Шанс на искупление

Эндер не шевелится. Только пальцы правой руки невидимо сжимаются под столом плотно, до онемения, потому что боль - единственное, что сейчас связывает с реальностью. В остальном всё кажется сном. - Браво, вам обеим, - аплодисменты медленные, издевательские, - Вы бы видели свои лица. Не могу понять, кому из вас больше идёт этот беспомощный взгляд. Эндер чувствует, как внутри что-то сжимается. Горечь унижения врывается в сознание, и вместе с ней приходит жгучее презрение к самой себе за то, что когда-то позволила этому человеку занять место в своих мыслях и чувствах. - Эндер, что случилось? - слышится голос, наполненный наигранным удивлением, - Мне казалось, ты скучала. Шахика улыбается красиво, с тем самым оттенком равнодушной насмешки, от которой хочется бросить в стену что-то тяжёлое. Она склоняет голову чуть вбок, откидывает волосы с плеча, и у Эндер сжимаются губы в одну тонкую, злую линию. - Тебе казалось. Голос выходит тише, чем она рассчитывала. Кто-то из младших юристов, сидящих у стены, шевелится, переглядываясь с коллегами. Шахика не отвечает сразу, она хмыкает, как-то болезненно и едко, а затем наклоняется вперёд, опираясь на край стола. - Неужели ты правда думала, что я могу уйти так просто? Эндер смеётся резко, почти с надрывом. - Я думала, ты наконец-то сгорела до тла, Ша-хи-ка. Но, как видно, змея сбрасывает кожу, а не умирает. Взгляд Шахики вспыхивает на мгновение. В нём загорается что-то живое и острое. Она не отвечает, лишь усмехается, и садится на свободный стул, неторопливо закидывая ногу на ногу. - Ты злишься на меня, Эндер? Я же ничего не сделала. Вы всё сделали сами. Убедили себя, что меня больше нет, и подписали контракт не зная, с кем именно, - ей передают папку с экземплярами сделки, распечатанными на белой бумаге с фирменными бланками, но Шахика не спешит подписывать. Её пальцы скользят по обложке, она поднимает взгляд и говорит чуть мягче, почти ласково, - Или ты злишься не из-за сделки? Что-то другое? Поделись, мы все с удовольствием обсудим. Адвокат, сидящий рядом с Эндер, неловко хмыкает, прикрывая рот рукой. Атмосфера в комнате начинает густеть, и в этот момент Эндер чувствует запах. Он касается её, как воспоминание, которое слишком долго пытались вытеснить. Всё внутри сжимается в один тугой, сдавливающий узел, и она пытается дышать медленно, осознанно, но один слишком глубокий вдох, и аромат врывается в грудь. Эндер давится. Кашель вырывается внезапный, прерывистый и предательски громкий, заставляя несколько голов повернуться в её сторону. Один из адвокатов обеспокоенно протягивает ей бутылку воды, Йылдыз хмурится больше, совершенно не понимая, как реагировать, а Шахика только смотрит, и на её лице нет ни капли беспокойства. Только неподвижный, выжидающий взгляд, и где-то в самой глубине этого взгляда лёгкое сожаление. - Я в порядке, - выдавливает Эндер, отказываясь от воды, - Просто последние несколько дней мучает простудный кашель. Мужчина с сомнением смотрит на неё, потом кивает, не настаивая, и молча возвращает бутылку обратно. Стол снова заполняется звуками, где щелчок механизма ручки звучит, громче, чем мысли, которые кружат в голове, и Эндер старается держаться прямо, потому что слишком много глаз своих и чужих сейчас смотрят на неё. Йылдыз, сидящая рядом, молчит слишком долго. Это уже само по себе вызывает тревогу, поскольку обычно её реакция мгновенна, но она просто смотрит на бумаги, словно пытается найти на ней ту самую точку, где они свернули не туда. Наконец, она поворачивает голову. В