Камыш и осока

Всю неделю каникул стояла ясная и безветренная погода, даже немного потеплело, а по утрам у реки разливался туман. Эрвин приехал к десяти утра, как и обещал. Он оставил велосипед чуть поодаль и осторожно подошёл к дому, пытаясь понять, есть ли внутри Карл. Было тихо, лишь едва слышно колыхалась листва. Немного подумав, Эрвин прислонился ухом к двери - и тут она резко распахнулась. Эрвин мгновенно отпрянул и чуть не потерял равновесие. - Что, обделался? – усмехнулся Леви. - Ты бы себя видел, как домушник крался. Офигенно плохой домушник, – ему явно было весело. - Зачем ты меня так напугал? – возмутился Эрвин. – Я же хотел незаметно тебя позвать. Так твоего отчима нет дома? - Не, обычно если к утру не возвращается, допоздна где-то пропадает. Ты будешь заходить? - Я хотел на улице прогуляться. Такая погода хорошая. Мы могли бы в парк пойти. - Нет, мне нельзя тут по улицам околачиваться, – резко сказал Леви. - Почему же? - Не твоего ума дело. - Хм, - Эрвин был озадачен, Леви вел себя с ним так грубо, будто они снова готовились драться, - ладно, тогда давай снова сходим к реке. Я хочу тебе кое-что показать. Леви кивнул и вышел на улицу, закрывая за собой дверь. - У меня тут велосипед, думаю будет быстрее, если мы поедем вместе, - предложил Эрвин. - В смысле? - Ты сядешь на багажник, а я повезу тебя. - Ещё чего! Я же не девчонка, чтобы меня возили, и не маленький, - запротестовал Леви. - Это тут причем? Ты пойдёшь пешком, а я буду свой велик катить что ли? Но это же бессмысленно, - Эрвин совсем не понимал, в чём проблема. Ехать сзади Леви решительно отказался, и им пришлось спускаться к реке пешком. Эрвин молча сжимал ручки руля, немного обидевшись. Он уже начал думать, что зря всё это затеял, но быстро отогнал эти мысли. Тайна, окружавшая этого мальчика, манила сильнее. У реки дул свежий ветер, вода шла мелкой рябью. - Ты заходил в этот домик неподалёку? – поинтересовался Эрвин. - Это старый сарай для лодок, но сейчас там нет ничего. Что можно было стырить, уже вынесли, - флегматично сообщил Леви. – Так что ты хотел мне показать? - А, сейчас, - Эрвин облокотил портфель о бортик лодки и достал толстую книгу с тёмно-синей обложкой, - смотри, это одна из моих любимых книг. Леви подошёл поближе и заметил на корешке серебряные звёздочки. Эрвин сел в лодку, оставляя место для Леви. - Иди сюда, так удобнее читать. - Ты мне книжку читать собрался? – уточнил Леви, нехотя залезая внутрь. - Какое занудство. - Ты бухтишь, как дряхлый старик, - Эрвина это почему-то забавляло, а не раздражало, - я не только буду читать, тут есть потрясающие иллюстрации, тебе понравится. Папе привезли эти книжку из-за стены, так что она очень редкая и дорогая. - Да кому вообще нужно за книги кучу денег платить? Хотя пофиг, о чем она хоть? - О космосе, - торжественно сказал Эрвин, раскрывая книгу. - Я хотел тебе хотя бы иллюстрации и фотографии показать, – вот эта мне особенно нравится. Леви никогда не видел ничего подобного - столбы разноцветного дыма предстали перед ним, окруженные тысячами цветных огоньков на голубом фоне. - И что это? – спросил он тихо, поглаживая фотографию. - Тут написано, - ткнул пальцем Эрвин, - это скопление межзвёздного газа и космической пыли, их еще называют «Столпами творения». Они находятся за тысячи световых лет от нас. Это так красиво. Вижу, тебе понравилось, - улыбнулся он. - Ага, неплохо. Только я совсем не понимаю, как что-то может выглядеть так странно. - Ты никогда не видел фотографий космоса? - Нет, - помотал головой Леви, - я знаю, что есть солнце и планеты, но про такие штуки не слышал. - Тогда тебе точно понравится эта книжка! Эрвин стал показывать любимые фотографии