Dump

      — Это уже ни в какие ворота! Вы двое причиняете ущерб кораблю, куда как больший, чем дозорные и любые шторма! — разорялась Нами, местами переходя на режущий слух ультразвук.       Виновато склонившие головы Санджи и Зоро, сидящие перед разъярённым навигатором в сейдза, нет-нет вздрагивали и морщили носы. Из-за опутанной железными листами мачты выглядывали три макушки, решившие издалека понаблюдать за экзекуцией — налететь на выговор ни за что в такой ситуации легче лёгкого. Нами перевела дух, откинула со лба волосы, сурово обвела взглядом разрушения — сломанные перила перед камбузом, сиротливо валяющиеся на палубе внизу, внушительную вмятину на борту и сморщившийся пласт досок, образовавший нехилых размеров «кротовью» нору прямо под палубу. Нами устало вздохнула.       — Ты! — она резко ткнула пальцем в Санджи. — Отправляешься драить уборную и ванную комнату. Заодно починишь это.       Нами кивнула на искалеченные белые перила перед вотчиной кока.       — Да, Нами-сан, — шмыгнув носом, проблеял Санджи, опуская голову ещё ниже.       — А ты… — Навигатор почти рычала. Если с обожающим её коком всё было просто, тому что ни поручи — всё сделает, то с Зоро такой фокус не прокатит. Даже виновным, он будет упираться до последнего. — Идёшь вылизывать дочиста ваши каюты и трюм. А потом заделаешь вмятину на борту, ясно?       Зоро раздражённо заскрежетал зубами и, судя по пылающему взгляду, собирался возражать и чем-то аргументировать, но всё же нехотя кивнул.       — Ясно, — буркнул он, надуваясь.       Нами, довольная тем, что прошло на удивление легко и без пререканий, одобрительно кивнула. Только было она крутанулась на каблуках, собираясь уйти, а виновники уже успели вздохнуть с облегчением — надо же как легко отделались! — как Нами снова подала голос:       — Ах да. Ещё штраф… Сто тысяч белли. Каждому. Может, после этого вы перестанете крушить наш корабль, чёртовы балбесы!..       — Эй, ведьма, у меня нет таких денег! — Зоро в мгновение вскочил на ноги, ладонь наложил на рукоять катаны, тихо звякнувшей и готовой идти в бой. Санджи будто окаменел, в уме просчитывал: с нынешним количеством долга, рассчитываться придётся уже не ему, а, пожалуй, его детям, а то и внукам.       — Ну так продай катану, всё равно у тебя их три, болван… — с усмешкой бросила Нами, игнорируя крепкую ругань Зоро, оскорблённого предложением о продаже любимицы. —Эй, Луффи!       Из-за мачты показалась улыбчивая рожица капитана, совершенно невинно захлопавшего глазами, дескать, а мы тут со-о-овсем не подслушивали. Нами поманила его к себе, сходу указав на фронт работы.       — А вы с Усоппом и Чоппером заделайте вот эту дыру, пока никто не провалился. Я бы поручила это Зоро и Санджи, но боюсь, что они опять передерутся, — вздохнула она, кивнув на снова вставших лоб ко лбу мечника и кока, на этот раз спорящих о том, кто первый поднимется по лестнице.       — Да всё путём, Нами, мы с парнями займёмся, — Луффи бодро похлопал навигатора по плечу, тихо ойкнув, когда та щипнула его за руку.       Навигатор проворчала что-то о «непроходимой тупости мальчишек», махнула рукой и отправилась в женские каюты, на ходу разминая отбитое плечо.       Зоро и Санджи, напоследок обменявшись «любезностями», разошлись в разные стороны, и наконец стало тише. Усопп и Чоппер, слышавшие весь разговор издалека, успели притащить со склада несколько досок, инструменты и здоровенную коробку с гвоздями. Работа предстояла не пыльная, если так вспомнить, то и не такое чинили и латали — одни только пробоины в днище чего стоили, а тут совсем махонькая дырка, управятся за несколько минут, но всё же…       — Нет, ну правда, сколько можно! — Усопп отбросил в сторону искалеченную доску, взявшись выдирать и выпрямлять сложившиеся гармошкой гвозди. Настроение у него было ни к чёрту, впрочем, как и всегда, когда дело касалось его возлюбленной Мерри. — Нами чертовски права: они ранят Мерри чаще, чем Дозор. И неужели не понимают, что драки его только портят? Тц. Дураки. Будто им мало сражений, так ещё и между собой грызутся…       Луффи весело расхохотался. Молоток, которым он пытался балансировать, удерживая на вытянутом пальце, с грохотом рухнул вниз, чудом не отдавив никому ноги. Капитан уселся на палубе, задрал голову, разглядывая реющий на маковке мачты флаг, зубасто улыбающийся ему в ответ.       — Ты не понимаешь, Усопп, это не просто драки, — со знанием дела, заявил он, выставляя вперёд палец. — Это особые драки Зоро и Санджи, они понарошку. Они так веселятся. Друзья же всегда веселятся, просто они делают это по-своему. А заодно тренируются.       Усопп скептически выгнул бровь, дёрнул плечами и продолжил заниматься работой, прилаживая на место новёхонькую доску.       — Так вот оно что… — задумчиво протянул Чоппер, подавая в требовательно протянутую ладонь канонира пару гвоздей. — А я думал, что они друг друга не переносят… Ссадины после таких драк самые настоящие.       Чоппер заметно приуныл, видимо, вспомнив, как пару дней назад, после очередной склоки старших товарищей, пришлось немало потрудится над рассечённой бровью Зоро. «Понарошку» рассечённой, разумеется. Усопп, стараясь не выронить зажатые в зубах гвозди, что-то невнятно промычал. Луффи сбил с головы шляпу, почесал макушку и с удивлением вытаращился на доктора.       — Чего? «Не переносят»? Да ты что, Чоппер, они же помешаны друг на друге. Зоро так вообще — страшенный фанат троек.       Друзья одновременно обернулись к Луффи: вид у него был самый, что ни на есть довольный. И какой-то слегка заговорщический. Рабочего настроя в нём не осталось ни капли, судя по волнительно блестящим глазам, хитро бегающим по сторонам.       — О чём это ты? — заинтересовался, сдаваясь первым, Чоппер. Он быстро подполз ближе, устроился рядом с капитаном, ко рту приложил копытце, явно собираясь секретничать. — А что значит «фанат троек»?       — Эй-эй, вы!.. Сплетничать вообще-то нехорошо, — проворчал Усопп, размеренно стуча по вставшей на место доске, последней из всех испорченных. Куда подул ветер, он понял сразу же, слишком уж хорошо знал этого дуралея в соломенной шляпе, да и что таить — сам не дурак был поболтать о всякой ерунде. Но собирать сплетни о накама — так себе занятие. — И вы бы лучше убрали всё лишнее…       — Так вот!..       — Эй, Луффи! Не смей игнорировать меня, — вспылил Усопп, запуская щепку в дурного капитана, поймавшего её налету.       — Да ладно, тебе же тоже интересно, — захихикал Луффи, наклоняясь к друзьям и понижая голос до заговорщического шёпота.       Усопп раздражённо цокнул, гордо задрал нос, но ближе всё же подвинулся, чутко навострив уши. Ну да, не любит он сплетни. Но это же Луффи! Чего серьёзного он может рассказать?..       — Так вот! — торжественно повторил капитан в нетерпении, едва ли не подпрыгивая на месте. — Зоро любит всё, чего три! У него три катаны, да?       — Да! — С готовностью откликнулся Чоппер, поднимая вверх копытце. — И три серёжки!       — Вот-вот! — Закивал Луффи с важным видом. — А ещё на острове с дядьками-великанами именно он поймал трёхрогую зверюгу…       — Ничего себе, ты помнишь даже такие мелочи, — восхитился Чоппер. — Как жа-а-аль, что я не видел того острова, так интересно…       — Да этот балбес только и помнит, что связано с едой, — фыркнул Усопп. Молоток его был заброшен, сиротливо валялись на палубе так и не выпрямленные гвозди. Усопп развернулся, примкнув к кружку шушукающихся. — Ну и что с того, что три меча и три серёжки? Может, это стиль такой? А тот динозавр мог быть просто совпадением.       Луффи грозно зыркнул на него, надул губы. Его блестящая теория затрещала по швам и вот-вот должна была разлететься на кусочки, а он ведь ещё до сути не дошёл!..       — Да, а что ты скажешь на то, что его гамак именно третий? И ещё он дежурит каждую третью ночь! — Луффи уставился с таким видом, будто эти, ещё более зыбкие аргументы, уж точно должны были убедить любого.       Усопп оторопело моргнул и весело рассмеялся. Засмеялся и Чоппер, скорее за компанию, тут же получив от обиженного капитана клеймо «предателя».       — Ну это совсем уж за уши притянуто. Гамак Зоро и правда третий, но он спит где угодно, так что не думаю, что это играет большую роль. А по поводу дежурств… Если бы не твои ночные набеги на холодильник и продовольственный склад, Зоро дежурил бы реже. Да и все мы тоже, — буркнул Усопп, потерев глаза кулаком. Луффи обиженно надулся — опять ему никто не поверил. — Глупости это всё. Просто совпадения. Ты бы ещё сказал, что Зоро к Санджи так цепляется, потому что у него тройка в имени.       