Minus ten dollars

Стоя перед входом в кофейню, Чимин глубоко вдыхает и выдыхает несколько раз. На часах девять утра. Глаза опухшие, состояние сонное. В целом вид не очень презентабельный. Хоть бы Чонгук не подумал, что тот пил алкоголь накануне. В руках привычная сумка, в ногах дрожь. Набрав в лёгкие воздуха, он тянется к дверной ручке. Внутри всё изменилось. Оставшуюся старую мебель в виде стойки и полок, вывезли. Стены голые. В небольшом помещении для персонала горит свет. Чимин проходит внутрь и видит Чонгука, который сидит за тем самым столиком, что в первый день стоял в зале, просматривая на ноутбуке сайт некой мебельной фирмы. — Доброе утро, — тихо здоровается Пак, прилипнув взглядом к широкой спине своего работодателя. — Доброе, — резко разворачивается Чон, который снова не услышал, как кто-то вошёл. — Я надеюсь, у тебя планов никаких не было? "Вообще-то поспать ещё хотя бы пару часов," — думает про себя Чимин. — Нет. Конечно, нет, — улыбается он. — Возникли какие-то проблемы? Вы хотели видеть меня, — немного взволнованно интересуется Пак. — Никаких проблем. Я хотел посоветоваться. Пойдём, — указывая на выход из каморки, Чон пропускает вперёд Чимина. — Вот тут, возле входа, в углу, я бы хотел сделать что-то вроде уголка с пожеланиями от посетителей. Полку, наверное, какую-нибудь. И это место выложить камнем. Как думаешь? — глядя на Чимина, он складывает на груди руки. Тот задумчиво смотрит на стену и отходит на несколько шагов назад. — Да, можно. Но чтобы она имела неровные края. Как будто выбитый кусок. Крупный камень вперемешку с мелкими будет смотреться неплохо. Учитывая то, что практически вся цветовая схема в тёмных тонах. Только стена светло-серого оттенка. Возле входа можно добавить озеленение... по желанию — искусственное. Как только Чимин договаривает свою мысль, входная дверь кофейни открывается, и внутрь проскальзывает молодой парень с небольшим бумажным пакетом в руке и широкой улыбкой. — Ваш заказ! — бодро произносит доставщик и подходит к ним, протягивая пакет Чону. — Как обычно, самый лучший, — подмигивает ему и пробегается взглядом по накачанному телу, рельефы которого заметны даже через свободную рубашку. Затем переводит взгляд на Чимина, и улыбка сменяется на надменное выражение. — Благодарю, Джи, — Чонгук принимает заказ из его рук. — А почему сам не зашёл? — продолжая нагло рассматривать Чимина, задаёт вопрос тот и возвращает взгляд Чону, уже мило улыбаясь. — Много дел в последнее время. — Ну да, вижу, — недоверчиво и ехидно отвечает парень, снова оглядывая Чимина. — Спасибо за кофе, — благодарит повторно Чонгук, как бы намекая, что не горит желанием продолжать диалог. — Давно не виделись, Чонгук. Я уже успел соскучиться. Может, зайдёшь вечером? — Ничего не могу обещать. У меня правда много работы. — Понятно, — с неким недовольством бросает доставщик, разворачивается и покидает заведение. По понятным причинам Чимину хочется догнать того сладенького паренька и ткнуть ему пальцем в глаз, которым подмигнул. Не сводя взгляда с двери, сжимает челюсть и кулаки. По сути, какое право он имеет так себя вести? Ведь Чонгук ему никто. Но жгучее чувство ревности внутри почему-то разгорается. Пак не сразу обращает внимание, что помещение заполняется горьким ароматом кофе. Еле заметно скривившись, он поворачивается к Чонгуку, а тот достаёт из красивого бумажного пакета стакан и протягивает ему. Брови Чимина ползут вверх. Чон ведь не знает, что он не любит кофе. Отказать будет очень невежливо и неуважительно. Да и… сейчас ему вообще всё равно. Хоть яду, но из рук этого мужчины. — Это мой любимый раф с кокосовым сиропом. В этом заведении, – Чон указывает на логотип, — его готовят превосходно. Попробуй, — улыбнувшись, он делает глоток и прикрывает удовлетворённо веки. — Спасибо… Я, кстати, план привёз. Всё готово, — Пак подносит стакан к лицу, и в нос ударяет ещё более резкий запах кофе с еле различимым ароматом кокоса. — В смысле? Уже? Это очень быстро, — удивляется Чон. — Обычно на это уходит около недели. — Да… я… просто. Что-то мне… Слабость резко окутывает всё тело Чимина. Звуки постепенно стихают, а шум в ушах нарастает. В глазах начинает темнеть. Стены плывут. Он чувствует, как земля уходит из-под ног, и стакан из руки выскальзывает, падая на пол. Словно из-под воды слышит Чонгука, но не может разобрать ни слова. Ощущает тёплую ладонь на своей щеке и крепкую хватку вокруг талии. Дальше темнота.

