Minus ten dollars

Как только Чонгук паркуется недалеко от дома Чимина, тот вылетает из машины и несётся ко входу, толкая людей. Возле старенького небольшого здания стоит пожарная бригада, и собрались жители подъезда, тихо переговариваясь между собой. Чонгук быстрым шагом идёт вслед за ним. — Молодой человек, туда нельзя, — мужчина в пожарной форме останавливает Чимина. — Это моя квартира! Пустите! — Она не может быть ваша, — указывает на женщину, которая о чем то эмоционально беседует с одним из мужчин у дома. — Разве не её? — Да, да. Она сдаёт эту квартиру мне. Там мои вещи! — продолжая рваться в дом, не унимается Пак. — Туда сейчас нельзя. — Но там мои вещи! — А ещё там люди, которые предотвращают пожар! Прошу успокоиться! — Чимин, иди ко мне, — Чон слегка притягивает его к себе за запястье. — Нужно подождать немного. Тебя туда не пустят сейчас, — он обнимает его и поглаживает по спине. — А вот и ты! — слышится сбоку скрипучий громкий голос, — Как будешь платить за нанесённый ущерб? Квартиру сжёг! — Но меня даже дома не было, — оборачивается к ней Чимин и непонимающе смотрит. — Ты тут живёшь! Значит, ты и виноват! Не можешь даже за месяц оплатить! А сейчас что, а? Где деньги возьмёшь? — тянет противно женщина, выпучив глаза. — Причина пожара уже установлена? — вмешивается Чонгук, крепче обнимая за плечо своего парня, который, кажется, вот-вот заплачет. Он только что лишился жилья и, скорее всего, практически всех своих вещей, а эта особа своим поведением только подливает масло в огонь. — Вам уже сообщили, что спровоцировало возгорание? — Да что тут думать!.. — начинает владелица, но её прерывают. — А то, что безосновательные обвинения влекут за собой ответственность. Так что давайте сначала дождёмся результатов осмотра места происшествия, а уж потом будем разбираться, кто и кому что должен, — спокойным тоном подытоживает Чонгук. Женщина фыркает. И в этот момент к ним подходит командующий бригадой. — Пожар ликвидирован. Сейчас там работает дознаватель. Будет составлен протокол. Определится сумма ущерба и проведётся расследование по установлению причины пожара. — Скажите, туда уже можно? — дрожащим голосом интересуется Чимин. — Нет. Пока там работают должностные лица, которые устанавливают, при каких обстоятельствах и по каким причинам возник пожар. — Сколько на это уйдёт времени? — спрашивает Чонгук. — По визуальному обследованию места, скорее всего, это воспламенение от розетки. Короткое замыкание или неисправности в самой электропроводке, — мужчина переводит взгляд на Чимина. — После осмотра вам, возможно, зададут несколько вопросов. — Хорошо, — тихо отвечает Пак и прижимается к Чону. — Что же мне теперь делать… — Успокойся, мы решим этот вопрос. — Я не знаю, как я буду работать теперь. Мне придётся уехать к родителям. А тебе… скорее всего, найти другого дизайнера. У меня нет опыта, чтобы работать на расстоянии. — Ты чего это придумал? — улыбается Чонгук и слегка отстраняется, чтобы заглянуть в его глаза. — Я не собираюсь искать другого дизайнера. А тебя я не отпущу уж тем более, — успокаивает он. — У меня много места дома. Ты можешь пожить у меня и… — Нет… Нет, Чонгук. Я не могу. — Почему? — Ты как себе это представляешь? У меня даже вещей нет. — Чимин, перестань. Я всё понимаю. Тебе неудобно, и ты не хочешь чувствовать себя как-то некомфортно или, может, как лишний балласт для меня. Но нет! Это совершенно не так! Я буду только счастлив. Обстоятельства, конечно, печальные, но я рад тому, что ты поживешь у меня. Глаза Чимина наполняются слезами, и он крепко обнимает Чонгука. Рядом с ним даже этот случай кажется не таким уж и страшным. Пак вытирает тыльной стороной ладони скатывающиеся по щекам слёзы. В этот момент к ним снова подходит владелица, только уже с другим мужчиной. Видимо, он и есть тот самый дознаватель. — Вы проживаете на данный момент в этой квартире? — спрашивает тот, обращаясь к Чимину. — Всё верно! Это он там живёт! — невежливо вмешивается женщина. — Да, я, — отвечает следом на заданный вопрос Чимин. — Были ли у вас какие-нибудь жалобы на электропроводку? Может… из розетки