Шанс на искупление

Эндер выходит из дома чуть позже обычного, потому что с утра чувствует непривычную тяжесть. Она не физическая, просто странное ощущение, как будто день заранее намекает на неприятности. Она успевает выпить кофе, собрать документы и даже выбрать пальто без привычного колебания у зеркала, но, едва закрыв за собой дверь и сделав несколько шагов по тротуару, замечает, что у обочины стоит чёрная машина. Возле неё, облокотившись о капот и скрестив руки на груди, дожидается человек, которого она никак не ожидала увидеть в этом месте и в это время. - Господин Эммануил, - говорит Эндер холодно и чуть удивлённо, - Любопытное совпадение. Или Вы следите за мной? Мужчина распрямляется и подходит ближе. - Я не следил за вами, госпожа Эндер, - отвечает он, как всегда вежливо, - Но мне было важно поговорить с Вами лично. Без кабинетов, стен и камер наблюдения. И без госпожи Шахики, что особенно важно. - Вам не кажется, что после всего, что Вы уже сделали, Ваш интерес к моей персоне выглядит неуместно? - она чуть прищуривается, поправляя сумку на плече. - Я понимаю, как это выглядело, - отвечает он, не опуская взгляда, - Но если бы Вы дослушали, то поняли бы, что моё появление сегодня - не для того, чтобы объясняться. У меня есть предложение. Эндер не отвечает сразу. Она поднимает руку, чтобы дать знак своему водителю, но останавливается. Этот мужчина знает слишком многое о компании, с которой они теперь сотрудничают, и лучше будет выслушать его, чем позволить исчезнуть в тени и действовать за её спиной. - У вас две минуты. И советую Вам говорить прямо, - её голос остаётся спокойным, но в глазах уже виднеется напряжение. Господин Эммануил, по-видимому, был готов к её холодной реакции заранее, и потому он просто слегка кивает, делает полшага вперёд, сокращая расстояние, и, понизив голос произносит: - Госпожа Эндер, я думаю, Вы достаточно хорошо представляете, с кем имеете дело, и понимаете, насколько непредсказуемой и опасной может быть госпожа Шахика. Однако в последнее время я замечаю, что в её решениях всё чаще преобладают личные симпатии. Это, в свою очередь, создаёт риск того, что бизнес, особенно в его уязвимых структурах, может пострадать. Поверьте, моя цель не в том, чтобы выставить госпожу Шахику с плохой стороны, но я вложил в этот проект слишком много сил и времени, чтобы позволить его ослабить даже изнутри. Эндер молчит, потом медленно приподнимает бровь и, чуть склонив голову, говорит с оттенком иронии: - И я должна Вас пожалеть после этих слов? - Если я Вас правильно понимаю, - спокойно отвечает он, даже не пытаясь скрыть лёгкую усмешку, - То Вы - не тот человек, в разговоре с которым стоит давить на жалость. Я не прошу сочувствия, я говорю о расчёте. И если быть откровенным до конца то, Вы окажетесь в проигрыше, если госпожа Шахика решит действовать против Вас напрямую. Не потому, что она сильнее, а потому, что она начнёт раньше. Поэтому гораздо эффективнее, как Вы понимаете, будет предотвратить её шаги заранее, чем разбираться с последствиями, когда всё уже будет разрушено. Выражение лица Эндер меняется. Теперь в нём больше интереса, чем раздражения. Она не перебивает, позволяя ему продолжить. - Сейчас вы работаете формально на равных условиях, - продолжает он, сделав акцент на слове «формально» , - И на бумаге Ваша с госпожой Йылдыз доля может выглядеть защищённой. Но, если Вы заглянете в структуру корпоративного соглашения с моей помощью, то заметите, что у госпожи Шахики ест один механизм, позволяющий изменить баланс в свою пользу практически в любой момент. Она пока не воспользовалась им, потому что Ваше присутствие