***

— С ним всё нормально. Просто сильное истощение и нехватка сна. Этому молодому человеку обязательно нужно отдохнуть и хорошо питаться, — улыбаясь, успокаивает женщина-врач. — Спасибо, доктор, — Чонгук кланяется и переводит взгляд на парня, который сидит на больничной кушетке, опустив голову. — Заполните бумаги на посту и можете отвезти его домой, — продолжая улыбаться, женщина слегка кланяется в ответ и оставляет их. Чон подходит ближе к кушетке и склоняется над Чимином. Скользит взглядом по идеальному лицу, а рука непроизвольно тянется погладить нежную щёку. Он, еле касаясь, ведёт пальцами по скуле к подбородку и слегка приподнимает, чтобы тот посмотрел на него. — Так вот почему план готов всего за пару дней. Глупый мальчишка. — Извините… — Минус десять долларов, — хрипло произносит Чонгук и улыбается. Несомненно, Чон отвозит парня домой. Он, конечно, любит ответственных и серьёзно относящихся к своей работе людей. Но когда дело касается здоровья, это уже слишком. Чонгуку всегда противело стремление достичь результатов такой ценой. Тем более, когда подобное демонстрирует человек, работающий в данный момент на него. И на этом причины недовольства не заканчиваются. Самая важная — это то, что Чимин очень сильно нравится ему, и поэтому беспокойство в разы сильнее. — У тебя было около пяти дней, чтобы сделать план. Зачем ты над собой издеваешься? — серьёзным тоном спрашивает Чонгук, действительно негодуя из-за этой ситуации. — Я просто хотел… — Сделать быстрее, чтобы я подумал, какой ты замечательный и ответственный дизайнер? — нервно и резко договаривает Чон, замечая, как Чимин весь сжимается, отворачивая голову к окну. Поэтому продолжает более мягко: — Помещение всё равно ещё полностью не подготовлено. Строительная бригада начнёт работу на следующей неделе. Отдохни пару дней, Чимин. — Но… — тот снова смотрит на своего работодателя с некой тревогой. — Без "но". Тебе нужно выспаться для начала. Не изводи себя. И не бойся за свою работу, если ты об этом. Я не собираюсь менять дизайнера. Меня нынешний устраивает более чем, — уже спокойно, с улыбкой заканчивает Чонгук и подбадривающе слегка хлопает по плечу парня. — Спасибо. — Тебя проводить? — Нет! — резче, чем ожидал, вскрикивает Чимин, затем понижает голос: — Нет… Я сам. — Ты один живёшь? — спрашивает Чон, но ответа не дожидается. — Я к тому… может, тебе нужно что-нибудь? — Нет. Спасибо, — Пак отстёгивает ремень безопасности и спешно покидает салон автомобиля. Оставшийся в полной тишине Чонгук задумчиво смотрит в сторону старенького на вид здания и постукивает пальцами об руль. Он, конечно, догадывается, что парень, скорее всего, иногородний и по окончании учёбы остался тут. Снял квартиру, не самую уютную и просторную для своего рода работы. Чон хочет знать больше о нём. Но лезть с расспросами — не вариант. Время покажет, что будет дальше. Но он определённо не желает отпускать его. Даже когда тот сделает всю работу. Чонгук тяжело вздыхает и поворачивает ключ в замке зажигания. Как же ему хочется сейчас выйти из машины, подняться к Чимину… лично убедиться, что тот будет выполнять рекомендации врача, но сдерживает этот душевный порыв. Для него сейчас главное, чтобы тот хорошенько отдохнул и выспался.

