Обещание с послевкусием лжи

Винтер проснулась только к часу дня. Ее не потревожил ни будильник, ни кто-либо другой. Она чувствовала себя хорошо, несмотря на то, что вчера выпила достаточно много. Много относительно того, сколько она могла позволить себе раньше. А раньше она пила только по праздникам и изредка после смены, когда коллеги уговаривали ее задержаться. Трэвис был тем, кто готовил ей не только вкусный кофе, но и изысканные алкогольные коктейли. В длинной домашней футболке и шортах девушка спустилась вниз, начиная все отчётливей слышать посторонние звуки, доносящиеся со стороны кухни. Неприятное чувство, ставшее результатом вчерашнего дня, снова дало о себе знать. Но как только Винтер увидела Майлза, то вмиг успокоилась. Она какое-то время просто следила за ним: за тем, как он сосредоточенно готовил, за тем, как порой останавливался, будто что-то обдумывая, за его несуразным старанием. — Доброе утро, — сказал тот как только заметил ее, а затем его взгляд прошёлся по ее лицу чуть внимательней и стало резко озадаченным и хмурым, — что с тобой? — Я…эм…случайно упала вчера. Винтер неловко дотронулась ладонью до затылка. Она когда-либо научится качественно врать? — Упала? — кажется, он не особо верил ее словам, — ты уверена, что я больше ничего не должен знать? — Нет, только это. Парень дернул плечами и вернулся к своему прежнему делу — готовке. Девушка едва смогла вчера съесть хоть немного из того, что приготовил Андре, потому что только одна мысль о его прикосновении к этим продуктам доводила ее до тошноты. Однако сейчас шатенка явственно почувствовала как голодна. И запах, и вид всего вызывал в ней сильный аппетит и в добавок повышенное слюноотделение. Кроме того, ей были приятны старания Майлза, как и его же беспокойство о том, что с ней могло случиться. — Хорошо… — Когда ты пришёл? — Рано утром. Решил приготовить тебе завтрак, но встретил мисс Шепард. Так она что, ночевала здесь? — последний вопрос звучал с некой осторожностью и подозрительностью и даже не удивительно почему. Хотя Винтер и Майлз стали делиться намного большим, чем было прежде, девушка не рассказывала брату о некоторых обстоятельствах своей жизни, в которых Мэдисон все чаще и чаще начинала принимать своё участие. До такой степени, что шатенка ненароком смогла увидеть в ней кого-то большего, чем простого социального работника. До такой степени, что в один момент поняла, что неимоверно желает этого человека. Винтер не могла найти подходящего оправдания для того, чтобы объяснить множество последствий вчерашних произошедших вещей. — О, да. Она…мы немного выпили вчера и я предложила ей остаться до утра. Он внимательно и серьезно посмотрел на неё, будто сканируя. — Винтер ты же не… — Что? Она испугалась того, что Майлз мог догадаться, что между ними произошло вчера нечто большее, чем просто дружеская беседа. — Не пила много? Произошёл тот момент облегчения, когда Винтер поняла, что Майлз думал совсем о другом, к сожалению, через пару мгновений девушке снова пришлось напрячься. Ее внезапно уколола обида, которая стала последствием того, что ее брат посчитал, будто она может пойти по стопам их покойной матери. Он боялся этого, скорее всего, но куда важнее сейчас для Винтер было почувствовать себя оскорбленной, ведь она не считала себя такой же слабовольной и бесхарактерной, какой была Шейла. — Все лишь по одному бокалу. Не больше, — безучастно ответила она. — Не знал, что после одного бокала можно упасть. Винтер осуждающе посмотрела на него. — Это было ещё до того, как я выпила. И вообще, я не обязана перед тобой оправдываться. Майлз промолчал, вероятно, подметив не лучший настрой сестры касательно подобной темы разговора. Хотя раньше это его не сильно взволновало бы. Майлз поставил перед Винтер большую тарелку, на которой было много всего: начиная от тушеной фасоли в каком-то остром соусе и заканчивая глазуньей. Это был классический английский завтрак, который, может, получился и не очень презентабельным, но зато однозначно вкусным. И первым вопросом, появившемся в голове девушки стало: откуда у них могли