на кухне слышалось шипение или искрило? — Да всё там нормально было! По крайней мере, до появления этого... — снова вмешивается та, но дознаватель её перебивает. — Госпожа, я с вами уже беседовал. Теперь я хочу поговорить с молодым человеком, проживающим в вашей квартире, — мужчина возвращает внимание Чимину, который заметно дрожит в руках Чонгука. — Бывало. Я сообщал об этом… — Пак переводит взгляд на женщину. — владелице квартиры. — Какие-либо меры предпринимались? — записывая всё себе в блокнот, дознаватель продолжает допрос. — Нет… — Всё понятно. Первоначальная версия — проблемы с электропроводом. Возгорание произошло на кухне. Размер ущерба будет описан позже. То, что находилось в спальной зоне, пострадало частично, — сообщает мужчина. — Картины… — Не знаю, насколько это вас успокоит… но могли бы пострадать вы. Хвала небесам, с вами всё хорошо. Точную причину со всеми подробностями сообщим позже, — затем обращается к владелице. — Могу сказать, что этот молодой человек не поджигал вашу квартиру. Вы, конечно, можете написать заявление. Но это вам ничего не принесёт. Возможно… только проблем вдобавок. — Вещи из квартиры забрать можно? — снова вмешивается Чонгук. — Можно со спальной части, — мужчина кланяется и уходит. — Пойдём. Соберёшь всё необходимое из уцелевшего. — Хорошо. — Когда вывезем все вещи, Чимин передаст вам ключ, — Чон обращается к женщине, которая чуть ли ни пыхтит от злости. — А оплата? — с недовольством на лице, та всё пытается выбить денег у парня. — Какая оплата? У человека половина имущества сгорела из-за неисправности проводки в вашей квартире. Мог пострадать человек! Вы хоть понимаете серьёзность ситуации? От решения проблемы вы предпочли отмахнуться и не приняли никаких мер. Всё ещё будете требовать оплату? Ничего не ответив, женщина просто развернулась и, махнув рукой, ушла. Чего и стоило ожидать.

***

Чимин мнётся возле машины Чонгука, пока тот достаёт его вещи из багажника. Именно тех, что забрали из квартиры, не так уж и много, но все они пропахли дымом. Поэтому Чон, перед тем, как привезти Чимина к себе, отвёз его в торговый центр, чтобы купить что-то, во что можно переодеться сегодня, пока одежда будет в стирке. Да и нужно было продуктов закупить. Так как Чонгук сказал, что практически всегда питается едой на вынос. Поэтому дома вообще ничего нет. Оглядываясь, Пак обращает внимание на высокий кирпичный забор, местами увитый плющом декоративного винограда, и тёмные ворота. Затем его взгляд фокусируется на небольшом и таком на вид уютном коттедже, вокруг которого лишь ровный зелёный газон. Никаких излишеств. Хоть они вместе уже несколько недель, Чимин не знал, что Чонгук живёт в своём доме. Спросить не доводилось. — Пойдём, — забрав всё из машины, Чон захлопывает багажник и улыбается, глядя на Чимина. В доме так и веет холостяцкой атмосферой. Ничего лишнего. В гостиной большой чёрный кожаный диван, на полу мягкий ворсистый ковёр, у стены огромный телевизор. Всё, что нужно, когда ты живёшь один. Чимин улыбается своим мыслям и находит взглядом Чонгука. — Уютненько, — тихо произносит он. — Да… — Чон чешет затылок в неловком жесте. — Я подготовлю тебе комнату… если ты… — Если я не хочу быть с тобой в одной? — Да. — Мне не нужна отдельная, Чонгук. Тот, оставив пакет с продуктами на кухне, подходит и за талию аккуратно притягивает к себе Чимина, сразу же нежно целуя его. — Меня это радует, — мурчит он, чмокая своего парня в нос. — Ещё бы, — улыбается в ответ Чимин и обвивает руками чужую талию. — Завтра мы заберём всё, что осталось в той квартире. — Хорошо… — заметно грустнеет Пак. — Мне так жаль, что картины не уцелели… — Одна всё-таки выжила! — радостно сообщает Чон. — А толку… — цокает Чимин. — Всё равно нужно заново начинать. Когда и где я это буду делать… — Ничего не нужно. Я видел картину. Я её одну повешу. Пусть будет неким… напоминанием. — О том, что я остался без жилья? — О том, что ты остался жив, глупенький мальчишка. И тебя в тот момент не было там. Могло случиться всё что угодно, — Чонгук крепко обнимает его. — И я действительно очень рад, что ты здесь.

