На кончиках хвостОв в цвете радуги...

Чуть более суток полета понадобилось мини отряду Салли, чтобы долететь до гор Аллилуйя. Необходимость нестись сломя голову отпала, но и расслабляться поводов не было. Им пришлось сделать несколько вынужденных посадок хотя бы потому, что есть и пить в полете еще можно, а вот облегчиться уже не получится. Процесс этот даже в полете для мужчин немудреный, но он бы нанес унизительный удар по гордости их крылатых братьев. Против ветра, как говориться у на’ви, мочиться Эйвой не велено. Уже на подлете к горам Тарсем, новый вождь клана Оматикайя, не словами так действием доказал, что Джейк не даром передал клан в его руки. Стоило им пролететь первую парящую скалу, как их тут же окружили разведчики клана. Узнав Торука Макто, воины издали приветственный клич и сопроводили пару до самой деревни, все так же располагающейся в глубокой пещере одной из самых крупных скал, парящих в округе. День был в самом разгаре, и жизнь в клане кипела. Перед вылетом Джейк связался по рации с Нормом и предупредил о визите, потому гостей ждали. На широкой площадке для приземления икранов стояли Тарсем, аватар самого Норма, Паук и тсахик Мо’ат. Позади них толпилось подозрительно много других членов клана, делающих занятой вид, но при этом радостно улыбаясь, видя своего бывшего вождя. Детвора вообще не понимала запретов и шумно галдела, тыча пальцами в их сторону. К спрыгнувшим с крылатых ящеров гостям подскочил молодой на’ви, дабы позаботится об их банши, и приветственно махнул Ло’аку рукой. Тот с изумлением узнал в нем повзрослевшего Камуна. Того самого, который все детство доставлял ему неприятности и, неуверенно улыбнувшись, поприветствовал юношу в ответ. - Я вижу тебя, Оло'эйктан Тарсем, - делая приветственный жест, сказал Джейк своему визави и, радостно улыбаясь, крепко обнял вождя. Затем он подошел к Мо’ат и слегка склонился перед женщиной, которая сыграла в его жизни одну из важнейших ролей. - Рад видеть вас в здравии, уважаемая тсахик. – несмотря на годы знакомства, Джейк все еще побаивался своей тещи, способной только лишь взглядом лишить уверенности даже самого храброго воина. - И я рада тебя видеть, Жейк Сулли. – ответила мудрая женщина и, подойдя к нему, крепко обняла мужа дочери и отца своих внуков. Дальше последовали дружеские приветствия с остальными, и Ло’ака буквально утопили в объятиях. Тсахик Мо’ат не смогла сдержать слез от встречи с внуком, и восхищалась тем, как он возмужал за время отсутствия. Норм после бурного приветствия тут же схватил сломанный аппарат и умчался в сторону научных вагончиков. Ему не терпелось узнать, что же задумали в RDA и чем именно заразили членов клана Тайранги. Любопытство ученого всегда превалировало над чувством его самосохранения. Ло’ака перехватил Паука, и парни умчались делиться последними новостями друг с другом. Понятное дело, большинство вопросов Майлза так или иначе касались Кири. Сам Джейк последовал за Тарсемом к его палатке. Сев у входа и потирая затекшие мышцы, он принялся рассказывать вождю и тсахик, которая присоединилась к беседе, последние новости, как из жизни его семьи, так и о печальных событиях в клане Тайранги. Разговор получился весьма продолжительным, так как ответные новости накопились и у его собеседников. Тарсем самолично налил в чаши каву и раздал их присутствующим. День плавно близился к завершению, и в огромной пещере, скрывающей клан от посторонних, все ярче и ярче разгорались рукотворные источники освещения. Возле палаток женщины разжигали костры, а прожекторы на вагончиках ученых, согласно командам с датчиков освещения, добавляли мощность в свои светодиодные внутренности. Джейк, поглядывая вокруг, откровенно ностальгировал по временам, когда он командовал всей этой разношерстной компанией. Однако он не мог не заметить, что и под руководством Тарсема небо на многострадальные головы клана не рухнуло, а на’ви его прежнего племени выглядят вполне довольными жизнью. Да, нового Дерева-Дома они так и не приобрели, но поколение молодых воинов клана уже подрастало, даже не зная, что значит жить на его могучих и уютных ветвях. Торук Макто издалека увидел бредущего к ним Норма, который в этот раз не стал использовать свой аватар, а воспользовался кислородной маской в человеческом обличии. Судя по настроению друга, новости у него были явно не из разряда приятных. Ученый подошел к очагу и сел на перевернутую, плетеную корзинку для ягод. Для невысокого человечка та вполне удачно заменила собой высокий стул. Все ждали, что именно он скажет, и напряженно посматривали на его маску. Тот не стал долго томить слушателей. - Все очень плохо, Джейк. Я обнаружил в распылителе квадрика следы типичного нейротоксина, который использовали еще в двадцатом веке на Земле во время войн. Макс проверил его воздействие на местные организмы и, вынужден тебя огорчить, он действует на них так же, как действовал когда-то на людей. Проще говоря – он смертелен! Единственный плюс, если это можно назвать плюсом, токсин не вызывает мгновенную смерть, ибо биохимическая структура местных жителей кардинально отличается от человеческой. Клетки На'ви не содержат ДНК, однако кровообращение и обмен веществ между нами схож, посему отрава все равно доберется до цели, пускай и с приличной