В погоне за счастьем

      Разговор в ту прохладную ночь помог нам наладить свою связь и, наконец-то, разобраться со всеми чувствами, что были внутри нас. На самом деле, было труднее вновь начать общаться словами, не прибегая постоянно к метке. Ощущения от чужих эмоций и мыслей были такими яркими и вкусными, что не хотелось останавливаться. Я был крайне удивлен после своего открытия, почему жизнь лишила таких чувств и возможностей бет. Но после недолгих раздумий решил, что совершенно забыл о такой мелочи, что все изменения в генофонде бет привели к появлению альф и омег, а не наоборот. Что беты вырождаются, как вид, из-за того, что их форма взаимодействия устарела для мира. Хотя 3% населения земли все еще являются бетами.       В тот вечер мы решили, что будем ко всему приходить постепенно, не гоня лошадей. Как будто встретились недавно и только начали встречаться. Конечно, наше взаимодействие будет гораздо глубже и взрослее, чем начальные этапы отношений, но это означало лишь одно – маленькими шажками мы будем двигаться навстречу друг другу. Чтобы перестать действовать необдуманно, максимально бережно и аккуратно решая любые недоразумения и проблемы. А все остальное приложится.       Врач был крайне рад нашему воссоединению и выдал нам все нужные направления на анализы и обследования по поводу беременности гаммы. Она официально признала свой пол, перестав его скрывать, и запретила обращаться к ней, как к альфе. Конечно, я периодически не удерживался от добрых подколов на эту тему, но до ссор дело не доходило. Стефани стала очень чувствительной и эмоциональной, гормональный фон сильно скакал, несмотря на то, что организм был полностью готов выносить ребенка. Слишком много перенесло тело в последние года, совершенно потерявшись в своей природной роли. Я настоял на ее уходе в декрет, так как она могла легко сорваться на любого посетителя пекарни, от чего могла пострадать репутация. А присутствие сильных запахов на кухне или в подсобке с химией могло навредить здоровью девушки. Стеф поначалу отстаивала свое мнение остаться на работе хотя бы до конца второго триместра беременности, но услышав все мои переживания по метке, которую я активно использовал в нашем общении, сдалась и написала заявление об уходе на больничный по беременности.       Я взял на себя все расходы и заботы. Ричард был очень рад моим частым появлениям, и на очередной вопрос «Когда папа придет домой и будет жить с нами?» я мог честно ответить, что скоро мы все вместе переедем в дом побольше и будем жить долго и счастливо. Детская радость захлестнула небольшую квартиру, и мой названный сын бегал по комнатам, весело крича, что наконец-то его большая мечта сбудется. Мысленно я был с ним согласен, что и моя тоже.       Марго лишь молча прослезилась, тихо шепча, что очень боялась никогда не дождаться этого дня. Как она переживала за нас, что такие тяжелые проблемы и препятствия в наших отношениях не дадут нам увидеть друг друга и простить. Что ее дочь навсегда останется одна с сыном и огромным сожалением, что не смогла удержать счастье в своих руках. И что теперь она станет бабушкой во второй раз и будет беречь своих кровиночек до конца ее жизни. Мы втроем успокаивали Марго, хотя все успели прослезиться от пробивающих нас чувств.       Официально о наших возобновившихся отношениях мы решили объявить в первой пекарне, где все и началось, с разрешения Пола собрав всех вечером после рабочего дня. На удивление, пришли практически все, кто нас знал и был свидетелем этих непростых времен. Пол крепко жал мне руку и страстно вещал, что знал, что узы Истинных победят все невзгоды, и его уверенность в том, что природа всегда права, только усилилась. Я не стал развеивать его доводы и лишь мирно улыбался, оглядываясь и встречаясь с восхитительными зелеными омутами, в которых искрилось и плескалось тихое счастье и смущение. Мы лишь улыбались, передавая друг другу наши мысли и чувства, наслаждаясь моментом уединения, которое могли считать только мы. Марк и Люси лишь хитро переглядывались, понимая наше общение, и мягко поздравляли, приглашая к ним в гости. Чем больше народу – тем лучше. Тем более дети уже подросли за такое время, и Ричи найдет неплохую компанию для игр.       Райан подошел вместе со Стейси и тоже искренне порадовался тому, что мы, наконец-то, перестали бегать от реальности и просто сдались друг другу. Втянув воздух, Стефани лишь хитро улыбнулась и подмигнула альфе, на что он лишь смущенно двинул плечом и увел стройную омегу за их столик. Позже гамма прошептала мне, что он долго не признавал свою суженную, и, судя по запаху, тоже воссоединился с ней. Я понимающе кивнул и легонько сжал в своих ладонях ее пальчики. В этот момент чувство окрыления и счастья захватывали каждый уголок моей души и от этого вырастали крылья за плечами. Ощущение всемогущества и правильности происходящего заставило чувствовать себя победителем жизни.       