Шанс на искупление

- Госпожа Эндер, добро пожаловать, - произносит мужчина, вставая из-за небольшого столика и делая шаг навстречу. - Добрый день, - отвечает она . - Признаться, я уже не рассчитывал получить от Вас звонка, - добавляет он с лёгкой усмешкой. - И, несмотря на это, мы оба здесь, - отзывается Эндер, подходя. Она без промедления опускается на стул, который он предусмотрительно отодвигает для неё. - Я понимаю Вас, госпожа Эндер, - произносит он с заметной осторожностью и тянется поправить галстук, - Вы пришли за гарантиями. Эндер едва заметно кивает. Сотрудничество с человеком, который однажды уже действовал не совсем открыто, не может вызывать доверия. Однако обстоятельства сложились таким образом, что иного выбора у неё не осталось. - Я не говорю о гарантиях, господин Эммануил, - отвечает она ровно, - Меня интересует конкретная информация, и желательно та, что имеет прямое отношение к деятельности госпожи Шахики. Он, не отрываясь, смотрит ей в лицо, затем опускает взгляд, проводит пальцем по линии подбородка и на мгновение задумывается. - В таком случае, - произносит Эммануил после короткой паузы, - Думаю, у меня есть кое-что, что могло бы Вас заинтересовать. Он наклоняется, открывает портфель, стоящий рядом со стулом, достаёт тонкую чёрную папку, кладёт её на стол и медленно отодвигает в сторону Эндер. - Откройте, - говорит он спокойно. Эндер берёт папку, откидывает верхний край и мельком просматривает вложенные документы. Там несколько старых газетных вырезок, копии материалов допросов, архивные фотографии и бланки с печатями. Некоторые бумаги пожелтели, другие - откопированы недавно. Она поднимает взгляд. - Это старое дело девятилетней давности, - негромко говорит Эммануил, медленно проходясь пальцами по ребру стола, - Тогда оно было закрыто по техническим основаниям, но материалы остались в архиве, хотя и не в открытом доступе. Женщина по имени Джанан Арслан фигурировала, как посредник в незаконной схеме по выводу средств из инвестиционного фонда. Эндер листает дальше и замирает на фотографии: на ней Шахика с другим цветом волос, в очках, в одежде, которая почти стирает узнаваемость. Под фото написаны анкетные данные и краткая характеристика, составленная следователем. - Я изучил документы, - продолжает Эммануил, - И сравнил подписи. Это госпожа Шахика. Тогда её не привлекли официально, потому что доказательств было недостаточно, и она исчезла. Исчезла ровно в тот момент, когда начались первые допросы. - Почему Вы показываете это мне? - спрашивает Эндер. - Потому что это не просто компромат, госпожа Эндер, - отвечает он, - Это то, что госпожа Шахика не захочет, чтобы кто-то вспомнил. Ни журналисты, ни партнёры, ни, тем более, господин Кайя, который до сих пор не осведомлён об этом происшествии. Эндер смотрит на него с долей сомнения: - И насколько достоверно то, что Вы принесли? Эммануил чуть наклоняется вперёд: - Достаточно для того, чтобы заставить госпожу Шахику начать немного нервничать. Она молчит, сжимая пальцы и на мгновение опуская взгляд на столешницу. - Если я использую это. Вы должны обещать мне, что не будете вмешиваться. - Я показал Вам документы, а то, как ими распоряжаться - Ваш выбор. Эндер медленно откидывается на спинку стула. Мысль о том, что в руках у неё не просто бумага, а ниточка, которая может развалить образ Шахики, начинает оформляться в более конкретное решение. - Хорошо. Это может пригодится, - говорит она, - Но этого мало для того, чтобы я могла довериться Вам. - Что же, я предполагал это, - он мягко меняет интонацию, становится тише, но сохраняет уверенность, - Должен сказать, что то, что произошло с Вами на вечернем показе не было случайностью. Я знал, что в какой-то момент Вы отлучитесь и следил за Вами сразу, как только получил информацию о вашем состоянии. Эндер медленно поднимает взгляд. Он не отводит глаз. - Я не