задержкой во времени. - А лекарств от подобной гадости нет? – спросил обеспокоенный Тарсем, в глубине души понимая, что его клан вполне может стать следующей жертвой коварства Небесных Людей. - Нет, уважаемый вождь. От этой отравы нет лекарства даже в мире людей. Лишь симптоматическая поддержка зараженного организма, да купирование болевых проявлений, облегчающие участь зараженного. Звучит ужасно, но клан Тайранги обречен на полное вымирание. Нам с Максом нужен еще день или два, чтобы просчитать временной период сопротивления организмов у на’ви, но это уже не столь важно. - Ты не прав, брат. – сказал Джейк. – Моей старшей дочери удалось вылечить уже несколько представителей клана. Однако она не успеет спасти их всех, ибо тратит много сил при лечении… - Но как? – лицо перебившего Норма под маской вытянулось от изумления. Джейк поднял руку, призывая того успокоиться, и продолжил. - Вижу, что тебе крайне любопытен формат ее необычных способностей, но пока не могу дать тебе удобоваримых объяснений. Не потому, что скрываю от тебя эту информацию, а потому что не в силах объяснить то, как она это делает. Раз с точки зрения науки мы никак не сможем помочь клану Тайранги, то может сосредоточимся на помощи со стороны высших сил? Я имею в виду саму Эйву! - О чем ты, Джейк? – спросила удивленная Мо'ат, которая была счастлива услышать про успехи своей любимой ученицы. - Нан’ти, разведчица клана Тайранги, узнала, что на Пандоре есть некий Источник Душ, который, скорее всего, находится на дне океана. Это самое первое Древо Душ с момента появления на’ви на планете. Оно как-то связано со всеми прочими Древами и в нем накапливается и хранится вся информация из каждого племени со времен Первых Песен. В клане Тауками считают, что только в нем можно найти способ спасения зараженных. А уж мудрее их шаманов на Пандоре никого нет. - И как нам найти этот загадочный Источник Душ? Мне про него даже Грейс ничего не рассказывала. – пробормотал Норм. - Я хочу подробно просмотреть все твои карты, все спутниковые изображения и прочие подобные материалы. Возможно, мы сможем обозначить хотя бы район, в котором нужно начинать поиски! – ответил Джейк. - Да без проблем, брат! – Норм посмотрел на усталое лицо друга, - Тебе сейчас просто необходим отдых. Так что приходи завтра с утра, а я начну шерстить свои записи прямо сейчас. И остальных ребят подключу к поискам. Вновь вдохновленный разум ученого заставил его подпрыгнуть в нетерпении, спешно попрощается со всеми и скрыться в направлении своего вагончика.

***

Несколько дней подряд Ц’Тири жила как будто в закольцованной вселенной. Утро начиналось с лечения очередного маленького пациента, затем следовали еда и отдых, больше напоминающий нокдаун, а к вечеру ее ждал еще один страждущий ее необычных способностей. Икейни щедро снабжала вечно голодную Ц’Тири свежим мясом, а родители вылеченных ею детей завалили целительницу фруктами в благодарность. Вырубалась она сразу после ужина и просыпалась буквально обвитая телами возлюбленного и своей ученицы. Сил на что-то еще практически не оставалось. Благо, Нетейам, не забыв своих навыков в воспитании, целиком брал заботу о маленькой Атани на себя. Эти двое отлично ладили друг с другом. При этом девочка, видимо, чувствуя в ней «родственную» душу, буквально не отлипала от Ц’Тири, стоило только той показаться на глаза малышки. Она только раз успела проверить ее способности, когда накануне утром вылечила четырехлетнего малыша и была в силах сделать что-то еще. Как оказалось, Атани пока еще не могла видеть жизненные потоки по своему желанию. Это свойство возникало в ней хаотично, не подчиняясь ее воле. Ц’Тири предложила ей делать специальные упражнения, стараясь глядеть сквозь живые предметы, изменяя угол зрения в надежде на то, что ее собственный способ переключения зрения сработает и на малышке. Благо, в клане больше не было критически больных деток, находящихся на пороге Эйвы, и на третий день пребывания у Тайранги, вечером, Ц’Тири решилась на излечение взрослого на’ви. Надо же было понять пределы своих способностей. К тому же, по словам Нан’ти, с которой девушка успела подружиться, пожилые на’ви клана слишком уж заметно снижали свою активность. На горизонте замаячил тот день, когда ей все-таки придется лечить более взрослых пациентов. Настала пора проверить собственные силы в максимальной нагрузке, и Ц’Тири предложила новой подруге стать образцом для этого эксперимента. Нетейам, переживая за Ц’Тири, со скрипом признал ее правоту, и вечер текущего дня был посвящен лечению Нан’ти. Решили экспериментировать прямо в палатке вождя, дабы в дальнейшем не таскать бесчувственное тело целительницы по всему поселку. Подсознательно уже все понимали, что Ц’Тири придется выдать все, на что она была способна, и наверняка после этого вырубится. Нан’ти легла на тонкую, сплетенную из тростника циновку неподалеку от очага. Ц’Тири села возле расслабленного тела разведчицы и попросила Атани попытаться увидеть то, что она будет делать с девушкой. Девочка разместилась с другой стороны Нан’ти и старательно принялась пялиться на руки Т'сэа-лам. Ее маленький хвостик в предвкушении радостно елозил по полу. Привычно переключив зрение, Ц’Тири положила одну ладонь поверх топа Нан’ти, а второю сразу под