Шанс на искупление

Неделю спустя

Эндер не поднимает глаз, когда дверь в её кабинет распахивается без стука. Она прекрасно знает, что некоторые люди считают правила избыточными, особенно тогда, когда слишком уверены в собственном праве нарушать их. - Эндер, ты пропустила утренний брифинг. Могу я узнать причину? Или твоё отсутствие за столом - обычный стиль ведения дел этой компании? Эндер, не отрывая взгляда от экрана ноутбука, медленно двигает курсором по пустому полю, делая вид, что её внимание полностью сосредоточено на другом. Неустойчивая вибрация напряжения медленно растворяется в воздухе, и хотя внешне Эндер остаётся спокойной, внутри возникает слабое, чувство удовлетворения: не потому, что она хочет конфликта, а потому что, в каком-то смысле, ожидает его. - Эндер? Шахика повторяет. Эндер глубоко вздыхает, а затем произносит ровно, без какой-либо тени эмоции, словно речь идёт не о её собственном решении: - Не посчитала нужным. - Что, прости? - голос Шахики едва заметно проседает, на секунду теряя уверенность. Эндер поднимает глаза, смотрит прямо перед собой, затем на Шахику и отвечает без тени улыбки: - Ты всё прекрасно слышала, не делай вид, будто это не так, - пару секунд уходит на ожидание реакции, но они проходят, а ответ Шахики так и звучит, и Эндер удивлённо приподнимает бровь, - Шахика, ты вдруг стала немой или на тебя так сильно подействовал мой ответ? - говорит она, слегка сбитая с толку, - Если бы я знала, что тебя так легко заставить замолчать, то не приходила бы ни на одно из твоих совещаний, когда ещё работали в холдинге. Шахика по-прежнему не отвечает. В её молчании есть небольшая растерянность, которая через мгновение скрывается в тихой усмешкой. Она медленно подходит ближе, и, подойдя к столу, нагло устраивается на его край, демонстративно игнорируя два гостевых кресла. Платье поднимается чуть выше, чем это допустимо в рабочей обстановке, и Эндер наблюдает, как Шахика показательно одёргивается, возвращая ткань обратно на середину бедра, а затем, облокотившись на руку, поворачивается, смотря в ей глаза с едва заметной усмешкой. - Я не удивлена, - говорит она, - Просто подумала, что это не окончательная фраза, и ты захочешь добавишь к ней что-то более содержательное. Но, судя по всему, шок от моего возвращения подействовал на тебя сильнее, чем я рассчитывала, раз твои реплики не дотягивают даже до твоего обычного уровня сарказма. Эндер медленно вскидывает бровь, на её лице на миг появляется выражение удивления, которое тут же сменяется холодной сдержанностью. Она слегка наклоняет голову и прищуривается. - По-твоему это смешно, Ша-хи-ка? - Смешно, конечно, - без колебаний отвечает Шахика, - Тебе надо было видеть своё лицо. Ты будто увидела призрака. Хотя, если подумать, с твоей стороны именно так всё и выглядело. Эндер не двигается, но её пальцы, лежащие на краю стола, сжимаются чуть сильнее. - Я очень рада, что ты считаешь всё это забавным. Ты ради этого пришла? Чтобы поделиться впечатлениями о моём лице? - Нет, - пожимает плечами Шахика, - Просто зашла посмотреть, как ты. Хотя, теперь вижу, что наблюдать за пустыми таблицами у тебя, как и раньше, считается важным занятием. Эндер поворачивается к монитору, делает несколько быстрых движений мышкой, закрывает таблицу и гасит экран. Затем она откидывается на спинку кресла, закидывая ногу на ногу, и снова возвращает взгляд на Шахику. - Кажется, ты немного растеряла хватку в моё отсутствие, Эндер, - говорит Шахика делая акцент на предпоследнем слове, словно это не замечание, а итог наблюдения. Она неспешно соскальзывает с края стола и делает шаг в сторону, - Не скажу, что это плохо. Для меня такое твоё состояние очень удобно, но прежняя ты нравилась мне гораздо больше. Она проходит мимо, намеренно сокращая дистанцию до минимально допустимой, прежде чем остановиться у окна. Эндер не меняет позы, наблюдая за чужими действиями, однако движение зрачков, легкий наклон головы и прищур, говорят о том, что сказанное Шахикой задело. - Ты ошибаешься, - произносит она спокойно, стараясь подчеркнуть, что сказанные слова - не просто формальная защита, а утверждение, в которое она готова поверить, даже если сама в нём не до конца уверена. Шахика еле слышно усмехается, но не оборачивается полностью. - Я никогда не ошибаюсь, Эндер. Так же, как никогда ничего не забываю, - произносит