The Prom Date

Каминг-аут?! Автор: Рита Скитер, Ежедневный пророк Опубликовано: 10 мая – 15:12 МАНХЭТТЕН, Нью–Йорк – 18-летний Сириус Блэк не перстаёт удивлять своих поклонников, на этот раз во время благотворительного концерта для ЛГБТ-молодежи на Манхэттене, прошедшем в субботу! Блэк, который в этом году, как мы предполагали, состоял в отношениях с 19-летней Марлин Маккиннон, объявил в конце своего выступления, что он «тоже часть ЛГБТ-комьюнити». «Я устал прятаться», – заявил Блэк, когда его спросили о внезапном каминг-ауте. Младший брат Сириуса Блэка, 16-летний Регулус Блэк, отказался как-либо комментировать признание своего брата. Марлин Маккиннон опубликовала следующее заявление на своём аккаунте в Twitter, сразу после последней исполненной на концерте песни Блэка: «Сказать, что ты часть ЛГБТ-сообщества, не значит, что ты автоматически становишься геем. Это означает только то, что ты не гетеросексуален. Я горжусь @TheRealSiriusBlack за то, что он не побоялся открыть всему миру настоящего себя. Люблю тебя, Сириус!» Песня, послужившая собственно каминг-аутом, рассказывает слушателям о романтических чувствах к другому молодому человеку. Кто же этот таинственный юноша, которому Блэк признался в любви? Многие утверждают, что любовный интерес Блэка – это 18-летний Джеймс Поттер, наследник компании Pottermore Pharmaceuticals. Они знакомы с раннего детства, и их часто видели вместе, когда Блэк приезжал в Англию. Джеймс Поттер пока что никак не прокомментировал ситуацию. Однако, несмотря на всё это, возникает другой вопрос: возможно ли, что всё это – просто пиар-ход, или же Блэк действительно собирается стать главной ЛГБТ-звездой этого поколения?

***

– Мы ведь не можем просто засунуть кота обратно в мешок, да? – Минерва вздохнула и сжала двумя пальцами переносицу. Они с Сириусом сидели за столом перед Альбусом Дамблдором – генеральным директором Hogwarts Records. – Мне надоело скрывать настоящего себя, – Сириус тоже вздохнул, внезапно почувствовав себя очень уставшим. Они отбивались от СМИ со вчерашнего полудня, и отдых ему только снился. Огромное количество журналов и газет хотели взять у него интервью по поводу его каминг-аута, но Сириус искренне не понимал, с чего вдруг такой ажиотаж. – Всё было бы иначе, если бы мы продумали всё заранее, – строго сказала Минерва. Сириус знал, что она злится на него за то, что он не предупредил её о том, что собирается сделать. – Или хотя бы если бы песня была гендерно-нейтральной. – Да нормальная она! – вскинулся Сириус. Альбус посмотрел на них поверх своих очков-полумесяцев в тонкой оправе. Это был привлекательный джентльмен с длинными белыми волосами, собранными в аккуратный пучок на затылке, и густой, но аккуратно подстриженной и такой же белой бородой. Он был одет в фиолетовый мягкий бархатный кардиган поверх чёрной рубашки, а его голубые глаза поблескивали весельем. По скромному мнению Сириуса, Альбус Дамблдор был той ещё лисой. – Ты посвятил её парню, – Минерва понизила тон голоса. – Ты написал для него песню, исполнил её и сразу же после этого сделал каминг-аут. – Я сделал каминг-аут, потому что хотел этого! – Сириус старался не повышать голос на своего менеджера. Минерва всегда была для него больше материнской фигурой, чем кем-либо ещё, и последнее, чего он хотел, – это ещё больше настроить её против себя. – Нет ничего плохого в том, чтобы быть геем. В моём контракте нет ни одного пункта, запрещающего мне выражать мою сексуальность. – Что ж, – вмешался наконец Альбус, впервые с тех пор, как они втроем сели за стол. – Сириус прав, Минерва, в его контракте действительно нет условий, запрещавших бы ему самовыражаться. Однако тебе всё же следовало продумать всё заранее, Сириус. Нам придётся сделать официальное заявление, ты понимаешь это? Потому что после концерта мы едва успеваем тушить костры инквизиции. Минерва коротко кивнула. – Ладно, нет худа без добра. Песня произвела фурор, твои фанаты в восторге от того, какой смысл ты в неё вложил. Мы выпустим её раньше, чем изначально планировали, думаю, это сыграет нам на руку. – Альбус кивнул в ответ. – Хотя, с другой стороны, очевидно, что Сириус нарушил контракт, подписанный им и мистером Римусом Люпином, и это может стать проблемой. Сириус заёрзал на своём кресле. Он даже не подозревал, что Дамблдор знает о Римусе. В конце концов, Сириус был только одним из десятков его подопечных; и всё же, возможно, дело было в том, что он был тем, кто приносит ему одну из наибольших прибылей, и поэтому для него было бы разумным знать, чем он занимается помимо работы. Однозначно, у этого мужчины повсюду были глаза и уши. – У вас с мистером Люпином всё взаимно? – спросил Альбус, пристально глядя на Сириуса своими голубыми глазами. – Я не знаю, сэр. Мы не разговаривали с того самого концерта, – признался Сириус. – Но даже если это не так, моих чувств это не изменит. – Стоит ли ему вообще теперь идти на его выпускной? – спросила Минерва, прикусив костяшку большого пальца. – Будет ли это разумно? – Будет хуже, если он не пойдёт, – ответил Альбус, а затем потянулся к банке с конфетами на своём столе. – Лимонную? Минерва покачала головой. – Я обсужу с Рубеусом подробности, и мы придумаем, как Сириусу будет лучше обратиться к своим фанатам с официальным заявлением. Альбус кивнул. – Проследи, чтобы всё прошло в лучшем виде. Я соберу пресс-конференцию сегодня днём. И, Сириус, мы правда поддерживаем твоё решение быть верным себе. Однако ты должен понимать, что это может негативно сказаться на успехе твоего грядущего альбома. Сириус молча кивнул, мудро смекнув, что сейчас ему лучше держать рот на замке.