ей выгодно. Однако стоит проекту выйти на стабильную прибыль, и необходимость в Вашем участии исчезнет. А вместе с этим исчезнут и Ваши позиции. - И что Вы предлагаете? - перебивает Эндер с той ясной сосредоточенностью, которая говорит о том, что она не упускает ни одного слова. - Я предлагаю нам с Вами объединить силы и действовать на опережение. У меня есть доступ к внутренней отчётности, в том числе к тем документам, которые госпожа Шахика предпочла бы скрыть. Я могу помочь Вам получить контроль над частью её активов, не напрямую, а через подконтрольные структуры. Если Вы согласитесь, мы сможем добиться перераспределения до того, как она успеет внести изменения. Эндер смотрит на него с недоверием, но уже не так холодно. - В чем Ваш интерес в этом деле? Вы же не просто так пришли ко мне. - У меня действительно есть интерес в этом вопросе. Если Вы обретёте влияние, мне тоже достанется определённый пакет. Я не скрываю этого. Но, поверьте, мой процент будет ничтожен по сравнению с тем, что в итоге получит госпожа Шахика, если Вы сейчас останетесь в стороне. - И каков Ваш процент? - Пять. Но с условием, что Вы позволите мне лично курировать переходные процедуры. И я получу одно место в совете директоров. Он замолкает, давая ей время переварить сказанное. Эндер опускает взгляд, словно решая про себя очередную переменную в сложном уравнении. Слова господина Эммануила не вызывают у неё доверия, но и не кажутся необоснованными. Внутри постепенно формируется решение, пока не озвученное, но уже опасно близкое к согласию. - Я подумаю, - отвечает она спустя паузу, - И если я решу, что мне это нужно, я позвоню сама. А пока Вам стоит держаться от меня подальше. Эммануил склоняет голову с почти насмешливым уважением: - Разумеется. Удачного дня, госпожа Эндер. Она поворачивается, делает несколько шагов к машине и садится внутрь, чувствуя, как внутри начинает нарастать то самое напряжение, которое она пыталась утром заглушить кофе. С этим разговором день окончательно изменил свою траекторию, и теперь он уже не просто неприятный. Он становится потенциально решающим. Мысль об этом не даёт ей покоя по дороге в офис. Всё сказанное начинает звучать острее, с каждым километром обретая больший вес. Когда машина, наконец, паркуется, внутри Эндер уже достаточно смешанных эмоций, которые сбивают с привычного хода мыслей. Она приезжает в офис первее Йылдыз, и, поднявшись наверх, не задерживается ни у стойки, ни в коридоре. Эндер проходит в кабинет, закрывает за собой дверь и, сняв верхнюю одежду, проходит к окну. Несколько минут она глядит на улицу, где машины передвигаются безразлично и монотонно, после чего решает отвлечься делом и открывает ноутбук, проверяя почту. Новых писем немного. Всего пару внутренних рассылок и обновлённый график презентаций, поэтому Эндер открывает флешку, которую накануне принесла Шахика, и пролистывает файл с концепцией, бегло просматривая блоки, отмечая несостыковки, и внутренне фиксирует те места, которые мысленно уже готовит для списка замечаний. Спустя около получаса после начала рабочего дня в коридоре раздаётся лёгкая суета, доносятся приглушённые голоса, и через несколько секунд дверь кабинета открывается и в проёме появляется слегка раздражённая Йылдыз с телефоном в руке и в растёгнутом замшевом полупальто. - Эндер, доброе утро, - говорит она, не дожидаясь, пока та поднимет голову, - Утро, как ты понимаешь, пошло совсем не так, как я планировала. Дети потеряли рюкзаки, потом Халит Джан сказал, что у него болит живот, и в доме началась паника. Я уже собиралась звонить врачу. Эндер отрывается от экрана и смотрит на неё спокойно: - Надеюсь, сейчас он в порядке? - В порядке, слава богу, - вздыхает Йылдыз, - Просто не хотел на математику. Ты знаешь, как это бывает: сначала ребёнок в слезах, а через десять минут ищет свой телефон, чтобы сыграть в игры. - Припоминаю, - кивает Эндер, - Обсудим макеты? - Сейчас? - уточняет Йылдыз, слегка морщась. - Да, Йылдыз. Иначе потом мы опять отложим это до вечера, а я не намерена ждать. - Тогда пошли в мой кабинет, - вздыхает Йылдыз, - Мне нужно сесть, собраться и попросить Айсун сделать крепкий чай. Без него мои нервы сегодня не выдержат даже десяти минут обсуждения. Эндер без лишних слов встаёт, и они вместе идут по коридору. В кабинете Йылдыз царит привычный рабочий беспорядок: на столе планшеты, распечатки, два пустых бокса от украшений и открытая коробка со стикерами. Эндер даже не обращает на это внимания, потому что давно привыкла к подобному стилю работы. Йылдыз, усаживаясь за стол, включает оба планшета и, мельком взглянув на заставку, криво усмехается: - Всё никак не могу привыкнуть к этому названию. SHAEN. Что это вообще такое, ради бога? Звучит неприятно и вызывает странные ассоциации. Но, видимо, это уже официально, да? - К сожалению, Йылдыз, - отвечает Эндер, опускаясь в кресло напротив и едва заметно сжимая подлокотники, - На данный момент у нас нет реальных рычагов давления, чтобы повлиять на это хотя бы как-то. Шахика приняла решение в одиночку, никого не предупредив, и теперь мы либо принимаем это, как данность, либо начинаем тратить силы на игру, в которой пока не можем выиграть. Йылдыз вводит пароль, не поднимая глаз, и, когда система пускает её в интерфейс, отвечает с оттенком раздражения: - Мне бы очень хотелось это просто игнорировать, но меня передёргивает каждый раз, когда я слышу это слово. Оно не только звучит странно, но и постоянно напоминает о том, что Шахика оказалась главной даже здесь. - Это немного неприятно, Йылдыз, - сухо соглашается Эндер, - Но, боюсь, именно на такую реакцию она и рассчитывала, когда выбирала это название. Йылдыз закатывает глаза, не потрудившись скрыть досаду, и, пролистав пару экранов, наконец находит нужную папку. Она поворачивает один из планшетов к Эндер. - Ладно, на секунду забудем о ней, хотя это невозможно. Вот макеты. Что у нас по коллекции? Ты успела что-то посмотреть? Эндер берёт планшет, пролистывает изображения, не скрывая недовольства, и, не поднимая глаз, говорит: - Макеты, которые прислала её команда, мне не нравятся. Всё выглядит неубедительно и неструктурировано. Композиции нет, концепция не читается. Вместо этого, я предлагаю сделать три мини-коллекции, каждая из которых будет основываться на чётких геометрических формах - линиях, кругах, плоскостях. У каждой коллекции будет своё настроение и пластика. Предлагаю использовать базовые материалы, такие, как серебро, стекло, возможно, немного золота. И добавим ещё природных элементов. Йылдыз слегка хмурится, берёт второй планшет и открывает ту же папку у себя. Она пролистывает макеты и, немного помолчав, спрашивает с лёгкой иронией: - Под «природными элементами» ты имеешь в виду те деревянные кольца, которые продаются на базаре в Бодруме? - Нет, Йылдыз, - резко отзывается Эндер, - Речь идёт о небольших вставках. Возможно, камень, текстурированное дерево или керамика, встроенные в общий образ. Мы делаем современную линейку украшений, а не лавку с сувенирами. Йылдыз, откинувшись на спинку кресла, снова переводит взгляд на экран, и, немного помедлив, цокает языком. - Если тебе интересно, мне тоже не понравилось. Даже их серьги выглядят так, словно их проектировал человек, который видел украшения только на картинках