она ровным тоном, скрещивая руки на груди, - Даже того, что было очень давно. Шахика специально делает акцент на последних словах, словно хочет, чтобы они остались в воздухе дольше, чем нужно для обычной фразы. И Эндер, несмотря на привычку отталкивать подобные намёки, вдруг ловит себя на ощущении, которое не может сразу понять. Это не вина, скорее, неловкая тень того, что она старалась игнорировать, поскольку знала, что всё, что было между ними, давно должно было потерять значение. В кабинете наступает тишина, которую не нарушает никто из них. За окнами слышатся глухие городские звуки, но внутри всё остаётся неподвижным. Шахика, не говоря больше ни слова, поворачивается к окну, обнимает себя за плечи и остаётся неподвижной. И в этой внезапной паузе, которая едва ли кажется случайной, у Эндер появляется возможность рассмотреть её внимательнее, чем позволяет обычный деловой разговор. По большому счёту, Шахика, почти не изменилась. Возможно, стала чуть худее, но и это заметно только в силуэте в профиль или в более чётко очерченных линиях ключиц, когда она наклоняет голову или делает неосторожное движение. Волосы по-прежнему уложены в мягкие волны, а выбор одежды остаётся таким же вызывающим, каким он всегда был, всё так же не соответствующим тем представлениям о сдержанности, которые Эндер считает уместными для офиса. Взгляд невольно задерживается на линии татуировки, едва выглядывающей из-под ткани. Эндер хмурится, не потому что имеет конкретное возражение, а потому что её внутренний барьер всё ещё реагирует на подобные вещи, как на недопустимую вольности. У неё нет рационального объяснения своему поведению, как нет и права диктовать Шахике нормы приличия, но это всё равно не отменяет её реакции. - Отличная фирма, - говорит Шахика, оборачиваясь, - Но я удивлена видеть здесь Йылдыз. Не думала, что начиная собственный бизнес, ты захочешь его с кем-то делить. - Зависит от человека, - отвечает Эндер. - И из всех ты всех выбрала Йылдыз? Серьёзно? Эндер едва заметно улыбается одним уголком губ, не желая поддаваться на провокацию, но и не упуская возможности нанести небольшой укол в ответ. - Не завидуй. - Я не завидую Йылдыз, - немедленно отзывается Шахика, и в её фырканье слышится пренебрежение, - Она из тех, кого можно только жалеть. Эндер не отвечает, сознательно оставляя реплику без реакции, потому что не видит смысла в том, чтобы тратить силы на защиту Йылдыз в разговоре с тем, чья позиция, как правило, никогда не поддаётся корректировке. Вместо того чтобы вступать в бессмысленный спор, Эндер просто наблюдает за тем, как Шахика отходит от окна и поворачивается к ней лицом, меняя положение тела с какой-то демонстративной неторопливостью. В её взгляде появляется настороженность, к которой примешивается скрытый интерес. Шахика оглядывает кабинет, взглядом двигаясь от одного угла комнаты к другому, задерживаясь на мелочах, и Эндер ясно видит, что она ничего не упускает, фиксируя даже то, на что обычно не обращают внимания. Когда она, наконец, подходит ближе и опускается в одно из гостевых кресел. Её прямая спина, чуть наклонённая голова и руки, сцепленные на коленях, говорят о готовности вести диалог. Эндер обдумывает, стоит ли попытать удачу и задать несколько вопросов, которые её интересуют, или подождать ещё более удачного момента. Однако, в действиях Шахики нет выраженной агрессии, а выражение лица, хотя и закрытое, но не враждебное. - Итак, - осторожно начинает Эндер, делая голос спокойным, но не слишком мягким, - Откуда компания? Шахика усмехается и приподнимает бровь, словно заранее догадывалась о причине интереса. - Хочешь узнать, откуда компания? - переспрашивает она, делая это почти невинно, но в голосе ощущается насмешка. - Не хочу, - отвечает Эндер, - Но вижу, как тебе нетерпится рассказать. Шахика проводит ладонями по открытым плечам, подчеркивая свою расслабленность, и сдвигает взгляд в сторону. - Разве ты уже не послала своего драгоценного брата, чтобы тот всё разузнал за тебя? Эндер вздыхает. Ответ полностью совпадает с её ожиданиями, и чтобы узнать от Шахики хоть каплю информации, ей придётся проявить максимум терпения и выдержки. - Он занят семьёй, - отзывается Эндер спокойно, не повышая голос, - Но, полагаю, ты об этом уже знаешь. - Слышала мельком, - отзывается Шахика равнодушно, - Извини, но меня это