Шанс на искупление

- Шахика, я убью тебя, клянусь, убью! Эндер видит, как сильно вздувается вена на шее Каи, когда он пытается достучаться до разума Шахики. Его голос, сорвавшийся на крик, звучит глухо и эхом отзывается в стеклянных стенах кабинета. - Брат, я не буду отдавать то, что по праву принадлежит мне! Эндер всё это заслужила. - Что прости? - Кайя замирает от удивления, словно не верит в уалышанное, и через секунду продолжает с куда большей силой, - Это не твоя компания, девочка! Ты совсем ненормальная? Скажи уже чего хочешь и успокойся! Шахика на мгновение отводит взгляд и на её лице поступает почти беспомощное выражение. Эндер прекрасно знает, что Шахика просто хочет таковой казаться, но всё равно несколько раз внутренне вздрагивает вместе с ней, когда Кая резко трясёт сестру за плечи. - Ничего не нужно, братик, - говорит молодая женщина, и уголок её губ едва заметно дрожит, - Ты со мной и мне этого достаточно. - Тогда сейчас же верни Эндер всё, что ей принадлежит! Шахика хмуро косится на стоящую поодаль женщину, и возвращает упрямый взгляд на брата. - Это будет очень странно, жизнь моя, - говорит она, - Все подумают, что я склонна часто менять свои решения, это повредит моей репутации. - Бога ради, о какой репутации ты говоришь? - он отпускает её, на секунду закрывая собственное лицо ладонями, и с горечью произносит, - Всё общество ещё полтора месяца назад думало, что ты мертва. О какой репутации ты можешь говорить? - Я не стану этого делать, брат! Он делает шаг назад. Его руки безвольно опускаются вниз, и он делает тяжёлый глубокий вздох, очевидно, собираясь с силами. - Шахика, послушай. Что у тебя с Эндер за личные проблемы? Я просто хочу понять. Эндер? Он стоит между ними, требуя правды, и теперь в его голосе больше усталости, чем гнева. Эндер тяжело сглатывает, не зная, как реагировать. Шахика молчит, намеренно отказываясь отвечать. - Говори же,  - повышает голос Кайя, и в один широкий шаг возвращается к ней, - Я серьёзно, Шахика! Клянусь, ты вынудишь меня, и я сделаю так, что ты закончишь свои дела здесь завтра же и вернёшься со мной в Англию! И мне плевать, что станет с твоей компанией и акциями! Его слова действуют на Шахику отрезвляюще. На мгновение на её лице появляется растерянность, а глаза выдают шок и обиду. - Брат, - произносит она сдержанно, - Эндер на тебя плохо влияет. - Вы посмотрите, что она говорит! - он раздражённо хватает её за руку, сажает в кресло и ощутимо встряхивает, - Я говорю, что лишу тебя твоей компании, девочка, ты совсем ничего не понимаешь? Шахика поднимает глаза на Эндер, прищуривается, затем медленно убирает с лица выбившуюся прядь и ядовито произносит: - А ты не хочешь узнать, что сделала Эндер, брат? - Шахика, ты сейчас доведёшь меня, - он почти срывается, - Я сказал тебе подписывать? Ты слышишь или нет? Подписывай же. Напряжение, вмиг охватившее Эндер, отпускает. Она мысленно благодарит Аллаха, за то, что Кайя отказывается слушать Шахику, и это значит, что её притензии к Эндер о делах с господином Эммануиллом, сегодня в этой комнате озвучены не будут. - Ты всегда так, - Шахика срывается на обвинение, - Всегда встаёшь на её сторону! Эндер впервые видит, как Шахика, обычно воспримчивая на брата, вдруг резко отталкивает его руку и смотрит на него с глухим упрямством, в котором прорывается злость и уязвлённость. Она берёт ручку, подписывает документы, оставляя размашистую подпись, и, не поднимая глаз, произносит: - Теперь покинь мой кабинет, Эндер. Эндер выходит, и Кайя следует за ней. Уже в коридоре он протягивает ей папку с бумагами. - Надеюсь, это поможет. - Спасибо, Кайя, - отвечает Эндер тихо. - Пусть останется в прошлом, - говорит он, устало проводя ладонью вдоль виска, - Не хотелось бы, чтобы проблемы повторились. Он задерживается, будто хочет что-то добавить, но затем отводит взгляд и