Файл8: Поездка
11 января 2024 г., 13:10
— …Что? — удивился полный ирбис. — Не видел ли я кого-то подозрительного рядом с Алексом?
У Власа был малый выбор среди свидетелей на перевале. И мало кто из них подозревал неладное. Держа в уме лица, коих он уже опрашивал, Влас ходил по кабинетам распределительного центра, и в одном из них ему улыбнулась удача.
Тусклый оранжевый отблеск огня играл на лице Власа. Стоя в маленьком кабинете, он внимательно смотрел на караванщика. Тот почесал щеку.
— С ним был какой-то юнец, — мужчина пожал плечами. — Если подумать, то немного странно, что он привел его в конце сезона…
Больше ничего ценного от караванщика Влас не услышал, но и этого было достаточно. Он не сомневался: этот юнец, о котором говорил торговец — и есть его проклятая дочь. Но что задумал Алекс? Куда он дел Диану? Кратко поблагодарив ирбиса, Влас ушел.
Он подумал о том, что сделает, когда доберется до девочки. Нельзя было убивать ее здесь, среди стольких свидетелей. Подстроить несчастный случай, уронив на нее тяжелый груз? Нет, слишком сложно. Вывести за стены перевала, застрелить и закопать ее тело? Этот вариант был проще, но выхода за стены всего два, и оба охраняются.
До отправки поезда оставался еще один час, когда бродивший по кабинетам Влас заметил в глубине темного холла Алекса. Тот шел к широким дверям, выходившим на сторону поезда.
***
Белоснежный фон нарушался темными, когда-то строгими домами, заснеженные стены которых помнили мир до ядерной катастрофы. Они видели, как люди и звери сгорали в свирепом огне, как навечно увядали деревья, как сама жизнь тонула во тьме, замерзала в нескончаемых снежных бурях. И как позже в этих местах обосновались другие существа. Вглуби городских развалин было безопасно. Особенно зимой, когда семьи воссоединялись. Женщины могли чуть расслабиться и отдохнуть в компаниях своих мужей, вынужденных скитаться большую часть жизни, а мужья получали шанс остаться в памяти своих детей, проводя свое время с ними. Диана хорошо помнила, как выглядела Лара в детстве. Почти бессознательный возраст, но Диана помнила ее так отчетливо, будто еще вчера они кидались друг в друга снежками. Она помнила беззаботный детский смех и задорные выкрики, когда холодные комки рассыпались и попадали за воротник куртки. Но вот все остановилось. Прорезавшийся мужской голос позвал Диану по имени, нарушив атмосферу веселья. Она обернулась на зов позади. — Просыпайся, соня. Открыв глаза, Диана сначала заметила висевшего над ней резного костяного волка. Затем увидела Алекса. Сложив руки на краю деревянного ящика, он угрюмо смотрел на нее, чуть подавшись вперед. — Ты умудрилась уснуть в холодном ящике на книгах, а у теплого костра на бетоне, значит, нет? Диана чувствовала, как ее качает. Дно коробки тряслось в такт ритмичному стуку колес. Она была в поезде, который уже давно набрал ход. Но если это так, то что здесь делал оставивший ее Алекс? Диана приподнялась на руке и протерла глаз тыльной стороной ладони. — Почему ты здесь? — Твоя ситуация хуже, чем я думал, так что я решил проследить, чтобы ты дошла до нужного пункта. — Но ведь ты тогда не вернешься на зимовку… — Мне есть, где зимовать на Седьмом Острове, поэтому не волнуйся за меня. Лучше о себе подумай: по твою душонку следопыта отправили. Хотя я посчитал, что на тебя забьют, но ты оказалась слишком важной жертвой. Диана удивленно вскинула брови, услышав о преследователе. Это было ожидаемо, но до сих пор она даже не задумывалась о том, что за ней могут кого-то послать. — Ты видел его? — И разговаривал, — на миг Алекс умолк. — Они отправили Власа. — Власа? — она нахмурилась. — Но почему его? Он же защитник, он никогда не был вне поселения. Это какая-то бессмыслица… Неужели решение духов? — Боюсь, что