туманностей, галактик и планет, попутно рассказывая о них. Леви притих и внимательно слушал, иногда поглаживая особенно приглянувшийся снимок или рисунок. Эрвин говорил очень увлечённо и немного торопился, а Леви не мог понять и половины. Внезапно подул прохладный ветер, переворачивая страницы, Эрвин поёжился. - Давай зайдём в этот домик, а то холодно становится. Леви кивнул, и они подошли к скрипящей двери. Внутри почти ничего не было, лишь приделанная к полу лавка, табуретка без одной ножки, дырявые ведра и с десяток пустых бутылок различной формы. Воздух был сырым и спертым, пахло плесенью. - Фу, ну и мерзость, я тут сидеть не буду, и не надейся, - произнес Леви с нескрываемой брезгливостью. - Да, не самое лучшее место, - почесал голову Эрвин, - но ничего, мы можем привести его в порядок. Тогда это будет наш форт. - Чего? Какой ещё форт? - Ну ладно, не форт, наше тайное место для встреч, секретная база, где мы можем читать книжки и замышлять всякое! – ухмыльнулся Эрвин, сильно довольный задумкой. - Да что ты можешь замыслить? Другую книжку почитать? - Тебе же интересно было! И ты узнал много нового. Готов поспорить, что ты кроме сказок и детской литературы не читал ничего. - Оно мне и не надо, да и нет у меня дома книг. - Совсем нет? – Эрвин пытался вспомнить комнату, в которой был и осознал, что там и правда не было книжного шкафа. - Да, неужели я или Карл выглядим как любители книжек? - Тогда как же ты учился читать? Леви помедлил с ответом. - Никак. Я читать не умею, точнее умею, наверное, но плохо. Мама пыталась учить меня, но с тех пор, как она умерла, я ни разу не читал ничего. Я помню что-то, скорее всего. Эрвин был обескуражен этой информацией. - А писать то ты умеешь? - Нет, - с раздражением ответил Леви, - что это за допрос? Не насрать ли тебе? - Нет, конечно, нет! Леви, это совсем неправильно, все должны уметь читать и писать. Решено, я буду твоим учителем, - с воодушевлением заключил Эрвин. – Заниматься будем здесь, только надо порядок навести. - Стоп, стоп, а не разогнался ли ты? Я ж не соглашался на это! - А ты не хочешь учиться? Только представь, ты сможешь понять любую книгу, даже эту про космос, тебе не придётся просить меня прочитать что-то. Леви немного задумался, пытаясь что-то возразить, его злило, что Эрвин пытался его поучать. - Ладно, как хочешь. Только я не стану заниматься, пока не начищу до блеска все в этой халупе. Эрвин улыбнулся, а Леви окончательно осознал, что его привычная жизнь начала меняться, хоть он этого и не просил. Весь оставшийся день они пытались вычистить сарай для лодок: вынесли мусор и бутылки, табурет решили оставить. Продолжили в понедельник, отмыли полы, стены, Эрвин принёс из дома старые садовые подушки, плед, письменные принадлежности и детские книжки. Всю неделю по утрам они встречались у реки, и Эрвин пытался учить Леви читать. Это оказалось не так легко – Леви часто путал буквы, некоторые он ещё раньше заучил неправильно и каждый раз злился, когда ошибался. Эрвин раньше помогал одноклассникам с учёбой, но учить практически с нуля – другое дело, теперь он понимал, как нелегка порой бывает работа отца. Заниматься не получалось дольше пары часов, потому что Леви точно не знал, когда придёт домой отчим. Каникулы быстро пролетали, и Эрвин заметил, что почти не общался со своими школьными друзьями, Майк и Найл несколько раз звали его погулять, но он отказывался, говоря, что слишком занят. Сначала Эрвину очень хотелось узнать, что за тайну скрывает Леви, ещё несколько раз он пытался спрашивать про инвалидную коляску и его здоровье, но неизменно не получал ответа. Потом его захватило желание научить Леви читать и писать, а ещё он начинал немного