Беременность Стефани протекала нормально, не без эксцессов. Гормоны могли резко зашкаливать, и настроение девушки могло меняться много раз за день. И только связь по метке спасала наши отношения. Я чувствовал, что гамма не может контролировать то, что чувствует, и моя поддержка давала ей опору в своем состоянии. По ее заверениям, я испускаю феромоны тогда, когда нужно, пусть совершенно это не контролирую и даже не подозреваю об этом. Я лишь радовался тому, что весь этот процесс автономен, и что мне не нужно разбираться еще и в этом. Хватало проблем с текущими задачами.       Все мои хлопоты и заботы вертелись вокруг самой большой задачи, которую я себе поставил - это покупка собственного дома. По моим простым расчетам, я понимал, что в нашей семье будет уже пять человек, не считая возможного пополнения когда-нибудь в будущем: на одном ребенке я не собирался останавливаться. Конечно, все будет исходить из состояния здоровья моей любимой гаммы. Смотря на то, как она сейчас переносит это непростое, пусть и чудесное для нашей семьи, состояние, я все же выберу спокойствие для неё, чем еще один ребенок. Поэтому немного посоветовавшись с альфами-близнецами, я пришел к выводу, что покупка большой квартиры не так выгодна, как покупка дома. В крайнем случае, дом можно перестроить, а с ограниченным помещением в бетонной коробке такого не проделаешь.       Я продал всю свою недвижимость и даже машину, чтобы купить дом без кредитов и ипотеки. Я считал себя настоящим героем! Да, пришлось одолжить некоторую сумму у начальства, но Пол был несильно против. Он уже рассчитывал стать крестным отцом моего новорожденного ребенка, и привязать такого активного и перспективного сотрудника, как я, еще сильнее. Что ж, мечтать не вредно. Тем более такому большому парню, который скоро тоже собирается стать отцом во второй раз. Маркэль страстно заверил меня, что после двойняшек он больше не планирует пополнение семейства. Они выпили из него всю душу, так что третьему дитю все равно ничего не достанется. Джастин лишь подмигнул мне, и потом, пока его не слышал муж, уверил, что все это дело времени. Я лишь улыбался, начиная понимать коварный план этого альфы, что любит использовать любой предлог, чтобы путешествовать в одиночестве по стране.       И наступил день икс, когда мы всей большой семьей приехали в новый дом. И Ричард сразу заметил большое раскидистое дерево, на котором я планировал сделать детский домик с лесенками и полочками, дабы мои дети могли там играть и весело проводить время. Мальчик и смеялся, и плакал одновременно, не веря, что я все это время помнил о его рисунках, о которых он страстно рассказывал, а иногда даже показывал. Как здорово иметь большой дом на дереве, чтобы там прятаться от непогоды и рассказывать веселые истории. Таких благодарных глаз я давно не видел в своей жизни и невероятное тепло разливалось в моей груди, стуча сердечным ритмом в горле. Я был счастлив видеть такой искренний взгляд.       Женщины очень резко стали осваивать новую территорию, уже планируя, что куда поставят, что закажут и как оформят дом. Мне не хотелось их расстраивать, что сейчас я на мели, и их пожелания не исполню так быстро. Но было невероятным блаженством наблюдать за их искренними и радостными переговорами, как Ричард бегает по комнатам, ловя эхо, весело смеясь и также предлагая свои варианты, что и куда поставить. Об этом я обязательно поговорю позже со Стефани, а сейчас просто наблюдал за такой умилительной картиной, о которой мечтал всю свою жизнь. Веселый и детский смех, радостные переговоры, совместные посиделки, ощущение неги и счастья в воздухе.       «Я, наконец-то, дома», подумал я. И облегченно вздохнул.       Но единственный червячок грыз мою душу - мои родители еще толком не знают о всех нюансах моего положения. Да, я им рассказал о девушке с ребенком, которую я повстречал, и что планирую исполнить свою мечту - купить дом для нашей большой семьи. Но это не составляло и десятой доли правды того, что на самом деле происходило. И как обо всем рассказать своим близким - я представлял плохо. Который раз задумываясь на этот счет, мне не приходило разумных мыслей. Стеф лишь пожала плечами и не предложила ничего нового - просто рассказать, как есть. По сути, мы не преступники, чтобы скрываться и чувствовать себя виноватыми. Но от этого беспокойство не покидало мою душу.       Пока наш дом превращался в обитель мечты - в этом нам помогла своими сбережениями Марго, отмахнувшись от наших отказов - мы все еще проживали в маленькой, но не менее уютной, квартире Стефани. Бабушка стала часто забирать внука к себе на съемную квартиру, несмотря на его протесты и желание спать в одной постели с папой и мамой. Омега понимала, что нам нужно время, что наладить отношения и начать притираться в быту, восполняя прогалы и наращивая темп. Когда родится ребенок, время на это будет очень мало, будет много хлопот с новым членом семьи. Хитро подмигивая, она забирала брыкающего и возмущающегося альфу к себе в гости, пока «родители» привыкают к новым ощущениям и общению друг с другом.       