духи здесь не при чем, — с тихим кряхтением Алекс поднялся. — Вылазь. Путь не близкий, устроимся поудобнее. Когда Алекс отошел, Диана оглядела грузовой вагон. Похоже, что когда-то в нем перевозили крупных животных: сбоку виднелись небольшие окна, сквозь которые проникал дневной свет. В противоположной стороне друг на друге лежали ящики разных размеров. Их было чуть больше, чем там, где лежал ящик Дианы. Белая медленно вылезла из короба: под ее ногами все ходило ходуном. Диане казалось, что она оступится и упадет, если поспешит. Алекс же, наоборот, уверенно ступал по вагону. Дойдя до ящиков в другой стороне, он сел на один из них. Сначала снял с плеча винтовку и положил ее на колени, а затем опустил рядом увесистый рюкзак. Размеренно стучали о рельсы колеса. За окошками плыли поля, отрезанные друг от друга черными деревьями. — Держи. Расстегнув рюкзак, Алекс вытащил оттуда противогаз и протянул его севшей рядом Диане. Когда она опустила свой рюкзак и повесила противогаз на шею, ирбис отдал в придачу пару фильтров. — Забыл взять его тебе. Без этой штуки путешествовать опасно. Мимо зон радиации мы, конечно, не поедем, но все равно не помешает, — он немного помолчал, наблюдая за Дианой. Та рассматривала фильтры. — Ты так крепко спала, что даже скрипа от вскрытия ящика не услышала. Что тебе снилось? — Если честно, я бы не хотела об этом говорить. — Лара, значит? Тяжко вздохнув, Диана уставилась в пустоту перед собой. — Ясно, — промычал Алекс. — Мне жаль, что с ней такое произошло. — Она меня столькому научила, а я так поздно поняла, сколько она значила для меня, — Диана опустила взгляд, голос ее стал тихим, едва слышным из-за шума. — Она всегда была на моей стороне. А я даже не смогла ее защитить. — Против волка охотник-то не всякий пойдет, а тут ты — хрупкий барсенок. Даже с оружием у тебя не было никаких шансов, — он хмыкнул. — Две дурочки, ей богу. Вам нельзя было вступать в бой с ними. Ваше дело — скрыться и переждать, а не играть в героев. — Наверху оставались младенец и пожилая женщина. Ребенок бы привлек волков своим криком. — Это дело стоило предоставить мужчинам. — Они не знали о них. — Лара всегда была безрассудной девкой, находившей проблемы на ровном месте… — Ложь! — обиделась Диана, посмотрев на Алекса. — Откуда тебе вообще знать, какой она была? — Я жил в одном районе с вами и много раз ее видел. Вас двоих видел. И мне казалось, что ты для нее — тормоз, не дававший вам двоим врезаться во что-нибудь. Но на сей раз тормоза, видимо, отказали, — Алекс перестал ворчать и цокнул. — Ты не смогла бы ее спасти, барсенок. Смогла бы удержать от необдуманного поступка, но не спасти. — Это был не необдуманный поступок. Им нужна была помощь. — Как скажешь. — Если ты с нашего района, то почему я тебя не помню? — Потому что я ушел жить в другое место. Внезапно дневной свет погас, а за окнами засвистел сильный ветер. Подняв ушки, Диана испуганно подскочила и чуть подвинулась к Алексу. Стук колес стал оглушительно громким. — Это поезд? — воскликнула Диана. — Ага, — гаркнул Алекс, — еще один. Едет в нашу сторону. В вагон снова проник свет. Шум стих. После него размеренный ритм, издаваемый колесами их поезда, показался Диане необычайно тихим. — Я не знала, что есть еще какие-то поселения помимо нашего и другого Острова. Еще и перевальные. — Я бы не сказал, что перевал можно назвать поселением. Там никто не живет. Зимой туда приходят сторожить несколько ирбисов, и только. — Значит, поселений ирбисов всего два? — Нет, есть еще несколько мелких деревень. Их обосновали еретики. У них там свои обычаи. С этими деревнями наши караваны ведут торговлю. — А я думала, что мы торгуем только с купольным городом и Седьмым Островом. — Считаешь, только охотники