***

С помощью грузоперевозки все вещи Чимина перевезли за один раз. Уцелело мало чего… но рабочие принадлежности, к счастью, не пострадали. Небольшой комод, который Пак купил в ту квартиру, чтобы складывать свои вещи, тоже цел, но Чонгук настоял его там оставить. И когда Чимин начал говорить, что он ему может понадобиться потом, Чон ответил: «Нет, не понадобится!». Это вызывало улыбку и одновременно сильное волнение. Дела в кофейне не приостановились. На днях должны привезти ту мебель, которая была в наличии на складе. Та, что делается на заказ, будет готова только через пару недель. Оборудование будет устанавливаться после полного размещения мебели в помещении. Поэтому, в принципе, можно устроить себе мини отпуск. Но Чимин решает не засиживаться и позвонить в агентство. Сообщить, что на следующей неделе готов приступить к работе. В общем, на отдых у него есть всего четыре дня. Субботним вечером, вернувшись с прогулки, Чимин сразу же плетётся в душ, попросив Чонгука заварить ему чай. И когда остаётся наедине со своими мыслями и горячей водой, погружается снова в свои фантазии. Да, он может хоть сейчас пойти и осуществить всё, о чём так долго грезит. Но так как у него не было отношений уже очень давно, немного страшно. Бывало, конечно, они поддавались страсти, чуть было не доходило до секса. Чимин сам останавливался, а Чонгук и не настаивал. Он взрослый человек и прекрасно всё понимает. Приятный аромат фруктового чая разносится по кухне. Чимин, расслабленный водными процедурами, приближается к Чонгуку и удивляется. — Я чувствую анис и корицу. Ты что, учишься заваривать для меня фруктовый чай? — он обнимает его сзади, обвивая торс руками. — А ещё малина и лимон, — бубнит Чон, увлечённый своим делом. — Я уже знаю, что это очень вкусно. — Ты не пробовал. — Так давай попробую. — Секунду, — Чонгук из прозрачного заварника наливает чай в кружку и добавляет туда ягод малины и небольшую дольку лимона. — Вот! Чимин склоняется и вдыхает этот божественный аромат, прикрыв веки. Затем берёт в руки кружку и подносит ко рту, делая глоток. — М-м-м… кажется, я знаю, кому продам свою душу. — Правда? — улыбается Чонгук и нежно гладит большим пальцем его щёку. — Тогда наслаждайся, а я в душ. Потом посмотрим что-нибудь? — Хорошо… Посмотрели, да. Накинутое на бёдра полотенце и влажное тело Чонгука, который только вышел из душа, заставили Чимина дышать учащённо и глубоко, в упор разглядывая рельеф накачанных мышц, что не мог не заметить сам Чон. Поэтому Пак уже сидит на кухонном столе, а между его разведённых ног, удобно устроившись, жадно выцеловывает его шею Чонгук, оставляя за собой расцветающие алые следы. Он блуждает руками по телу парня, пробираясь под футболку. Кухня наполняется звуками мокрого поцелуя и рваного дыхания. — Я не могу, Чимин. — Не можешь… что? — Сдерживать себя… больше не могу. Без лишних слов Пак сам опускает свою руку и укладывает её на возбуждение Чонгука, начиная слегка массировать через махровое полотенце. Видит, как тот запрокидывает голову назад и шумно вдыхает сквозь сжатые зубы. Одно Чимин знает точно: сегодня он не остановится. Прижавшись плотнее, Чонгук начинает тереться о его пах своим, чувствуя чужое возбуждение тоже. Он желал этого момента, поэтому долго растягивать удовольствие не намерен. У них ещё будет на это время. Очень и очень много времени. Поэтому резко подхватывает Чимина под ягодицы, получая смешок в губы и не разрывая поцелуя, направляется в комнату. Полотенце с бёдер Чонгука слетело ещё по пути, и теперь он, полностью обнажённый, нависает сверху. А Пак приоткрывает рот от предвкушения и откидывает голову назад, ощущая, как Чон принимается играть языком с его сосками, щекоча грудь своими ещё влажными свисающими прядями волос. Чимин кратко стонет и ёрзает под ним в нетерпении. Запустив пальцы в густые тёмные волосы, он прижимает его голову к своей груди, выгибается навстречу горячим губам и шипит, чувствуя, как Чон обводит языком, затем прикусывает затвердевшую бусину. — Чонгук… ах… Тот ныряет под резинку спортивных штанов Чимина, обхватывает аккуратный член ладонью и плавными движениями проводит от основания к головке. Круговыми