появиться эти продукты? Однако после она вспомнила, что Майлз давно работает у соседей садовником, а потому имеет какие-то личные средства. Но она не думала, что на эти деньги парень будет покупать что-то в дом. Это была приятная неожиданность для неё. — Приятного аппетита. Он сел по другую сторону стола. — И тебе. Какие планы на сегодня? — спросила Винтер, улавливая быстро улетевшую прочь задумчивость брата. — Я не думал об этом. — Планы — это хорошо. Это значит, что ты проведёшь день продуктивно. — Нет, Винтер, планы — это не всегда хорошо. Планы — это будущее. Иногда они все равно рушатся, а значит рушится и твоё будущее. — Всегда можно построить другие, — Винтер восклицательно уставилась на него, — и что за мысли у тебя? Майлз пожал плечами, спокойно и с чуть полуприкрытыми глазами посмотрев на нее. — Я подросток. Подросткам свойственно состояние депрессии. Так…а у тебя какие планы? — Не знаю. Я не думала об этом, — бесстрастно ответила девушка, не обращая внимание на пристальный и осуждающий взгляд брата. Телефон Винтер завибрировал, и она мгновенно пробежалась по строчкам сообщения, которое прислала ей Мэдисон. Ее лицо озарила яркая и искренняя улыбка, что даже Майлз обратил на это внимание и озадаченно наклонил голову. — Есть только один человек, из-за которого ты можешь так улыбаться, — сказал он, заставляя сестру наконец-то оторваться от экрана и тут же покраснеть. Он определенно понимал больше, чем она думала. Возможно, даже больше, чем понимала она сама. *** Винтер не ошибалась, когда считала, что причал в дневное время будет пользоваться спросом больше, чем ночью, как раз тогда, когда они были здесь с Мэдисон наедине. Для девушки было приятной неожиданностью то, что та позвала ее сюда вместе с братом, попросив взять то, в чем можно будет плавать. Приятное волнение поселилось в Винтер с самого утра. И девушка не знала: то ли оно было следствием предвкушения хорошей прогулки на яхте, то ли от осознания того, что она скоро увидит Мэдисон. По правде говоря, изначально она боялась, что женщина начнёт ее избегать после их вчерашнего поцелуя. Но, как оказалось, ее страхи были напрасны, ведь Мэдисон сама вскоре проявила инициативу для новой встречи. Еще одна причина переживаний крылась в том, что Винтер не знала, сможет ли спокойно смотреть в серые глаза после того, что случилось вчера между ними. Вчера, после Андре и того, что он сделал, она позабыла о существовании каких-либо границ и шла только на поводу у своих чувств и желаний. А желание у нее было только одно. И почему-то она была уверена, что Мэдисон желала ее так же. Об этом говорило буквально все: ее нежные касания, наполненный интересом взгляд и слова, которые та подбирала будто бы с особой осторожностью. Винтер с Майлзом подошли к самому краю причала и достаточно было сделать один шаг, чтобы ступить на качающееся судно. Оно было относительно небольшим, но и не самым маленьким среди всех остальных. Но, что немаловажно, с первого раза было видно, что эта яхта блестела в лучах солнца больше всех, словно ее полировали с утра до самого вечера, не давая даже крошечной пылинки опуститься на идеально белоснежную поверхность. На боковой стороне маленьким, но красивым и аккуратным шрифтом было выгравировано: «The other me». Винтер не знала, что означала эта надпись, но уже прониклась интересом к ней. Ей казалось, эта яхта не могла иметь в себе чего-то бессмысленного. — Ну что? Готовы к приключениям? Хотя приключением это сложно назвать, но, думаю, вам понравится. Винтер с Майлзом обернулись на голос Мэдисон, которая стояла на судне. Она быстро очутилась у самого его края и уже протягивала руку Майлзу, который быстро среагировав, оказался на другой стороне и улыбался от тех ощущений, целиком и полностью накрывших его. А ведь никогда в жизни он не делал ничего подобного. Винтер крепко схватила женщину за руку, которая не без дополнительных усилий притянула ее к себе. Девушка почувствовала как начинают покалывать кончики пальцев и ощутила такую сильную близость по отношению к Мэдисон, что ее ноги едва могли устойчиво удерживать