Как искры

      Сказать, что Йо совсем не волновался перед звонком друзьям, с которыми не разговаривал все пять лет, что прошли после Турнира, — всё равно, что соврать, но не совсем.        И всё же лёгкий страх закрадывался в мысли молодого человека. Ещё и дождь начался. Небо, стянувшее все тучи тугим узлом, наконец, облегчилось вторым великим потопом за историю этого мира. «Как же там Зик сейчас? Заболеет ведь теперь точно! Надеюсь, он уже дома… А если нет? Если что-то случилось? И как, зачем вообще я начал о нём думать? Хотя, лучше думать о Зике, чем о том, как сказать ребятам о его выживании,» — сознание парня теснили тревожные мысли, которым вторил шум дождя, пока Йо топал по грязи и лужам растёкшейся под ногами дорожки, по двору в направлении гаража.        Асакура понимал, что друзья вряд ли разделят его радость по поводу выживания врага, ведь великий оммёдзи Асакура Зик для них не был братом. Огненный шаман для них, как и для всего мира, — жестокий убийца с наклонностями одержимого своей безумной целью, психопата, оправдать которого очень трудно, если не невозможно. Но как объяснить всему миру, что у Зика точно есть причины, должны быть, потому что иначе никак? Йо очень надеялся, что Анна сдастся, и когда друзья приедут, они смогут получше узнать Зика и, может, даже подружиться, чего молодой человек не исключал в самых смелых мечтах. Но в одном Асакура был уверен: из всех друзей кто-кто, а Рио точно его не осудит, поэтому первого «осчастливить» Йо решил именно байкера-романтика. Умемия ответил не сразу. «Наверное, за рулём…» — мелькнула где-то на задворках сознания отстранённая мысль, пока Асакура слушал бесконечные гудки, которые изливались из мобильника.       — Господин Йо! А мы с Токагеро как раз о Вас вспоминали! — наконец раздался до боли знакомый тёплый и радушный, чуть сиплый от частого курения, голос старого друга.       — Хе-хе, приятно слышать, Рио, спасибо. Сколько же мы не разговаривали… Кажется сейчас, что несколько жизней точно, — столько времени прошло, но я рад снова слышать твой бодрый голос! Как у вас там дела? Нашёл свою королеву, или Лайсерг навсегда в твоём сердце? — проговорил Асакура, и не заметил даже, как на лице возникла неосознанная улыбка. Как же приятно и тепло снова вот так разговаривать со старым другом! И так странно, — ведь Йо и не скучал особо, но вот сейчас понял, что очень сильно тосковал всё это время по друзьям, с которыми добровольно почти не общался после Турнира: скорбная боль от раны, которую нанесла душе Асакуры-младшего смерть брата от его же руки, была на тот момент свежа и болезненно ныла, зудела, истощала шамана, и не позволяла улыбаться и радоваться вместе с друзьями, потому что разделить их беззаботную радость — преступно по отношению к памяти брата. Тогда Йо было как никогда плохо, — настолько, что даже Анна поумерила внутреннего Цербера в надежде хоть как-то сгладить реальность для жениха, который, переживая утрату, не торопился со свадьбой.       Странно, но будто озлобленность, которую сдерживала итако в тот сложный для Асакуры, период, передалась Йо. Парню до сих пор было стыдно за ту неудобную ситуацию на семейном празднике по случаю его возвращения в Японию, когда Асакура-младший накричал на Тамао после её робких поздравлений. Не желая вспоминать тот не самый приятный период, Йо вернул своё внимание на диалог с Рио:       — Дела прекрасно, спасибо, а по поводу королевы, я радикально пересмотрел свою жизнь! — серьёзно заявил Умемия, и, выдержав для приличия небольшую театральную паузу, откашлялся и продолжил: — Через пару месяцев я полечу в Америку, чтобы выучиться там на первоклассного шеф-повара, а потом хочу вернуться к вам с хозяйкой в гостиницу на работу. Отучусь, а там и милашечки найдутся! А у Вас как дела? — весело и с энтузиазмом, ответил Рио, заражая своим холеричным жизнелюбием, но Йо заставил себя сохранить серьёзность, и, сделав над собой усилие воли, тяжело и медленно выдохнул:       — У меня есть одна новость, но не знаю, как ты к ней отнесёшься, — Асакура, хоть и был уверен, что Рио не посчитает его отношение к брату неправильным или слишком, чересчур, наивным, всё же старался говорить осторожно, и потому медлил, но в какой-то момент поймал себя на мысли о том, что это — не больше, чем трусость, и решил просто сказать, как есть: — В общем… Зик выжил, и его определили под мой надзор. Теперь он живёт со мной, вот, но я этому рад, — быстро выпалил парень, напряжённо ожидая ответа с другого конца провода.       — Вы-жил?.. — только переспросил Рио немного заторможенно упавшим голосом, точно ему самому Асакура только что зачитал смертный приговор.       — Да, выжил, так что ты скажешь? — нервно-нетерпеливо выдохнул Йо, — Тоже думаешь, что я наивный идиот, раз радуюсь, что не убил его тогда? — понуро спросил Асакура.       — Господин Йо, Вы же знаете, что я никогда не осужу Вас. Наверное, я бы разочаровался, если бы Вы убили собственного брата без сомнений и сожалений, хоть он и последний мерзавец.Вы в очередной раз доказали, что, как человек Вы лучше Зика. Я на себе убедился, что Вы спасаете своих врагов, даже таких отбросов, как мы с Токагеро…        — Сам ты отброс, Рио! Мне шестьсот лет, так что побольше уважения! — возмущённо огрызнулся дух, затевая словесную перепалку.       — Хе-хе, спасибо, Рио, вы с Токагеро, как всегда, очень сильно подбадриваете. Но остальные отнесутся к этой новости не так смиренно, и я, честно говоря, немного побаиваюсь сообщать им, хе-хе… Особенно Рену. Кстати, Джоко, ведь, вроде как, из Америки, и ты, получается, к нему полетишь? Интересно, чем он занимается после Турнира? Надеюсь, он исполнил свою мечту, и стал комиком. Вот бы собраться как-нибудь! Надеюсь, Анна, всё-таки, разрешит, чтобы вы все приехали к нам хотя бы на неделю… — ответил Йо с мечтательным вздохом.       — О ребятах я ничего не знаю точно, так, какие-то обрывки информации. Вроде как Трей вернулся на Хоккайдо, в свои северные леса, и даже взялся за ум: пашет в поле с умным лицом невозможного дельного агронома. Я созванивался с ним где-то полгода назад. Пирика ему там помогает. Ругает, конечно, за безалаберность и рассеянность, как и раньше, но помогает. Джоко… Да, он из Нью-Йорка, Америка. — в каком-то роде он исполнил свою мечту, — смешит сейчас помойных котов, в рабочие перерывы зачитывая им отрывки своих планируемых выступлений. Но если говорить серьёзно, то Трей мне рассказывал, что Джоко устроился на работу в какое-то кафе, а в свободное время даёт стендап-выступления в местных клубах, так что за нашего американского друга волноваться не приходится. Давно о Ренни не слышал ничего. Вы с ним не связывались? Интересно, он всё такой же гордый засранец? Вы ничего не знаете о нём, господин? — увлечённо вещал Рио, — вот сестра его — просто милашечка, не то, что он. И не скажешь, что эти двое — родственники… — рассказывал Рио, пока Йо с улыбкой слушал друга. А на сердце разливалось такое спокойное тепло, точно они вновь сидят все вместе в Патч кафе в Добби Вилладж, пока Карим готовит для Асакуры пятый чизбургер, и Рио просто рассказывает о каких-нибудь посторонних участниках. И не скажешь, что после Турнира прошло столько времени. Йо вздохнул. Как бы он хотел иметь суперспособность управлять временем! Тогда Асакура вернулся назад и не стал убивать брата, а просто поговорил бы с ним. Да… Йо и не считал уже давно, сколько раз за последний год отдавался этой мёртвой мечте. Просто это спасало. Да, это не реально, но куда ещё сбегать, если реальность невыносима? Куда ещё сбегать, если сам загнал себя в угол? — Никуда. От себя не убежишь. Нельзя просто выдумать себе мирок и жить в нём. Здесь, в реальности, у Асакуры-младшего есть близкие, а значит, есть обязательства перед ними, и Йо не в праве отказаться от этого.       — Не, о Рене мне ничего не известно, но, думаю, такой человек, как он, везде устроится так, как ему нужно, так что за него я спокоен… — расслабленно ответил Йо, но потом добавил, — а что там с Лайсергом, не знаешь?       — Кажись, ничего не слышал, не резон мне как-то звонить в его Англию — дорого… — вздохнул Умемия.       — Ну понятно, тогда сам ему и Рену с Треем и Джоко позвоню. Спасибо, Рио. Ты всегда меня поддерживаешь. А что это у тебя шумит? Ты за рулём что ли?! — ужаснулся Аскура.       — Да, но не беспокойтесь, у Рио всегда всё под контролем… Себе по башке посигналь, баклан! А, простите, милая леди… — ответил горе-байкер.       — Рио? У тебя там всё в порядке? — на всякий случай уточнил Йо.       — Да-да, просто вышло небольшое недоразумение на дороге… Прекрасная королева посигналила мне. Думаю, эта красотка положила на меня глаз…       — Рио, это точно девушка? А то получится, как с Лайсергом, — осторожно спросил Йо, тихо посмеиваясь про себя.       Разговор прервала недовольная Анна. Девушка сама пришла к Йо в гараж, вынуждая его спешно и скомкано попрощаться с другом, потому что невеста рисковала напороться на какую-нибудь раскоряченную бандуру в темноте подвала, где Йо попутно с телефонным разговором, изучал ассортимент пыльного барахла с помощью фонарика, жадно вдыхая запах сырости. Меньше всего парень хотел, чтобы невеста, споткнувшись-таки обо что-нибудь в темноте, вспомнила, что пора бы менять давно перегоревшую лампочку, что только и ждала этого, как и полагается обещанному, три года.       — Тц… Неужели я должна навернуться, чтобы ты, наконец, поменял перегоревшую лампочку? — прорычала сердито невеста, чертыхаясь, пробираясь к Йо.       — Прости, Анна… Поменяю, — тихо проговорил Асакура-младший.       — Закругляйся. Там твой особенно любимый братец достал своим нытьём… То у него болит, другое ему не так… То жарко, то холодно, — засранец издеваться надо мной вздумал! Я его терплю из последних сил уже. Если не угомонится, — задушу или оттаскаю за патлы, как подзаборную псину, раз уж у тебя не вышло. Вот от него сюда сбежала… — пожаловалась итако устало.       — Ну Анна, вот всегда ты так… Вдруг, он всё-таки серьёзно заболел после того, как ты его выгнала в ливень? — страдальчески спросил Йо.       Девушка закатила глаза и устало выдохнула:       — Я тебя умоляю, Йо. Кажется, ты забываешь, что у него с рождения неизлечимый недуг. «Гипернаглость, осложнённая повышенной живучестью» называется… — проворчала итако на выдохе.       — Анна, пожалуйста, перестань, — только и ответил парень, понимая, как важно осторожничать с итако сейчас, когда от невесты зависит приедут ли к нему друзья, или же Кёяма в очередной раз обломает всё веселье.       Шаман бросил последний взгляд на поприще работы и, убедившись, что потрудился неплохо, решил, что поручение убрать в подвале успешно выполнено, а значит, можно возвращаться во внешний мир, где демонстрирует подозрительные и оттого пугающие, девиации, Зик.

***

      — Эх… — в третий раз за последнюю минуту вздохнул Йо с великой безысходностью, с нескрываемой тревогой, что плескалась в добром взгляде, которым шаман внимательно изучал брата.       — Йо, хватит уже вздыхать над его тушей, словно ублюдок вот-вот откинется, это действует мне на нервы! — закатив глаза, устало-капризно выдохнула Анна.       Девушку бесил Зик и то, что он ведёт себя, как умирающий лебедь в присутствии Йо. Её Йо, между прочим.Мало того, что Асакура-младший впал в анабиоз из-за переживаний о смерти этой сволочи, так оммёдзи и теперь перетягивает на себя внимание Йо! Ещё Анну бесила эта совершенно идиотская наивность жениха. Как можно всерьёз переживать об этом плуте-хитреце-прощелыге Зике? Хотя… Такой доверчивый ребенок, как Асакура-младший, вполне мог повестись на этот очевидный обман. Вот и сейчас жених хлопотливо порхал вокруг близнеца, игнорируя абсолютно всё вокруг, включая даже Анну:       — Чёрт… Горло болит? Подожди, сейчас, я сделаю тебе какао… Хорошо? Нет-нет, не разговаривай! — кружил беспокойно над братом Йо.       — Блин, Анна, он весь горит… Мне кажется, это что-то серьёзное… — делился переживаниями парень.       — Могу вылить на этого черта ведро холодной воды. Остынет, — равнодушно хмыкнула девушка, видимо, совершенно не проникнувшись состраданием к некогда великому шаману.       — Анна! Ты вообще себя слышишь?! Неужели тебе совершенно наплевать на него? — негодующе всплеснул руками младший близнец чуть не плача.       — Йо, он убийца, будет справедливо, если он хоть немного помучается. Я же не пытать его предлагаю, пока. Это всего лишь небольшая температура. К сожалению, не смертельная, — устало выдохнула итако, сохраняя твёрдое равнодушие.       — Анна, прекрати говорить такие вещи при Зике! В первую очередь, он мой брат! И вообще, по-твоему, тридцать восемь с половиной — это «чуть выше нормы»?! «Чуть выше», Анна? Если не хочешь помогать, не мешай хотя бы! Я сам его вылечу! — гневно-устало-расстроенно ответил Йо. Парню уже наплевать, как он разговаривает с невестой и что Кёяма за это не пустит друзей к ним в гостиницу. Если итако тоже против Зика, то Йо не станет это терпеть, молчать и покорно созерцать её равнодушие и бездействие. Сам вылечит, если нужно, — не будет ночи спать, и есть тоже не будет. Отныне Асакура-младший сделал свой выбор.       — Если ты забыл, то напомню: твой брат-садист заживо сжёг родителей Лайсерга, когда они отказались поддержать его в Турнире, да что Лайсерг, — Микихиса-сан тоже пострадал по милости этого урода! А сейчас ты переживаешь из-за того, что у него температура чуть выше нормальной? Йо, это уже ни в какие ворота! Как ты можешь не замечать, что он только и делает, что прикидывается умирающим в твоём присутствии?! Открой уже, глаза, Йо! — повысила голос блондинка, срываясь на слёзы.       — А если не прикидывается, Анна? Если Зику, действительно, плохо? — тихо и разбито спросил Йо, обрушивая на девушку тяжёлый взгляд затравленного зверя, изливающийся, словно кровью, осуждением и неверием в реальность её отношения к Зику.       — Да сколько можно быть таким наивным идиотом?! Ему ведь только и нужно твоё внимание, Йо! — Анна резко замолчала, когда левую руку, стремящуюся обжечь лицо жениха фирменным поцелуем пощёчины, остановил в полёте угрюмый оммёдзи.       — На самом деле, солнышко, от Йо мне нужно не только внимание, но это я практически получил. Получу в ближайшее время, — загадочно проронил Зик с таинственной самоуверенной усмешкой.       — Достал… Как же ты меня достал! Если бы не Йо, убила бы на месте! — вскричала девушка.       — Н-да? А силёнок и решимости хватит? — только усмехнулся Асакура-старший, прищуривая умопомрачительно-чёрные глаза, точно довольный кот. Выводить Анну ему явно нравилось.       — В твоём-то состоянии ты мне не ровня, Зик, — не дрогнула итако.       — Уверена, что хочешь проверить, милая Анна? — продолжал игру огненный шаман, получая удовольствие.       — Не смей фамильярничать со мной, засранец! — вспыхнула разъярённым пламенем Анна, и за её спиной возникли уродливые хранители.       — Ай-ай-ай… Использовать моих же сикигами, — разочарованно покачал головой Зик, печально добавляя: — Признаться, я надеялся на что-то поинтереснее себя тысячелетней давности… Анна, солнышко, ты же понимаешь, что очередная смерть лишь сделала меня сильнее? — спокойно и чуть самоуверенно заметил оммёдзи.       — Хватит! Что вы устроили на ровном месте? Анна! Ты совсем лишилась рассудка, раз уж не видишь, что Зик просто развлекается, выводя тебя? Серьёзно, я очень устал от твоей безосновательной ревности, очень! Ты же знаешь, Анна, ты же всё знаешь, знаешь, как я… Как мне было плохо. Помиритесь раз и навсегда, прошу, если я для вас не пустое место, — подал голос Асакура-младший.       — Хорошо, Йо. Я вызову этому, — итако замялась, подбирая слово. Йо уловил паузу и воззвал к благоразумию невесты:       — Анна, прошу.       — Хорошо, я вызову этому человеку врача, — закончила девушка.       — Спасибо.       — Не за что. Надеюсь, придурочные дружки образумят тебя, раз я не в силах, — вздохнула Анна, задумчиво добавляя после паузы: — Если ты так носишься с ним из-за того, что скучал, может, есть смысл мне съездить в Аомори на неделю, что приедет этот табун? Но я ещё обдумаю это решение.       На самом деле мысль уехать на время куда-нибудь, чтобы дать Йо соскучиться, давно жила в сознании итако. Может, хоть так молодой человек вспомнит и оценит усилия невесты для его комфорта и благополучия? И Анна уже почти решила, что действительно стоит так поступить, но всё же крупицы сомнений одолевали итако. Кто знает, каковы будут последствия? Анна теряла жениха, ведь чувствовала, что с каждым днём пропасть между ними становится всё больше. Турнир позади, и в тренировках, ради которых Анна изначально приехала в Токио, уже нет смысла. Равно как и в этих ежедневных формальных вежливых улыбках.       Более того, итако даже подумывала вернуться в Аомори насовсем, а не на время, как сейчас сказала Йо, но пока рано делать такие громкие заявления, — сперва нужно съездить, что называется, «в разведку».       К Йо как раз приедут друзья — а лучшего времени для осуществления намерений подобного характера и не найдёшь!       Ведь сейчас, пока перед глазами крутился негодяй-Зик, у Анны была крепкая уверенность в своих намерениях.