жалеть его. Эрвину постоянно становилось неловко от того, что он живет так хорошо и сыто, по сравнению с Леви, который был очень худым и постоянно набрасывался на принесенные бутерброды с колбасой. Его одежда была поношенной, слишком большой или маленькой, но аккуратной: все дырки зашиты или заплатаны, кофты и штаны постираны. Видно было, что он старается быть опрятным, единственное, что выбивалось из этой картины - отросшие растрепанные волосы. Они были слишком коротки, чтобы завязать их в хвост, но достаточно длинны, чтобы лезть в глаза. - Тебе не мешают волосы? – спросил Эрвин в конце каникул. Леви пил чай, сидя под ивой и странно держа крышку термоса за ободок. - Немного, они постоянно нос чешут, - он сделал глоток. - Тогда почему не пострижёшься? - Я просил Карла, он сказал, что не умеет, а на парикмахера денег нет. - Я мог бы тебе одолжить, это же не дорого. - Ещё чего, мне отдавать нечем, - строго сказал Леви и скрестил руки на груди. - Ну зачем сразу отдавать, я же по-дружески. Или можешь как-нибудь по-другому отработать потом. - Знаю я как в таких случаях отрабатывают деньги, - сощурился Леви, - до фига этого видел. - И как же? – не понял Эрвин. Леви лишь неопределённо пожал плечами и промолчал. - Ладно, тогда я сам могу тебя постричь! - Балда, тогда я тоже тебе платить должен. - Господи, как же всё сложно с тобой! – Эрвин откинулся на бортик. - Давай тогда ты мне зашьёшь дырку в носке, а я за это тебя подстригу, пойдёт? - Да, так можно, - согласился Леви. В воскресенье Эрвин принёс из дома ножницы, расческу и зеркало. После занятий он усадил Леви на бортик лодки и, почти обрезав первую прядь, остановился. - Я ж тебя не спросил, а как ты хочешь подстричься? - А ты по-разному стричь умеешь? - Нет, я вообще этого не умею, - растерялся Эрвин. - Так чего ж вызвался? - Да просто помочь захотел. Так как? - Фиг знает, чтобы в глаза не лезли. Эрвин кивнул и начал. Получалось из рук вон плохо, пару раз он чуть не порезал Леви ухо, но в итоге причёска стала куда короче, но совсем не опрятнее. Местами волосы были разной длины, хотя он сильно старался ничего не упустить. - Пойдёт, - вынес вердикт Леви. Эрвин просиял. - Знаешь, это заняло куда больше времени, чем я думал, - заметил он. - Который час? – встрепенулся Леви. - Уже два, а что? - Блядь! Я уже должен быть дома, вдруг Карл придёт. Надо срочно назад, - Леви торопился уйти и выглядел напуганным. Они вышли из зарослей к дороге, Леви собирался попрощаться, но Эрвин остановил его. - Хочешь я тебя подвезу? Так быстрее будет. Леви всё так же отказывался ездить на велосипеде. - Или хочешь, сам езжай, тебе нужнее. Брось велик у дома, а я заберу потом. - Нет, - Леви будто метался, не в силах сделать выбор. - Почему нет? - Да не умею я на нём кататься! – он сам смутился от своего крика. Эрвин удивлённо посмотрел на него, не зная, что сказать. - Ладно, довези меня, я всё равно не успею сам, - удручённо проговорил Леви минуту спустя. - Хорошо. Леви забрался на багажник, поджав ноги и вцепился в край сидения. Эрвин разогнался по прямой и поехал в гору, встав в полный рост. Подъем с пассажиром дался невероятно тяжело, пару раз сделав передышку, Эрвин доехал до верха и остановился, пытаясь отдышаться. Леви сидел, нахмурившись, и разминал кисти рук. - Ты слишком сильно держался, поэтому руки болят. - Спасибо, умник, я и так понял. Это очень неудобно. - Сейчас можешь за меня держаться, я больше вставать не буду, тут дорога ровнее, - Эрвин обернулся к нему. - Что за бред, - фыркнул Леви, - поехали. Эрвин тронулся. Он опять лавировал между выбоинами на дороге, отчего Леви позади шипел, пытаясь не упасть. По пути Эрвин увидел ребят, обокравших его, захотелось