могут добывать чистое, не отравленное радиацией мясо и удобрения для города? — он заметил во взгляде Дианы немой вопрос. — В некоторых деревнях разводят скот. Его отдают нам в обмен на другие вещи. — Выходит, что охотники и вовсе не нужны. — Они приносят необходимый дешевый минимум. Тем, что удается принести торговцам, наше растущее поселение не всегда можно прокормить. Если добычи охотников хватает, то мясо из деревень и вовсе продают под куполом. Там с натуральными продуктами беда. Восьмой Остров вообще выживает только за счет нас. Он ведь отрезан от других Островов, а поездами владеем только мы, — он прервался, задумавшись. — В общем и целом, устроено все так: наши караваны привозят рексам все добытое нами, а те отдают нам одежду, лекарства, оружие, технику и изредка девочек. Такая торговля запрещена в купольных городах, но нашему Острову иначе просто не выжить. — Только у Восьмого договор с нашими? — Нет, еще Шестой Остров имеет серую зону. Он портовый, там грузовые судна стоят. Там рексы договорились с нашими на счет контрабанды на другие Острова, которые за водной территорией. У нас всегда есть ценные для них находки, за них нам отдают дефицитный товар. Нас в портовом узле уважают, ведь только благодаря нам Восьмой Остров еще не загнулся. — Ирбисы Седьмого Острова не торгуют со своим купольным городом? — Не торгуют. Там у городских все нормально и без помощи ирбисов. И в связи с этим тамошние добытчики наглые, могут нападать на наших и грабить их. На караваны и поезда — нет, а между нами, коллегами, такие стычки за добычу происходят частенько. Те ирбисы хотят больше продать нашим, чтобы больше получить от нашего купольного города. Паразиты. — Где находятся все эти деревни? Далеко от нас? — Две деревни есть неподалеку от наших. Чуть отодвинувшись, Алекс убрал с колен винтовку, поставил ее рядом и порылся в своем рюкзаке. Вытащил сложенный кусок старой карты. — Сейчас покажу. Раскрыв лист, он разложил его между ним и Дианой и показал отмеченные красным точки. Две — чуть южнее их поселения, три — восточнее Седьмого Острова. Седьмой располагался в точке рядом с надписью «Berlin», а Шестой — рядом с надписью «Amsterdam». — Сколько нам ехать? — спросила Диана, все также разглядывая карту. — Около двух дней. — Долго. — Могло быть и дольше. — А сейчас мы где? Алекс утомленно вздохнул. — Боги, сколько от тебя вопросов, — он пожал плечами. — Я понятия не имею. Но недалеко пока уехали от родных краев. Будь у нас компас — можно было бы прикинуть чуть точнее, но я свой где-то посеял недавно. Вспомнив про свой, похожий на шайбу компас, Диана порылась в карманах куртки. Под слегка удивленным взглядом Алекса она вытащила переданный Селеной компас и открыла его. Стрелка крутанулась, дрогнула и остановилась. — Другое дело, — отметил добытчик. Поезд нырнул в мертвый лес. В окошках мелькали высокие деревья с причудливо изогнутыми ветвями, скрипевшими под напором сильного ветра. Суровая зима была совсем близко. Она несла смерть всему живому, что встанет на пути ее вьюг и снежных буранов. Прячась, звери рыли норы, скрывались под снегом, искали убежища среди руин городов. А ирбисы возвращались в свои поселения, где они могли переждать непогоду и набраться сил. Ночь. Встав на носочки, Диана выглянула в длинное окно. За стенами вагона — темные пейзажи и скрытый во мраке леса горизонт. Неизвестные земли внешнего мира завораживали Диану и одновременно пугали. Она никогда не думала, что окажется за пределами поселения. В отличие от Лары, порою грезившей о путешествиях. — Есть хочешь? Диана оглянулась на голос. Ожидая ответа, Алекс не спешил застегивать рюкзак. — У тебя есть что покушать? — У любого путешественника должно быть что-то для перекуса. Я пополнил запасы на