молчит. В этом молчании есть что-то неловкое, почти неуместное, и Эндер чувствует, что между ними вновь возникает пустота, в которой звучат невысказанные подозрения. - Кайя, ты что-то хотел? - спрашивает она, не меняя тона, хотя внутри всё постепенно сжимается. - Нет, - отвечает он чуть запоздало, делая паузу, тем самым сам себе противореча, - Просто… если вчера ты действительно сказала правду, когда я спросил тебя о чувствах к Шахике, то мне не о чем беспокоиться. Это всё. Увидимся. Он проводит по изгибу её локтя мягким, почти дружеским жестом, и уходит по коридору. Эндер остаётся стоять, совершенно сбитая с толку тем, для чего он снова поднял эту тему. Вчера вопрос показался ей неуместным, но теперь она не может отделаться от мысли о том, что Шахика могла рассказать ему что-то. Прохладное ощущение поднимает вверх по спине, но Эндер сбрасывает его, стараясь придти в себя. Она выходит из офиса RMG Models и садится в машину. В зеркале заднего вида отражается её лицо, где в глубине взгляда остаётся то, чего она старается не замечать: лёгкое, неуловимое дрожание, которое легче принять за усталость, чем за растерянность. Дорога до офиса EnderStar проходит почти бездумно, мысли идут слишком медленно, и к моменту, когда Эндер поднимается по лестнице на свой этаж, уже едва помнит, как пришла. Она снимает пальто, ставит сумку на стол и только тогда слышит лёгкий стук в дверь кабинета. - Да? - говорит она, оборачиваясь. В проёме появляется Джанер. Он переступает порог, приветствует сестру, а затем лезет в карман, чтобы через секунду протянуться Эндер её старый телефон. - Всё получилось? -спрашивает она, протягивая ладонь и забирая телефон из его рук. - Обижаешь, сестра. - Просто было долго, - говорит Эндер, но в её голосе нет упрёка. Она улыбается достаточно тепло и открыто, и Джанер это замечает. - Тебе же не было срочно, сестра. У тебя был другой телефон, потому сказал человеку, чтобы он сделал, как появится свободное время, - Джанер садится в одно из кресел, откидывается на спинку, а затем, вдруг спохватившись, подскакивает и начинает стягивать с себя куртку, чтобы повесить её на спинку сиденья, а затем располагается с уже большим комфортом, - Сестра, я вижу, сегодня ты в хорошем настроении. Что-то случилось? - Не могу сказать, что в хорошем, но день начался довольно неплохо. - Что случилось, сестра? Расскажи же. Эндер опускается на край стола, укладывает телефон рядом с бумагами и медленно переводит взгляд на брата. - Дело, касающееся акций моей компании разрешилось. Не без помощи Кайи, разумеется. Брови Джанера в недоумении ползут вверх. - То есть, хочешь сказать, что гол в ворота Шахики уже был? - Именно так, Джанер, - отвечает Эндер, сжимая губы в попытке удержать эмоции ровными, - Сегодня днём. Он моргает, потом задумчиво хмыкает, тем самым выражая лёгкое недоумение. - Не буду спрашивать, что такого случилось, что она передумала, - говорит он, - Просто скажу, что доволен тем, как быстро всё разрешилось. Наконец-то я смогу сесть перед телевизором и спокойно щёлкать семечки. Он прикладывает руку к груди, изображая облегчение, и расслабленно выдыхает. Эндер, наблюдая за ним негромко смеётся. - Если честно, то я не думала, что Кая сможет вразумить её, - задумчиво проговаривает она, - Всё прошло слишком просто. Мне это не нравится. - Сестра, - разводит руками Джанер, - Ты не можешь успокоиться? Женщина подписала, компания снова твоя. Что ещё нужно? - Я успокоюсь только тогда, когда разберусь с Шахикой до конца, Джанер - отвечает Эндер, - До тех пор нам нужно быть настороже. Джанер закатывает глаза, но она не останавливается, добавляя чуть тише: - Когда сделаю ей что-то действительно неприятное, тогда, возможно, смогу забыть. А пока не хочу о ней ничего слышать. Кстати, не желаешь взглянуть? Она протягивает ему несколько листов, подписанных