поехать быстрее. Они шли по другой стороне дороги, окрикнули его, засмеялись, стали переходить на его сторону, Эрвин испугался и замедлил ход. Леви пихнул его в бок, сказал ехать дальше, крикнул ребятам: «Пошли нахуй!» и показал средний палец. Они что-то ответили, но Эрвин уже не услышал. На полпути Леви не выдержал тряски, схватил Эрвина за куртку и не отпускал до дома. Они скомкано попрощались, и Леви быстро забежал в дом. Эрвин ехал назад и думал, что надо бы его еще научить на велосипеде кататься. С началом ноября пошли дожди, медленно холодало, а листья на деревьях становились все темнее. Казалось, все краски природы тускнели и выцветали, заменяя яркие пейзажи на серо-коричневые пятна. Каникулы закончились, Эрвин оставил книги и все письменные принадлежности в сарае и дал Леви много домашнего задания, требуя от него заниматься каждый день хоть по чуть-чуть. Он делал небольшие успехи: правильно заучил все буквы и начал читать по слогам. Леви оказался законченным перфекционистом – он часто злился на себя за то, что не может что-то запомнить или прочитать с первого раза, время от времени думая бросить всю эту затею. Бывало, он тренировался в написании сложной буквы, пыхтел, ворчал что-то неразборчивое, а потом смотрел в потолок и говорил: «Я уже слишком стар, чтобы этому учиться». Эрвину становилось смешно, но он сдерживался и пытался подбодрить его. В конце ноября они сидели утром в сарае для лодок, который теперь закрывали на замок Эрвин читал книгу, а Леви писал в прописи, старательно выводя каждую букву. - Эй, Эрвин, я доделал, - сказал он через пару минут. - Отлично, - ответил Эрвин, заглядывая в тетрадь. - Ого, да у тебя прекрасно получается! Буквы очень аккуратные, даже мой отец так не пишет. Леви пытался скрыть радость от похвалы, хмыкнув и уставившись на свои пальцы. - Только теперь тебе надо ещё научиться писать так же красиво, но быстро. - Везде то ты найдёшь, к чему придраться. - Так это не придирка, - возразил Эрвин, – у тебя не будет времени так выводить каждую букву на экзамене. Оба сели на лавку, накрытую пледом. - Какой экзамен? Я же не хожу в школу. - Да, но пойдёшь же когда-нибудь. - Нет, с чего ты взял вообще? - Потому что все в школу ходят. Как же ты потом будешь работать, если у тебя образования нет? Я бы хотел быть историком, как мой папа, а еще в университете преподавать. Леви промолчал, потому что никогда не думал так далеко. Вся его жизнь в основном состояла из стремления прожить ещё пару дней, достать продуктов и не злить своего опекуна, он даже не задумывался, что рано или поздно повзрослеет. - Тебе надо поговорить с отчимом и убедить его отдать тебя в школу, - уверенно сказал Эрвин. - Нет, он никогда этого не разрешит, мне нельзя выходить из дома. - Почему? - Я не могу тебе сказать, - Леви обхватил ноги руками и уперся подбородком в колени. – Это большая тайна, если я тебе расскажу, ты будешь обо мне плохо думать. А если Карл узнает об этом, он тебя убьёт. От этих слов по спине Эрвина прошёл холодок. Насколько ужасные вещи они скрывают? Вопреки здравому смыслу Эрвину ещё больше хотелось понять, в чём дело. Но на прямые вопросы Леви не отвечал, надо было действовать как-то иначе. - Ну тогда ничего не поделаешь. А сам то ты хочешь учиться? - Наверное да, мне понравилось писать, хотя это и сложно, - задумчиво ответил он. – Знаешь, вчера ко мне постучался какой-то человек. Он сказал, что он мой дядя. - Он правда твой дядя? - Откуда мне знать, я его не помню, - раздражённо ответил Леви, - но он знал моё имя и мамино. Он сказал, что хочет забрать меня, что у него мне будет лучше, чем у Карла. Я не открыл ему дверь, и он ушёл. - Так это же здорово! Если ты будешь жить