ослабевшее тело на качающемся сооружении. К огромному разочарованию Винтер, Шепард быстро прервала их касание и не стала задерживать свой почти равнодушный взгляд на зеленых глазах, обладательница которых вмиг налилась непониманием и сильнейшей печалью. Ее будто окатили холодной водой. В груди появлялось неприятное чувство. — Я проведу вам небольшую экскурсию по моей малышке, — сказала она, ведя их внутрь, где размещалась вся панель управления и ничего больше. Мэдисон невероятно заботливо и бережливо провела рукой по штурвалу, после словно заученно пояснив для чего существуют те или иные кнопки и рычаги. Она даже завела мотор несколькими движениями руки по панели управления, чтобы продемонстрировать всю мощь и силу судна, на котором им предстоит выйти в море. В то время как Майлз завороженно наблюдал за тем, куда нажимает Мэдисон и внимательно слушал то, о чем она говорит, Винтер не могла сосредоточиться ни на чем, кроме как на самой женщине, привлекающей ее внимание. И будто бы не замечая того, Мэдисон продолжала спокойно и рассудительно говорить о своем. — Класс, а можно мне будет попробовать порулить? — воскликнул парень, на что Винтер хмуро и сурово отреагировала. — Майлз, нельзя. Это может быть опасно. Однако Мэдисон поспешила ее успокоить. — Ничего опасного, если он будет вести под моим присмотром. Тем более, если мы отплывем на приличное расстояние, то шанс столкнуться с кем-то будет минимальным. Это лучшая площадка для обучения. После ее слов глаза парня загорелись еще больше и уже было предельно ясно, что слушать сестру он больше не намерен. А кто не любит вставать на сторону тех, кто их поддерживает? Винтер немного начала злиться на Мэдисон, потому что та подвергла ее авторитет сомнению. Другой вопрос, был ли он изначально. — Ну что, готовы отплыть? — Да! — кивнул Майлз, и тогда Мэдисон завела мотор повторно и уже через пол минуты яхта двинулась прочь от берега. — Вы можете пока выйти на палубу. Вид оттуда будет куда лучше, — сообщила им женщина, и Майлз с удовольствием послушал ее совет. Он тут же испарился, оставив Мэдисон и Винтер совершенно наедине. — Ты не присоединишься к брату? — посмотрела на девушку Мэдисон. — Ну для начала я хотела бы разъяснить то, что между нами происходит? — неуверенно начала та, сложив руки на груди и тем самым делая свою неловкость еще более заметной. — Ты о чем? — А ты не догадываешься? Например, о нашем вчерашнем поцелуе. Мэдисон бесстрастно смотрела вперёд, пока Винтер прожигала в ней дыру. Плечи женщины дернулись, словно она и понятия не имела, о чем идёт речь. Она была совершенно спокойна, что было странно осознавать, ведь для самой Винтер эта тема была достаточно щепетильной. Она не привыкла поступать так безалаберно с чужими чувствами и никогда никому не давала повода ставить ее в неопределённость. — Но разве это была не твоя просьба? Я сделала то, что ты просила. Эти слова были для Винтер чем-то вроде укола в самое сердце. Она не верила, что та выполняла лишь ее просьбу и что ни капли ее собственного желания не было в их поцелуе. Девушке казалось, она все чувствовала: желание, страсть, заботу. Неужели это все было лишь ее фантазией? — И только? Мне казалось, ты тоже хотела этого. — У тебя был шок и, вероятней всего, он еще не прошёл. Этот выход в море я осуществила для вас, чтобы как-то расслабить. Я надеялась, он пойдет вам на пользу. — Невероятно. То есть, все это только потому, что ты надеялась уберечь мою хрупкую психику? Даже не поинтересовавшись в том, что я при этом буду чувствовать? — Винтер… Девушка резко подняла руки, делая шаг назад. Она почувствовала себя как никогда глупой. — Поверить не могу. Господи, какая же ты эгоистка. Винтер оставила Мэдисон в одиночестве, а сама присоединилась к брату, который, заметив отражающиеся на ее лице злость и раздражение, поспешил прояснить ситуацию. — Что-то случилось? — Нет, все превосходно. Свежий воздух, вода, мы с тобой проводим прекрасное время вместе. Что может быть лучше? — актрисой ей точно не быть, ведь Майлз не поверил ни единому ее слову. — Ну если ты в самом деле так