплела дороги наши красная нить.

      Такие сладкие, такие манящие и такие вкусные губы Тэхёна… Чонгук наслаждался ими, гоняя тем самым мурашки по телу возлюбленного. Тэхён и подумать не мог, что всего лишь поцелуй сможет так сильно будоражить чувства. Но, кажется, дело было вовсе не в самом поцелуе, а в человеке, который дарил ему эту усладу.       — Чонгук-а, — хитрым голоском протянул Тэхён.       — Что такое? — насторожился Чонгук.       Он подумал, что сделал что-то не так. Возможно, неосознанно обидел или же причинил неудобства.       — У тебя карты не найдутся? — с игривой улыбкой спросил Тэхён.       — Карты? Гадать собрался на ночь глядя?       Чонгук был в шоке. Он и в жизни бы не подумал, что посреди ласк пьяненькому Тэхёну взбредёт в голову карты попросить.       — Да нет, — усмехнулся Тэхён. — Может, мы поиграем чуток во что-нибудь интересненькое?       — Ладно, сейчас принесу. — Всё ещё находясь в недоумении, он достал из выдвижного ящика возле кровати самую обыкновенную колоду карт и вручил её Тэхёну. — Держи.       Чонгук и представить себе не мог, насколько у его милого одуванчика развратные мыслишки. Каждый раз он подвергался шоку и уже не знал, чего ожидать дальше. Сколько тайн и загадок кроется в этом мальчике? Но это даже забавляло и вызывало невероятный интерес — познавать его каждый день по-новому. Как минимум до конца жизни этих загадок будет достаточно.       Игра, которую предложил Тэхён, заинтриговала Чонгука.       — Ч-что? На раздевание? — с удивлёнными глазами спросил он.       — Ну да.       — Милый ангелочек с маленькими дьяволятами в голове, ей-богу, — обречённо прошептал Чонгук. — Хорошо, давай попробуем.       Раунд за раундом они играли и развлекались. Множество раз Чонгук подыгрывал Тэхёну, чтобы тот был счастлив, ведь его улыбка — самая прекрасная в мире. Когда сам он остался в одних трусах, Тэхёна и вовсе развезло. Тот говорил, что он доигрался и проиграл всё, а Чонгук просто наблюдал за хорошим настроением своего омеги. Уж лучше так, чем убивающие слёзы.       — Я победил! — гордо прокричал Тэхён, по-ребячески высунув язык.       — Победил, значит? А ну-ка иди сюда!       Чонгук поймал его и начал щекотать. Комната наполнилась смехом, и любовь так и витала в воздухе.       — Прекрати! Чонгук-а, мне щекотно! Я сдаюсь, — умоляюще захныкал Тэхён. Он уже не мог смеяться, щёки и живот, казалось, скоро взорвутся от смеха.       Чонгук посмотрел в эти прекрасные, песочного цвета глаза и улыбнулся.       — У меня на лице что-то есть? — Тэхён стал ощупывать себя в надежде найти то, на что тот уставился.       — Самый прекрасный и самый любимый омега на свете. Мой драгоценный и единственный, — нежно ответил Чонгук и жадно, со всей страстью впился в его губы.       Они, словно два безумца, с бешеной скоростью начали срывать остатки одежды друг с друга. Так надоела, так мешала вся эта ткань. Хотелось прижаться как можно ближе, почувствовать бурю эмоций и порыв чувств. Хотелось касаться друг друга и отдавать всё-всё. Они завалились в пушистую уютную постель, словно в облако, и предались своим желаниям.       — Тэхён, я люблю тебя, — ласково прошептал Чонгук ему на ухо, прикусил мочку и кончиком влажного языка прошёлся по столь чувствительному местечку, а затем плавно опустился к шее.       Тэхён плавился от приятной щекотки и бабочек в животе. Почему-то именно эта точка была самой отзывчивой в его теле и больше всего приносила ему удовольствие.       — И я тебя, зайчонок, — ответил Тэхён и впился в губы своего драгоценного альфы.       Так мало, хотелось больше и больше.       Чонгук расцеловывал тело своего возлюбленного, ласкал его языком, губами и руками. С большой нежностью и трепетом оставлял каждое касание, не желая хоть как-то навредить ему, доставить дискомфорт. Он волновался, пытаясь сделать всё как можно аккуратнее и не причинить боль своему одуванчику в его первый раз. С виду дерзкий и острый на язык альфа возле своего возлюбленного становился самым нежным, самым добрым и самым привлекательным.       