у дяди, сможешь выходить на улицу, когда захочешь и учиться в школе, - воодушевился Эрвин. - А может он окажется ещё большим мудаком. - Леви посмотрел Эрвину в глаза. - Карл говорил, что он в тюрьме сидел за убийство. - Да, это все сильно меняет, - согласился Эрвин. - А ты уверен, что это правда? Если он такой плохой, зачем ему забирать тебя? - Понятия не имею, - Леви встал со скамьи и принялся складывать свои тетрадки. – Давай ещё почитаем? В прошлый раз я почти до середины дошёл, - он взял токую зелёную книжку и снова присел рядом с Эрвином. Оставшееся время Леви по слогам читал сказку, водя пальцем по страницам, а Эрвин время от времени исправлял его и думал, был ли его дядя убийцей? Вопреки словам Леви, Эрвин считал, что тому лучше жить с кем угодно, но не с отчимом. Однако, как это сделать было совсем не ясно. Весь следующий день он раздумывал над этим. В школе учителя несколько раз поругали его за рассеянность, а Найл запустил в него бумажным шариком на перемене. - Эй, за что это? - Пытаюсь тебя в общество вернуть, - усмехнулся Найл, подсаживаясь к нему. – Ты сегодня какой-то странный, точнее страннее обычного, будто и не здесь находишься. Мечтаешь о чём-то? – он пихнул Эрвина в бок локтем. - Нет конечно! Я думаю, как одну важную проблему решить. - Ну конечно, у тебя всегда какие-то сложности вселенского масштаба. Так в чём дело? - Ну, - Эрвин не был уверен, стоит ли рассказывать Найлу обо всём, – мне надо узнать, может ли ребёнок себе выбрать другого опекуна. - И зачем тебе это? – удивился Найл. - Мне для друга надо. - Неужели? – Найл скептически посмотрел на него. - Что за друг такой? Ответить Эрвин не успел, в класс вошла учительница, и начался последний урок. В любом случае помощи от Найла никакой, лишь смешки. Временами он был невыносим. По дороге домой Эрвин подумал, что отец наверняка знает, что делать. Он обратился к нему после ужина. - Пап, скажи, взрослые же обязаны по закону заботится о детях? – начал он издалека. - О своих, да, - рассеянно отвечал отец, читая книгу в кресле. - И отдавать их в школу тоже должны? - Конечно. - Так вот, а что будет, если взрослый ничего из этого не выполняет и плохо относится к ребёнку? - На учет могут поставить или даже родительских прав лишить. - А как это можно сделать? - К чему эти вопросы? – отец отвлёкся от книги и взглянул поверх очков. - Это для моего друга, - Эрвин посмотрел на него. – Я хочу ему помочь, потому что он живёт с отчимом, который к нему плохо относится. - А сам этот мальчик говорил тебе, что не хочет жить с ним? И что за друг, кто-то из школы? - Нет, он не хочет ничего делать, - грустно ответил Эрвин, - думаю он боится что-то поменять. Он не из школы, помнишь, я рассказывал, что обидел его? - Мальчик, который тебе нос разбил? - Да, - кивнул Эрвин. – Сначала он мне показался хулиганом, но потом оказалось, что он хороший и очень трудолюбивый. Я учу его писать и читать, потому что отчим не разрешает ему в школу ходить. - Звучит и правда очень неправильно. Как его зовут и где он живёт? Может я смогу поговорить с его опекуном и убедить его отдать ребёнка в школу. - Правда? Спасибо! – обрадовался Эрвин. – Его зовут Леви, он живёт у реки, где раньше был порт, я могу показать их дом, там нет таблички с адресом. - Эрвин, ты ходил в это место? Это же настоящее гетто! И люди там живут, выражаясь корректно, очень специфические, - отец смотрел на него удивлённо и обеспокоенно. – Если твой друг живёт там, то мне вряд ли удастся ему помочь. - Почему? - Потому что для людей там нормально не иметь никакого образования и даже документов. Я уверен, что мне не удастся уговорить отчима твоего друга отдать его учиться, у меня был опыт общения