думаешь, то, наверное, так и есть. Винтер подошла к поручням и, обхватив их руками и закрыв глаза, вздохнула приятную свежесть воздуха. Не то, чтобы это особо помогло девушке избавиться от томивших ее голову мыслей, но все же чуть очистить разум удалось. Она здесь для того, чтобы отдохнуть, так почему бы ей просто не постараться перевоплотить эту идею в реальность? Когда мотор заглох, а они были уже на приличном расстоянии от берега, который казался настолько крошечным и ничтожным сейчас, Винтер почувствовала прилив непонятной тревожности. Как и ее брат, она никогда не была настолько далека от суши, хотя очень долгое время жила рядом с водой, но по сравнению с ним выглядела сейчас очень напряжённо и испуганно. Если раньше девушка думала о том, как хочет поскорее окунуться в воду и охладиться из-за жаркой погоды, то сейчас она была готова отказаться от этого и просто сидеть на судне до тех пор, пока они не вернуться обратно. — Можно нырять? До Винтер не сразу дошёл смысл слов Майлза, который сейчас не мог стоять на одном месте и уже мечтал о том, как прыгнет в воду. Ей нужно было брать с него пример и также наслаждаться днем. — Нет, подожди. Давай убедимся, что мы на месте. Лицо парня сделалось хмурым и вопросительным. Он не замечал, в какой ужасе пребывала сейчас его сестра. Хотя, может, внешне она выглядела спокойно, и лишь только внутренне ее одолевал озноб. — Но мы на месте. Мэдисон же не остановилась просто так. — Майлз, давай для начала спросим у нее. Через пару минут женщина вышла из пункта управления и первым делом встретилась взглядом с Винтер, заставившим ее едва заметно нахмурить брови и неловко отвернуться. — Все в порядке? — спросила она у девушки, но Майлз тут же завладел ее вниманием. — Винтер не разрешает мне купаться. — Я не говорила, что не разрешаю, я сказала: «Давай дождемся Мэдисон», — гневно ответила та, ловя не менее точно такой же взгляд. — Так можно? — вновь спросил он у женщины. — Да, только будь аккуратен. Так как Майлз уже стоял в плавках и на полном готове, достаточно было всего одного слова, чтобы послышался громкий звук всплеска и веселый крик. — Винтер, все в порядке? — подошла к ней Мэдисон, повторив свой вопрос, хотя было очевидно, что «полный порядок» — это не то, что на данный момент чувствовала девушка. Ее грудная клетка ускоренно вздымалась, а лицо казалось бледнее обычного, несмотря на довольно жаркий день. — Нет. Я не знаю, что такое. — Может, я все это зря затеяла? У тебя какие-то плохие воспоминания связанные с водой? — Нет, просто…мы далеко от суши, и здесь глубина…сколько? Двести метров? Что если… — когда стало видно, что Винтер начала тараторить и сама себя вводить в панику подобными мыслями, Мэдисон подошла к ней и, взяв за руку, стала уверять, что они в безопасности. — Дорогая, одно твое слово — и мы вернемся на берег. Я не заставлю тебя делать то, что ты не хочешь. Но уверяю, мы в полной безопасности сейчас. Сэм — человек, которого я наняла выезжает на этой яхте с туристами почти каждый день. И никогда еще не было такого, чтобы кто-то не вернулся обратно, никаких происшествий. Если ты не хочешь в воду, хорошо, мы посидим на палубе. Хочешь побороть страх — у меня есть специальные жилеты, которые будут держать тебя на плаву. Ну что? Что ты хочешь, Винтер? Когда Мэдисон произнесла последний вопрос, находясь в такой близости и проницательно смотря прямо в зелёные глаза, сердце Винтер начало биться уже не только из-за страха, но и по другому поводу. Как бы она не боялась сейчас, никакого желания все это заканчивать не было, ведь тогда у нее не будет возможности провести время с этой невероятной женщиной. — Я останусь. Мэдисон улыбнулась. — Хорошо. Посидим или… — Посидим, для начала… — прервала ее Винтер. — Достану шезлонги. Когда Мэдисон разложила на небольшом расстоянии друг от друга два шезлонга и Винтер скинула футболку и шорты, чтобы больше ее бледных участков кожи подверглось загару, девушка заметила, как серый взгляд с нескрываемым интересом скользнул по ней, рождая волнующие мурашки по всему телу. Винтер улыбнулась краешком губ. Ей