Заснеженными тропами

      В заснеженном лесу царила тишина. Лишь иногда она нарушалась свистом ветра. Путникам встречались следы местных обитателей, ходивших лишь им известными тропинками. И следы их не были человеческими.       — Мы точно близки к какой-нибудь деревне? — засомневалась Диана. — Здесь людским духом и не пахнет.       — Я знаю этот край, — ответил шедший впереди Алекс, — деревня должна быть неподалеку.       Сугробы перед собой он подсвечивал фонариком. Однако света его не хватало для того, чтобы видеть хоть что-то, кроме снега под ногами.       — Ты бывал в ней?       — Ага, и если твой компас нам не врет, то мы скоро дойдем.       Выйдя из леса, Алекс и Диана оказались на просторном поле. Посреди него — покосившиеся мачты антенн и деревянные лачуги. Вдали — снова лес.       — Мы почти на месте.       Алекс махнул в сторону деревянных домов. Бывалому ходоку то место казалось близким, а Диане — нет. Ей мерещилось, что путь до тех домов займет целую вечность. Она утомленно вздохнула и уперлась руками в ноги, согнувшись.       Алекс приподнял брови, посмотрев на нее.       — Выше нос, барсенок, совсем скоро мы сможем нормально поспать.       Диана глянула на Алекса, едва заметно кивнула и разогнулась. Эта его фраза немного ободрила ее.       Несмотря на то, что знакомы они совсем мало, уверенность Алекса легко передавалась ей. Общий путь немного сблизил их, и, несмотря на противоречивые первые впечатления, Диана даже не заметила, как начала верить ему на слово. Будто она знала его целую вечность. Быть может, это следствие того, что до Алекса она почти не общалась с мужчинами.       Видя только крыши, Диана не могла разглядеть очертания домов. Они были едва различимы и на подходе к деревне. Слишком темно.       Отсутствие света в некогда обитаемых хижинах насторожило Алекса. Остановившись посреди тропы, на месте которой когда-то была широкая дорога между избами, он неуверенно махнул ушами.       Вместе с ним остановилась и Диана. Чувствуя, как ноют ее ноги, как под ребрами щемит от голода и страха, она с надеждой огляделась. Она надеялась на хотя бы небольшой отдых, но в этих мрачных обветшалых домишках не было ни намека на гостеприимство. Все, что она слышала — тихий скрип старых деревянных избушек. Эти дома будто хотели рассказать путникам, что здесь произошло, но на своем, понятном только деревьям языке.       Не веря своим глазам, Алекс прошел чуть дальше. Он заметил выбитые стекла окон в некоторых хижинах.       — Алекс, — позвала Диана, — только не говори мне, что это и есть та самая деревня…       — Это она, — подтвердил он, — но я не понимаю, куда делись люди.       — Может, они спят?       — За этими домами давно не ухаживали. Здесь что-то случилось.       — Давай остановимся здесь, — взмолилась Диана, — я слишком устала.       Алекс и сам чувствовал, как его клонило в сон. Диана была права: им необходим отдых.       Свернув с тропы, Алекс, пиная снег, прошел к ближайшему дому. Махнув рукой, он поманил Диану следом.       — Заночуем здесь, — сказал он и потянул на себя скрипучую дверь дома.       Однако то, на что упал свет фонаря, сразу не понравилось Алексу. Он поднял руку, указывая Диане оставаться на месте. Та послушно отшатнулась от порога дома: в свете она заметила смазанные следы крови.       Все так же подсвечивая голый деревянный пол, Алекс прокрался в коридор. Закряхтели половицы. Здесь было много крови, будто кто-то протащил истекающую жертву внутрь.       Барс понадеялся, что это кровь зверей. Он выключил ручной фонарь и включил тактический. Снял винтовку с предохранителя. Нацелился в сторону дверного проема в конце небольшого коридора.       Первое, что пришло на ум — на деревню напала волчья стая и обосновала здесь свое логово. Вот только это не было типичным для волков: они предпочитали жить в пещерах.       Гнездо тварей в доме — это что-то новенькое.       Но то, что Алекс увидел в одной из комнат, потрясло его больше, чем если бы он увидел здесь щенков. Под светом фонарика виден люк кладовки, а под люком кровавый след обрывался.       Предчувствуя неладное, Алекс открыл люк. Вниз вела деревянная лестница, а на дне виднелись те же самые следы.       Добытчик оставил оружие на полу. Снова включил ручной фонарь. Зацепившись за грубо сколоченную лестницу, он начал спускаться вниз.       Его голова не успела скрыться под полом, когда в нос ударило ужасное зловоние. Поморщившись, Алекс посветил в темноту под полами дома. Он едва не выронил фонарь, заметив сваленные у стены замерзшие расчлененные тела жителей деревни.       — Господи…       До его ушей дошли приглушенные крики перепуганной Дианы. Обычно спокойная девочка истошно звала Алекса. Выругавшись, он вылез и схватил винтовку, уже поняв, с кем будет иметь дело.       Порыкивая и пуская слюни, вожделенный мохнатый мутант цеплялся когтями за одежду сваленной на пороге Дианы. Он пытался разорвать ремень, не понимая, как его снять. Та в панике пыталась отцепиться от пыхтящего монстра, в паху которого уже подрагивал набухший член.       