стал вмешиваться сразу, - продолжает говорить Эммануил, - Но когда Вы рассыпали свои вещи, я поднял Ваш телефон. Ваша сумка была открыта, Вы практически не осознавали, что происходит, и, насколько Вы помните, я вернул Вам устройство только через несколько часов. Этого времени было более чем достаточно, чтобы установить необходимое оборудование. Он включает свой телефон, достает из внутреннего кармана пиджака ключи с наушниками и подключает аудиофайл. Несколько секунд звучит фоновый шум, потом голос Эндер, разговариващей с Йылдыз. Она узнаёт этот разговор: они обсуждали, некоторые юридические дела EnderStar. - Это был один из основных зафиксированных разговоров, - поясняет он, - Госпожа Шахика слушала их первое время. Возможно, она и сейчас слушает, если Вы продолжаете пользоваться тем же телефоном. Эндер не выглядит шокированной. Она откладывает папку с материалом, а затем медленно и сосредоточенно кладет руки перед собой. - Вы не удивили меня, господин Эммануил, - говорит она, не меняя темпа речи, - Я догадывалась об этом уже тогда. Более того, подобная реакция на шампанское случилась у меня впервые, и я хорошо помню, что в тот день не пила абсолютно ничего такого, что могло бы её вызвать. Она умалчивает о том, что уже на следующее утро стала использовать отдельный номер телефона для звонков, касающихся не только работы, но и любых ситуаций, которые не терпели утечки. Она не говорит, что заходила в корпоративную почту исключительно с одного проверенного устройства, и избегала любого обмена файлами через общий канал связи, даже в пределах офиса. Но её собеседнику знать об этом совершенно не обязательно. - За это Вам стоит отдать должное, - замечает Эммануил, - Некоторые продолжают пользоваться телефоном, даже когда догадываются, что за ними следят. - Я - не все, господин Эммануил, - отвечает Эндер, придавая голосу немного раздражения, - И вы должны уже были это понять. Эммануил негромко хмыкает, а затем делает лёгкое, сдержанное движение рукой, очевидно, желая перевести разговор на главное: - Надеюсь, теперь Вы понимаете, насколько серьёзны мои намерения? - Допустим, - произносит Эндер, - И, как я понимаю, у Вас есть не просто информация, но и некий план, о котором вы собирались рассказать. Я слушаю. Эммануил едва заметно кивает. Он сохраняет внешнее спокойствие, не позволяя себе лишних жестов, и хотя на его лице не появляется улыбка, по напряжению в мышцах вокруг глаз становится ясно, что он доволен происходящим. Он понимает, что решения подобного уровня не принимаются сгоряча и что человек, склонный к контролю, не даст согласия, не просчитав последствия. Но если Эндер всё ещё сидит напротив, не прервала разговор, не отстранилась и не выказала раздражения, значит, в глубине сознания она уже допустила возможность участия. - Тогда я изложу схему, - спокойно говорит он, доставая планшет, включая экран и вынимая несколько листов с распечатанными таблицами и схемами, которые выкладывает перед ней, - План состоит из трёх этапов. Он делает небольшую паузу, давая Эндер возможность сосредоточиться, и продолжает: - Первый шаг: мы с Вами регистрируем юридическое лицо за пределами страны. Формально компания будет принадлежать Вам, но через анонимный траст, чтобы избежать любой прямой связи. Через эту структуру мы начнём скупать миноритарные доли в компаниях-подрядчиках и поставщиках, с которыми RMG Models заключила контракты. Это обеспечит нам доступ к операционной информации, при этом не привлекая к себе внимания. Он перелистывает страницу и слегка пододвигает документ ближе к ней: - Второй шаг: когда структура владения будет готова, мы инициируем проверку одного из этих подрядчиков, ссылаясь на несоответствия в его отчётности. Такая проверка даст нам юридические основания обратиться с официальным запросом о проведении комплексного аудита. В рамках него мы получим доступ к