Сильная, мускулистая, твёрдая грудь Чонгука сводила Тэхёна с ума, а татуировки на руке вызывали невероятный восторг и зажигали внутри него страсть. Его кадык, который нервно трепетал, и сердце, выпрыгивающее из груди, будоражили кровь и зарождали невероятное желание. Но больше всего манили глаза. Чёрные, как самая непроглядная тьма. Стоило хотя бы раз посмотреть в них, как нечто невиданное утаскивало за собой.       Луна так бесстыдно подглядывала в окно за двумя возлюбленными и словно осыпала их своим серебром.       Чонгук целовал нежное, хрупкое тело своего омеги. Тот был чист, невинен, нетронут никем. Он медленно опускался поцелуями вниз. Подбородок, кадык, ключицы. Один сосок, затем другой — упругие от нахлынувшего возбуждения. Потом ниже и ещё ниже. Целовал, прикусывал, выписывал языком мокрые круги. Чонгук оставлял на теле маленькие засосы и наслаждался ароматом лаванды — успокоителем души и сердца. Поцеловал пупок, опустился ещё ниже и остановился.       Он посмотрел Тэхёну в глаза и полушёпотом сказал:       — Я люблю тебя, мой милый одуванчик.       — И я тебя, зайчонок мой, — промычал от удовольствия Тэхён, его тело утопало в мягкости простыней.       Возбуждение настигло его уже давно. Каждое касание, каждый поцелуй и каждый взгляд, будоражили чувства Тэхёна. Будучи девственником, он кайфовал и наслаждался тем, что с ним делал Чонгук. Когда тот прикоснулся к его налившемуся от возбуждения члену, по телу Тэхёна пробежала лёгкая дрожь. Это отличалось от того, когда он сам себя ласкал. Совершенно не те ощущения. Сейчас было по-другому — ярче, слаще, приятнее.       Тэхён получал удовольствие, его лицо расплывалось в широкой улыбке, глаза закрывались, чтобы сосредоточиться лишь на этих умопомрачительных ощущениях, а сквозь зубы украдкой вырывались стоны. Чонгук был счастлив приносить удовольствие своему возлюбленному и сам кайфовал от этого. Такой желанный, такой любимый и такой нежный, Тэхён вверял себя ему, его объятиям и ласкам.       Стоило Чонгуку войти в него, как Тэхён тут же почувствовал небывалую наполненность. Казалось, что до сих пор он жил опустошённо, будто чего-то не хватало. Сейчас же всё было при нём и на своих местах. Тэхён зарывался пальцами в чёрные мягкие волосы Чонгука на затылке, водил ладонью по его спине, оставляя лёгкие следы и царапины. Он вдыхал его аромат, наслаждался и витал в эйфории.       Протяжные стоны и ласковые слова переплелись со страстью и любовью. Их тела слились воедино, и они всецело чувствовали друг друга. Сердца бились в унисон, в венах закипала кровь, и счастью не было предела. Чонгук и Тэхён ощущали себя самыми любимыми, наслаждались друг другом, жадно расцеловывая и прижимаясь горячими телами. Сквозь долгие ласки и нежные касания чувствовалось, как вот-вот настигнет пик.       Ещё мгновение, и всё… Чонгук и Тэхён в унисон выплеснули свои чувства наружу, почувствовав сладостное облегчение. Вымотавшись после долгой, забавной и чудесной ночи любви, они ещё долго лежали, крепко прижавшись друг к другу, и восстанавливали дыхание. Чувствовали удовлетворённость и неземную радость.       Раньше Тэхён представлял, каким будет его первый раз: больно ли это… и кому он сможет довериться. Он всё рисовал в своём воображении идеального альфу, который будет трепетно к нему относиться и ласково и заботливо проявлять свою любовь. Такого он и получил. Этот альфа теперь лежит возле него и крепко обнимает — тот, кто уже давно о нём мечтал, и тот, о ком мечтал сам Тэхён.       Они так долго желали этой близости и наконец получили её. Мучились, грезили, представляли себе, но реальность превысила их ожидания стократно. Они единственные друг у друга, истинные, любимые и самые счастливые. Возлюбленные нашли своё утешение и облегчение боли и теперь счастливы. Находясь в объятиях друг друга, они почувствовали полный покой, уют и безопасность.       Им было плевать на то, что творится в этом прогнившем мире, ведь там, где они, — любовь, счастье и забота.       Они ещё долго лежали в обнимку и ласкали друг друга нежными прикосновениями и поцелуями.