ним. В этих местах привычно виднелись образы мерзкой слизи, которые, впрочем, пока еще не поглотили зеленый поток излучения, растекающийся от легких по всему телу на’ви. Она чуть прикрыла глаза и почувствовала ладонями уже привычное тепло, свидетельствующее о начале перетока амриты из ее организма в тело пациента. Пальцы тут же окрасились в цвет янтаря, и Атани напротив восхищенно подпрыгнула. - Я вижу, вижу желтую водичку! – радостно прошептала девочка, опасаясь помешать процессу лечения. – Как же это красиво! Я так тоже смогу? - Возможно, - с трудом ответила Ц’Тири, стараясь не потерять необходимую сосредоточенность. Она решила воспользоваться благоприятным моментом и начала совмещать процесс лечения с первым уроком для девочки, – Смотри внимательно. Эти зеленые и голубые ручейки на теле Нан’ти - ее жизненная энергия. А бордовая слизь на груди и черные точки по всему ее телу - следы болезни, которую я стараюсь вылечить. Сейчас постарайся помолчать и просто наблюдать, я буду усиливать потоки желтой воды, что так тебе нравится. Ц’Тири еще сильнее сосредоточилась и мысленно сняла ограничение на передачу лечебной энергии своей пациентке. Яркий, желтый свет тут же залил ее руки, и, наконец-то, в черных точках стали проявляться его первые отблески. Казалось вот-вот и должно начаться полное восстановление энергетического рисунка, но Ц’Тири поняла, что еще немного и она потеряет сознание. Разрывать энергетическое донорство ей ужасно не хотелось, ибо потраченных сил было жаль. А желтые потоки из ее пальцев истончались буквально на глазах, свидетельствуя о том, что девушка достигла дна своего внутреннего резерва. «Как жаль, что у меня не получилось! Надо будет попробовать с утра, с новыми силами.» - пронеслась мысль на самом краю потери сознания, и тут она ощутила две маленькие ладошки, что легли поверх ее практически погасших ладоней. Кожа при соприкосновении заколола, вызывая ассоциацию с окунанием в ледяную воду и, уже окончательно теряя сознание, Ц’Тири увидела, как из темных пор черных точек хлынул спасительный янтарь света, разлетаясь вокруг в разноцветных искорках. Дальше разум поглотила уютная тьма. Утро снова практически не отличалось от предыдущего. Разве что на груди ощущалась некая тяжесть. Ц’Тири открыла глаза и увидела прямо перед собой макушку Атани с ее плетенными косами, которая спала прямо на ней, оборачивая, словно покрывало. Справа раздавалось сопенье Нетейама, который в этот раз лежал к Ц’Тири спиной, признав поражение в «схватке» за тело любимой перед маленькой липучкой. Девушка слегка потрясла Атани за плечико и поднесла палец к губам, призывая к тишине. Малышка распахнула заспанные глаза и, увидев, что с Ц’Тири все хорошо, радостно улыбнулась. Поднявшись со спального места, держа девочку на руках, она вышла с ней из палатки вождя. Полумрак только начал уступать место рассвет, и поселенье все еще находилось во власти ночных грез. Судя по внутренним ощущениям, спать девушке не хотелось, а манящая красота окружающего мира и шум прибоя так и манили совершить небольшую прогулку, выбросив все заботы из головы хотя бы на короткое время. Несмотря на довольно короткий срок жизни в царстве океанских просторов, она уже начинала тосковать по возможности погружаться в его фантастический мир. - Пойдем, погуляем? – предложила она девочке, и та, взяв Ц’Тири за руку, счастливо кивнула в согласии. Они пошли по тропинке в сторону берегового обрыва, на скалах которого жили икраны родного племени девочки. Оглядываясь вокруг, Ц’Тири решила узнать у Атани ее версию вчерашнего лечения, ибо сама смутно помнила, чем все закончилось. - Солнышко, а ты не расскажешь мне, смогли мы вылечить вчера Нан’ти или нет? - Еще как смогли! – с гордостью ответила девочка, - Я в этот раз все увидела, посмотрев, как ты научила. Когда желтая водичка в твоих пальцах начала заканчиваться и тебе стало плохо, я решила немножко тебе помочь. Я поделилась с тобой своей зелененькой водичкой, и свет вокруг Нан’ти так красиво бабахнул! А после этого никаких черных точек на ней уже не было. А тебя дядя Тейам поймал, когда ты падать начала. С тобой сейчас точно все в порядке? - Конечно, малышка! Ты у нас просто умница и очень помогла мне и Нан’ти! Девочка раздулась о гордости и потянула Ц’Тири быстрее к краю обрыва, дабы показать ей, как банши ловят рыбу, ныряя на полной скорости в бушующий океан. Однако жалкий стон где-то впереди заставил обеих на’ви резко затормозить. Звук исходил от одинокого желтого икрана c зеленой окантовкой по краям крыльев, усыпанного коричневыми пятнами, который полулежал на камнях, как-то странно и неестественно вывернув собственно крыло. - Что это с ним? – спросила девочку Ц’Тири, подойдя к стонущему животному на безопасное расстояние. - С этим? Это погасший! – спокойно ответила Атани и потянула девушку дальше к обрыву, призывая не обращать внимание на страдающего ящера. - Что значит погасший? – удивленно переспросила Ц’Тири, не двигаясь с места. - Видишь, у него крыло порвано! – терпеливо начала объяснять малышка, - Или в драке порвал, или об острую скалу зацепился. Такое с ними бывает. Летать он уже не сможет, потому остается только умереть с голоду. У нас в клане таких зовут Погасшими, ибо им уже ничем не помочь. Может, дальше