из интернета. С чем это предполагают носить? - Спроси у Шахики, - отвечает Эндер, возвращая планшет на стол, - Она же теперь у нас главная фигура мира моды. - Не буду ничего спрашивать, - отзывается Йылдыз, поджав губы, - Пусть сама разбирается в своих фантазиях. Ты собираешься отправлять им какие-то замечания? - Уже составила список, - лаконично отвечает Эндер, - Сегодня отправлю, пусть пересматривают. И желательно - в кратчайшие сроки. Йылдыз бросает на неё короткий, внимательный взгляд, и говорит с явным сомнением: - Напомни, зачем нам вообще её макеты и её дизайнеры? Насколько я помню, они должны были заниматься совершенно другой задачей. Вот пусть и занимаются. - Впервые соглашусь с тобой, Йылдыз, - отвечает Эндер, - Если Шахика действительно хочет, чтобы итоговая линейка выглядела цельно и профессионально, ей следует держаться в стороне и позволить нам заниматься своей частью работы. - Об этом ей тоже напиши, - добавляет Йылдыз, - Может вспомнит, о чём сама же говорила: мы согласовываем концепции, но не лезем друг к другу в процессы. Йылдыз переключает экран на другую вкладку, и, задумчиво пролистав документы, продолжает: - А как насчёт нашей коллекции? Той, которую мы с тобой ведём параллельно, вне этого совместного проекта? По графику она должна выйти через два месяца. Думаешь, стоит отложить запуск? Эндер переводит на неё взгляд. В её лице появляется напряжённое выражение, в котором читается внутренняя сосредоточенность и нежелание уступать: - Нет. Переносить ничего не будем. - Почему? - удивляется Йылдыз, слегка приподнимая брови, - Я же не говорю отменять. Просто могли бы немного сдвинуть сроки, уменьшить нагрузку, подготовиться тщательнее. - Именно потому, что SHAEN сейчас будет активно забирать все ресурсы и внимание, - отвечает Эндер, - Я не хочу, чтобы наш собственный проект оказался под его тенью. Мы не можем позволить себе быть зависимыми от общей инициативы, тем более когда над ней имеет контроль человек, которому я не доверяю ни на секунду. Йылдыз сжимает губы, не перебивает. А Эндер, выдержав паузу, твёрдо продолжает: - Я не исключаю, что в последний момент Шахика изменит условия, перенаправит ресурсы или просто создаст ситуацию, при которой нам придётся подстраиваться под её интересы. Если мы отложим нашу коллекцию, мы сразу поставим себя в зависимость от неё. А мне это хотелось бы меньше всего. - Хорошо, - соглашается Йылдыз, - Тогда нужно пересмотреть бюджет и согласовать съёмочную группу уже в начале следующей недели, иначе мы не уложимся по срокам. Я поговорю с Омером, он, кажется, заканчивает работу над интерьерным проектом, и у него освободится окно. - Договорились, - Эндер позволяет себе краткую, сдержанную улыбку, - Параллельно проверь график производства. Не хочу, чтобы мы столкнулись с задержками на этапе отгрузки. Особенно если решили не отклоняться от первоначального плана. Йылдыз опускает взгляд в планшет, быстро делает пометку, после чего на несколько секунд замирает, не отрывая взгляда от экрана. Затем, она поднимает голову, слегка склоняет её в бок, словно прислушиваясь к себе, и негромко спрашивает: - Кстати… Как прошёл твой вечер с Кайей? Эндер отодвигается от себя планшет, сдвигает в сторону распечатки Йылдыз, которые лежат на столе, аккуратно выравнивает эту стопку и только после этого поднимает глаза. - Вполне обычно. Мы встретились, поужинали, поговорили. Всё было достаточно сдержанно. - И всё? - Йылдыз улыбается, в её голосе слышен интерес, который она не пытается скрыть, - Мне нужно больше откровений, дорогая. Он говорил, что скучал? Эндер чуть приподнимает бровь, нервно ведёт рукой, перебирая