внутренним финансовым и корпоративным документам самого RMG Models. Ещё одна короткая пауза, за которой следует третий пункт, произнесённый уже более сдержанным, почти осторожным тоном: - Третий шаг: если в процессе мы обнаружим существенные нарушения, а они есть, поверьте - например, искажения в финансовых прогнозах, которые госпожа Шахика публиковала для привлечения иностранных инвестиций, - это создаст основу для коллективного иска. Один из бывших партнёров, насколько мне известно, понёс убытки - около восьмисот тысяч евро. Мы сможем добиться заморозки части активов госпожи Шахики за границей, и это создаст прямой рычаг давления. Тогда мы сможем предложить ей сделку: либо она передаёт часть прав или активов, либо продолжает бороться в суде, рискуя потерять больше. Он замолкает и внимательно смотрит на Эндер, ожидая реакции. Она молчит несколько секунд, а затем откидывается чуть назад, скрестив руки на груди: - Прекрасный план. Почему бы Вам не реализовать его самостоятельно? Эммануил слегка склоняет голову в сторону, не отводя взгляда: - Потому что, как мне кажется, между Вами и госпожой Шахикой существует некая специфическая динамика, - говорит он, старательно сдерживая любые личные оценки, - Меня тогда очень удивило, что из всех предложенных вариантов ювелирных брендов она выбрала именно Ваш. Хотя, признаюсь, были предложения, которые по ряду объективных параметров выглядели более выгодными. Не поймите неправильно, я не сомневаюсь в Вашей репутации, - он делает короткий вдох, - Но в подобных решениях рациональный мотив редко оказывается определяющим. Мне кажется, между вами есть нечто, что не связано напрямую ни с бизнесом, ни с расчетом. А когда в игре появляется личное, провести линию между стратегией и импульсом становится значительно сложнее. Он подаётся немного назад, опирается на локти и складывает руки в замок, намеренно не вторгаясь в её личное пространство. - Именно поэтому я выбрал Вас в качестве своего партнёра. Вы, наверное, единственный человек, любые действия которого госпожа Шахика не может полностью игнорировать. Эндер слушает не проявляя явной реакции, но её поза становится более собранной, а взгляд - напряжённым. - Мне важно, чтобы всё, что мы будем делать, оставалось в рамках закона, - произносит она своё условие. - Именно так всё и задумано, госпожа Эндер, - заверяет Эммануил, - Ни один из наших шагов не будет выходить за пределы правового поля. Однако я должен предупредить, что времени у нас немного, и было бы желательно завершить первую часть плана до того, как выйдет первая стартовая коллекция SHAEN. После этого доступ к некоторым связям усложнится, поскольку появятся новые интересы и новые участники. Кроме того, я не исключаю, что госпожа Шахика уже начала действовать на опережение. Эндер выслушивает, а затем наклоняется вперёд и, не отводя взгляда, произносит с подчёркнутой чёткостью в каждом слове: - Я согласна. Но, если я пойму, что Вы играете не только на моей стороне, или если увижу, что Ваши интересы не совпадают с заявленными - наше партнёрство закончится. И закончится без возможности пересмотра, независимо от того, на каком этапе мы будем находиться. Она делает короткую паузу, давая ему немного времени на осмысление, а затем добавляет: - Надеюсь, Вы это понимаете. Эммануил не отводит взгляда. - Конечно, - спокойно отвечает он после маленького кивка и больше ничего не добавляет к своим словам. Эндер понимает, что разговор можно считать завершённым. Она встаёт и направляется к выходу. Ресторан наполовину пуст. За двумя дальними столиками сидят молчаливые пары, официант у стойки, заметив её движение, вежливо кивает, но Эндер проходит мимо, не удостоив его даже взглядом. На улице она делает несколько шагов по тротуару, останавливается у края проезжей части и, достав телефон, находит в списке вызовов имя Джанера. Он отвечает на втором