её взгляде читается растерянность, подозрение и что-то ещё, едва похожее на предательство. - Ты знала? Йылдыз дёргает плечом, будто хочет стряхнуть с него чью-то руку, но там ничего нет. Её пальцы сжимают ручку так крепко, что та скрипит. Взгляд мечется между строк, между лицами. Юристы, до этого делавшие вид что не следят за диалогами, теперь смотрят внимательно. Эндер отводит взгляд от Шахики, долго не может заговорить, будто слова сначала надо достать со дна, и, наконец, выпрямившись, кладёт ладони на стол и смотрит на Йылдыз прямо. - Нет, - отвечает она чётко, - Я не знала. Если бы знала, разве позволила бы нам сесть за один стол? Йылдыз прищуривается, пытаясь нащупать в этих словах трещину. Она ищет в лице Эндер признаки, которые могли бы подсказать о том, что сейчас ей говорят неправду, но не находит. Лицо Эндер выражает только усталость и глубокое, выжженное на нервных окончаниях, разочарование. - Йылдыз, - вмешивается Шахика, - Если тебя будет понятнее, то я здесь, потому что устала смотреть на то, как вы с Эндер пытаетесь заниматься тем, к чему у вас нет ни капли таланта. Смотреть, на выши попытки вести дела, всё равно, что наблюдать, как двое вслепую крутят кубик, надеясь, что однажды случайным образом соберётся нужная сторона. Эндер молчит и ничего не говорит, потому что знает, что это намеренная провокация, и если она всё же решится что-то сказать, то все увидят, как её контроль летит к черту. Она держится, в отличии от Йылдыз, которая резко встаёт, отодвигая стул с таким грохотом, что дребежжание проходится вдоль стен. - Это что, какой-то розыгрыш? Камера где-то прячется? Мы в каком-то шоу? - её голос поднимается, - Кто это устроил?! Это всё серьёзно?! Ты вообще почему стоишь здесь, как ни в чём не бывало?! - она смотрит Шахику, и всё вокруг неё дрожит от гнева, - Ты в своём уме? Ты исчезла, тебя не было, а теперь просто возвращаешься, как будто ездила на отдых, и что-то смеешь говорить о моей компании?! Ты совсем ненормальная? Клянусь, ещё слово, и я вырву твои волосы! - выдыхает Йылдыз и наклоняется к бумагам, начиная лихорадочно их листать, - На какой странице можно подписать отказ? Скажите, где поставить подпись. Я отказываюсь с ней работать. Бессовестная! В комнате становится тише, а Шахика улыбается так, будто именно это и ожидала услышать. - Господин Эммануил, - мягко, почти лениво произносит она, поворачивая голову к своему помощнику, - будьте добры, объясните госпоже Йылдыз причину, по которой она не может расторгнуть договор, который только что подписала. Эммануил, до этого сидевший совершенно неподвижно, довольно ухмыляется, поправляет свой пиджак и встаёт: - Согласно пункту четырнадцать «Д» договора о слиянии активов, подписанного сегодня в присутствии нотариуса и при свидетелях, госпожа Йылдыз принимает обязательства о сотрудничестве с вновь вступающей стороной, - он смотрит на Йылдыз, затем на Эндер, и каждый его слог звучит, как приговор, - В случае расторжения - репутационные потери, штраф в двести тысяч евро и блокировка доли на рынке на три года. Кроме того, учитывая, что сделка уже зарегистрирована, у вас нет правового основания для немедленного выхода. Йылдыз переводит взгляд на Эндер, ища в ней опору и то, что поможет сдержаться, но находит там лишь отражение собственной ярости. - Будь ты проклята, - говорит Йылдыз на выдохе, разворачиваясь обратно в сторону Шахики, и в звенящей тишине её очень хорошо слышно. Шахика смеётся. Громко, со смешком, который скребёт по нервам, и в её смехе нет радости, только