пойдем? - А разве ты не хочешь попытаться хоть что-либо сделать? Ты же будущая Т'сэа-лам! - Конечно хочу! Мне его жалко. Но разве можно вылечить порванное крыло? - А вот мы сейчас это и проверим! – твердо сказала Ц’Тири, а сама задумалась, как обеспечить безопасность во время лечения неприрученного икрана. – Оставайся пока на месте, а я постараюсь подойти к нему поближе. Подняв ладони к верху, демонстрируя что в них нет никакой для него угрозы, девушка начала плавно приближаться к икрану, который внимательно смотрел за ее действиями и слегка скалил зубастую пасть. - Тише, мальчик, тише! Или ты девочка? – бормотала она максимально спокойным голосом. Ящер тяжело дышал и сделал попытку укусить подходящую на’ви, но силенок у него уже явно не хватило. Его морда устало опустилась на шершавый камень, и по глазам было видно, что некогда мощное существо откровенно сдалось. Мол, «делайте со мной, что хотите! А лучше добейте, чтобы не мучился!» Ц’Тири присела возле несчастного и осторожно погладила его мощный рулевой гребень. Видя, что агрессии на это действие не последовало, она переползла к переднему крылу и аккуратно развернула его, растянув по поверхности плоского камня. Кожаная перепонка, которая располагалась между телом и тремя перьями на конце была разодрана в трех местах, а края ран были усыпаны маленькими, запекшимися капельками крови. Ц’Тири уже приходилось лечить банши, когда они с семьей летели к рифовым, но тогда ей помог Нетейам, вступивший в связь с пациентом и комментирующим для нее ход лечения. Теперь же девушка могла сделать это сама, не прибегая к помощи своего мужчины. Она осторожно разложила кожаные ошметки по каменистому покрытию, стараясь максимально восстановить его первоначальную целостность, и взялась за нервный отросток икрана. - Ну что, милый. Попробуем тебя вылечить? – спросила она горного банши, понимая, что тот ей не ответит. Вздохнув, она соединила нервные отростки и впервые погрузилась в чужое сознание, в кои-то веки полностью контролируя собственный разум. Однако разделять сознание с кем-то кроме Нетейама оказалось весьма болезненным процессом. Вернее, сама Ц’Тири боль не испытывала, но она в полной мере ощутила боль, страх и обреченность своего пациента. Вернее – пациентки. После тсахейлу девушка точно осознала, что этот икран представитель женского пола. Продышавшись, и мысленно предавая по связи волны спокойствия, Ц’Тири сосредоточилась и уткнулась своим особым взглядом в раны зверя. По сути, было понятно, что без амриты ей не вылечить раненое крыло, и она привычно потянулась к своим внутренним резервам. Пальцы плавно и легко заскользили по стыку рваной раны, как бы спекая кожаную перепонку вместе уверенным янтарным сиянием, исходящим из их кончиков. В голове зашумели чужие мысли, доказывающие правильность ее действий, ибо в эмоциях икрана ей послышалось облегчение. Запаяв первую рану, она принялась за вторую, с которой так же быстро справилась, оставляя на месте стыка лишь плотный шрам. А вот приступив к «зашиванию» третьего разрыва, Ц’Тири с грустью осознала, что после лечения Нан’ти она до конца все же не восстановилась. Максимально собравшись, она довела процедуру до конца, но затем покачнулась и снова вырубилась, рухнув прямо на вылеченное крыло. Очнулась Ц’Тири от громких криков вокруг и сначала не поняла, что происходит. Пред ней шипела и бросалась на кого-то, широко размахивая крыльями, желто-зеленая феерия, нервный отросток которой так и был соединен в тсахейлу с ее собственной косой. В разуме девушки царило чужое, но жгучее желание защитить близкое существо от неведомой опасности. Собрав свою волю, разбросанную по смеси обоюдных эмоций, девушка осознала, что икран пытается защитить от кого-то ее собственное бренное тельце. И то, что именно она является тем самым близким для этого банши существом. Поднявшись на ноги, Ц’Тири увидела Нетейама и Нан’ти, которые пытались пробиться к ней на помощь через разъяренного ящера. За ними стояла и плакала Атани, которая, видимо, и привела взрослых на это место. Стоило девушке прийти в себя, как ярость ее новой подружки тут же схлынула, и банши развернулась к ней, уткнувшись в подставленные ладони своей длинной мордой, требуя ласки. В голове пронеслась вереница чужих мысленных посылов «Я защитила сестру?», «Я молодец?», «Меня можно наградить!» - Защитила, защитила, ты у меня смелая девочка! Я назову тебя Рим'ха! – с улыбкой произнесла вслух Ц’Тири, поглаживая шершавую шею теперь уже своего икрана, и посмотрела на своих спасателей, которые, разинув рты, оторопело пялились на эту невероятную картину. – А что? У каждого свой способ проходить Инкимайю, верно? Помнится, нужно укрепить связь первым полетом? Тейам, догоняй! Ц’Тири запрыгнула на желтую красавицу и с радостным свистом, которому еще в детстве обучил ее папа Джейк, взмыла в воздух. Она с рождения мечтала об этом и уже не рассчитывала испытать ощущение самостоятельного полета! Душа девушки пела, созвучно вторя восторженным крикам ее крылатой девочки, которая, по сути, обрела сегодня свое новое рождение благодаря этой невероятной на'ви. Приятней этого чувства был только восхищенный взгляд и улыбка подлетевшего к ней Нетейама, в которых смешивалась любовь и гордость к достижениям его обожаемой женщины.