было приятно такое внимание. Мэдисон очевидно нравилось то, что она видела раз ее щеки чуть покраснели и она старалась смотреть куда угодно, но только не на девушку или то, что находилось ниже ее лица. Винтер была рада тому, что не зря потратила время в поисках подходящего купальника, который по итогу смотрелся на ней элегантно и подчеркивал мягкие изгибы женственной фигуры. — Что означает та надпись? — начала диалог Винтер, почувствовав уверенность в себе. Теперь она была уверена, что Мэдисон была к ней неравнодушна. И ей было удивительно, как об этом мог сказать только один взгляд. — Какая? — с явной хрипотцой в голосе уточнила Мэдисон, смотря либо, вперед либо на Майлза, который, кажется, решил не вылезать из воды до самого возвращения. Отплыви они без него к берегу, тот бы и не заметил исчезновения судна. — «Другой я»? Мэдисон какое-то время просто молчала, словно не решаясь ответить или же набираясь смелости, хотя выглядела она достаточно умиротворенной. Однако все равно было заметно, что в эту надпись женщина вложила что-то очень важное для себя. — Эту надпись я сделала в память о своем отце. «Другой я» — это про него. В этом судне я вижу полное олицетворение его, его характера. Красивый, благородный…сильный, и в то же время в нем была своя притягательная простота, которая помогала ему находить достойных людей. Тех, что не обманут, не используют для своих целей и не бросят. Когда после его смерти мне осталась некоторая сумма, я долго думала о том, куда могла бы вложить ее. Несколько лет я даже попросту не вспоминала о ней, чтобы суметь найти действительно достойный выбор. — И что ты думаешь сейчас, нашла? Разумеется, Винтер сразу поняла, что те деньги Мэдисон вложила в эту яхту. И зная это, ей было вдвойне приятней здесь находиться. В какой-то мере, она даже смогла чуть лучше узнать ее отца и…как не странно, даже почувствовать его присутствие, хотя это казалось возможным только для Мэдисон. — Абсолютно. Потому что порой, когда я скучаю, я приезжаю сюда и чувствую, будто он рядом. — Это здорово, Мэдисон, — Винтер так хотелось в этот момент взять ее за руку, сжать ее, но она просто не решалась этого сделать. Кроме того, она не знала, нужна ли сейчас женщине ее поддержка. Может, она оказалась права, когда не сделала этого. Их идиллия и момент близости не смог нарушить даже вылезший из воды Майлз, который, взяв полотенце, взъерошил им свои темные волосы. — Что вы тут сидите? Вода — это что-то. Мэдисон посмотрела на Винтер в ожидании ответа. — С тебя жилет. Женщина рассмеялась, приподнимаясь с места. Тем временем Майлз осуждающе посмотрел на сестру. — Не припоминаю, чтобы ты не умела плавать. — Умею, но здесь глубоко. Все ради безопасности. — Значит за меня ты не боишься? — Боюсь, но еще больше я боюсь постараться надеть его на тебя. Когда Мэдисон вышла, но уже в переодетая в спортивный костюм, Винтер едва не раскрыла рот. Она догадывалась, что у женщины была спортивная фигура, но не была готова к тому, что на нее так сильно повлияет чужое тело, ведь прежде подобного никогда не было. Никогда прежде даже на мужское тело Винтер не реагировала посредством дрожи и наличием усиляющегося с каждой мыслью сладкого тепла в животе. Но сейчас, осознавая, что перед ней стояла Мэдисон, чье тело скрывала только тонкая ткань купальника, она ясно понимала, что ощущает беспредельное желание обладать им. Само тело Винтер было не таким спортивным, отчего девушка почувствовала себя даже немного неуютно. Ее фигуру можно было назвать очень женственной, с мягкими изгибами и выпуклостями, не имеющими и намёка на какую-либо угловатость или рельеф. — Держи, — женщина отдала ей жилет, в открытую читая мысли Винтер, словно они были все написаны на ее лице, хотя отчасти так оно и было. Чуть трясущимися руками она как можно быстрее постаралась застегнуть на себе жилет, чтобы охладить разгоряченное тело в прохладной воде. Винтер не знала, нравилась ей подобная реакция на чужого человека или нет, но она определенно чувствовала какое-то нетерпение и то, что едва держит себя в руках. Вряд ли она первая проявила