не особо интересует. Она закидывает ногу на ногу, откидывается на спинку кресла и, кажется, хочет переключится на другую тему, но Эндер не позволяет ей так просто уйти от ответа. - Так всё-таки, откуда этот бизнес, Шахика? - повторяет она сдержанно, - Ты жила со мной в трущобах, не имея ни лиры, и вдруг возвращаешься спустя четыре года с долями, громким именем и компанией, которая приносят миллиарды. Это ведь не просто удача? Шахика вскидывает брови и насмешливо качает головой, будто услышала не вопрос, а неуместную реплику. - Но-но-но, - произносит она, нарочито искажая интонацию, - Это ты жила в трущобах, Эндер, а я лишь вынужденно там находилась. Этот ответ раздражает Эндер больше, чем она готова признать. Не из-за высокомерного тона, а потому, что Шахика с поразительным постоянством избегает называть вещи своими именами, подменяя конкретику обтекаемыми формулировками и дурацкими насмешками, которые кажутся ей формой защиты. - Не неси ерунды, Шахика, мы были бедны обе, - отвечает она сдержанно, но в голосе уже чувствуется напряжение, вызванное воспоминаниями, к которым она не желала бы возвращаться. - Эндер, - спокойно, почти с усталой жалостью произносит Шахика, покачивая ногой, - Жизнь под одной крышей была лишь способом получить твоё доверие. Мне требовался союзник, с которым я могла бы действовать против Хасана Али. И, пока ты утешала себя мыслью, что мы обе оказались в одинаково тяжёлом положении, бедной оставалась только ты. Слова звучат с неожиданной прямотой, и Эндер ловит себя на ощущении, будто она внезапно стала участницей странного розыгрыша, где главным призом является полное и циничное разоблачение её собственной наивности. Она смотрит на удовлетворённую Шахику, которая продолжает сидеть в кресле так, будто всё происходящее её лишь развлекает, и ощущает, как в ней медленно, но неотвратимо начинает нарастать раздражение. - Что ты несёшь? - шипит она, - Ты ходила по банкам в поисках хотя бы одного доступного кредита под приемлемый процент. - Эти деньги были с моего личного счёта, - Шахика даже не думает скрывать ухмылку, и её голос звучит подчеркнуто невозмутимо, - О каком кредите могла идти речь, когда обе мы были безработными? Тебе не кажется это немного глупым - верить в то, что кто-то бы нам его дал? Эндер уже ничего не кажется глупым, потому что та степень доверия, которую она когда-то с трудом, но всё же позволила Шахике, теперь воспринимается, как вопиющая ошибка. Тогда ей казалось, что, несмотря на всё, рядом с ней находится человек, который хотя бы на каком-то уровне откровенен, но сейчас становится ясно: ложь началась задолго до того, как Шахика впервые переступила порог того дома. - Что случилось, Эндер, тебе не нравится услышанное? - та, прищурив глаза, надувает губы и с притворным изумлением разводит руками, - Все получили по заслугам. Даже эта недалёкая Джансу. - Девушка сидит за твоё убийство, Шахика! - Эндер резко подаётся вперёд, стараясь достучаться словами до чужой непробиваемой головы. - И замечательно, пусть и дальше остаётся там. Я даже готова заплатить, лишь бы снова не мешалась под ногами. - Шахика, ты совсем ничего не понимаешь? - С каких это пор ты кого-то защищаешь, Эндер? - Шахика усмехается и чуть склоняет голову вбок, словно задумавшись, - Хочу напомнить тебе, что помимо меня, она ещё стреляла в Йылдыз и Чагатая. К тому же, я всегда считала, что месть на горячую голову ни к чему хорошему не приводит. - Не говори мне, что Йылдыз и Чаготай - твоих рук дело, - звучит глухо голос Эндер. - Конечно нет, - отвечает Шахика, всё так же спокойно, будто речь идёт не о человеческих жизнях, а о случайной деловой сделке, - Я просто дала Джансу возможность. Откуда мне было знать, что она воспользуется ею настолько безрассудно? Эндер не сразу отвечает, потому что в её груди нарастает тревожное раздражение, которое невозможно вытеснить. Характерный тон Шахики, с этой безразличной иронией, вызывает в ней максимальное отвращение. - Да, Эндер, - слова Шахики, и голос её вдруг становится мягче, - Я так благодарна за твою заботу, правда. Ты так бросилась ко мне первая. Я даже не уверена, что заслуживаю столько твоего внимания, - Эндер молчит, не реагируя сразу, потому что слишком хорошо знает, как Шахика умеет подменять интонацией смысл, - Жалко только одно, - продолжает молодая женщина, - Что после