движениями большим пальцем обводит её, размазывая естественную смазку и играя с уретрой. — Я так хочу тебя… — в изгиб шеи хрипит Чон. — Ах… — всё, что может выдавить из себя сейчас Пак, потому что чужие длинные пальцы скользят меж его ягодиц. Штаны и нижнее бельё Чимина летят на пол. Не отлипая друг от друга, Пак ловко переворачивается и уже сам нависает над Чонгуком, слыша, как тот хмыкает в поцелуй. Пак начинает неспешно опускаться всё ниже, глядя прямо в глаза Чона, лишь томно прикрывая веки, и уже оставляет лёгкие поцелуи на гладком лобке. — Иди сюда… — Чон тянет парня на себя, помогая перекинуть его ногу через корпус, усаживая на своей груди спиной к лицу. Чимин чувствует, как его слегка толкает рука, чтобы тот нагнулся. Он понимает прекрасно, что от него требуется и что будет получать взамен. Облизывает пересохшие губы, тяжело дыша, нагибается, оттопырив зад. Несколько раз проводит по венистому члену рукой, а затем кончиком языка начинает играть с уретрой, лаская пальцами мошонку. Слабо стонет, чувствуя, как его сжимающийся вход массируют, несильно надавливая, но не проникая внутрь. Чимин обводит языком вокруг крупной головки и плавно насаживается на неё кольцом из губ, создавая вакуум. Затем выпускает изо рта и снова насаживается. С каждым движением головы постепенно вбирает как можно больше, слыша громкое дыхание и хриплый тихий стон позади себя. Сжимая упругую половинку, отодвигая её в сторону и смочив слюной пальцы свободной руки, Чонгук круговыми движениями водит по розовому колечку мышц, наблюдая, как оно сжимается и расслабляется. Облизывается, словно кот на сметану, и оставляет несколько мокрых поцелуев на ягодицах. Высовывает язык, широко мажет по анусу и мурчит. Обводит несколько раз вокруг входа, затем всасывает в рот нежную, чувствительную кожицу. Размещает свои ладони на половинках и сжимает пальцы до белых отметин, одновременно зарываясь носом меж ягодиц. Довольно постанывает, обильно смачивая слюной анус с характерными звуками. От этих действий Чимин мычит, пуская вибрации по чужому органу. Втягивая щёки, он активно работает головой, периодически выпуская член изо рта, отчего вязкая слюна ниточкой тянется от головки к губам Чимина, стекая по его подбородку. Звонко вскрикивает и подаётся вперёд, чувствуя, как кончик горячего языка проталкивается внутрь. Колени разъезжаются в стороны ещё больше, а собственный орган трётся о грудь Чонгука, изнывает и истекает смазкой. Желание прикоснуться к себе просто дикое, и Пак тянет руку. Но не успевает он дотронуться, чувствует, как возбуждение обхватывает тёплая ладонь и двигается в такт толчков языка. Сжав пальцы на бёдрах Чонгука, Чимин насаживается до упора и сладко стонет, уткнувшись носом мошонку, удерживая член глубоко в горле. Оглаживая нежные стеночки изнутри кончиком языка, Чон проталкивается как можно глубже. С громкими, пошлыми, чвакающими звуками вылизывает Чимина, чувствуя, как тот пытается насадиться. Его губы, щёки и подбородок мокрые от собственной слюны. Возбуждение нарастает, и он толкается бёдрами, вгоняя свой член до основания в чужую глотку. Хрипло постанывает, одновременно трахая языком анус. Лизнув ещё несколько раз пульсирующее колечко, Чон из-под подушки достаёт баночку лубриканта, открывает и выливает на свои пальцы нужное количество вязкой жидкости. Снова возвращается ко входу, размазывая смазку. До предела возбуждённый Чимин, который так долго желал эти длинные пальцы в себе, уже виляет задом и хнычет от нетерпения, услышав звуки открывающегося колпачка. Помогая себе рукой, Пак водит по чужому органу вверх-вниз, прикусив свою нижнюю губу. Рот в немом стоне так и застывает, когда чувствует, как в него плавно проталкивают один палец. Чимин возвращается к истекающей естественной смазкой головке, вбирает её в рот и языком начинает играть с уздечкой, получая лёгкий шлепок по ягодице. Неспешно разрабатывая узкий проход, Чонгук старается не доставлять дискомфорта. Поглаживает свободной рукой поясницу, округлые половинки и возбуждённый орган, надавливая большим пальцем на головку. Вибрации от стонов по собственному члену заставляют рефлекторно сжимать фаланги