удовлетворение. - Йылдыз, ты сейчас заставила меня вспомнить прошлое. Я уже забыла, как ты забавно злишься, - она наклоняет голову чуть вбок, и с полуулыбкой продолжает, - Я вернулась, Йылдыз, постарайся смириться с этим. И чем раньше ты это сумеешь понять, тем больше это пойдёт на пользу твоим расшатанным нервам. Йылдыз злится, сжимает руки и делает шаг вперёд. - Сядь, Йылдыз, - тихо, но твёрдо говорит Эндер. Йылдыз замирает. Она не смотрит на Эндер, лишь делает вдох сквозь нос. Плечи дрожат от злости, она медленно отступает назад и опускается на стул. Шахика наблюдает за этим почти с удовольствием. - Какая трогательная сцена, - с ядовитой мягкостью говорит она, откидываясь на спинку стула и протягивает руку к документам, - Смотрю, вы нашли общий язык. Ваше общение определённо вышло на новый уровень. Очень... мило. Взгляд Шахики становится серьёзнее, но в нём продолжает мелькать тень иронии. Эндер напрягается. Её руки лежат на столе, пальцы сжаты до побелевших костяшек, но лицо идеально спокойно. Только взгляд становится тяжелее, и Шахика чувствует это. - Всё прошло по правилам, - продолжает она, - Вы обе добровольно, без какого-либо давления с моей стороны, подписали бумаги. Поэтому всё, что сейчас вы наблюдаете - вы сделали своими собственными руками. Эндер смотрит прямо на неё, и медленно, словно преодолевая себя, говорит почти шепотом: - Я чувствовала, что здесь что-то не так, ещё до того, как ты вошла в эту дверь. Шахика на секунду улыбается по-настоящему. - Интуиция - прекрасный дар, Эндер, - произносит она, снимая колпачок с ручки, - Жаль, что ты так и не научилась им пользоваться. Чёрные, густые чернила ложатся на бумагу оставляя след, который заканчивается изломанной линией, ведущей вверх. Щелчок, и колпачок возвращается на место. Шахика кладёт ручку на стол, принимает прежнее положение и чуть склоняет голову, глядя прямо в глаза Эндер. - Добро пожаловать в партнёрство, - произносит она спокойно, почти мягко, но Эндер знает, что это всего лишь слова. Они продолжают смотреть друг на друга до тех пор, пока Шахика неторопливо не переводит взгляд на остальных, - На сегодня всё, - говорит она вежливо, - Все подписи поставлены, все договорённости достигнуты. Собрание окончено. Она встаёт и направляется к выходу. Её каблуки глухо стучат по полу, отражаясь от стен. Она медленно проходит мимо, останавливается возле дверей, будто собирается уйти и вдруг оборачивается: — Ах да. Почти забыла, — бросает, как бы невзначай, — Жду всех сегодня к восьми вечера в ресторане на крыше отеля Miras. Приватный зал, - Йылдыз фыркает с места, но Шахика даже не смотрит в её сторону, только на Эндер, - Вы обе обязаны быть, потому что если я приду, а вы нет, вечер всё равно состоится. Просто я буду вынуждена расценить это, как отказ от условий предварительного соглашения, подписанного вами ранее. А значит… Шахика жестом подзывает Эммануила, и тот сразу вытягивается, будто знал, что сейчас будет его очередь: - …в силу вступают санкции: юридические, финансовые и личные. Активы замораживаются и оформляется публичный разрыв контракта, исход которого будет решаться международным арбитражом. Наступает напряжённая тишина. Шахика задерживает взгляд на собравшихся, и на её губах играет лёгкая улыбка. - На этом закончим. Пока-пока, - говорит она, издевательски протягивая гласные так, как всегда это делает Эндер. Эммануил открывает перед ней дверь, пропускает вперёд и выходит следом. Дверь мягко захлопывается, оставляя за собой пустоту и послевкусие дорогих, выжигающих словно