***

Несколько дней подряд Джейк не выползал из вагончика Норма, где вместе с другом перебирал все цифровые изображения, что нашлись у того на компьютерах в поисках хоть малейших зацепок. К сожалению, ученый обладал только той информацией, что собирала еще первая экспедиция, а она сосредотачивалась лишь на материках, сняв океаны только со спутников. Джейк уже не знал, что еще можно придумать, дабы найти этот мифический Источник Душ в минимально сжатые сроки. Он очень рассчитывал на сведения Норма, но друг оказался не таким всезнающим, как хотелось этого Джейку. Вчера вечером Нетейам по радио сообщил, что в Тайранге уже появляются признаки того, что скоро начнется мор среди взрослых, а сил у его старшей дочери не хватит на воскрешение всего клана. Одна радость, старшая дочь наконец-то прошла свой обряд Инкимайя, хотя в слова сына о том, как именно она это сделала, поверить было сложно. Погрузившись в раздумье, не мигая, он разглядывал пламя костра в очаге перед палаткой тсахик и даже не заметил, как к нему подошли. - Пап? – раздался голос Ло’ака. – У нас с Пауком возникла идея, где искать информацию по Источнику Душ и как ее получить! Джейк кивком головы пригласил сына и Паука, мнущегося возле него, присесть рядом, и вопросительно уставился на обоих, ожидая продолжения. Ло’ак сел напротив отца, кинул взгляд на присевшего рядом Майлза и, проглотив комок волнения, мешающий говорить, начал рассказывать, глядя прямо в глаза Джейка. - Паук пока был в плену у Куоритча познакомился с одним из морских биологов, что изучает обитателей океана на нашей планете. Его зовут доктор Иэн Гарвин и он показывал Пауку перед самой охотой на Пайякана подробные карты водных поверхностей с точностью вплоть до рельефа морского дна. Майлз считает, что этот ученый терпеть не может все то, что делает с тулкунами RDA и наверняка поможет нам в поисках. - Сэр, - перехватил инициативу Майлз, - Я уверен, он абсолютно точно сможет нам помочь. Этот ученый, что-то типа нашего Норма, только у него аватара своего нет и он не может покинуть Базу. Иэн много раз говорил мне, когда мы оставались один на один, что люди хуже всякой заразы, стоит им только добраться до чужого добра. Я знаю, где именно в Плацдарме его можно найти. Он обязательно поможет нам. Я уверен! Особенно, узнав, что RDA безнаказанно травит один из кланов своим ядом! Парни замерли и стали ждать реакции Джейка на их предложение. Они накануне весь вечер потратили на продумывание деталей своего плана, стараясь обозначить все тонкие моменты в нем. И тонких моментов в итоговой версии было больше, чем им хотелось. Оба сошлись на необходимости привлечь к обсуждению опытного в таких делах Джейка, хотя подсознательно гасили жгучее желание провернуть все самостоятельно, в тайне от взрослых. «Видимо, мы и вправду изменились!» - пришла в голову Ло’ака в чем-то даже немного грустная мысль. - «Еще год назад наперегонки бы с Бро рванули навстречу опасности, не просчитывая свои действия и не раздумывая о последствиях». - В вашем плане дыр больше, чем в куске швейцарского сыра, – внезапно ответил отец. – Как вы собираетесь проникнуть на территорию Города? На икране? Даже под покровом сумерек вас обнаружат и подстрелят задолго до его стен! А если каким-то чудом вы и проникните в город, никого не смущает, что Ло’аку будет трудно затеряться среди землян? Не говоря уже о том, что ваш доктор может не захотеть сотрудничать с нами, и поднимет тревогу? Есть пути отхода в таком случае? Как вы вообще собираетесь возвращаться? Покрасневший Паук, ждавший подобных вопросов, аж подскочил от волнения и принялся вышагивать вокруг сидящего Ло’ака, отчаянно жестикулируя во время своей пылкой речи. - Мы все продумали, сэр! В город пойду только я один! Проникнуть за стены можно на магнитопоезде! Ло’ак на икране подбросит меня на него на ходу, а я заныкаюсь между вагонами. Дабы меня никто не узнал в Городе, я одолжу форму RDA у дяди Макса и подстригусь. В Плацдарме столько народу, что вряд ли там все знают друг друга в лицо. Добравшись до Иэна, я постараюсь убедить его помочь нам. По крайней мере, заставлю выдать нужную информацию силой. А если не получится, то свяжу его, получив время на побег из города. Уходить буду по воде через морские ворота. Моя маска отлично работает под водой, вы же сами это видели, когда мы выбирались из-под затонувшего корабля. А Ло’ак подберет меня уже в океане! Дело сделано! Еще год назад Джейк рассмеялся бы на этот самоубийственный план, а еще вероятнее разгневался и послал бы молодых экстремалов чистить нужни… икранов! Однако, посмотрев внимательно на юных, но уже испытавших за жизнь не мало приключений на собственные задницы, многие из которых были связанны с риском для их жизни, он признал сам для себя, что их план не лишен некой элегантности. В голове морпеха сразу же закрутились варианты, способные повысить шансы на успех. Главный риск был связан с посадкой на движущийся поезд. Его всегда охраняли как минимум два конвертоплана, один в начале состава, а второй прикрывал его хвост. Однако он с Тарсемом наверняка сможет отвлечь боевые вертолеты на себя