Шахикой, где указано, что та отказывается от переданных акций и не имеет на них никаких претензий, и Джанер осторожно, почти с опаской, забирает бумаги. - Если бы я ещё знал, что конкретно должен увидеть, - бормочет он, просматривая строки. - Просто наслаждайся очередной победой своей сестры, Джанер. - Конечно сестра, - усмехается он, - Как же без этого. Он отдаёт ей обратно бумаги, и Эндер рефлекторно опускает взгляд вниз, мазнув по листам. Её глаза становятся больше, когда она не находит одной важной детали: - Джанер, где подпись? Он моргает, не сразу понимая смысл вопроса. - Какая подпись, сестра? Эндер готова поклясться, что всего пару часов назад подпись была отчётливо видна, и она снова смотрит на документ, пытаясь найти то, что кажется очевидным. - Подпись Шахики, Джанер. - Откуда я знаю? - он недовольно нахмуривается, - Так говоришь, будто я съел её. Посмотри внимательнее. - Я по-твоему ничего не вижу, Джанер? - Эндер злится, но просматривает ещё раз документ, на котором ничего не меняется, - Говорю тебе, подписи нет! - Да я уже понял, сестра, незачем так кричать. - Проклятье! - вырывается у неё, и в следующую секунду она швыряет бумаги на стол так, что они скользят и разносятся веером по полу. Утро, которое должно было означать перемену, на деле ничего не изменило. Акции по-прежнему остались принадлежать Шахике, и Эндер, доведённая до предела, замирает за своим столом, прокручивая в голове мысль об исчезающие чернилах и понимая, что это была последняя капля в чаше её безграничного терпения. Она поднимает голову и сверяется с настенными часами. По её прошлым наблюдениям, Шахика всегда покидала офис примерно после шести вечера, и если сейчас стрелки показывают семь, она уже должна быть дома. - Джанер, поехали, - говорит Эндер, направляясь к шкафу за сумкой. Брат вздрагивает, словно его только что окликнули из далёкой воды. - Сестра, куда? - опасливо начинает он, заметно напрягаясь, - Все едут домой, мне тоже надо быть дома. - Ты едешь со мной, Джанер, - повторяет она твёрдо, снимая сумку и поворачиваясь к нему, так что в её словах не остаётся ни капли сомнения. - Сестра, зачем я там нужен? Ты же не думаешь, у меня есть желание её видеть? - Я сказала: «Ты едешь со мной, Джанер», - и, когда он ещё колеблется, добавляет без тени сомнения, - Иначе, клянусь, сделаю с ней что-то плохое, а потом заставлю тебя выкинуть её тело в море. Это работает. Джанер, побледнев, вскакивает и хватается за куртку, натягивая её на плечи. - Ради бога, что ты такое говоришь? - в шоке произносит он, - В мире не станет меньше убийц, если ты избавишься от Шахики, сестра. - Звучит очень хорошо, дорогой, - её ладонь на мгновение проходит перед его лицом, как предупреждение, а затем сжимается в кулак, - Особенно та часть, где ты сказал, что я могу от неё избавиться. С этими словами она выходит из кабинета, и Джанер, будто бы только очнувшийся от оцепенения, качнувшись, тут же следует за ней. Они проходят по коридору и уже через минуту оказываются в машине, где Эндер садится за руль и, не тратя времени, заводит двигатель. Дорога до нужного адреса проходит в тишине, потому что её мысли вертятся вокруг исчезнувшей подписи и возможных последствий, а Джанер, всё ещё переваривая услышанное, не решается сказать даже слово. Они уже подъезжают к нужному адресу, когда он, взвесив все риски, всё-таки решает заговорить: - Сестра, если бы я не знал, то мог бы подумать, что вы двое возлюбленных, которые словами ненависти говорят о любви. Эндер чуть не выпускает из рук руль. - Не неси ерунды, Джанер, - бросает она, едва сдерживая раздражение, - Иначе не посмотрю на то, что ты мой единственный брат и выкину тебя из машины! - Сестра, ради Бога, успокойся, - он инстинктивно хватается за ручку над дверью, когда автомобиль лихо заходит на поворот, - Ты сейчас нас убьёшь! - Джанер, помолчи. Она