яд, духов. Комната оживает. Люди начинают собирать бумаги, шёпотом обсуждая произошедшее. Эндер не торопится. Она поднимается с места, а затем ещё секунду стоит, глядя на разложенные на столе документы, где среди строк отчетливо видна её подпись. Она поворачивается и медленно идёт к выходу. Шаги отдаются тихим эхом по пустеющему залу. За дверью она делает глубокий вдох, чтобы холодный воздух коридора наполнил лёгкие и очистил от напряжения. Тишина и пустота вокруг кажется почти нереальной после нагружённой атмосферы переговоров. Эндер уверенно направляется в сторону своего кабинета. В голове прокручиваются слова Шахики, предупреждения и угрозы, и Эндер знает, что единственное, что сейчас нужно - сосредоточиться на себе и на том, что предстоит делать дальше, но сделать это не представляется возможным, потому что мысли не отпускают, продолжая звучать в голове снова, будто кто-то воспроизводит их заново. Она заходит в кабинет, закрывает за собой дверь, проходит к столу, кидает бумаги и идёт к окну. Одним резким движением открывает створку, чтобы поток свежего воздуха немного успокоил мысли. Ладони сжаты, щёки горячие, глубоко внутри гремит злость и сильный, совсем не такой, как прежде, холодный гнев. - Этого не может быть... — глухо говорит она себе, проводя ладонью по лицу, - Просто не может быть. Невозможно. Она опирается о подоконник обеими руками. Мысли скачут, сердце стучит быстрее обычного. - Бога ради, как она всё это провернула? - отчаянный голос в пустоту кабинета. В этот момент дверь резко распахивается. Йылдыз влетает в комнату, как порыв ветра. Щёлкает замком, бросает сумочку на кресло. По её лицу видно, как ей нужно высказаться, иначе она просто взорвётся от перенапряжения. - Хорошо, что ты здесь, - её голос дрожит от эмоций. — Надо поговорить. Она начинает расхаживать по комнате, то сцепляя руки, то вновь разжимая. - Ты это видела? — она резко останавливается и оборачивается к Эндер, - Она просто пришла и заявила, что теперь мы работаем на её компанию! Как будто ничего не было! Как будто женщина не исчезла на годы, а потом вдруг не воскресла прямо у нас на глазах! Вернулась так, будто всё это нормально! Эндер поднимает глаза на Йылдыз, и голос её спокоен, но в нём сквозит напряжение: — Не кричи, Йылдыз. Здесь слишком тонкие стены. Нам сейчас меньше всего нужно, чтобы кто-то подумал, будто мы в панике. Глаза Йылдыз вспыхивают негодованием. - Эндер, она угрожала нам! Угрожала открыто в присутствии своих людей! Она чувствовала себя слишком уверенно. - Йылдыз... - Нет! Я не собираюсь играть в эту игру! Клянусь, она в ближайшие дни отравит нас и всё заберёт. Я никуда не пойду. Буду сидеть здесь и даже не сдвинусь с места! Эндер молчит, проходит к столику и наливает себе воды. Она не спеша делает один глоток, сдерживая внутри поднимающуюся ярость. - Нет, Йылдыз, - произносит она наконец, - Мы пойдём. Йылдыз застывает. - Что? Умоляю, сейчас же скажи, что ты несерьёзно. Эндер поворачивает голову, смотрит прямо, её голос обманчиво спокоен. - Мы. Пойдём. - Ты сошла с ума?! - Йылдыз делает шаг назад, словно отталкивая невидимую угрозу, - Я не сяду с этой женщиной за один стол! - Никто и не просит тебя есть за этим столом. Мы туда придём, потому что, если мы не придём - ты слышала, чем она угрожает. Йылдыз сжимает кулаки, её взгляд становится испуганным. Она не знает, боится ли больше Шахики, или той части Эндер, что, похоже, по-настоящему оживает прямо сейчас. - Мы не слышали о ней несколько лет. Были уверены, что она мертва. А теперь она появляется