бы инициативу, хотя так и было в прошлые разы. Девушка серьёзно решила для себя, что больше не будет делать первые шаги, но она не обещала, что не постарается сделать так, чтобы следующий шаг был за Мэдисон. Ей хотелось проверить самообладание женщины. Но главное — чтобы она не стала жертвой собственного оружия. Посмотрев на Мэдисон еще раз, она убедительно решила расстегнуть жилет и избавиться от него, чем привлекала внимание женщины, бровь которой в недоумении изогнулась. — Что ты делаешь? — Знаешь, я тут подумала, что нужно преодолевать свои страхи, — Винтер подошла к ней, беря за руку. Сердце колотилось так, будто она сейчас выполнила тяжелую кардио нагрузку и девушка молилась, чтобы этого волнения Мэдисон не почувствовала, — ты же придержишь меня, пока я не смогу быть уверенной в том, что смогу? — Встала она к ней еще ближе и заметила как чужие зрачки резко расширились. Еще чуть-чуть и, казалось, радужки не будет видно совсем. — Ты уверена, что это обдуманное решение? Винтер, я не хочу, чтобы что-то случилось. Мурашки волной пробегали по телу девушки даже тогда, когда та произносила ее имя. Из ее уст оно звучало как самая прекрасная мелодия. — О, что может случиться, когда ты рядом со мной? Мэдисон проницательно посмотрела на нее, не говоря в ответ ни слова, а затем развернулась и направилась в сторону борта, где можно было спуститься к воде. Подняв руки, она вытянулась как струна и насколько только могла грациозно прыгнула в воду, создавая небольшие волны вокруг себя. Даже сейчас Винтер заворожено смотрела на это и не могла отвести взгляда. Прыжок был настолько умелым, что девушка вдруг подумала, «простой любитель» — не то определение, которым можно было бы сейчас охарактеризовать женщину. Та явно была в своей тарелке и умела и знала больше того, о чем говорила. — Давай, Винтер, теперь твоя очередь, — кричал ей брат. Ей по-настоящему не хотелось испортить мнение о себе и показаться слабой в глазах Мэдисон. И, наверное, именно это побудило ее разогнаться и прыгнуть неподалёку. Конечно, прыжок был не настолько грациозным и эстетичным, но девушка уже была рада, что смогла сделать это. Винтер почувствовала небольшую панику, когда выплывала, ведь вошла она в воду достаточно глубоко. А потом эмоции захлестнули ее и девушка уже счастливо улыбалась, хваля себя за то, что чуть-чуть смогла преодолеть страх. И все же она старалась не думать, что под ними огромная глубина, иначе ее сковал бы ужас. — Видишь, все не так страшно, как ты думала, — подплыла к ней Мэдисон, лишая только одной своей улыбкой Винтер способности разумно думать. — Будет, просто я не думаю, — вернее, сейчас она просто не могла думать. Даже несмотря на свою обиду, Винтер не могла долго держать ее на Мэдисон. — Знаешь, как человек, который периодически плавает с дельфинами, мне даже и в голову не приходило, что ты можешь бояться воды. — Дело в том, что там я могу видеть то, что находится на дне, а здесь ничего не видно. Меня пугает эта неизвестность. — Ты правильно делаешь, что не думаешь о ней. — Да, мне есть о чем…или о ком думать, — ответила Винтер, ощутив неожиданный прилив смелости. — Хм…даже не боишься так открыто заявлять об этом? — Мне нечего терять. А тебе? Мэдисон промолчала. На самом деле, этот вопрос заставил ее очень сильно задуматься, чего Винтер никак не ожидала. Она лишь хотела услышать ответ, но такая реакция была для нее более чем неожиданной. Девушке показалось, будто Мэдисон вспомнила что-то, о чем никогда не говорила ей, да и с чего должна была это делать? — Мэдисон? — окликнул женщину парень, здесь есть что-то попить? Умираю от жажды. — Да, конечно, есть покупной лимонад, но если хочешь, у меня есть все, чтобы сделать домашний. — Тогда я был бы не против попробовать твоего собственного приготовления. В ход идет что-то с градусом? Винтер ошеломлено и строго бросила взгляд в его сторону. — Ты в самом деле хочешь остаться тут? Если будешь продолжать и дальше трепать мне нервы, то мои угрозы перерастут в реальность. Майлз только рассмеялся. Он знал, что Винтер понимала, что он делает это только ради