***

Конечно же, Чимин времени зря не теряет. В его распоряжении как минимум три дня, и он активно занимается картинами для кафе. Оставшись наедине со своими мыслями и фантазиями, Пак вырисовывает на холсте линии. Вкладывает в эту роспись себя. Иной раз даже с закрытыми глазами образуются потрясающие узоры. Отдыхать не забывает. Чонгук регулярно пишет и спрашивает, как он себя чувствует. Это безумно радует и всегда вызывает улыбку на лице. Чимин часто представляет себе, как тот приезжает к нему вечерами, и они сидят в обнимку за просмотром какой-нибудь комедии. Но увы. Парень не в том положении и не может позволить себе элементарно позвать в гости кого-либо. Поэтому остаётся только вырисовывать линии не только на холсте, но и образ Чонгука в своей голове. Ласкать себя, представляя его крепкие руки на своём теле, а длинные пальцы внутри, аккуратно растягивающие, перед тем, как взять полностью… наполнить до краёв. Середина июня. Как раз разгар самых жарких дней. Добравшись до кафе, Чимин облегчённо выдыхает, когда чувствует внутри помещения приятную прохладу. Проходит к каморке, в которой его уже ждёт Чонгук. — Добрый день. Кошмар… На улице невыносимая жара, — запрокинув голову, Чимин зачёсывает пальцами волосы назад, открывая лоб. — Я буду заказывать себе холодный кофе. Тебе взять? — увидев, как Чимин мнётся, поворачивается к нему полностью. — Не стесняйся. Я угощаю, — улыбается Чон. — Я… Просто я не люблю кофе, — на выдохе произносит Пак, сразу же устремив взгляд в пол. — Но ты же пил кофе… в тот день. — Ну… не успел, — улыбается Чимин и пожимает плечами. — Я не хотел обидеть вас. Тем более вы уже купили его для меня. — Вот оно что. И что же ты любишь? — Я люблю… фруктовый чай. Очень сильно. Готов душу за него продать, — шутит Чимин и смеётся. — Фруктовый чай… Хорошо, тогда я закажу тебе холодный фруктовый чай, — Чонгук достаёт из кармана телефон. — Я, кстати, так и не научился заваривать вкусный чай. С кофе у меня отношения лучше, — хмыкает он. — Секунду, сейчас вернусь. Ты пока что просмотри варианты мебели. Я выбрал те, которые мне понравились больше. — Хорошо. Когда Чонгук выходит из каморки, Чимин падает на стул и бьёт себя по лбу ладошкой. Что это вообще сейчас было? Мысленно кривляется, коверкая свои же слова, сказанные минуту назад. Глубоко выдыхает, поворачивается к ноутбуку Чона и принимается щёлкать мышкой, рассматривая разнообразные варианты мебели, выбранные им. Пытливый взгляд задерживается на нескольких атрибутах, а в голове уже рисуется итоговый результат всех трудов и подборов. Услышав, что Чонгук вернулся, Пак сразу же начинает задавать вопросы, не дождавшись, пока тот присоединится. — Начнём со стойки? Или гостевой зоны? — Давай с дверей, — присаживается рядом Чон, располагаясь удобнее и так близко, что их бёдра соприкасаются. — Как пожелаете, — отвечает Чимин, стараясь выдерживать сосредоточенное выражение лица. Хотя внутри накатывает сильное волнение. — Ты всегда со всем согласен. — Потому что нравятся предложенные вами варианты. Мне лишь нужно подогнать под общий план. Начать с дверей тоже можно. Я до сих пор удивляюсь, зачем вам нужен дизайнер. Вы прекрасно справляетесь. От меня не такая уж и большая польза, — продолжает смотреть в монитор Чимин, начиная нервно дёргать ногой. — Ты представить себе не можешь, какую пользу приносишь, — тихо бубнит Чон. — Я… Картины тоже почти готовы. Осталась последняя. Думаю, за пару дней закончу, — переводит тему Пак, пододвигая ближе ноутбук. Неуклюже задевает карандаш, лежащий на столе, который скатывается и падает на пол. Не ожидая друг от друга, они оба в один момент наклоняются, чтобы поднять предмет, и сталкиваются лбами. Так же синхронно прикладывают руки к ушибленному месту. — Ащщ… — шипит Чимин и трёт лоб. — Сильно больно? — немного испуганно спрашивает Чон и придвигается, чтобы самому приложить свою ладонь. — Немного… — Извини, — жалобно тянет Чон, заломив брови, находясь слишком близко к лицу Чимина. — Плюс десять долларов? — шёпотом произносит Пак и не отводит взгляда от губ напротив. — И это… Чонгук подаётся вперёд и, приложив прохладную от волнения ладонь к щеке парня, припадает в нежном поцелуе к его влажным губам. Безрассудный поступок начинает перерастать в страх. Чон ведь не знает совершенно ничего о нем. Вдруг у того уже есть пара. Или, может быть, он не интересуется мужчинами. Все эти мысли в долю секунды проносятся в голове. Пока не начинает ощущать ответных действий. Смесь стыда с неуверенностью. Затем всё сменяется чувством предвкушения неизбежного. Уже не увернуться, не убежать, но подсознательно Чимин понимает, что это прекрасно. Кажется, даже самый первый поцелуй был не таким волнительным. Тут другое. Он ничего более нежного и чувственного никогда не испытывал. На смену неуверенности приходит желание… Желание, чтобы это никогда не заканчивалось. Пак укладывает свои руки на широких плечах Чонгука и придвигается, чувствуя, как его за