и дать время сыну высадить Паука прямо в последний вагон. Все камеры на вагонах находились на их передней части, а значит с тыльной стороны последнего из них обзор у противника отсутствовал. Шанс проникнуть в город вполне реальный. Почти за полгода, что Майлз прожил на базе, он наверняка изучил ее вдоль и поперек, так что в соответствующей форме он вполне будет восприниматься за своего. Парень был далеко не слабым, и сумеет одолеть какого-то хилого ученого, если потребуется. Нацепим на него коммутатор, и он будет все время на связи. Правда, в самом Плацдарме нужно будет соблюдать тишину в эфире, дабы случайно не попасть на прослушку. А даже, если с морскими воротами не получится, то Майлз сможет выйти тем же способом, что и вошел. - Ты готов пожертвовать своими дредами ради этой операции? – спросил он напряженного Паука. - Да хоть на лысо побреюсь ради на’ви, сэр! – ответил улыбнувшийся парень и радостно хлопнул по подставленной, не менее радостным Ло’аком, ладони! «В очередной раз мы хватаемся за соломинку! А если Великая Мать больше не станет хранить ее целостность? Сколько еще можно испытывать судьбу безнаказанно? Старею. Не сам иду на риск, а отправляю детей. В тоже время вся наша жизнь по сути – одна невероятная цепочка удачных событий и совпадений.» - пронеслась вереница сомнений в голове Джейка, а вслух он сказал: - Я пойду, переговорю с вождем клана. Мы с ним на икранах будем отвлекать охрану поезда, пока Ло’ак подсаживает на него нашего безбилетника. Паук, топай к Максу и начинай срезать с головы это безобразие, что ты называешь прической. Ло’ак, на тебе подготовка амуниции и икранов. Завтра с утра попробуем воплотить ваш безумный план в реальность. Вечером собираемся у Норма и общими мозгами еще раз просчитываем все наши шаги поминутно!

***

Шум приближающегося магнитопоезда был слышен издалека. Так же отчетливо, как и слышны были винты конвертопланов, сопровождающих его. Ло’ак и Паук, сидевшие на высоком дереве в ожидании этого, быстро запрыгнули на икрана и приготовились взлетать. Подстриженного Майлза, одетого в коричневую форму RDA, узнать было практически невозможно. Парни потратили весь вечер, дабы оттереть синие полосы с его кожи, которые успели глубоко въестся в ее поверхность. Поглаживая непривычный, короткий ежик волос на голове, Паук мысленно вспоминал, как накануне вечером после стрижки в зеркале ему предстало отражение не Маугли, воспитанного джунглями, а практически молодая копия его собственного, родного отца. И этот образ ему не понравился до глубины души. Меньше всего Майлзу хотелось напоминать себе, чья именно кровь течет в его венах, и сколько проблем этот человек, а затем и реком, причинил семье Салли, частью которой он искренне считал и себя самого. Волна механических звуков пронеслась мимо парней, теряясь в густой растительности джунглей, и они тут же взлетели. Сохраняя дистанцию, икран Ло'ака старался придерживаться приличного расстояние от хвоста состава в ожидании команды своего наездника ускориться. Главное было не попасть в поле зрения пилотов, что летели позади движущегося поезда. - Приступаем! – раздался голос отца в интеркоме Ло'ака, и тот мысленно дал приказ икрану ускориться. Вдалеке раздались громкие звуки выстрелов, и последний вертолет резко ускорился, обгоняя состав и оставляя его тыл неприкрытым. Ло’ак снизился максимально близко к монорельсу и быстро нагнал последний вагон тормозящего состава. Видимо, диспетчер, управляющий им, при любой нештатной ситуации был обязан сбросить скорость, дабы сохранить ценный груз. Что и говорить, до отлета к рифовым воины клана Оматикайя под управлением отца прилично потрепали нервы RDA, пустив под откос не один его состав. - Ты готов, Бро? – крикнул он, обернувшись к Пауку, который крепко вцепился в его бока. – Удачи тебе! Буду ждать тебя со стороны океана! Тот кивнул и, согласно команде наездника, икран чуть набрал высоту и завис над последним вагоном, наполненным рудой по самую верхушку. Майлз оттолкнулся и прыгнул прямо на измельченный минерал, а Ло’ак на банши резко взял вправо и скрылся в густых зарослях лесной полосы, передавая отцу, что первая часть плана исполнена как по нотам. Паук, пытаясь найти уголок, где его не будет видно, почувствовал, как поезд снова начал набирать скорость. Между вагонами прятаться было глупо, ибо там не было мест для укрытия, и существовал риск просто свалиться на монорельс. Мысли лихорадочно перебирали все возможные варианты, и он попытался пройти по руде в конец вагона, с трудом вытаскивая тонущие в сыпучем материале ноги. «А ведь это идея!» - подумал Майлз. Он быстро лег на руду и начал извиваться, постепенно погружаясь в него, как в песок. Спустя несколько минут дыхательная маска покрылась тонким слоем коричневых камешков, и свет перестал проникать через ее прозрачное стекло. Паук замер и принялся ждать. Поездка продлилась примерно минут десять, когда ощущения в теле подсказали ему, что поезд на магнитной подушке принялся тормозить и спустя минуту полностью остановился. Послышались голоса рабочих, и Майлз по разговору понял, что вагоны сейчас расцепят и