того, чтобы посмотреть на ее реакцию, которая забавляла его. Ее угрозы всегда казались ему смешными, кончено, когда понимал, что не сделал ничего страшного. В противном случае ему и правда могло попасть. Когда Майлз скрылся из виду и Винтер с Мэдисон остались только вдвоем, никто из них обеих не мог подобрать слов. Если Винтер выглядела так, как будто ей было что сказать, то Мэдисон наоборот, казалась отсутствующей и не желающей разговаривать на тему, которую девушка всячески пыталась поднять. С прошествием еще нескольких секунд, словно не выдержав, Мэдисон поплыла к лестнице и возле нее обернулась, чтобы сообщить о том, что пойдет делать лимонад. Лицо Винтер приобрело оттенок разочарования и большого упущения. Она по прежнему надеялась получить от Мэдисон какой-то другой реакции, но уж точно не такой холодной. Девушка отдернула себя, очередной раз напомнив, что ее ожидания — были всего лишь ее проблемами и только ей с ними было суждено разбираться. И все же девушка чувствовала непонимание и легкую злость из-за того, что не могла получить то, чего так жаждала. Может, она и хотела бы отпустить всю эту ситуацию, да просто не могла. Уже позже, ближе к ужину лимонад был приготовлен и Майлз остался после него в полном восторге, крича, что его мозги заморозились от того, как жадно он выпил холодный напиток. Солнце близилось к горизонту и небо заметно темнело, как и вода, которая поблескивала лишь в лучах медленно заходящего солнца, а так была похожа на непроглядный омут, в который было страшно окунуться. Для Винтер это всегда значило, что скоро все закончится. Она боялась отпускать такие моменты как нынешний. Ей было настолько хорошо и спокойно, что хотелось проживать этот день вновь и вновь лишь бы это спокойствие никогда не уходило. Лишь бы не пришлось прощаться и возвращаться домой, где было так скучно и тоскливо. Где было уныло и все напоминало о прежней жизни. К рутине, которая уже достаточно осточертела ей. Девушка стояла у борта, смотря куда-то за горизонт и находясь в своих мыслях. Все проблемы сейчас казались ей ничтожно мелкими и не имеющими никакого значения, но что будет, когда они вернуться на берег? Скорее всего, все так же вернется в прежнее русло, что было обидней всего. Воздух с каждой минутой становился прохладней, и Винтер не отказалась от того, чтобы накинуть предложенный Мэдисон плед. Иногда оборачиваясь, она замечала то, как им с Майлзом было хорошо. Они действительно нашли общий язык и это не могло не радовать девушку. Майлз был довольно мечтательным парнем и сейчас он делился ими с Мэдисон, которая внимательно слушала, поддерживала и давала какие-то свои напутствия. Они выглядели так гармонично, что Винтер просто не могла позволить себе нарушить чужую идиллию. Ну, на самом деле, она была не против просто побыть сейчас в одиночестве. — Не проголодалась? — подошла к ней Мэдисон, нарушив блаженное одиночество, хотя нахождение рядом с ней не было менее блаженным. На самом деле, девушка учуяла аромат мяса на гриле еще давно и уже тогда понимала, насколько голодна. Сейчас при мысли о сочном стейке у нее начинали бесконтрольно течь слюни. — Немного. — Тогда присоединяйся. Все уже готово. Между прочим твой брат неплохо готовит. — Да, в этом я недавно убедилась. Он может, когда хочет. — Ждем тебя. Винтер вдруг запаниковала, боясь, что этот момент, когда они могут поговорить может быть последним и мягко схватила женщину за руку, останавливая. — Мэдисон…хочу поблагодарить тебя за этот день. Губ тронула теплая улыбка, а глаза резко перестали быть такими напуганными из-за неожиданного прикосновения. — Он еще не закончен. — Да, я знаю, но, думаю, лучшего момента не представится. Хочу извиниться за то, что устроила сегодня. Я не должна была выливать на тебя это все из-за того, что просто неправильно поняла твои сигналы, которых, видимо, и не было. К полному разочарованию для Винтер, Мэдисон ничего не ответила, только пристально посмотрев на нее и поджав губы. Видимо, это женщина так и останется для нее загадкой. — Дай мне пару минут и я подойду. — Хорошо. Будем тебя ждать.