Поначалу мы лишь разговаривали, вместе готовили, ходили гулять по любимым местам. Чувствовали, будто нам по шестнадцать лет, настолько мы стесняемся прикоснуться друг к другу лишний раз. Внутри было полное понимание эмоций, не было протестов или запретов, просто не могли сократить физически расстояние между нами. Пока я не психанул и просто не сгреб в свои объятия гамму, заставив её приглушенно пискнуть. Лишь на мгновение ощутив напряжение, девушка расслабилась и ответила на объятия. Так простояв несколько минут, мы поняли, что первый шаг был сделан. Мы поверили телами, что находимся рядом и не собираемся расставаться.       Изо дня в день мы стали больше практиковать это и физически чаще прикасаться друг другу. Потом стали подключать свои ощущения по метке, чтобы начать вновь изучать, что кому нравится и как. К своему удивлению, я отметил что мне очень нравится, когда Стеф забирается своими пальчиками мне на шею и чуть выше, теребя отросшие волосы на затылке. И также моим открытием было то, что гамма очень любит закидывать мне ноги на бедра во время просмотра фильма, и ощущать, как я их слегка мну, особенно в районе икроножных мышц. Также мы поняли, что нам больше нравится продуктивно проводить время вместе - когда готовим или убираемся, проходимся по магазинам. Прогулки были приятным времяпровождением, но если это сопровождается пользой для дома - то удовольствие возрастает вдвойне.       Ощущение поцелуя после такого продолжительного времени было волшебным. Мы лежали вместе на диване, собираясь засыпать, по привычке ожидая поспешный топот ног Ричарда, которому всегда хотелось заснуть вместе «с папой и мамой», я отметил, как близко и тесно лежит ко мне гамма. Я чувствовал каждый изгиб тела, ее жар объятий и как тепло начало разливаться по всему организму, начиная немного концентрироваться ниже пояса. Медленно повернув голову, я встретился с горящим в полутьме взглядом, который с головой выдавал девушку. Облизнув от напряжения свои губы, я смотрел и любовался ее прекрасными зелеными омутами, цвет которых казался гораздо глубже, эти полуоткрытые влажные губы, по которым пробегал торопливый язычок, выдавая напряжение Стеф. «Сейчас или никогда», промелькнуло в моей голове, и я начал медленно приближать свое лицо к этой соблазнительной особе. Гамма не шевелилась, лишь пожирая меня глазами и приоткрывая губы в приглашающем жесте.       В моменте прикосновения наших лиц и губ в умах что-то взорвалось. Мы сорвались и бешено поглощали друг друга, совершенно не подстраиваясь и не уступая. Сплетая наши языки, мы будто боролись за лидерство в семье, заставляя каждый раз одного отступать, а другого нападать. Страсть разливалась по нашим венам, руки жадно блуждали по телам, не оставляя ни одного участка без внимания, стоны поглощались поцелуями, периодически вырываясь и наполняя пространство комнаты. Через некоторое время мы оторвались друг от друга, едва переводя дух и всматриваясь в глаза человека напротив. Ее покрасневшие щеки, лихорадочный блеск глаз, влажные опухшие от непрерывных поцелуев губы манили проделать с ними все то же самое еще раз. Только гораздо жестче, чем ранее, полностью поглощая их хозяйку без остатка. Тяжело переводя дыхание, бегая взглядом по лицу гаммы, я понял...       -... вряд ли я смогу сейчас сдержаться.       - Я тебе член оторву, если ты сейчас будешь сдерживаться, - прошипела девушка, и мои тормоза оборвало напрочь.       Буквально срывая ни в чем неповинную одежду, мои губы старались оказаться везде и сразу. Языком я вырисовывал одному мне видимые узоры на теле такой любимой и родной девушки. Она срывающимся голосом стонала и просила не останавливаться. Сейчас мне казалось таким кощунством столько времени сдерживаться и не дотрагиваться до этой вкусно пахнущей кожи, не вылизывать каждый участок кожи, напитываясь стонами гаммы по крышечку. Но этого всегда будет мало. Я никогда не смогу насытиться ею сполна, чтобы раз и стало достаточно. Но больше всего мне нравилось выбивать из нее эту мелодию страсти, всасывая уже буквально изливающейся смазкой грибочек, который уже мало походил на член, лишь отдаленно. Но эта часть оставалась такой же чувствительной, как и клитор у любой девушки. Иступлено вцепляясь в мои волосы и плечи, Стеф срывающимся голосом просила больше не мучить и наконец наполнить её. Но я не спешил, зная, что вся ночь впереди. И я возьму то, что мое по праву.       Ощущения внутри гаммы были столько же горячи и прекрасны, как и ни один раз до этого. Я старался быть аккуратным, памятуя, что девушка беременна, и я не хочу повредить ничего внутри неё. Но провокации этой прекрасной жаркой нимфы довели меня до того, что я со звериной скоростью вбивался в нее, ту, которая громко извещала всех соседей, что её наконец-то дерут как надо. Одного раунда нам было всегда мало. Я брал ее снова и снова, пока мы не решили, что уже надо менять постель после наших утех. А в ванной подразнив друг друга, мы снова не удержались, и я вдалбливался в податливое тело, восполняя все то, что себе задолжал. Подтверждая свое право обладания этим восхитительным и невероятно вкусно пахнущим телом.       Моя и ничья больше.