***

Джеймс (16:09): так что, мы теперь пара? Сириус (16:10): разве мы не встречаемся уже целую жизнь? Джеймс (16:12): учитывая, что ты никогда не пытался прояснить ситуацию, я сильно сомневаюсь в этом. Сириус (16:13): я жду свадьбы. Джеймс (16:15): как ты? Сириус (16:17): уже слишком поздно давать заднюю. Я наконец-то чувствую себя свободным. Минни была в бешенстве, но потом мы всё обсудили, и теперь она меня поддерживает. Дамблдор тоже. Компания меня прикроет. Джеймс (16:19): как и я. Так что не парься. Сириус (16:23): больше всего меня волнует Римус. К черту всех остальных. Джеймс (16:24): вы так и не поговорили? Сириус (16:47): я был занят и думаю, он боится писать мне первым. Думаю, у него случился эмоциональный кризис. Джеймс (16:50): неудивительно, что вы сошлись. Джеймс (16:51): признаться честно, я удивлен, что ты так спокойно относишься к этому. Ты и правда повзрослел, Бродяга. Сириус (16:52): спс, Сохатый. Ты такой добрый, я бы тебе отсосал. Джеймс (16:56): мистер Блэк, люди подумают, что вы гей. Сириус (16:57): а сейчас нам это не нужно.

***

The Real Sirius Black опубликовал новое видео! Посмотреть Сириус сидел у большого окна, из которого открывался прекрасный вид на городской пейзаж. Он выглядел немного усталым, его длинные волосы были собраны в небрежный пучок, а на подбородке была заметна лёгкая щетина. Белая футболка с v-образным вырезом свисала с плеч. – Итак, я сделал каминг-аут. – Сириус прикусил нижнюю губу и глубоко вздохнул. – С самого начала моей карьеры мне предлагали этого не делать. Разумеется, это логично – никому не хотелось бы потерять своих фанатов из-за того, что я решил переспать с человеком своего пола. Но я хочу, что вы все знали, что я сделал каминг-аут не потому, что влюбился. Многие из вас уже прослушали мою новую песню – «Animal». Но вы должны знать, что причина моего признания не в том, о чём в ней поётся. – Я сделал каминг-аут, потому что уже много лет подряд занимаюсь благотворительностью для ЛГБТКА+ молодёжи, особенно для тех ребят, которые остались без крыши над головой. Я сделал каминг-аут, потому что был таким же, как они. У меня не было дома, я был геем и у меня не было ни единого пенни на счету. Вот только мне посчастливилось иметь рядом взрослых, которые полюбили меня как своего родного сына и приютили меня, когда мои родители выгнали меня из дома. Мне посчастливилось попасть под крыло Hogwarts Records. Полагаю, многие не знали этой части информации обо мне. Моя личная жизнь всегда оставалась довольно приватной. Но мне нужно было поделиться с вами ею, особенно после того, как я уже рассказал вам часть своей истории в своём новом сингле. – И, честно говоря, я устал скрывать правду. Устал от необходимости следить за тем, что я говорю и с кем я провожу время. Семья, приютившая меня, знала правду, знали мои друзья и все, кто мне небезразличен – все они были осведомлены о моей сексуальной ориентации. Для них это не стало новостью. И это не изменило их отношения ко мне, не изменило того, кто я. Я понимаю, что некоторые из вас, скорее всего, предпочтут покинуть фандом, ведь гомофобия – вполне реальная вещь. Но знайте, что я всегда буду на вашей стороне. Спасибо вам за то, что дали мне шанс сделать так, чтобы мой голос был услышан. Сириус слабо улыбнулся, и видео закончилось.