Над головами сплетников повисло до страшного неловкое молчание.       — О как. Так ты тоже в курсе?       Усопп тихо взвыл, заваливаясь на бок, пришпиленный самым невинным выражением лица капитана. Вот к чему он всё это время вёл! Чоппер, ошарашенный новостью, не сумев усидеть на месте, вскарабкался на колени Луффи, подёргав его за жилетку.       — Это п-правда, Луффи? — Глаза его сияли, и не удивительно — не каждый день удаётся разведать такой секрет. В море бывает скучно, рутина заедает, а тут такие горячие подробности, м-м.       Луффи быстро закивал, гордо задирая нос.       — Конечно, правда!.. А ещё Санджи присоединился к нам третьим…       Усопп снова завыл, распластываясь по нагретой солнышком палубе.       — Четвёртым! Я третьим был, — пробурчал он, не особо-то надеясь на то, что его слова возьмут во внимание. Луффи несло по волнам воображения и безумных фантазий, и сил бороться с ним не было. Да и зачем? Если так хочет, пусть верит. Из всех ерундовин эта вроде бы самая безобидная.       — Ну да, да, четвёртым, — нехотя согласился Луффи, тут же подмечая: — Но третьим, если не брать в расчёт самого Зоро.       Усопп тяжело вздохнул, перевернулся на спину, уставившись в сияющее лазурью безмятежное небо; Чоппер уже во всю вис на шее Луффи, развлекаясь по полной.       — Вот оно что! — нараспев голосил он. — Теперь всё стало ясно! Зоро помешан на Санджи, он просто не может пройти мимо него! Потому они вечно и сцепляются…       Луффи согласно кивал, уже успев позабыть о чём говорил в самом начале.       — Ага, души в нём не чает. Говорю тебе, если присмотреться, можно мно-о-ого всего заметить. Между ними так…       — Боженька, за что мне это всё?.. — проблеял Усопп в безмолвное небо, осёкшись.       — А? Чот как-то темновато стало, — удивился Луффи, прекращая веселье. На их уютный кружок и правда словно бы опустилась тьма, густая и тяжёлая, хоть ножом режь. И что странно — ни облачка. Он закрутил головой в поисках причины, вдруг испуганно ойкнув. Так страшно Луффи ещё никогда не было.       — Косточки нам перемываете?       Катаны Зоро смертоносно блестели в лучах солнца. Зловещая аура, ползущая от мечника, клубилась и наползала на палубу, свежие доски, жалобно застонавшие под тяжестью его шагов. Ледяной дрожью прошило тело от взгляда Санджи, страшно оскалившего зубы. Измятая сигарета, сыпля искрами, упала ему под ноги.       — Надеюсь, вам понравилось сплетничать про нас, — прошипел кок, хрустя костяшками пальцев. — Потому что это последнее, что вы сделали в своей жизни!..       Какофония воплей, дикого хохота Луффи, треска и лязга металла жутко действовала на нервы. Нами посадила уже вторую кляксу, в очередной раз получив на это лёгкую усмешку безразличной до всего Робин.       — Похоже, им там весело, — заметила она, с интересом прислушиваясь к звукам.       — Эти болваны!.. Какого чёрта они там творят?       Нами рывком поднялась на ноги, отложила переломленное надвое перо и мигом вскарабкалась по ступенькам. К тому моменту, когда она выбралась на палубу, всё стихло. Вокруг пусто, и что удивительно — никаких разрушений. Дырка на палубе залатана, а перила напротив камбуза встали на место. Нетронутой осталась вмятина на борту, и кое-кто за это ещё поплатится.       — Куда они все подевались? — шепнула Нами, крутя головой по сторонам. Скрипели снасти и хлопал разрисованный парус, выгибающийся от ветра. Шелестела мандариновая роща, надёжно скрывшая от посторонних глаз парочку пиратов.       — Это было близко, — вздохнул Санджи, отодвигая от лица пушистую ветку. Он плюхнулся на пол, сразу закурил — нужно было успокоиться.       — И не говори, — согласился Зоро, пряча катаны в саи.       Он всё ещё был на взводе, смешно дулся и хмурил брови, злобно буравя взглядом недозрелый мандарин, соблазнительно покачивающийся на веточке. Санджи усмехнулся в кулак. Его лицо забавляло, а эти надутые щёки так и просились потискать, но за такую вольность Маримо, пожалуй, руки ему взаправду оторвёт.       — Ладно, не кипятись. Не похоже, что мы себя выдали, — позвал Санджи, ладонью хлопая по свободному местечку рядом с собой. Зоро раздражённо фыркнул. — И всё же Луффи чертовски прозорлив. Он прямо нюхом чует некоторые вещи.       Зоро уселся рядом, плечом привалившись к плечу Санджи. Раздражение схлынуло с него, оставив после себя только хмурую морщинку, залёгшую между бровей.       — Не зря он капитан, хоть и болван — чуйка у него что надо, — согласился мечник.       — Да. Стало быть, ты и правда во мне души не чаешь, а?       Санджи смеялся.       Они с Зоро закончили работу одновременно, столкнулись нос к носу у входа на склад, привычно нарычав друг на друга. Склока не задалась только потому, что троица, болтавшаяся на палубе, выглядела какой-то слишком уж подозрительной. И, как оказалось, вела преинтереснейшие беседы.       Про них не знал никто из команды, ну, может, разве что Робин — от этой женщины трудно что-то скрыть, и Зоро с Санджи сразу смирились с таким положением вещей. Но от остальных свои странные отношения старались скрывать, маскируя нежность и теплоту за постоянными склоками и ссорами. Выходило вполне сносно, но кто бы мог подумать, что даже через призму постоянных драк особо одарённые смогут разглядеть какую-никакую, а всё-таки истину.       — Всё веселишься, Завитушка? Посмотрим, что скажут твои драгоценные «меллорин», когда правда всплывёт наружу. Мне-то опасаться нечего… — проворчал Зоро, укладываясь на колени Санджи.       Кок промолчал. По правде, и ему уже давно «нечего опасаться», и все эти тайны и секреты — они больше по привычке, протащенной через половину Гранд Лайн. Но отказаться почему-то невыносимо тяжело. Зоро завозился, стараясь улечься удобнее.       — Но это хорошо, что его болтовню не приняли всерьёз. Если Усопп не поверил, значит, всё в порядке, — резюмировал Зоро. — Да, в порядке… Чёрт! Ну надо же было такое придумать? «Помешан на тройках»! Вот же маленький!..       Санджи в очередной раз рассмеялся. Так вот, что мучало Маримо всё это время!       — Ну а что? Похоже на правду. В своё время я тоже думал, что у тебя какой-то пунктик на эту тему. Кстати, ты глянь, Маримо — дерева-то тоже три, — хихикнул он, щипнув за кончик носа хмурого дальше некуда Зоро.       — Иди ты, Тройка бровастая, — обиделся мечник, отворачиваясь.       — Будет тебе, — мурлыкнул Санджи уже миролюбиво. В его пальцах позвякивали золотые серёжки-капельки, блестящие в лучах солнца, пробивающегося к ним сквозь мандариновые ветви. — Хотя и правда забавно: три меча, три золотые серёжки… Третий сын… Хм.       Зоро повернулся.       — Так вот, что значит твоё имя. Всё оказалось так просто, — задумчиво протянул он, заглядывая в лицо Санджи. Кок выглядел отстранённо и напряжённо, будто это не он только что гонял дуралеев-накама, а после дразнил его. Зоро протянул руку, коснулся его лица. Санджи вздрогнул, часто заморгал. — Ты в порядке?       — Да… Конечно. Всё в норме, — быстро отмахнулся Санджи. Вдох-выдох и он уже в порядке, снова улыбается, льнёт к его ладони, тёплым взглядом благодарит за понимание — Зоро сразу понял, что вопросов не нужно. Не сейчас. Кок вздохнул, глубоко потянул носом сладкий аромат фруктов, проказливо улыбнулся. — Остаётся только надеяться, что ты со мной связался не из-за своего помешательства. А то обидно, знаешь ли.       — Завитушка, не нарывайся, — беззлобно фыркнул Зоро, переворачиваясь на спину и снова с удовольствием растягиваясь на коленях кока. — А если так уж хочешь узнать, то спроси прямо. Не маленький, чего увиливать.       Санджи молчал какое-то время, пыхтел вновь запаленной сигаретой, что-то обдумывал. И наконец не выдержал.       — Ну… И почему ты со мной?       Зоро улыбнулся, нехотя приоткрыл один глаз, взглянув на смущённого Санджи, взволнованного, и совершенно очаровательного.       — Да кто ж его знает. Любовь не спрашивает. Обрушивается на голову и всё тут.       — Л… Любовь? — Санджи закашлялся, подавившись дымом.       — Предпочтёшь «помешательство»? — ухмыльнулся Зоро, притягивая к себе раскрасневшегося кока. — Но как по мне, всё одно. Я на тебе, Завитушка, помешался. Прав был Луффи. Чертовски прав.