начнут разгружать. Он напрягся, ибо с трудом понимал, как будет объяснять свое необычное появления из руды, если его обнаружат. Прозвучала цепочка непонятных металлических звуков, и вагон покачнулся. Судя по всему, его куда-то переносили по воздуху, используя один из подъемников, что он видел в прошлом, будучи вынужденным жителем этого города. Последовал еще один толчок, и вагон вновь оказался на твердой поверхности. В наступившей тишине вновь раздался шум механизмов, и Майлз почувствовал, как руда под ним начала проваливаться вниз, утягивая вслед и его собственное тело. Размахивая руками в попытках выбраться из ловушки, он все глубже и глубже погружался, пока не вывалился наружу через донный люк вагона на гигантскую кучу такой же руды, находящейся внутри огромного, круглого металлического помещения. «Слава Великой Матери!» - подумал парень, - «Я оказался внутри простого хранилища» . Недалеко от него, на белой стене находилась техническая лестница, которая вела наверх к открытому технологическому люку. Он выбрался из огромной емкости, спустился по наружной лестнице вниз и принялся отряхивать с костюма толстый слой коричневой пыли, которой был облеплен с головы до пят. - Это еще что за чумазый головастик? – раздался сзади незнакомый, мужской голос, и сердце Паука стремительно провалилось куда-то в район его синих трусов, что одолжил ему Норм перед операцией. Он повернулся и увидел пузатого мужика в кислородной маске и белой строительной каске на голове, на передней стороне которой красовался логотип RDA. – Парень, ты что, в бункер свалился? Новенький, что ли? Паук кивнул головой, опасаясь вслух ляпнуть что-то, что выдаст шпиона с головой. - И месяца не проходит, как очередной новичок не оказывается внутри этих бочек? Медом там для вас, что ли, намазано? – засмеявшись над собственной шуткой, подытожил незнакомец. – Меня зовут Билли, а тебя? - Майлз. – ответил Паук, не успев придумать себе шпионское имя. - Ладно, Майлз, пошли за мной, отведу тебя к складскому вагончику, там есть ультразвуковой душ, который быстро приведет тебя в порядок. Даже одежду снимать не придется. Паук послушно проследовал за Билли до небольшого строения, внутри которого его пыльное тело поместили в овальный бокс, и спустя мгновенье он почувствовал кожей необычную вибрацию, после которой вся рудная пыль буквально слетела с его костюма, и мощным потоком воздуха была втянута в черные щели на полу. Выбравшись из сухого душа, его направили в санблок, где можно было вымыть руки и шею, пыль на которых ультразвуковому воздействию не поддавалась. Спустя пять минут перед Билли предстал совершенно чистый новичок, который принялся рассыпаться в благодарностях. - Да ладно, дружище! В первый день я и сам попал в подобную ситуацию. Только тебе повезло свалиться в руду, я искупался в баке биосинтеза, после которого вонял еще пару дней. Лады. Рад был познакомиться, но у меня еще есть работа. Выход знаешь, где. Бывай. Паук надел перед выходом свою маску и вновь оказался на улице, направившись в сторону общежития у морского причала, в котором жили научные работники биолабораторий компаний. Встречные абсолютно не обращали внимания на его персону, и нервы парня, старательно пялившегося в землю при каждом новом прохожем, наконец-то расслабились. Молодой шпион даже ускорил шаг.

***

Иэн Гарвин пил вот уже второй месяц. После того, как он чудом остался жив из-за устроенной рекомом полковника заварушки с кланом водных на’ви, все свое свободное от работы время он исследовал не анатомию подводных созданий, а дно у бутылок дешевого пойла, которое можно было приобрести в торговом автомате общей столовой, стоящей на морском пирсе. А ведь год назад он прилетел на эту планету окрыленный возможностями изучать невероятную океанскую флору и фауну. А по итогу стал соучастником массового истребления тулкунов и варварской добычи амриты из их мозга. От безысходности и самобичевания свербело в мозгу, и лишь алкоголь позволял залить подтачивающие разум сожаления. Бросить все и подать в отставку не вариант. Он же не на Земле, где можно идти, куда глаза глядят, в поисках новой работы. К тому же его подпись под десятилетним контрактом с компанией связала его желания по рукам и ногам. Как тут не запить? Вернувшись со смены из лаборатории с очередной бутылкой, приобретенной по дороге, Иэн принял душ. Накинув халат и открыв миниатюрный холодильник, он достал из него сэндвич и надкусил, скривившись от изобилия искусственных ароматизаторов в нем. Свернув пластиковую крышку с бутылки, он сделал первый глоток прямо из горлышка, ощущая приятное тепло, растекающееся по телу. Достав из раковины грязный стакан, Иэн наполнил его до краев и только приготовился плюхнуться на кровать, как в дверь постучали. - Кого там еще черти пригнали? – раздраженно пробормотал биолог и, поставив горячительную жидкость на небольшой столик, пошел открывать дверь. На пороге стоял незнакомый мальчишка с дыхательной маской в руках и подозрительно оглядывался по сторонам. - Я только со смены пришел! Чего у Вас там снова случилось? – раздраженно пробурчал Иэн. - Доктор Гарвин. Это