гудке. - Джанер, срочно езжай в офис, - говорит она, не дожидаясь приветствия, - Нужно обсудить поездку. - Поездку? - голос брата звучит с удивлением и плохо скрытым беспокойством, - Мы же разговаривали всего пару часов назад, сестра, ты сказала, что всё спокойно. Что-то случилось? - Ничего такого, Джанер - отвечает она, - Но дела срочные, поэтому приезжай, не тяни. Она заканчивает звонок, садится в машину и едет по направлению в офис. Проходит почти сорок минут, прежде чем Джанер появляется в дверях её кабинета. Постучав один раз, он входит, с выражением лёгкого напряжения на лице, будто заранее чувствует, куда приведёт их разговор. - Я здесь, сестра. Что за срочность такая? - спрашивает он, прикрывая за собой дверь. - Очень хорошо, что приехал, дорогой. Проходи и садись, - Эндер делает приглашающий жест и, когда он подходит, продолжает, - Нам нужно обсудить детали. Есть дело, которым ты займёшься немедленно. Он делает, как сказано, подходит ближе. - У нас проблема? - уточняет он, слегка хмурясь. - Пока нет, но может возникнуть. Я хочу, чтобы ты проверил одного человека. Его имя - Эммануил Андре. Он потенциальный бизнес-партнёр, живёт в Праге. Мне нужно знать о нём всё: с кем встречается, чем живёт, какие у него увлечения, кто входит в его ближайший круг. Интересует всё - от налоговой до содержания банковских счетов. У него есть ресторан в центре, так что обрати внимание и на него, вдруг там что-то найдётся. Возможно, мне потребуется на него какое-то давление, если наше с ним сотрудничество пойдёт не по плану. - Это займёт время, сестра, - Джанер качает головой, не скрывая скепсиса. - Именно поэтому ты вылетаешь завтра, - спокойно говорит она, пока он смотрит на неё с плохо скрываемым шоком. - Постой, сестра. Ты серьёзно сейчас? Я должен уехать прямо завтра? У меня здесь хватает дел. Кто будет этим заниматься, пока меня не будет? - Твои дела подождут, Джанер, - отвечает Эндер с сухой уверенностью,- А это - не подождёт. Шанс может быть упущен. - Почему бы тебе не поручить это кому-нибудь из службы безопасности? Разве не для того она существует? - он всё ещё надеется найти логичную альтернативу. - Потому что это должно остаться только между нами, - Эндер смотрит прямо, голос её становится чуть жёстче, - Никто не должен знать, что я ищу эту информацию. Даже Йылдыз. - Снова секреты, сестра, так хорошо жили без них, - тяжело выдыхает Джанер, - Когда мне быть в аэропорту? - В шесть вечера. Билеты будут ждать тебя на стойке регистрации. И ещё одно. Она достаёт старый телефон, кладёт его на стол перед собой. - Сдай его в ремонт прямо сейчас. Там стоит жучок. Джанер берёт устройство, разворачивает в руках. На его лице проступает недоумение. - Что, жучок? Откуда он там? Кто его поставил? - Это сейчас не имеет значения. Просто сделай, как я сказала, - отвечает Эндер, не меняя интонации. Джанер молчит несколько секунд, затем коротко кивает. Он, наконец, понимает, что дело серьёзнее, чем ему хотелось бы. - Хорошо. Я пойду, сестра. Ещё надо зайти домой собрать вещи. - Будь осторожен, Джанер, всегда смотри в оба, - говорит Эндер и смотрит на него чуть дольше обычного, - Следи за окружением. И не удивляйся сильно, когда узнаешь. - Узнаю что? - он вмиг меняется в лице, становясь подозрительным. - Эмир не успел рассказать тебе? - спрашивает она, сделав вид, что удивлена. - О чём? Что я ещё должен знать? - Ничего особенного, дорогой, - отвечает она с лёгкой усмешкой, - Так даже интереснее. Просто не принимай всё близко к сердцу. - Сестра, мне уже страшно. Может, я всё-таки останусь? - Нет, Джанер. Ты едешь, - её голос не допускает возражений. Он тяжело вздыхает, опуская взгляд, затем аккуратно прячет её телефон во внутренний карман куртки и, не произнося больше ни слова, разворачивается и выходит из кабинета, медленно прикрыв за собой дверь. Оставшееся до вечера время Эндер