и просто... ! - Предлагаешь расторгнуть контракт? - Эндер бросает ей острый взгляд, - Давно не жила в трущобах, появилось желание? Давай так и сделаем, если богатая жизнь тебе наскучила. Йылдыз вспыхивает, но тут же гаснет. Её плечи сникают, а в лице появляется понимание того, что пути назад нет. Они обе это понимают. И Эндер нервно перебирает пальцами, проходясь вдоль стола, полностью пооруженная в свои мысли, пытаясь найти решение, но всё далеко не так просто, как хотелось бы. - Нам нужен Кайя, - говорит Йылдыз, и голос звучит неожиданно трезво, - Нужен знакомый адвокат. На губах Эндер появляется тонкая усмешка. - Сомневаюсь, что он поможет. Ты же знаешь, он переставал видеть, когда дела касались её. К тому же, Шахика всегда умела обернуть всё в свою пользу, чтобы выглядеть перед ним невинной. Не думаю, что сейчас что-то изменилось. - Думаешь он про всё знает? Что Шахика здесь? - Откуда мне знать, Йылдыз? Я что, читаю мысли? Йылдыз раздражённо вздыхает и отводит взгляд. - Хорошо. Забудь. Я ничего не говорила. - Ты не о том думаешь, - Эндер резко встряхивает головой, отбрасывая волосы с лица, - Сейчас нужен не Кайя, сейчас нужен кто-то изнутри. На твоём месте я бы уже звонила Эмиру. Пусть найдёт кого-то в RMG Models. Болтливого, любопытного, такого, у кого развязывается язык за пару чашек чая или конверта с «благодарностью». Йылдыз неверяще смотрит на неё. - Боже мой, я вижу, как горят твои глаза, - негромко говорит она, - Мы снова вступаем на скользкие дороги, а тебе это нравится. Эндер смеётся. И этот смех звонкй, даже громкий. - Господи, дай мне сил, - стонет Йылдыз, - Я просто хотела жить спокойно. - Тогда ты находишься не в том месте, Йылдыз, - бросает Эндер, - Не стой. Звони Эмиру. Йылдыз хмурится. - Хочу напомнить тебе, что всё, чем владеет Шахика, находится в другой стране. - Ради бога, с каких пор это стало проблемой. У нас что отменили самолёты? - Я тебя умоляю, Эндер. Ты правда думаешь, что Эмир сейчас этим займётся? У него семья. Позвони Джанеру. — Джанер нянчится с детьми. Позвоним, когда понадобится в срочном порядке, а сейчас пусть отдыхает. А Эмир... - Эндер улыбается шире, - Думаю, он соскучился по настоящим делам. Как и мы все. - Хорошо. Я позвоню, - Йылдыз вздыхает, уступая, - Но ничего не обещаю. Эндер одобрительно кивает: - Этого достаточно. Йылдыз замирает, опуская взгляд. Несколько секунд тишины, а потом её голос звучит вновь: - Всё еще не могу поверить в то, что всё это время мы вели переговоры с ассистентом, думая, что говорим с кем-то важным, пока сама Шахика пряталась в тени. - Она наблюдала, - задумчиво отвечает Эндер, - Проверяла, как далеко мы сможем зайти. Типично для Шахики, которая привыкла всё делать чужими руками. - Затаилась, как змея в кустах, - с отвращением бросает Йылдыз, - Ненормальная. Дала нам поверить, что мы управляемый ситуацией. - Да. Но на этот раз она ошиблась. Йылдыз вскидывает брови: - В чём? Эндер встречается с ней взглядом. Её голос становится твёрже. - В том, что мы с тобой уже не те, кем были раньше. Она привыкла к войне, где каждая из нас была одна. А теперь мы - вместе. Йылдыз замолкает. Несколько минут она просто стоит, что-то обдумывая, а потом выдыхает, будто пытается окончательно смириться с неизбежным. - Надену что-нибудь красное. Чтобы, если мне вдруг снова захотелось вырвать ей волосы, я хотя бы выглядела эффектно. Эндер усмехается, удовлетворенно кивая. - Очень хорошо. - Ну что, Эн-Йыл снова в деле? - Как в старые добрые времена, Йылдыз, - подмигивает Эндер, - Как в старые времена.