с подобными людьми. - Может тогда можно сделать так, чтобы Леви не жил с ним? Он действительно очень плохой человек, он меня даже пнул один раз. - Что?! – отец встал с кресла и подошёл ближе к Эрвину. - Этот человек тебя ударил? И ты после этого продолжил ходить туда? - Да, но это было один раз, мы с Леви обычно не встречаемся с ним, - про то, что его обокрали, он предпочёл не говорить. - Неужели ты не понимаешь, как беспечно себя ведёшь и какой опасности подвергаешься? – отец повысил голос. – Ты ходишь в криминальный район, общаешься с мальчиком из неблагополучной семьи, тебя в любой момент могут обокрасть или избить! Я запрещаю тебе встречаться с этим Леви и появляться у его дома. - Но как же… Как я тогда смогу ему помочь? – растерялся Эрвин. - Помочь? Эрвин, ты никак не можешь помочь этому мальчику. Его судьба будет такой же, как и у других таких детей – рано или поздно он станет преступником. - Нет! Если его заберут у отчима, не станет. - И что же с ним будет, он отправится в приют, где пробудет до совершеннолетия, потому что забирают в семьи чаще всего младенцев. Он выйдет во взрослую жизнь без поддержки и рано или поздно пойдет по кривой дорожке. Я видел это много раз. - У него есть дядя, он заберёт его, он приходил за ним! – Эрвин уже почти кричал, пытаясь сам себе доказать, что для Леви возможно счастливое будущее. - И где этот дядя был раньше? Если ему так важен этот мальчик, почему он не забрал его раньше? - Он, - Эрвин замер и тихо сказал, – он только вышел из тюрьмы. - Вот как, - отец вздохнул, - ты и сам видишь, что дядя возможно даже хуже отчима. Эрвин застыл и обдумывал услышанное. Он и не мог представить, что всё окажется настолько сложно. Разочарование сдавило его лёгкие, хотелось заплакать от бессилия. - Ты добрый мальчик, Эрвин, даже слишком добрый. Ты хочешь помочь всем несчастным и обездоленным. Стремление похвальное, но неисполнимое, - отец притянул его к себе и обнял. – Чем раньше ты поймёшь, что не в твоих силах изменить людей, тем меньше боли будешь испытывать в дальнейшем. В жизни много несправедливости, нельзя каждый раз бороться с ней. - Но я не борюсь за всех, - Эрвин всхлипнул, - я хочу помочь только Леви, разве нельзя помочь ему одному? – он заплакал, схватившись за рубашку отца, который медленно гладил его по голове. - Нет, мы этого не можем. Будет лучше, если ты перестанешь с ним общаться и подвергать себя риску. Сделай это для меня. Эрвин отстранился и утёр слёзы. Он поднялся в комнату и долго сидел на кровати, погрузившись в мысли. Отцу Эрвин доверял и никогда не ставил под сомнение его слова, если он говорит, что ничего нельзя сделать, то и пытаться не стоит. Но разве можно бросить Леви теперь? Он же только начал читать по слогам, и писать у него получалось прекрасно, а ведь они только начали. Эрвин хотел дать ему любимые книжки и заняться математикой или историей, а ещё научить кататься на велосипеде. Леви лишь недавно стал ему доверять, больше не смотрел так, будто в любой момент ожидает удара. Он был так искренен в своих эмоциях – злился и комкал бумагу, когда не получалось написать всё идеально; скривившись смотрел на принесённые Эрвином гранаты, а потом пачкал соком рот, когда распробовал, как это вкусно; смущённо пытался скрыть своё невежество, слушая рассказы Эрвина обо всём подряд. Леви учил его правильно пускать блинчики по воде и, как вести себя с хулиганами. Эрвин не хотел оставлять его в повседневности, где есть лишь пьяный отчим, воровство еды, одинокое существование в четырёх стенах и редкие прогулки на берегу реки. Он не мог этого сделать, пусть и сильно любил отца и всегда считал, что он прав. Сегодня он впервые подумал, что отец ошибается.