же я, Майлз Сокорро! Не узнаете? – произнес парень и как-то по знакомому улыбнулся. - Паук? – оторопело произнес он и неосознанно сделал шаг назад. – Ты выжил? Какого хера ты тут делаешь? Майлз принял движение ученого за приглашение и быстро перешагнул порог в его жилище, плотно закрывая за собой дверь. Ученый, пытаясь собраться с мыслями, достал еще один стакан и налил в него янтарной жидкости на два пальца. Повернувшись, он протянул его Майлзу, который вертел головой, разглядывая его скромное жилье. - Я даже рад, что ты выжил в той заварухе в океане. Выпьем? – он сделал глоток из своего стакана, не дожидаясь ответа от парня. Тот отрицательно покачал головой, и Иэн, равнодушно пожав плечами, перелил его порцию в свою посуду. – Ну так что, признавайся, что вынудило тебя вернутся в логово врага? Не по отцу же соскучился? Как я понял, ты с ним не особо и ладишь. Паук инстинктивно оскалился на этот вопрос, но тут же взял себя в руки. Слишком уж для него острой была эта тема. Он подробно рассказал о ситуации с отравлением целого клана и о поисках Источника Душ, не забыв упомянуть, для чего он разыскивал именно Иэна. Закончив историю, парень замер в нервном ожидании. От ответа ученого зависели его дальнейшие действия. Либо их план сработал, либо придется вязать этого алкоголика прямо сейчас. - Вот же СУКИ! – проревел в гневе Иэн и швырнул со злости недопитый стакан в стену. Майлз дернулся и приготовился к прыжку. – Никогда мне не нравилась эта чертова баба в штанах. Подумать только, погубили собственную планету и решили добить следующую? Она что, считает себя неприкасаемой? И на нее здесь управа найдется! Остались у меня на Земле старые приятели, которые смогут поднять шум по этому поводу. Они такой хай поднимут, что до ее горла и за сотни миллионов миль нужные руки дотянутся. Он чуть успокоился и повернулся к своему нежданному гостю. Постояв с минуту, о чем-то напряженно размышляя, Иэн слегка улыбнулся и громко хлопнул в ладоши. - Слушай, Майлз, а я кажется догадываюсь, что именно вы ищите! Еще с первых дней, изучая миграцию тулкунов, я обратил внимание на то, что на своем пути стаи делают остановку в одной и той же точке океана. Я все гадал, зачем им это? Питательных ресурсов там нет, глубины низкие, да и рельеф дна, я тебе скажу, так себе. Из воды в том месте торчат необычные верхушки скал в форме полумесяца. Я решил более тщательно изучить это место, и обнаружил на небольшой глубине огромный кусок скального образования, возле которого тулкуны и делают свою остановку. Такое ощущение, что это парящая гора, по каким то причинам погрузившаяся на дно. Да чего я рассказываю, пойдем, покажу на экране. Они подошли к столу, и Иэн запустил на своем компьютере программу просмотра изображений. На четкой картинке из гладкой поверхности океана определенно торчали огромные каменные арки колодца, не узнать которые Майлз просто не мог. Парень с рождения знал, что именно такие арки всегда окружают колодцы, в которых и произрастают Древа Душ. Сердце в груди парня волнительно застучало. Судя по координатам, это место было всего в полудне полета от пострадавшего клана. Он попросил Иэна скинуть все данные об этой находке на какой-либо носитель. Тот пробежал пальцами по виртуальной клавиатуре и передал парню небольшую, водонепроницаемую флешку. - Слушай, я не спрашиваю, как именно ты проник в город, но как ты собрался выбираться из него? – дошел до ученого факт того, что попасть наружу Города-Плацдарма не менее проблематично, чем проникнуть внутрь. - Я хотел выйти через морские ворота, проплыв под ними! С той стороны меня уже ждут. - Зачем такие сложности? Я тебя вывезу на своем катере! У меня есть разрешение на выход в любое время суток для исследований! Погоди, я сейчас переоденусь, и мы пойдем. До причала от общежития для морского отдела RDA было недалеко, и по указанию Иэна Майлз запрыгнул в небольшой катер, пришвартованный у самого края стоянки. Ученый отвязал конец троса со стороны пирса и забежал на борт вслед за ним по прикладной лесенке. Мотор послушно затарахтел, и лодка беспрепятственно выплыла через открытые ворота на океанские просторы, стоило только ученому назвать свой позывной. Лишь после того, как катер удалился от высоких стен с автоматическими турелями, Майлз решился прервать радиомолчание. - Зоркий глаз. Зоркий глаз, это Маугли. – произнес он в интерком. - Паук? – тут же раздался взволнованный голос Ло’ака, - Наконец-то! Я тут уже ногти до мяса сгрыз от нетерпения! Ты где? Я тебя не вижу! Будь аккуратнее, там небольшое судно выплыло из ворот. Смотри, чтобы тебя не заметили! - Вот ты скаун! – рассмеялся Паук, - Я как раз нахожусь на этом судне! Как бы я с тобой говорить смог из-под воды? Подлетай к нам, не бойся. Тут все свои! Икран Ло’ака приземлился прямо на крышу рубки, и Майлз, искренне поблагодарив ученого за помощь, запрыгнул за спину на’ви, и тот дал команду на взлет! Взяв курс на горы Аллилуйя, Ло’ак принялся докладывать отцу про успех операции. Паук же, наслаждаясь полетом, который был для него неосуществимой мечтой в самостоятельном исполнении, погрузился в воспоминания…