пальцами. - Если ты надеешься услышать, что он заговорил о нашем прошлом или намекнул на возможность начать всё заново, то я должна тебя разочаровать: ничего подобного не произошло. Мы говорили о детях, немного обсудили работу. Он уехал довольно рано. - И это всё? Больше ничего? - не отступает Йылдыз. - Я не совсем понимаю, чего именно ты ждёшь, - отвечает Эндер, - Что, по-твоему, ещё должно было там произойти? - Не знаю. Мне просто казалось, что, кроме вежливых разговоров, у вас могло быть что-то ещё. Вы ведь не виделись давно. - Йылдыз, ты хочешь, чтобы я в следующий раз принесла тебе аудиозапись, чтобы ты могла сама всё проверить? - повышает голос Эндер. - Нет, конечно, - отвечает Йылдыз, чуть склонив голову, - Мне просто интересно, говорили ли вы о чём-то, что касается настоящего. - Нет, не говорили. - Может, увидев его, ты захотела чтобы он вернулся? - спрашивает Йылдыз уже не так уверенно. Эндер молчит. Её пальцы вновь касаются краёв распечатки, лежащей на столе, но она не смотрит на текст, а, скорее, пользуется бумагой, как поводом, чтобы не встречаться взглядом. Когда она всё же отвечает, в голосе слышится едва уловимое колебание: - Не уверена, что хотела бы, Йылдыз. Мы оба изменились. И я не хочу возвращаться к тому, что уже когда-то было закончено. Йылдыз не спешит с новой репликой. Она молчит, чуть наклонившись вперёд, но не отводит взгляда. Затем, сделав вид, что переходит на нейтральный тон, вдруг спрашивает: - Он что-нибудь говорил о Шахике? Эндер почти не меняет выражения лица, но взгляд становится чуть пристальнее. Она смотрит на Йылдыз, не мигая, словно оценивая не только сам вопрос, но и его возможные последствия. Голос, когда она говорит, звучит чётко и без пауз: - Немного. В общих чертах. - То есть он не стал углубляться? - уточняет Йылдыз, всё ещё наблюдая за Эндер. - Да, не стал. Думаю, он прекрасно осознаёт, что никаким образом не может повлиять на действия Шахики, потому старался говорить о ней, как можно меньше. Йылдыз хмурится, хотя не выглядит удивлённой. В её лице читается скорее лёгкое разочарование, чем сомнение. Она будто ожидала получить что-то большее и теперь внутренне сворачивает эту линию разговора, не найдя в ней полезной информации. - Я думала информации будет чуть больше, ну да ладно. Хорошо, что не говорили о ней много, не портили себе вечер. - Да, Йылдыз, я думаю так же. - Ладно, больше не буду спрашивать. Продолжим с макетами, - говорит Йылдыз, тянется к планшету и вдруг добавляет, - Совсем из головы вылетело. Хотела попросить Айсун сделать чай. Сказать, чтобы сделала тебе тоже? Мне придётся самой идти, у меня снова не работает телефон. Мастер обещал прийти после обеда. - Скажи. Йылдыз встаёт, бросает короткий взгляд на Эндер, как если бы хотела что-то добавить, но передумывает и выходит. Спустя несколько секунд тишины, Эндер вновь возвращается к документам. Она открывает тот же файл, пролистывает изображения, но взгляд её остаётся задумчивым. Разговор с Кайей не выходит из головы. Несмотря на сдержанность и внешнюю нейтральность, они всё-таки затронули тему Шахики, и, как теперь кажется Эндер, сделали это более откровенно, чем следовало. Кайя не сказал ничего конкретного, но между строк было достаточно, чтобы понять, что он в курсе, или, по крайней мере, близок к тому, чтобы начать догадываться. Когда в кабинет возвращается Йылдыз, а за ней, следуя привычным маршрутом, входит Айсун с подносом, Эндер уже сидит с выпрямленной спиной, внимательно всматриваясь в макет. Она успела сделать пару новых заметок, и теперь уверенно листает дальше, будто в том разговоре с Кайей ничего особенного не прозвучало.