талию утягивают к себе. Ощущает эти хаотичные поглаживания по спине и скользящие по бёдрам. Изначально поцелуй выходит робкий, без напора. Но затем перерастает в более требовательный и мокрый. Возбуждение накрывает с каждой секундой всё больше. Чимин и не заметил, как оказался на бёдрах Чона. Они настолько нырнули друг в друга, что становится даже страшно. Страсть только разгорается. Пак уже начинает думать прекратить всё, дабы не перейти черту. Но невероятно волнующие ощущения, что дарят сдавливающие его талию чужие пальцы, затмевают разум, порождая желание чего-то большего. Оторвавшись от уже давно желанных пухлых губ, Чонгук запускает пальцы в мягкие светлые волосы на загривке парня и слегка оттягивает, наклоняя его голову вбок, чтобы насладиться бархатом кожи на шее. Оставляя блестеть влажную дорожку, перемещается к ключице и слегка цепляет зубами выпирающую косточку, отчего у Чимина вырывается короткий тихий стон. И Чонгуку этого хватает, что бы сорваться с цепей окончательно. Пропуская руку под свободную футболку, он оглаживает грудь, специально задевая сосок, и чувствует, как Пак активнее ёрзает задницей на бёдрах. Прижав его крепко к себе, продолжая зацеловывать нежную шею, сжимает в больших ладонях ягодицы Чимина и толкается вперёд, имитируя толчок. Хрипло выдыхая, пускает табун мурашек по податливому телу. Проезжая задом по ощутимо твёрдому возбуждению, Пак понимает, что остановиться уже сложно. Он и не хочет. Сам начинает раскачиваться на бёдрах, стимулируя и себя тоже через ткань. Трётся пахом о чужой и тихо мычит. Дыхание учащается, а щёки наливаются пунцом. Слыша хриплые выдохи Чонгука, слегка приподнимает уголки губ, на мгновение вспомнив, как мечтал об этом и фантазировал каждый вечер. И только они приближаются друг к другу, чтобы снова слиться в полном страсти и желания поцелуе, как их прерывает тихий кашель постороннего человека. Чимин резко отскакивает от Чона, как ошпаренный, поправляя одежду. Не знает, куда себя деть, сгорая со стыда, и даже не смотрит, кто вошёл. Чонгук — само спокойствие. Поправив свои растрёпанные волосы, подходит к уже знакомому доставщику, который с нескрываемым презрением и долей обиды смотрит только на Чимина. — Спасибо, — благодарит Чонгук и аккуратно берёт из рук парня пакет с напитками, который тот даже не протянул. — Доброго утра и приятного… — не отрывая ни на секунду взгляда от Чимина, продолжает: — Так вот почему ты перестал приходить. — Джи, спасибо тебе, что заботишься и приносишь напитки сам, вместо курьеров, которые должны этим заниматься. Но это необязательно, — мягко улыбаясь, Чон приподнимает пакет и машет им перед носом парня. — Спасибо ещё раз. Ты можешь идти. Тот даже не посмотрит на Чонгука. Ещё несколько секунд пялится на дизайнера, демонстративно фыркает, разворачивается на пятках и покидает каморку. Через пару секунд слышится громкий хлопок входной двери. Чон возвращается к Чимину, который даже голову не поднимает, и ставит пакет на стол. — Нужно повесить что-нибудь звенящее на входе в кафе, — улыбается Чонгук. — Ты чего? — он присаживается рядом и пытается заглянуть в глаза. — Извините… мне не стоило… — Минус десять долларов, — мурчит Чон и приподнимает его лицо пальцами. — Стоило. — Но этот молодой человек… — Что с ним? — с интересом Чон смотрит на Чимина. — Вы… — Мы? — Спасибо за чай, — старается перевести тему Пак, ещё больше краснея от смущения. — Нас ничего не связывает, Чимин. Он зол, потому что ему не понравился мой выбор. — Выбор? — наивно смотрит в ответ Пак. — Именно. Очевидно, я нравлюсь этому парню. Но как там говорят? Сердцу не прикажешь. До встречи с тобой я так же никаких надежд ему не давал. — Мне всё равно не стоило так себя вести, — не унимается Чимин. — Мне бы хотелось… чтобы это был не последний раз, — практически шёпотом произносит Чонгук. Если бы чувства были видны человеку, то вокруг Чимина наблюдалось бы яркое сияние и множество бабочек. Ему хочется широко улыбнуться и упасть в эти желанные объятия. Уткнуться носом в широкую грудь и никогда не отпускать. Но Пак продолжает тихо, мирно сидеть, не выдавая своей чрезмерной радости. — Я нравлюсь вам? — дрожащим голосом задаёт самый глупый в данной ситуации вопрос Чимин. — С первых секунд, — Чонгук приближается и касается губами его щеки. — ты в моей голове, — ещё поцелуй. — А теперь и в сердце. Не отвечая ничего, Чимин просто поднимает руки и обвивает шею Чона, глядя ему в глаза. — Тогда вам придётся научиться заваривать вкусный фруктовый чай, — он подаётся вперёд и сам, еле касаясь, проводит кончиком носа по щеке Чонгука. — Я тебя понял, — улыбается тот и прижимает к себе крепче парня. — Нам нужно вернуться к дверям. — Точно, двери, — хихикает Чимин и отлипает от своего работодателя, возвращая сосредоточенное выражение ноутбуку. Такая совместная работа без неловкости между ними теперь будет ещё больше радовать. Вот только взаимовлечение сдерживать придётся на благо рабочего процесса.