истории с Седайи ты, похоже, так ничего и не поняла. Эндер чувствует, как за этой последней фразой прячется больше, чем просто упрёк, и от того раздражение перерастает во внутреннее напряжение, которое уже невозможно скрыть. Шахика продолжает улыбаться, не скрывая довольства от произведённого эффекта, в то время, как в голове Эндер постепенно выстраивается последовательная и пугающе логичная картина того, что когда-то показалось случайным трагическим совпадением. Только сейчас, когда эмоции немного отступают и уступают место холодному осмыслению, Эндер по-настоящему осознаёт: всё это время причиной её кошмаров и ощущения безысходности была не только сама трагедия, но и то, что в её основе, вероятно, лежала тщательно выстроенная Шахикой схема. Именно Шахика, обладая достаточной долей расчёта и умения манипулировать, вложила в голову Джансу безумную идею мести. Именно она внушила ей, что последствия того, что произойдёт, будут контролируемыми. Эндер медленно выдыхает, не спуская взгляда. - Шахика, ты ненормальная? - наконец произносит она, и голос её звучит без эмоций, но за этим спокойствием чувствуется напряжение, которое с каждой секундой становится всё ощутимее. Шахика медленно склоняет голову вбок, будто прислушиваясь не столько к словам Эндер, сколько к собственным мыслям, а затем равнодушно, даже почти устало отвечает: - Напоминаю тебе, что Джансу стала проблемой, от которой нужно было избавиться. Ты и сама это понимала. Не делай вид, будто тебе всё это было не нужно. Или, может быть, ты вдруг начала по ней скучать? - Не глупи, - отрезает Эндер, и в её голосе проскальзывает первая волна настоящей ярости, - Ты использовала девушку, а потом бросила её, как только она выполнила свою часть. - Прекрати быть такой правильной, - раздражённо отвечает Шахика, - Мы обе знаем, на что ты способна ради своих целей. Я, по крайней мере, никогда этого не скрывала. Эндер не реагирует на привычные провокации. Всё внутри неё сосредоточено только на одной мысли. - Когда Джансу выстрелила, - говорит она медленно, и взгляд её становится пристальным, - Ты нажала на кнопку, чтобы сработал скрытый пакет, не так ли? Ты выбрала момент, заранее подготовила место, чтобы всё выглядело, как можно убедительнее. Ты совершенно больная, Шахика. Шахика опускает глаза и проводит пальцами по краю платья, как будто поправляет ткань, хотя там нет ни одной складки. - По-твоему я должна была позволить ей выстрелить в меня или что? - отвечает она, - Извини, Эндер, но я не собиралась погибать от рук того, кто даже не до конца понимал, во что ввязался. - Клянусь, лучше бы она выстрелила и попала, - резко бросает Эндер. И тут её память, наконец, подкидывает тот самый, ранее упущенный фрагмент. Сцену, которую она тогда воспринимала сквозь шум крови в ушах, сквозь крик Кайи, сквозь собственную панику и оцепенение. Тогда, на фоне хаоса, она даже не подумала о странностях, которые теперь всплывают с пугающей ясностью. - Полиция приехала через три минуты, - почти шепчет Эндер, будто проговаривает это в первую очередь себе, - Скорая - через пять. Даже если бы кто-то вызвал их сразу после выстрела, они бы не успели. Шахика остаётся неподвижной, но в её лице появляется еле заметная тень раздражения. Такая, какую она обычно тщательно скрывает, но которую Эндер, зная её слишком хорошо, сразу распознаёт. - Всё было заранее согласовано, - подтверждает Шахика, - Ты действительно думаешь, что подобные вещи не покупаются? - Мне плевать, что покупается, а что нет, Шахика, - медленно произносит Эндер, - Ты всех использовала, а потом исчезла. Ровно в тот момент, когда начались последствия. Как ты это обычно и привыкла делать. - А ты думала, что я останусь? После всего того, что здесь произошло? - Шахика приподнимает брови, и голос её становится твёрдым, - Чтобы что? Чтобы выслушивать обвинения в свой адрес? Или брать на себя вину? Нет, Эндер, будь добра, оставь эти жертвы для кого-нибудь другого. Молчание между ними вновь сгущается. Но теперь оно уже не просто напряжённое. Оно обнажает всё, что годами копилось между ними. - Можешь не продолжать, - глухо говорит Эндер, сглатывая, будто от этого можно избавиться от кома, застрявшего в горле, - Я уже примерно догадываюсь, каким образом был получен модельный дом. Твои принципы не меняются. Брови Шахики взлетают вверх, и на лице появляется