внутри, отчего парень сверху дёргается и стонет ещё громче. Спустя некоторое время Чон свободно двигается уже тремя пальцами, проворачивая их в разные стороны. — Я не хочу кончить прямо сейчас… Хочу насладиться тобой, — аккуратно освобождая жаркое нутро, Чон ещё несколько секунд любуется видом пульсирующих мышц и стекающей по внутренней стороне бедра смазки. Почувствовав лёгкое подталкивание, Чимин соскальзывает с груди Чонгука, а тот подминает его под себя, впиваясь в пухлые губы жадным поцелуем. Раздвинув коленом ноги парня, поудобнее устраивается между ними и начинает нетерпеливо имитировать толчки, потираясь о чужой член, шумно дыша. — Чонгук… — стонет в губы Пак. — Пожалуйста… — начиная хныкать, он выгибается в спине, желая большего. — Что? — издевательски тянет Чон, опускает руку, обхватывая свой член, и водит головкой по входу. — Я хочу… аа… Нащупав бутылочку, Чонгук снова льёт на ладонь прохладную субстанцию и размазывает её по своему возбуждению. Затем придвигается ближе к Чимину и растирает оставшуюся смазку меж его ягодиц. Снова дразнит и проводит несколько раз головкой. Наблюдая, как пульсируют призывно мышцы разработанного колечка. Ухмыляется. Склоняется над ним, ведёт языком по пересохшим губам и одновременно неторопливо входит в горячее нутро. Облегчённо выдыхает, чувствуя, наконец, это приятное, сдавливающее член ощущение. — Такой узкий… В тебе так хорошо. Чёрт… Чимин. — Аа… ах… Гуки, — прикрыв веки, тянет томно Пак, когда его заполняют полностью, и впивается ногтями в кожу на спине, слыша шипение. — Извини… — выдыхает он. — Минус десять долларов, — хрипит Чонгук, прикусывая зубами мочку уха парня. — У меня там вообще хоть что-нибудь осталось? — У тебя есть я… — тихо шепчет Чон и начинает двигаться, плавно раскачиваясь. — Чонгук… Постепенно наращивая темп, Чон вбивается в парня, слыша в ответ сладкие стоны. Тела покрылись испариной. Лицо Чимина раскраснелось, а волосы растрепались. Это так горячо и сексуально смотрится. Размеренные движения переходят в быстрые. Пошлые шлепки тел друг о друга и звонкие, громкие стоны Чимина эхом разлетаются по комнате. Хрипло дыша, Чонгук ещё больше ускоряется, начиная стонать в ответ от удовольствия. Спустя некоторое время Чимин уже сидит сверху и дразнит Чонгука, ёрзая задом по венистому члену, за что получает несильный шлепок по ягодице. — Малыш, не испытывай меня… — рычит Чон, раздвигая его половинки в стороны. — А может, я специально, — усмехается Пак, прикусывая свою нижнюю губу. Резко перехватив одной рукой Чимина за талию, Чонгук прижимает его к себе, направляя свой член в разработанную дырочку. Входит сразу до самого основания, не сводя взгляда с выражения лица, и начинает жёстко вбиваться, задерживаясь внутри. Попадая чётко по простате, он круговыми движениями стимулирует комок мышц головкой, отчего тело сверху начинает содрогаться, а ноги сильно дрожать. Через несколько плавных движений бёдрами, Чонгук повторяет эти резкие действия. — Вот так, нравится? — скалится он, слегка сжимая чужое горло рукой. И снова громкий хлопок заполняет комнату. — Ааа… ах… Срывая голос, Чимин кричит. Закатив глаза, всем телом дрожит от удовольствия. Эти ощущения для него в новинку. До белых кругов перед глазами. Ему кажется, что он сейчас просто отключился. Тёплый тугой узел внизу живота разрастается, и Пак начинает сипло, учащённо дышать. Чонгук тоже уже приближается к разрядке, поэтому переходит на быстрый темп, без прерывания движений. Вцепившись в тонкую талию, как зверь в добычу, он насаживает на себя податливое тело, выбивая воздух из его лёгких. — Я… я сейчас… — стонет Чимин и хватается за чужие плечи. — Ах… не останавливайся, Чонгук… — прикрыв веки, он начинает прерывисто кричать. Набрав бешеный темп, Чон хрипло стонет, откинув голову назад, и изливается внутри Чимина, но не прекращает движений, чувствуя тёплую жидкость на своём животе тоже. Пак падает на грудь, тяжело дыша. Оба испытали невероятный оргазм и теперь наслаждаются эйфорией в нежных объятиях друг друга. Волосы неприятно липнут к лицу, но какое сейчас до этого дело? Пот стекает по вискам, тела мокрые и скользкие, зато получившие желанное.