***

Последующие пару рабочих недель не начинались без объятий и жарких поцелуев до тех пор, пока не приезжала рабочая бригада. Несмотря на то, что они проводили очень много времени вместе, вечерами гуляя в парке и посещая кофейни, в которых Чимин наслаждался вкусным фруктовым чаем, всё никак не могли насытиться друг другом. Каморка тоже постепенно заполняется мебелью. Чонгук приобрёл рабочий стол и небольшой диванчик. Так как он сам будет бóльшую часть времени проводить в кофейне, максимально уютно обустроил себе место. Основная часть отделочных работ практически окончена. Двери установлены. Мебель для зала, всяческие барные полки, стойка и витрины тоже заказаны. По части Чимина в заведении всё было подобрано, оставалось только закупить необходимое. Работа идёт полным ходом. К слову, из одного агентства, куда Чимин отправил своё резюме, отозвались и, побеседовав с ним, готовы принять молодого специалиста на работу. Естественно, Пак предупредил, что сейчас у него в процессе проект. Те заверили, что место за ним остаётся, и после завершения работы над кофейней он может присоединиться к команде дизайнеров в офисе. Чему парень несказанно рад, хоть и не особо горит желанием работать в агентстве. Но так у него хотя бы стабильный заработок будет. — Первый отзыв об этом потрясающем месте оставлю я, — глядя на стену, где будут располагаться полки и уголок для пожеланий, заявляет Чимин. — Это несомненно, — Чонгук обнимает своего парня сзади и укладывает подбородок ему на плечо. — Это же надо… А я ведь вообще не хотел реагировать на объявление, — Пак разворачивается в руках Чонгука и укладывает ладошки на его плечи, поглаживая. — Если это судьба, то мы бы встретились в любом случае, — мурлычет Чон в изгиб чужой шеи. — Возможно, ты бы пришёл выпить чашечку чая… — Который ты не умеешь заваривать, — продолжает Чимин и хихикает. — Всегда думал, что это просто. Я ведь дома себе делаю такой чай, — дует губки он. — Да. Но если это кофейня, то, чтобы привлечь внимание посетителей, нужны особые, собственные рецепты приготовления. Чтобы вкус был особенным, не таким, как в любом заведении. — Вау… Да ты серьёзно подходишь к… — не договаривает Чимин, потому что телефон в его кармане начинает звонить. — Извини. — Минус десять долларов. — Гуки… — Пак закатывает глаза и цокает. — Странно. Это хозяйка квартиры, в которой я живу. Я же вроде всё оплатил, — он смахивает по зелёной кнопке и принимает звонок. — Алло… Да. Нет… Нет, нет, нет… — в глазах страх и паника. — Я сейчас приеду! Чимин, ничего не сказав, отлипает от Чонгука и начинает метаться из стороны в сторону. Собирает вещи, продолжая причитать про себя: "Не может быть, нет". Не то, чтобы он не хочет рассказывать. Просто в этот момент мысли отключились вовсе. Думать о своих вещах и работе, которые остались в квартире — это то, на что он сейчас способен. — Чимин, что случилось? — взволнованно спрашивает Чон. — Квартира… Мне нужно бежать. — Куда? Стой! Давай на моей машине. — Да… Скорее, пожалуйста. — Чимин, скажи, что произошло? — уже по пути к машине Чонгук пытается узнать о случившемся. — Горит, — всё, что может выдавить из себя Пак. — Чёрт! — ругается Чон и заводит автомобиль.