выражение искреннего удивления. - Какого ты отвратительного обо мне мнения, Эндер, - протягивает она с демонстративным сожалением, - Мне не нужны крайние меры. В отличие от тебя. Это ты была готова заполучить акции холдинга любыми способами. - Это ты мне говоришь об этом? - голос Эндер предательски дрожит от возмущения, а глаза округляются от шока, - Напомнить тебе, как ты сама бегала за теми же акциями? Или память у тебя теперь выборочная? Шахика делает медленный вдох. - Моя жизнь никогда не ограничивалась только холдингом, Эндер, — говорит она, словно не замечая нарастающего напряжения, - И, если честно, мне до сих пор не ясно, куда ты тратила те деньги, что стабильно поступали тебе на счёт. Особенно учитывая, что после разрыва с компанией, ты была вынуждена жить в третьесортных домах. - Это не твоё дело, - сквозь сжатые зубы шипит Эндер, не скрывая злости. - Ради бога, у тебя даже не было собственного жилья. Все апартаменты тебе оплачивала компания. Я уже не говорю про ведение малого личного бизнеса, который за столько лет можно было бы давно открыть. Впрочем, я рада, что ты этим занялась хотя бы сейчас, перестав гоняться за богатыми мужчинами и жить за счёт их средств. Последняя фраза была явно лишней, но Шахика всё же позволила ей вылететь. Эндер не выдерживает, и всё, что накапливалось в ней с той самой минуты, как она снова увидела Шахику живой, вырывается наружу. - То, что твоя компания приносит тебе огромный доход и известность, не делает тебя лучше, - говорит она, почти не дыша, - Ты всегда была способна лишь отбирать, а не работать своими силами. Это результат чужой работы, Шахика, отношение к которой ты не имеешь. С самого раннего детства ты представляла из себя избалованного ребёнка, рожденного с золотой ложкой во рту, абсолютно не способного принимать чужие отказы, и готового идти без разбора, лишь бы удовлетворить свои самые отвратительные желания самыми гнусными способами. Ты ничего из себя не представляешь, - Эндер смотрит на Шахику с нескрываемым презрением и, позволив себе язвительную усмешку, добавляет, - Дорогая, что с лицом? Услышала правду? Шахика, пораженная, молчит. С неё мнгновенно слетает вся спесь, и она медленно поднимается с места, опасно приближаясь. - Какая разница, каким способом я получила агенство, Эндер? - произносит она тихо, с неестественно мягкой интонацией, протягивая гласную букву имени так, чтобы она раздражающе звучала, - Это всё равно не отменяет того факта, что ты вновь пошла у меня на поводу. Мне потребовалось небольшое количество времени, для того, чтобы про меня стали говорить, и ещё немного времени, чтобы устроить шоу, мимо которого ты не смогла пройти. Я уничтожу твою компанию, а затем тебя, не моргнув даже глазом, и если ты думаешь, что выйдешь из этого дела чистой, то это вряд ли. Не забывай, что разница между тем, что могу потерять я, и тем, что потеряешь ты - несопоставима. Она оказывается слишком близко, и Эндер, инстинктивно вжимаясь в спинку кресла, пытается отодвинуться, чтобы вернуть себе личное пространство. - Шахика, - холодно отзывается она, - Мне начинает казаться, что ты помешана на мне. - Какая ты забавная, Эндер, - голос Шахики понижается до интимного шепота, и взгляд опускается к чужим губам, прежде чем вновь встретиться с глазами Эндер, - Не льсти себе. Она делает едва заметное движение плечом, словно сбрасывая с себя остатки накопленного раздражения, и продолжает уже с более лёгкой интонацией. - Кстати. Раз уж ты предпочла игнорировать утреннее совещание. Тебе, как минимум, следовало бы знать, что именно ты пропустила, потому что обсуждавшийся вопрос напрямую касался интересов твоей компании и той части ответственности, которую ты взяла на себя. Но, по всей видимости, не планируешь выполнять. Эндер никак не реагирует, не произносит ни слова, но её взгляд становится чуть уже, и Шахика, конечно, воспринимает его, как негласное разрешение продолжить: - Мы поднимали тему концепта бутиков в категории art-jewelry, - говорит она, уже без прежней мягкости, но всё ещё выдерживая ровный тон, в котором читается больше делового расчёта, чем личного раздражения, - Господин Эммануил, насколько я помню, должен был ввести тебя в курс проекта ещё во время первой встречи, и если ты действительно была тогда внимательна, то хотя бы в общих чертах представляешь, о чём речь. Мне