произносит это с такой холодной твёрдостью, что он мгновенно умолкает. И хотя во взгляде брата на миг мелькает упрямство, убийственный взгляд Эндер гасит в нём даже желание вздохнуть громче. Он лишь тихо выдыхает и, не отрываясь, следит за дорогой, изредка бросая на сестру настороженные взгляды. Машина останавливается у ворот особняка. Эндер тормозит так резко, что их немного уводит вперёд. Она совершенно не беспокоится о том, что её парковочное место заняло большую часть дороги, и быстро открывает дверь, бросая короткое : - Жди здесь, Джанер. И прежде чем брат успевает задать хоть один вопрос, она уже захлопывает дверцу и направляется к дому. Джанер остаётся сидеть, открыв рот в попытке что-то сказать, но слова так и не рождаются. Он лишь провожает сестру растерянным взглядом, всё ещё до конца не понимая, для чего его вообще брали. - Госпожа Шахика дома? - голос Эндер звучит резко, в нём слышится нетерпение и плохо сдержанная ярость. Домработница, мгновенно оценив не самое приятное состояние гостьи, кивает, избегая встречаться с её глазами. - Позовите, - приказывает Эндер. Она остаётся стоять за пределами дома, совершенно не имея какого-либо желания переступать порог и оставаться наедине с Шахикой в его стенах. Одна только мысль, о том, что её личным пространством снова пренебрегут, заставляет передергиваться и сжиматься. - Эндер? Шахика появляется в дверях. Она выглядит спокойной, даже немного удивлённой, тогда как Эндер горит от злости. - Не делай вид, что удивлена! - резко говорит Эндер. - Но я действительно удивлена, - отвечает Шахика, слегка склоняя голову набок и позволяя себе лёгкую улыбку, - Хочешь пройти? Глаза Эндер раскрываются шире. - Ты издеваешься? - она рычит почти ей в лицо, но на молодую женщину это совершенно не действует. - Если хочешь, я могу попросить приготовить для тебя ромашкового чая. Пойдёт на пользу твоим нервам. Эндер на секунду впадает в ступор, почти теряя дар речи от того, с какой невозмутимостью ей отвечают. - По мне видно, что я пришла сюда пить чай, Шахика? - Хорошо, - отвечает та, чуть тише, но с тем же спокойствием, - Что тогда? - Ты вернёшь все акции до единой! Шахика ожидаемо смеётся и в одном лёгком платье делает шаг за порог, плотно закрывая за собой дверь, оставляя их наедине. - Твоё воображение расширяет мой кругозор, Эндер, - произносит она, скрещивая руки на груди и вставая напротив, - Я очень восхищена твой наивность, знаешь. Почему всегда всё должно быть тебе? Это немного эгоистично. - Эгоистично? - глаза Эндер опасно сужается, - Ты говоришь про себя или мне показалось? - Эндер, - голос Шахики становится резче, - Ты приходишь ко мне в дом и требуешь то, что тебе больше не принадлежит.  - Это мои акции, Шахика. Мой бренд! - Ох, не может быть, - с лживым сочувствием произносит она, - А тогда это было моё место в KuyucuHolding, Эндер, и я потеряла его из-за тебя! - Ради бога, о чём ты сейчас вспоминаешь? - с раздражением отмахивается Эндер, - Ты серьёзно сейчас вспоминаешь прошлое? Или, подожди минутку… ты ради этого вернулась? Чтобы высказать мне свои обиды? Для этого ты связалась с моим брендом? У тебя до сих пор не зажили старые раны, Шахика? - Я доверилась тебе. Второй раз в жизни доверилась тебе, Эндер! - Тебя никто не просил этого делать, - упрямо вздёргивает подбородок Эндер, продолжая настаивать на своём, - Это был твой выбор. И я ничем не была тебе обязана. Нас ничего не связывало, кроме одного общего дела, которое мы завершили. Всё остальное - твои иллюзии. Это ты возомнила себя госпожой президентом, расхаживая по офису с таким видом, словно тебе там всё принадлежало. Шахика усмехается коротко и нервно, но губы её продолжают сохранять улыбку. - Ты завидовала? Боже, Эндер, я же просто развлекалась. Ты не понимаешь шуток? - Шахика, повторяю, - Эндер цедит слова, намеренно делая