проводит в работе. Она просматривает обновлённые макеты новой коллекции для EnderStar, вносит пометки на распечатках, периодически отодвигает одни эскизы и возвращается к другим, сравнивая цветовые решения и композиции. Мысли её при этом блуждают совершенно в другом направлении. Она то и дело отвлекается, то задерживается взглядом на экране, не читая текст до конца, то возвращается к уже просмотренному, ощутимо чувствуя, как концентрация даёт сбой. Ближе к семи, когда в кабинете постепенно темнеет и дневной свет сменяется лампами, на экране телефона появляется входящий вызов с незнакомого номера. Она нахмуривается, откладывает бумаги в сторону и, не сразу отвечая, с секунду вглядывается в цифры, пытаясь понять, откуда звонок. Затем проводит пальцем по экрану. - Эндер? - голос на другом конце вызывает у неё мгновенное узнавание, и выражение лица меняется. - Кайя? - она приподнимает брови, - К добру ли? - Надеюсь, я не слишком отвлекаю, - говорит он, понизив голос. Она откидывается на спинку кресла и, отложив в сторону пачку документов, отвечает сдержанно: - Нет, всё в порядке. Я слушаю. - Нужно поговорить, - коротко говорит он, а затем, сделав короткую паузу, добавляет, - У меня есть к тебе предложение. Думаю, тебе будет интересно его услышать. Её пальцы на мгновение замирают над ручкой, которой она только что делала пометки, а голос остаётся спокойным, хотя тон меняется. - Кайя, пожалуйста, выражайся конкретнее. У меня сейчас нет времени на загадки. В трубке повисает пауза. Она отводит телефон от уха и проверяет, не прервался ли вызов, затем снова подносит его к уху. – Эндер, я бы предпочёл не обсуждать это по телефону, - говорит он тише, чем прежде, - Если ты не возражаешь, я заеду за тобой завтра вечером. Мы спокойно поговорим. Она не задаёт уточняющих вопросов, хотя их достаточно, и мысленно уже угадывает, о чём может пойти речь. Если бы дело касалось бизнеса или формального предложения, Кайя не звонил бы вечером и не избегал конкретики. Ей не нужно видеть его лица, чтобы понять, что он устал, потому что его голос выдает напряжение, а паузы наполнены сомненем. И, если он сам вышел на связь в такое время, то, скорее всего, всё снова касается Шахики. - Хорошо, - коротко отвечает она, не уточняя время. - Тогда я пришлю тебе смс о времени завтра утром, мне нужно уточнить ещё один момент. Доброй ночи. Он по-прежнему звучит настороженно, как человек, который ещё не до конца решил, что и как скажет. Она, недолго раздумывая, решается задать вопрос. - Кайя? - Что такое, Эндер? - Ты в порядке? В трубке раздаётся медленный вдох, после которого следует почти выученный ответ: - Всё в порядке, тебе не о чем беспокоиться. Ещё раз хорошего вечера. Звонок прерывается, и она ещё несколько секунд смотрит на экран, на котором снова появляется меню. Пальцы её не двигаются, хотя рабочие бумаги всё ещё лежат под рукой, а рядом аккуратно разложены макеты. В голове нет ни одного чёткого решения, которое можно было бы принять немедленно, но чувство, что завтрашний вечер требует готовности, уже пульсирует с привычной тревожной уверенность. Эндер отодвигает стул, встаёт и подходит к подходит к окну. Город мерцает огнями и шумит даже сквозь плотные стеклопакеты. Разговор с Эммануиллом, внезапный звонок Кайи, необходимость принимать решения, не озвучивая своих намерений вслух, - всё это складывается в одно целое, где слишком много неизвестных и ни одного очевидного хода. Она чувствует это знакомое давление изнутри, когда всё вроде бы под контролем, но каждый следующий шаг требует осторожности. Снова взглянув на телефон, она открывает список вызовов, но не набирает ни одного номера. Просто смотрит, не двигаясь, и на мгновение позволяет себе ничего не решать. Только в этот момент приходит ощущение, что день действительно подходит к концу. Все дела завершены, и на сегодня для неё просто достаточно.