кажется, объединение моего бренда с твоим в партнёрском формате даст обеим сторонам не только репутационные, но и финансовые преимущества. Конечно, при условии, что нас не подведёт элементарная дисциплина. - Неужели? - откликается Эндер спустя паузу, при этом даже не пытаясь скрыть иронии, сквозь которую звучит пренебрежение и нечто похожее на внутреннее сопротивление, - Если не брать в расчёт тот очевидный факт, что моё имя окажется напечатанным рядом с твоим, то всё действительно звучит почти убедительно. - Перестань, Эндер, - голос Шахики звучит сдержанно, но в нём сквозит нетерпение, - Тебе должно быть, как минимум, приятно осознавать, что компания моего уровня сотрудничает с твоей. Архитектурную концепцию и визуальное оформление я беру на себя, потому что считаю это наиболее логичным решением. У меня есть два архитектора, с которыми я уже работала во время проекта в Бодруме: тогда они создавали экспозиционное пространство для ювелирной выставки с минималистичным и технологичным дизайном, который идеально подошёл под сложный формат презентации. С учётом этого опыта будет гораздо проще, если этим займусь я. Она делает паузу и продолжает уже более уверенно. - С этой недели я начинаю подбор площадок. Первый бутик, пилотный, мы откроем в Стамбуле. Это логично, как с логистической, так и с имиджевой точки зрения. Второй, скорее всего, будет в Измире, третий - в Баку. После этого можно будет рассматривать варианты на Аравийском полуострове, включая Дубай и Эр-Рияд, если динамика продаж подтвердит жизнеспособность концепции. Эндер не перебивает, но выражение её лица становится чуть более сосредоточенным, и Шахика, заметив это, лишь мельком усмехается, понимая, что та пытается заранее уловить, в чём именно заключается подвох. - С твоей стороны предполагается участие в виде коллекций, не входящих в розничную линейку, - говорит Шахика, - Речь идёт о вещах, которые не повторяются, не производятся массово и не подлежат тиражированию. Уникальные дизайны, ручная работа, редкие сплавы и камни, нестандартные формы - всё то, что не выбирают из практических соображений, а ищут, как отражение личного. Ты же понимаешь, о чём я? Эндер кивает, однако взгляд её остаётся настороженным. - Я поняла ещё с первого раза, Шахика, - отвечает она, сдержанно и отчётливо, - Тебе нужны модели, полностью выведенные за рамки существующих линеек, без права на повтор и без минимального тиража. - Именно, - подтверждает Шахика, и в голосе её появляется лёгкое удовлетворение, - Бутики будут оформлены, как экспозиционные залы. Один зал - не больше пяти витрин, каждая из которых будет представлять отдельную тематику: природа, структура, время, тело, эмоции. Я занимаюсь пространством - ты придаёшь этому пространству смысл. Эндер проводит рукой по лацкану пиджака. Пальцы чуть дрожат, и она сжимает их в кулак. - Это серьёзно, Шахика. - Да, спасибо, что наконец-то заметила, - отзывается та резко, с интонацией, в которой проскальзывает раздражение, - И если бы ты была на утреннем совещании, то знала бы, что я уже направила запрос в юридический отдел по модели совместного владения бутиками. Всё оформляется, как партнёрство с равным участием. Название - двойное, управление - через общий совет. Она выдерживает паузу, будто специально оттягивая финальную деталь. - И да. Бренд будет называться SHAEN. Слияние имён - SHAhika и ENder. Кратко, легко ложится на международный рынок и визуально сбалансировано. Что скажешь? Эндер непроизвольно вздрагивает. Не от удивления, а от внутреннего отторжения самой идеи. Назвать проект сочетанием их имён - жест, который кажется ей одновременно вызывающим и необратимым. Хотя EnderStar создавался по тому же принципу, но это название не встретило такого сильного отторжения. Сейчас же ощущение совершенно другое. - Почему ты решаешь, как он будет называться? - спрашивает она, не стараясь скрыть укол раздражения. - Потому что ты не ходишь на совещания, - отзывается Шахика быстро, почти без паузы, и, хотя интонация её остаётся спокойной, в ней слышится прозрачная насмешка. - Йылдыз в курсе? - В курсе, - подтверждает Шахика, - В отличие от тебя, она пришла утром и услышала всё лично. - И что? Ей понравилось? Она согласна? - Даже если не понравилось - это не имеет значения, - голос Шахики становится чуть суше, - Потому что решение принимаю я. Основное