***

Дата открытия заведения уже известна. Чонгук перестраховался на случай, если задержится изготовление и поставка мебели. Запланировал всё на конец августа. Отцу гордо сообщил о том, что двери этого родного для него места уже скоро откроются, и что он хочет сделать сюрприз. Поэтому не показывал и не рассказывал, что делается в кофейне. Ещё Чонгук планирует познакомить родителей с Чимином. Представить его как человека, который помог ему вдохнуть жизнь помещению с кучей мусора. Сделать максимально уютным и атмосферным. Но и, конечно же, представить Чимина как своего любимого человека, который покорил его сердце с первых секунд. Чонгук воссоздал мечту отца, а так же приобрёл счастье благодаря этому месту. Отныне эта кофейня особенная и для него. Ведь здесь родилась их любовь.

***

Конец августа радует тёплой, солнечной погодой. Но не Чимина. Он не особо любит жару и духоту. Не переносит того, что его тело липкое уже буквально через полчаса после того, как принял душ. А ночью вообще ад. Даже включенный кондиционер не всегда спасает, и Пак умирает из-за исходящего от тела Чонгука жара. Тот постоянно сгребает его в свои медвежьи объятия. Чимин очень сильно любит нежиться в них, но в более прохладные и дождливые дни. Тогда он с удовольствием зарывается носиком в любимую шею, прижимается сам навстречу объятиям. И урчит от удовольствия, за что получает в ответ более страстные действия. На новой работе Чимину, как ни странно, нравится. Дружный коллектив сразу хорошо принял его. Без проблем помогают освоиться и разбираться с новыми материалами. Восьмичасовой трудовой день, плюс можно брать какие-то мелкие подработки. Например, картины или небольшая роспись в каких-нибудь игровых комнатах или даже заведениях. Каждый раз, когда парень садится за компьютер, вспоминает тот день: поздний вечер и электронное письмо, на которое не ожидал вообще получить ответа. Но жизнь так распорядилась, что Чимин получил не только ответ, но и хорошую работу. Самое главное — он встретил его. Чон Чонгук — первый работодатель, а теперь самый любимый человек. В день торжественного открытия волнение не покидало обоих. Но, к счастью, всё прошло более чем хорошо. Гости в восторге от нового облика кафе. Отец Чона невероятно горд своим сыном. Ведь обещание, данное ему, превзошло все ожидания. В стенах заведения снова витает аромат кофе и самых свежих круассанов. Слышны тихие голоса посетителей и нескончаемая искренняя благодарность. Можно научиться делать самый вкусный кофе или чай, быть неимоверно гостеприимным, но если посетителю будет некомфортно в стенах заведения, через некоторое время он перестанет его посещать. Найдёт кофейню получше, с приемлемым для себя качеством продукта, сервисом и атмосферой интерьера. Чимин сделал это место комфортным и дружелюбным для человека. Со своей задачей справился на отлично. Юный дизайнер с новым молодым владельцем вдохнули жизнь в заброшенную кофейню, немного добавив современных аспектов. Прекрасно смешав прошлое и настоящее. Также, объединив свои судьбы. И всё благодаря одному отправленному письму поздним вечером.