перевале. Диана открыла рот, чтобы ответить, но резкая остановка поезда не позволила ей этого сделать. Она отлетела в сторону Алекса. Спутника, в свою очередь, едва не ударил ящик, пролетевший над головой. Падая сбоку от ирбиса, короб грохнулся, звякнув чем-то металлическим. — Что случилось? — испуганно воскликнула Диана, приподнявшись на локте. — Нас что-то остановило. До ушей путников дошел утробный рев, от которого шерсть на хвосте вставала дыбом. Грозный и властный, он наверняка принадлежал громадному хищнику. — Твою мать, — выругался Алекс. Он встрепенулся и резво вскочил. Закинул на спину рюкзак, поднял упавшее оружие. Диана же не торопилась подниматься. Все так же опираясь на локоть, она испуганно застыла. — Что это было? — проблеяла Диана. Подойдя к ней, Алекс поднял белую на ноги, и в тот же миг та со страху прижалась к более опытному страннику. — Медведь, — ответил он. — Нам нужно убираться отсюда. С ревом трехглазый белый медведь вцепился в локомотив спереди и попытался опрокинуть его. И если он, стоя на рельсах, смог принять на себя всю силу состава, то вскоре у него получится свалить его с рельсов. Дверь вагона со скрипом открылась. Первым выскочил Алекс. Он поймал прыгнувшую следом Диану. Как только ее опустили, Диана оглянулась на белого зверя. Их разделяли какие-то четыре вагона, и девушка смогла разглядеть массивное тело и крупные клыки, казалось, способные дробить не только кости, но и металл. Медведь столь огромен, что рост его в холке был выше высоты поезда. — Господи, — воскликнула Диана. — Тише, — Алекс потянул ее следом, — уходим. Они нырнули во тьму ночного леса. Когда Диана отбежала вглубь леса, позади она услышала страшный грохот: состав завалился на бок. Внезапно — женский визг. Вспомнив о девушках высшей расы, коих должны были перевезти, Диана остановилась. Остановился и Алекс. — Там же рексы, — воскликнула она. — Им уже не помочь, — ответил Алекс, предвидя вопрос. — Но можно хотя бы застрелить медведя… — Не погибнут от его когтей — насмерть замерзнут. Какая судьба для них лучше? Диана хотела возразить, а получилось только разинуть рот. Она бы возмутилась его жестокости, но Алекс не дал ей этого сделать, вновь потянув за рукав. Они пошли дальше. — Куда мы? — спросила Диана. — Подальше от поезда. Мы где-то на половине пути, даже чуть дальше, значит, сможем дойти до ближайшей деревни своим ходом, — он помолчал. — Медведи уже должны быть в спячке, к тому же, они никогда еще не выходили к поездам. Видимо в этом году в лесах не хватает дичи.***
Когда Влас очнулся, его голову пронзила тупая боль. Со стоном он сел, опираясь на руки. Из-за звона в ушах собственного голоса Влас не слышал. Голова прояснилась, и Влас осмотрелся. Его окружали ящики. Часть их оказалась разбитой, из нескольких текла какая-то жидкость. Влас глянул наверх и увидел дверь. Похоже, Власу крепко досталось от какого-то ящика, упавшего на голову. Встав на короб, Влас потянул в сторону створку двери, открывая путь в ночную темноту. Выглянул наружу и тут же встретился с огромной медвежьей мордой, перепачканной в крови. Между его зубами торчала кисть чьей-то руки. Очевидно, он добрался до вагона с рабынями и не оставил им никаких шансов выжить. Влас нырнул обратно. Медведь издал грозный рык и полез следом. Однако вместо жестковатого мяса загнанного в угол мужчины зверь получил пулю, порезавшую его левый глаз. Взвыв от боли, медведь вытащил голову и прикрыл широкой лапой раненый глаз. Не теряя времени, Влас выскочил из перевернутого вагона, спрыгнул, чуть провалившись в снег и дал деру. Отбежав, он остановился. Оглянулся в сторону поезда. Убедившись, что хищник не преследует его, он пошел дальше, а через несколько шагов заметил свежие следы от чьей-то обуви.