юридическое и управленческое лицо в этом проекте - я, и, если тебя не устраивает предложенная структура, ты всегда можешь выйти из партнёрства. Но, думаю, ты этого не сделаешь. Эндер задерживает дыхание, но не отвечает. Она не привыкла к тому, чтобы кто-то расставлял точки в диалоге до того, как она это сделает сама. - И как ты представляешь себе организацию всей работы? - наконец произносит она, сохраняя внешнее спокойствие. Шахика чуть приподнимает подбородок и, прежде чем заговорить, делает раздражающе короткий вдох, словно решая, насколько подробно стоит объяснять. - В течение первых двух месяцев мы разрабатываем концепт-дизайн интерьера. Одновременно с этим запускаем процесс индивидуальных закупок: камни, металл, редкие сплавы. Мы не будем работать с поставщиками массовых партий. Только единичные заказы с полной прослеживаемостью происхождения. После - тестовая серия, которую мы представим в закрытом зале для внутренней оценки. Если отклик будет соответствующим, планируем официальную презентацию. Вероятнее всего - в одном из залов Фонда современного искусства. Я уже начала предварительные переговоры, и, по последней информации, они готовы предоставить нам пространство. Шахика поднимается с места, попутно вытаскивая из сумки флешку и кладёт на стол рядом с Эндер. - Здесь черновые референсы. То, на что я ориентировалась при выборе формы и настроения. Просмотри в ближайшее время. Некоторые камни нужно заказывать уже сейчас, поскольку доставка занимает не менее четырёх недель. Учитывая это, не затягивай с утверждением: времени у тебя, как ты сама понимаешь, не так уж и много. Эндер не берёт флешку сразу. Её пальцы сжимаются в кулак, а выражение лица остаётся непроницаемым. - На этапе восковки я хочу видеть готовое изделие, - добавляет Шахика, снова глядя на неё прямо и делая несколько шагов в сторону двери, - До утверждения мы не передаём ничего в производство. И ещё одно, Эндер. С сегодняшнего дня каждое совещание, на котором ты или Йылдыз должны присутствовать, будет обязательным. За неявку без предварительного уведомления ваша компания будет выплачивать установленный штраф. Надеюсь, теперь в твоём плотном графике найдётся время, чтобы быть частью общего процесса. Увидимся. Шахика открывает дверь и выходит. Звук закрывающейся двери звучит почти намеренно громко. Эндер не успевает ничего сказать, хотя внутренне уже сформулировала ответ. Она переводит взгляд на экран телефона, где высвечивается текущее время, и мысленно прикидывает, сколько прошло с момента утреннего совещания. Если Йылдыз следовала запланированному графику, то к этому моменту она должна была уже заехать в один из их магазинов, урегулировать текущие организационные вопросы, обсудить поставки с управляющим и вернуться обратно в офис. Эндер поднимается со стула, накидывает пиджак, который всё утро провисел на спинке кресла, и выходит из кабинета. Она едва успевает закрыть за собой дверь, как слышит резкий голос: - Боже мой, Эндер! Где ты была? - Йылдыз поднимается из-за стола, оставляя стопку документов, которую минуту ранее сортировала, - Я сидела одна среди людей, которые были готовы вцепится друг в друга при первой возможности, и понятия не имела, появишься ты или нет. Не могла прислать мне сообщение? Эндер проходит вглубь кабинета, останавливается у торца стола и, облокотившись на край, спокойно отвечает: - Была встреча, которую невозможно было отложить. Йылдыз, недовольно фыркнув, складывает руки на груди: - Ну конечно. Наверное, именно на этой встрече ты обсуждала, как теперь будет называться наш общий бренд. Или вы вдвоём с Шахикой решили это вчера? Потому я не должна была ехать? - Не болтай глупости, Йылдыз, - Эндер отводит взгляд в сторону, не желая поддаваться на провокацию, - Вчера я была в офисе Шахики исключительно для подписания документов. А сегодняшнее утро… - она на миг запинается, делая короткую паузу, во время которой тщательно формулирует ответ, поскольку не хочет признаваться, что намеренно затянула приезд, просто потому что не выносила мысли снова видеть Шахику и чувствовать, как всё внутри сводится от осознания того, как далеко всё зашло, - Сегодняшнее утро началось с беседы, которую я не планировала, но которую мне пришлось выслушать. Если ты думаешь, что я сама предложила это название, то ты сильно заблуждаешься. Оно звучит