***

      Пока Чонгук спал, Тэхён с интересом рассматривал его татуировки на руке. С первой встречи ему было любопытно, что кроется там, под чёрной рубашкой. Сейчас же смотри и любуйся — куча всего прекрасного и родного. Тэхёну было любопытно узнать их значение, но впереди ещё целая жизнь, чтобы всё познать.       Неужели мечты и правда сбываются? Раньше Тэхёну казалось, что они способны только разбиваться. Стоило чего-то пожелать и на что-то понадеяться, как приплыли… Жизнь только смеялась ему прямо в лицо и делала всё совершенно наоборот. Но раз самая заветная мечта осуществилась, возможно, стоит изменить своё мнение?       Он наблюдал за тем, как Чонгук прекрасно спит, тихонько сопя носиком. Полное спокойствие, никакого напряжения, только уют и комфорт. Именно это желает чувствовать каждый человек рядом со своим возлюбленным. Безопасность и душевное равновесие, счастье, радость и умиротворение.       Оставив лёгкий поцелуй на щеке, Тэхён прислонил голову к груди Чонгука. Уткнулся носом в его шею и вдохнул такой родной и любимый аромат бергамота и сандала. Пропитался им насквозь, заполнил всё целиком и полностью, но до конца жизни ему будет мало этого альфы. Тэхён провёл тонкими пальчиками по контуру его носа, заправил за ушки волосы и смотрел на милые и пушистые ресницы.       — Зайчонок мой, — со всей лаской и нежностью прошептал он.       — Ты почему не спишь? — сонно пробормотал Чонгук, затем приоткрыл глаза и спросил: — Как ты себя чувствуешь? Нигде не болит?       — Прекрасно себя чувствую. Чонгук-а, я счастлив, — улыбаясь, признался Тэхён.       — Я тоже. Люблю тебя, мой одуванчик, — прошептал Чонгук и оставил лёгкий поцелуй на его лбу.       Лицо Тэхёна покрылось лёгким румянцем, а уголки губ вновь расплылись в широкой улыбке. Он вспомнил, как в прошлый раз надулся, когда Чонгук поцеловал его в лоб, а сейчас был доволен, как только что накормленный котёнок.       — А когда мы попробуем режим кролика? — с ухмылкой подразнил Тэхён.       — Чего? — Чонгук приподнял голову с подушки.       — Ну, ты тогда сказал, что похож на кролика, и… — начал он, но договорить ему не позволили.       — Ах ты, чертёнок мой! Какой же ты развратный. — Чонгук нежно поцеловал своего мальчика. — Успеем ещё, впереди вся жизнь. Сегодня спи уже.       Крепко обняв друг друга, возлюбленные сладко-сладко заснули. Полная тишина и уют окутали их своим теплом. Лишь только луна наблюдала этой ночью самую долгожданную и самую желанную близость.

***

      Утро пришло так же незаметно, как и ушла ночь. Солнечные лучи щекотали лицо Чонгука, одаривая теплотой и лаской. Еле разлепив глаза, он с улыбкой поприветствовал новый день и пожелал Тэхёну доброго утра. Чонгук повернулся, чтобы оставить утренний поцелуй, но не обнаружил его в постели.       — Что? Нет-нет-нет!.. — напуганно произнёс он, и сердце панически забилось в груди.       Неужели то, что произошло прошлой ночью, было сном? Неужели это был очередной плод воображения и какие-то нелепые мечты? Хотя нет, от них следы не остаются на теле. Тогда, возможно, Тэхён всё же сбежал? Не находя себе места, Чонгук вскочил с кровати и как можно быстрее выбежал из комнаты.       То, что он увидел, успокоило его.       Тэхён как ни в чём не бывало возился на кухне. Улыбка не сползала с его губ, он будто сверкал от счастья. Чонгук подошёл к нему и обнял сзади, заключив пальцы в замок на уровне его тонкой талии.       — Доброе утро, мой милый одуванчик, — с нежностью прошептал он в розовое ушко.       — Доброе, любимый. Я хотел принести тебе завтрак в постель, но ты проснулся быстрее.       — А я уже испугался, что ты снова сбежал, оставив меня наедине со своими чувствами.       — Чонгук-а, я же говорил, что больше никогда не сбегу. Одного раза мне более чем достаточно, — успокоил своего альфу Тэхён, затем развернулся в кольце его рук и нежно поцеловал.       — Я люблю тебя, Тэхён.       — И я тебя, Чонгук-а.