ударение на каждом слове, - Мы не были подругами. Ты сама врала мне, когда пришла ко мне домой, лишившись акций холдинга. Ты хотела, чтобы после всего я доверяла тебе? - Ты никогда никого не слышишь, кроме себя, Эндер! - Шахика повышает голос, но тут же берёт его под контроль, успокаиваясь, - За свою жизнь я предложила тебе гораздо больше, чем ты заслуживаешь. Эндер глухо хмыкает. Внутри неё что-то шевелится - старая боль, не отпущенная, но тщательно спрятанная. Она на секунду отводит взгляд, чтобы закрыть свои эмоции, потому что  понимает, к чему ведёт Шахика и пальцы неосознанно сжимаются в кулак будто это хоть как-то поможет удержать себя от необдуманного конфликта. - Не говори глупостей, Шахика. Общее дело не значит, что я буду тебе обязана. К тому же, о чём ты вообще можешь говорить, если при каждом удобном случае сбегаешь? - Я говорю не об этом, но ты даже не хочешь слушать! - голос Шахики дрожит от сдержанных эмоций, - Я бы сказала, что мне тебя жаль, но, поверь, мне совсем тебя не жаль. Ты заслуживаешь всего того, что сейчас проживаешь, Эндер, потому что ты - чёртова эгоистка! Эндер медленно выдыхает, челюсть её напрягается, мышцы лица застывают. - Что? - Не делай вид, что ничего не понимаешь! - слова звучат горько и отчаянно, - Ты настолько труслива, что боишься признать то, что чувствуешь, и потому каждый раз, когда перед тобой появляется хоть что-то большее, чем обычная привязанность, ты делаешь вид, что ничего не было, лишь бы не принимать реальность. Эндер слушает, не двигаясь, только взгляд её становится тяжелее, и в нём отражается то, чего она сама в себе не хочет признавать. Она могла бы уйти, могла бы оборвать этот разговор на полуслове, но слишком многое застряло в горле, не давая сделать шаг назад. - Значит, ты хочешь об этом поговорить, Ша-хи-ка? - угрожающе произносит Эндер, - Спустя столько лет тебе всё ещё интересно, почему любовь глупого двенадцатилетнего ребёнка мне была не нужна? Она делает шаг ближе, отчаянно жестикулируя перед её лицом, стараясь добиться адекватной реакции, но вместо этого Шахика упрямится сильнее. - Я…! - начинает она, но Эндер не даёт ей договорить. - Не смей! - она резко поднимает руку, отсека любую возможность возражения. Внутри неё снова поднимается волна гнева, которую она контролировать больше не в состоянии - Не смей говорить мне, что проживала любовь! Тебя не было несколько лет, Шахика, а потом ты вернулась из Швейцарии, наполненная своими обидами. Ты накачивала Эрима наркотиками и угрожала тюрьмой Йигиту. В этом заключалась твоя привязанность? Даже сейчас, вернувшись Бог знает откуда, ты продолжаешь творить отвратительные вещи. Когда ты уже наконец поймёшь, что я не хочу тебя рядом с собой?! Шахика на мгновение проседает. Её взгляд выдаёт оттенок боли, но она тут же берёт себя в руки. - Ты испугалась, Эндер. Испугалась ответственности тогда и боишься её сейчас! Эндер почти смеётся. - Перестань нести бред, Шахика. Всё, что ты себе напридумывала - лишь плод твоей больной фантазии! - Правда что ли? - Шахика горько усмехается, - Хочешь сказать, что мои слова необоснованны? - Именно так. Ты психически нездорова и была такой с самого начала! Эндер видит, как сильно задевают молодую женщину эти слова, и она даже удивлена, что Шахике может быть настолько больно. На мгновение в ней возникает противоречивое чувство: внутри всё сжимается, но разум мгновенно приказывает отбросить сомнения. Нокак бы тяжело ни было, Эндер не позволит себе сойти с той линии, где их отношения остаются в пределах холодной ненависти, потому что так безопаснее для обеих. - Мы всегда были одинаковыми, - произносит Шахика, делая шаг вперёд, - Ты просто до сих пор не хочешь этого видеть. - Даже не сравнивай меня с собой, Шахика! - Конечно не буду потому, что наше главное различие в том, что я смогла принять свои чувства, а ты - нет! Слова пронзают воздух. Эндер ненавидит её в эту секунду больше, чем когда-либо, потому что Шахика права, но Эндер лучше умрёт, чем признает это. - Пошла к черту! - Прекрасно, Эндер, просто замечательно, - усмехается Шахика, шагнув ещё ближе, - Как насчёт того, чтобы снова ударить? Или лучше снова забудем? - Не провоцируй меня. - Ты угрожаешь мне? Эндер не выдерживает. Сильный толчок в грудь отталкивает Шахику к стене, и та глухо ударяется лопатками. Воздух вырывается из её лёгких, но она не успевает восстановить дыхание, потому что Эндер уже приближается и кладёт руку ей на шею, сжимая пальцы слишком сильно. Во взгляде Шахики на долю секунды мелькает испуг, но затем она, собравшись, хватается за руку Эндер, с силой отводит её и вырывается. Отступив на шаг, она делает попытку уйти, но старшая женщина хватает её за плечо и возвращает обратно. Между ними расстояние в несколько сантиметров, когда Эндер делает ещё шаг, заставляя Шахику вжиматься в стену и обеспокоенно оглядываться. Они обе до безумия злы друг на друга, и у Эндер в голове перещёлкивает ещё больше, когда она придавливает чужую грудную клетку и чувствует бешеное сердцебиение прямо в середину ладони. Она ошеломлённо замирает, поднимая глаза вверх, и всё, что должно было остаться под контролем, рушится в один миг. Внутри неё всплывает старая мысль - та, что Эндер годами старалась не допустить: между ними никогда не было ни равнодушия, ни простого делового интереса. Всё это было слишком личным, слишком острым. Гораздо проще было цепляться за колкости, перекидывать ядовитыми фразами и позволять конфликту расти, чем признать, что за всей этой враждой стояло что-то другое. Но Эндер снова оправдывает себя тем, что реагирует исключительно из раздражения. - Эндер? - Шахика на выдохе зовёт её. Их дыхание смешивается, они обе дрожат от тесного контакта. Эндер закрывает глаза, на мгновение позволяя себе то, чего не должна. Она чувствует запах духов Шахики, едва различимый, но слишком хорошо знакомый, и всё в ней сопротивляется, запрещая чувствовать что-то большее, но вопреки всему тело прижимается ближе. Эндер открывает глаза и медленно наклоняется вперёд. Лицо Шахики напрягается, но она не двигается. Взгляд не отрывается от Эндер, и старшая женщина приближаясь к её уху, шепчет тихо, почти касаясь губами кожи: - Я и пальцем не пошевелю ради тебя, слышишь? Потому, что с самого начала ты не вызывала во мне ничего, кроме презрения. Фраза попадают в самый центр души, точно в ту часть, где у Шахики хранятся все её обиды. И вместо ожидаемого крика или удара, она смеётся - громко, неестественно, с каким-то надрывом. Эндер отступает, возвращая себе дыхание и пространство. Она делает несколько шагов назад и уже собирается уйти, но вдруг прохладная ладонь обхватывает её запястье. Резкое, уверенное движение, и в следующую секунду Шахика тянет её обратно, прижимая к себе с такой силой, что между ними не остаётся воздуха. Происходящее между ними даже нельзя назвать поцелуем. В нём слишком много злости, сопротивления и прежних обид. Шахика до боли прикусывает нижнюю губу Эндер, заставляя её выдохнуть хрипло и болезненно, и Эндер хватает её за плечи в надежде оттолкнуть, но Шахика держит крепко, не позволяя вырваться, а затем мягко, почти осторожно, касается уголка её рта губами. Это внезапное изменение и странная аккуратность после грубости сбивает Эндер с толку. Всё получается неумело, неловко, и, возможно, именно поэтому ей хочется рассмеяться. Но вместо смеха, грудь лишь предательски заходится быстрее и учащённое дыхание становится глубже, когда губы Шахики мажут вдоль скулы. Мгновение спустя она отстраняется, отходит в сторону, и, криво усмехнувшись, проводит ладонью по губам, словно вытирая что-то неприятное. У неё безумная улыбка на влажных губах, от которой по коже Эндер пробегает короткая