безвкусно, и я это признаю. Йылдыз с ироничной усмешкой покачивает головой, не скрывая разочарования: - Ну почему же. Ваши имена на первых строчках. Моего там даже нет. Нельзя было назвать SHAYILD? Или EnderStar 2.0? Даже несмотря на то, что ваше название звучит, как марка кондиционера для белья, всё равно неприятно. Моего мнения даже не спросили. - Как и моего, если ты не заметила, - холодно отзывается Эндер, - Шахика поставила меня перед фактом около пятнадцать минут назад. - То есть теперь нас представляет бренд, в названии которого её имя идёт первым, - Йылдыз криво усмехается, - Превосходно. Эндер на секунду отводит взгляд, будто колеблется, стоит ли рассказать Йылдыз то, что произошло с ней вчера, но в следующую секунду всё же решается: - Кстати. Угадай, кого я встретила вчера. - Что? - Йылдыз морщится, словно ожидает услышать очередной сюрприз, к которому не готова, - Кого ещё? Покойного Халита? Клянусь, не выдержу, если скажешь, что да, поэтому хорошо подумай, прежде, чем ответить. - Кайю, - коротко произносит Эндер. Йылдыз сначала никак не реагирует, будто имя не сразу укладывается в контексте текущего разговора. Затем, когда до неё наконец доходит смысл сказанного, в её выражении проступает удивление: - Кто? Кайя? - Йылдыз, у тебя плохо слухом? - сухо произносит Эндер, скрестив руки на груди и бросив короткий взгляд в сторону, будто давая себе секунду, чтобы не скатиться в раздражение, - Да, Кайя. Я встретила его в офисе Шахики, когда ездила подписывать документы. Йылдыз резко выпрямляется, будто услышав нечто настолько неожиданное, что требуется несколько мгновений, чтобы осознать сказанное. Она слегка прищуривается: - И ты мне об этом только сейчас говоришь? - Не думаю, что ты смогла бы спокойно это воспринять между обсуждением названия бренда и упрёками в мой адрес. Йылдыз молчит, но её дыхание становится чуть чаще. Она опирается ладонями о край стола и, не отрывая взгляда от Эндер, спрашивает: — Ты хочешь сказать, что он всё это время знал, что Шахика жива, и ни слова тебе не сказал? - Именно, - кивает Эндер, - Более того, судя по его поведению, он знал далеко не только это. Он был в курсе, что она не умерла, и знал о её переезде, но предпочёл молчать. По крайней мере до вчерашнего дня. Йылдыз с раздражённым вздохом отстраняется от стола, прикрывает глаза рукой и сжимает пальцы на виске, будто это может помочь привести мысли в порядок: - Ради бога, Эндер, в голове не укладывается... Ты уверена, что это не она ему позвонила? Просто чтобы мы не успели сделать это первыми? - Нет, я так не думаю, - Эндер качает головой, - Для чего ей с этим возиться? По её лицу было видно, что она тоже не ожидала его появления. И уж точно не была этому рада. - Подожди минутку, - Йылдыз снова смотрит на неё, прищуриваясь, - Он что, был в курсе её плана объединиться с нами? - Насколько я поняла - нет. Я знаю Кайю, - она делает паузу, глядя прямо на Йылдыз, - Он бы не позволил Шахике провернуть это за моей спиной. Единственное, о чём он знал, так это о том, что Шахика жива. В этом я не сомневаюсь ни на секунду. Он скрывал это. И, похоже, довольно давно. Йылдыз медленно вздыхает. - Интересно, зачем он приехал. Хочет вернуть тебя? - Думаю, причина в Шахике, - отвечает Эндер, подбирая интонацию максимально сдержанно, - Но это мне ещё предстоит выяснить. Вечером у нас с ним ужин. Возможно, после этого что-то прояснится. Йылдыз тянется к краю стола, забирает планшет и кладёт его перед собой, чувствуя необходимость сосредоточиться хоть на чём-то, кроме происходящего: - Хорошо. Развлекайся, пока я буду занимать себя работой над брендом, в котором вы двое поставили себя на первое место. Клянусь, не выдержу, и в ближайшее время сделаю всё то, что советует мне моя плохая сторона. Эндер, не реагируя на вспышку раздражения, чуть наклоняется к Йылдыз и спокойно задаёт вопрос, который совершенно не относится к звучащей теме: - Есть новости от Эмира? - Пока нет, - коротко отзывается Йылдыз, проводя пальцами по экрану, - Он уехал пару дней назад, и, как я понимаю, ещё не успел выйти на связь. Видимо, разбирается с местными вопросами. - Хорошо. Как только появится хоть что-то - сразу скажи мне, - говорит Эндер и, не дожидаясь ответа, разворачивается к двери. Йылдыз бросает ей короткий взгляд, но ничего больше не говорит, уже вновь склонившись над планшетом.