***

Питер (21:01): посмотрел видео Сириуса? Римус (21:03): да, и теперь мне хреново. Я был так зациклен на себе, что даже не заметил, что ему тоже тяжело. Питер (21:09): ты вообще с ним не разговаривал? Римус (21:10): нет. Он не писал и не звонил. Но я сам собирался написать ему. В конце концов, нам ещё на выпускной идти вместе. Питер (21:11): я, конечно, не самый лучший советчик, но да. Тебе лучше поговорить с ним, а не убегать, как последний ублюдок. Римус (21:13): сходи нахер, П. Питер (21:15): нет, ТЫ сходи, Р. Питер (21:16): кстати, Мэри согласилась быть моей парой на выпускном. Римус (21:18): я думал, вы встречаетесь? Питер (21:20): нет, мы просто несколько раз трахались. Надеюсь снова уложить её на выпускном, она секси. Римус (21:23): фу. Питер (21:30): не все из нас спят со знаменитостями! Римус (21:32): и будут работать моделями. Я подписал контракт с Регом. Начну в июле. Питер (21:33): тебе лучше написать своему парню. Или я натравлю на тебя Лили. Римус (21:38): сходи нахер, П. Питер (21:40): ты первый.

***

Лили (21:42): РИМУС ДЖОН ЛЮПИН Римус (21:43): Питер идёт нахер Лили (21:45): ЕСЛИ ТЫ ЕМУ НЕ ПОЗВОНИШЬ, ТО ЭТО СДЕЛАЮ Я. Я ЗАСТАВЛЮ ЕГО БРОСИТЬ ТЕБЯ, А ПОТОМ САМА НАЧНУ С НИМ ВСТРЕЧАТЬСЯ. Римус (21:46): я не хочу с ним расставаться!!!! И он гей, Лили. Лили (21:47): тогда я уговорю Джеймса начать встречаться с ним, но только после того, как Джеймс выбьет из тебя все дерьмо. Рита Скитер и так уже думает, что они пара, так что мы вполне можем подтвердить её мысли. Римус (21:50): я бы хотел посмотреть на это. Лили (21:51): Джеймс играет в регби. Он определённо может надрать тебе задницу. Римус (21:52): я скажу ему, что ты идешь на выпускной с Северусом. Лили (21:55): он уже знает! РИМУС, ПОЗВОНИ СИРИУСУ, ИНАЧЕ. Римус (21:58): хорошо.