Лезвие, данное ей для защиты, валялось на полу.       Выбежав, Алекс вскинул оружие. Свет упал на одичавшего ирбиса. Под грозное тарахтение винтовки дикарь завалился на бок, окропив напоследок оголившиеся ноги Дианы.       Хныкнув, белая присела и обхватила колени, не торопясь поправлять штаны и поднимать панамку. Ее взгляд упал на существо, которое когда-то было больше человеком, чем животным. Чёрно-белая шерсть покрывала его тело с головы до пят, делая это чудовище похожим на снежного человека из древних легенд. А вот частично облысевший хвост его был обглодан радиацией.       — Хреново, — выдохнул Алекс.       Заплаканная Диана посмотрела на добытчика. Всхлипнула.       — Кто это?       — Дикие, — ответил тот. — Еще одна причина, по которой из поселения не выпускают женщин… Здесь должна быть кровать, передохнем немного.       Оставив Диану, Алекс схватил остывающее тело за ногу и выволок его наружу. Когда туша дикого оказалась за порогом, мужчина заметил пять теней. Наблюдая за ними, Алекс решил не торопиться отходить от дома, чтобы выкинуть труп подальше.       Двое мохнатых остановились в паре шагов от лестницы дома. Один был в тряпках, оставшихся от прежней одежды. Их не пугал свет фонарика, крепившегося к оружию в руке Алекса.       Дикари приподнялись с четверенек. Они скалились и шипели в попытках что-то сказать.       — Мжик…       — Атд… тай ее…       — Сначала научитесь говорить по-человечески, — проворчал Алекс. — Ну-ка кыш отсюда, у меня патронов на всех вас хватит.       — Замен…       Едва разборчиво прошелестев свое предложение, тот, что в тряпье, вынул из кармана небольшой тканевый сверток. Он кинул непонятный предмет к порогу. Алекс направил свет под ноги. Поднял грубо сшитый мешочек. Развернув, увидел горсть монет.       Хмурясь, добытчик посмотрел на дикарей. Те в нетерпении переминались, снова опустившись на четвереньки.       — О, ваше племя учится торговаться.       — Самффка и ета, а ты неф…фсный, как трукие, как ты, — едва разборчиво прошипел тот, что в одежде и махнул в сторону Дианы, уже стоявшей за спиной Алекса, — нам ее, тьебе, — он указал на мешочек в руках пятнистого мужчины. — И уйтешь.       — Нет, ребята, — хохотнул Алекс, тем не менее кладя мешочек в карман куртки, — эта самка не продается, и тем более за чужие гроши, которые вы наскребли в разрушенной вами же деревне. Не сможете вы заменить местных жителей.       — Наш мнока, наш шильнее, — подал голос второй дикарь.       — Мы останемся здесь ночевать, — сказал Алекс и наконец откинул труп в снег сбоку от лестницы, — а это будет вам в назидание.       Но откинутый труп, казалось, лишь раззадорил новых хозяев этой деревни. Не умея рычать, дикие ирбисы оскалились и зашипели. Они знали, что находится в руках Алекса, но не ведали страха перед пулей.       Пущенная в темноту очередь сбила первого, того, что ходил в тканях. Пуля попала в голову. Во мраке не было видно, как грязный снег окрашивался в красный. Перезарядка не потребовалась — хватило и на тронувшегося с места второго. Захрипев, тот завалился на бок и забился в агонии.       Трое оставшихся наблюдателей рванули к добытчику, занятому перезарядкой. Диана испуганно подалась назад, видя, как быстро приближаются эти нелюди.       — Алекс!       — Размечтались!       Грохот выстрелов вновь пронзил мертвую тишину.       Уцелевший схватился за винтовку, которую выставил перед собой Алекс. Он наседал, обладая преимуществом в росте и весе.       Внезапно — болезненный выкрик. Придерживая раненое брюхо, дикий отступил. Его взгляд упал на белую девчонку, обеими руками сжимавшую кортик.       Решив не переводить патроны, Алекс всучил винтовку Диане и вытащил кинжал, ножны которого были надежно скрыты под курткой. Враг не успел опомниться, когда добытчик подскочил к нему.       Острое лезвие уверенно рассекло воздух и прошлось по горлу дикого. Схватившись за рану, тот отшатнулся. Немного постоял на своих двоих. Не в силах сдержать хлеставшую кровь, он упал на колени и завалился.       Когда последний дикий затих, Алекс посмотрел на Диану. В темноте не было видно, как ее колени пробивала дрожь, но были видны ее широко распахнутые алые глаза, было слышно ее прерывистое дыхание.       — Все хорошо, — сказал Алекс, — ты привыкнешь. Вот увидишь.       — Привыкну? — воскликнула она. — Я не хочу к такому привыкать!       — Ты на диких территориях, барсенок. И если не хочешь быть одной лишь обузой — учись защищаться.       Забрав винтовку, Алекс прошел внутрь дома, подсвечивая доски под ногами тактическим фонарем. Диана в нерешительности замерла, глядя на раскиданные во дворе тела.       — Ляжешь спать у стены, — прикрикнул скрывшийся внутри дома Алекс. — Так будет безопаснее. Если еще придет кто — я услышу.       Она посмотрела на кортик, который сжимала в правой руке. По лезвию стекала свежая кровь.       — Да как я теперь усну? — возмутилась белая.       Наступал предрассветный полумрак, знаменуя окончание ночи.