дрожь. Она смотрит на неё и думает, что Шахика, должно быть, окончательно сошла с ума. - Вау, Эндер, - Шахика берет небольшую паузу для вздоха, - В поцелуях с тобой ничего не меняется: ты всё так же изображаешь из себя статую. Эндер могла бы ударить её, и, возможно, сделала бы это без раздумий, но сейчас ей не хватает на это сил. Она туманными глазами смотрит, как Шахика опирается о стену, пытаясь контролировать свое дыхание, и её собственное тело стоит, парализованное от бушующих эмоций. Когда Эндер, наконец, находит силы, то её голос звучит ломанно и тихо: - Замечательно. Теперь убирайся отсюда. Шахика удивленно охает и отходит от стены, медленно приближаясь. Она сталкивает их грудью, практически не оставляя места между телами. - Эндер, дорогая, - её взгляд снова падает на чужие губы, - Ты забыла один момент. - Что ещё? - Это мой дом. Эндер пронзает. Она ощущает, как внутри всё дрожит от унижения, злости и того, что она, всегда державшая всё под контролем, сейчас не может даже повернуться и уйти с достоинством. Слёзы скапливаются в уголках глаз, и Эндер всеми силами старается не дать им пролиться. - Будь ты проклята, - выдыхает она, не слыша собственного голоса. И в следующую секунду тянется вперёд, до треска сжимая ткань чужого платья. Поцелуй выходит несдержанным, до краёв наполненным давними обидами. Эндер впивается в губы Шахики, не давая ей пространства и не позволяя отстраниться, и на короткий миг ей кажется, что та останется неподвижно. Но Шахика вдруг отвечает - отчаянно, почти яростно, до боли вцепляясь пальцами в плечи Эндер, и всё это чувствуется настолько хорошо, что перед глазами медленно начинает плыть. - С-сестра?! Эндер отдёргивается, будто опомнившись, и приходит в себя очень быстро. Она делает несколько шагов назад, пытаясь отдышаться. - Сестра, что происходит? - Джанер топчется на месте, растерянный, с широко раскрытыми глазами глядящий на них обеих и безуспешно пытающийся подобрать нужные слова, - Вы только что...? - Разговаривали, дорогой Джанер, - спокойно отвечает Шахика, делая вид, что ничего необычного не произошло. На его лице отражается чистое недоумение. Он переводит взгляд на Шахику, которая только что выдала самый ярчайший бред в своей жизни. - Я не совсем в этом уверен. - Джанер, - голос Эндер дрожит, но она старается говорить твёрдо, усердно игнорируя свои горящие скулы, - Я сказала тебе ждать в машине. - Сестра, я не понял. Мы за этим ехали?! Жар от скул пятном расползается вниз по шее и груди. Со стороны Шахики слышится сдавленный смешок, и от этого Эндер краснеет ещё сильнее. - Джанер! - она обрывает его, надеясь, что он замолчит. - Хорошо, сестра, я лучше подожду в машине, - отвечает Джанер, но продолжает стоять на месте, недоверчиво посматривая в сторону Шахики. Эндер быстро подходит к брату, избегая взгляда, и коротко кивает в сторону, где за деревьями припаркован их автомобиль. Она уже собирается уйти, когда голос Шахики вновь звучит за спиной: - Эндер, надеюсь, между нами не осталось недопониманий? У Эндер дёргается глаз. Джанер переводит на неё взгляд, полный немого вопроса, но женщина не отвечает. Она только глубоко вдыхает и уходит к машине, стараясь не смотреть назад и надеясь, что у Шахики хватит ума не крикнуть ей вслед что-нибудь ещё. Они уже выходит за ворота, когда Джанер наклоняется и шёпотом произносит слова, которые, не должны были быть произнесены даже мысленно: - Сестра... ты и Шахика? - Мы не будем обсуждать это, - Эндер открывает дверь и садится в машину. - Но... - Ни сейчас, ни потом, Джанер! Я не желаю говорить на эту тему! Её голос глухой, сдавленный, и этого хватает, чтобы брат замолчал. Дорога до его дома проходит в напряжённой тишине. Джанер не произносит ни слова,но Эндер чувствует, как между ними повисает тяжесть от недосказанного, и от того, чего она сама не готова признать.