***

Римус (22:15): привет Сириус (22:17): привет Римус (22:18): ты занят? Сириус (22:19): зачем спрашиваешь? Римус (22:22): реально? Зачем спрашиваю? Римус (22:24): я могу позвонить? Римус уставился на свой телефон, всей душой желая, чтобы Сириус ответил. С концерта прошло уже несколько дней, и у них обоих было достаточно времени, чтобы всё как следует обдумать. За ужином мама спросила его о произошедшем, глядя на него своим неизменно мягким взглядом и понимающе улыбаясь. Римус едва не расплакался. Проблема была в том, что ему не нравилось, когда ситуация выходила из-под его контроля. Он всегда был организованным человеком и любил порядок во всем, ему всегда было необходимо быть уверенным, что всё идёт так, как он предполагал. Римус понимал, что подобное отношение к жизни нелогично, потому что она всё равно найдет момент и внесёт свои коррективы. Он понимал это. Но оно не мешало ему быть таким, какой он есть. Он не стал никому рассказывать, что думал о признании Сириуса на протяжении всех этих дней. Он слушал микстейп по нескольку раз в день сразу же после того, как возвращался домой из школы, и до тех пор, пока не засыпал. Постоянно заходил на приватный аккаунт Сириуса и на аккаунты Джеймса и Регулуса в поисках новых фотографий. Был ли он влюблён в Сириуса? Забавно, но в глубине души он уже знал ответ на этот вопрос. С его сообщения прошло уже несколько минут, и он уже собирался сдаться и просто лечь спать, но телефон внезапно завибрировал. На экране вспыхнул номер телефона Сириуса. – Да! – Римус ответил мгновенно и, возможно, немного громче, чем следовало бы. – Привет, – отозвался Сириус. Голос у него был измученный. Уже не в первый раз Римус осознал, что был слишком сильно поглощён своими собственными загонами, чтобы хотя бы подумать о том, через что приходится пройти Сириусу. – Я прочитал статью Скитер, – осторожно начал Римус. – Так значит, вы с Джеймсом встречаетесь? – О, прошу тебя. Этот идиот уже спрашивал меня почему он не был в курсе этого. – Сириус фыркнул. – Ну, он ведь твой муж, а ты не ханжа. – Римус коротко усмехнулся, но затем серьёзно добавил: – Как ты? – Я устал. – Сириус тяжело вздохнул. – И я на восемьдесят процентов уверен, что большинству людей, сделавших каминг-аут, не приходится надрывать зад, беспокоясь о том, что весь мир захочет узнать грязные подробности из их сексуальной жизни. Что изменилось? Я всё тот же. За исключением того, что, по мнению всего мира, всё, что хоть как-то касалось Сириуса, приобрело иной смысл. Но Римус не хотел этого говорить. – Я так понимаю, что проблема в том, что ты не хочешь быть известен исключительно за счёт своей ориентации. – Шумиха скоро должна утихнуть. В наше время подобное уже не редкость, явно лучше, чем то, что было, когда Эллен Дедженерес сделала каминг-аут. – Сириус зевнул. – Точно, – согласился Римус. – В смысле, по-моему, в наше время каждый по-своему немного гей. – Перестань пытаться подбодрить меня, а то у тебя ненароком получится, – задумчиво произнес Сириус. – Я рад, что ты написал. У меня не было толком времени за последние дни, чтобы сделать это самому. – Мне нужно было время, чтобы всё как следует обдумать. – Римус пожал плечами и лёг на кровать. Он нахмурился, разглядывая звёзды на потолке. – Хм, точно. Я так и подумал, что ты меня избегаешь, – усмехнулся Сириус. В его голосе не было злости, только веселье. – Маленький профессор Люпин, которому всегда нужно время на подумать. Римус хотел обидеться на него, но не смог. Вот уже как полгода они с Сириусом ежедневно разговаривали. Неудивительно, что он уже выучил его наизусть. Точно так же, как сам Римус выучил Сириуса. – Тебе не понравится то, что я собираюсь сказать. – Всё нормально до тех пор, пока ты не хочешь меня бросить. – Что? Нет! – Это обнадёживает. Валяй. Перекатившись на бок, Римус вздохнул. – Я думаю, что ты поступил немного опрометчиво… – Я знал, что ты скажешь это, чёрт возьми— – Мне не пришлось бы этого говорить, если бы ты всё как следует обдумал перед тем, как делать, - продолжил Римус. – Но тебе, наверное, уже говорили это, так что нет смысла возвращаться к этому. – Я просто хотел спеть песню, которую написал для своего парня! Римусу пришлось приложить усилие, чтобы подавить улыбку, грозившую расползтись по его лицу. На сердце потеплело, а кончики пальцев слабо кольнуло. – Хм, парню? Мне нравится, как это звучит. – Да, ещё бы, – пробормотал Сириус, внезапно очевидно смутившись. – Песня восхитительная. Её должен был услышать весь мир. – Согласен, – Римус хмыкнул. – Мне она тоже очень понравилась. – Это было правдой, даже несмотря на то, что из-за неё он расплакался. Она смогла затронуть ту часть Римуса, о существовании которой он даже не подозревал. Часть, которая с тех пор ощущалась как что-то тёплое и весомое в его сердце. – Ну, я люблю тебя, так что, полагаю, мы в расчёте. – Да, насчёт этого. – В конце концов, Римус всё же не смог сдержать улыбку, и она потянула уголки его губ вверх, несмотря на всю серьёзность (без каламбура) разговора. – Ты не мог признаться мне как нормальный человек? Обязательно нужно было спеть об этом на весь мир? – Поскольку кричать об этом с крыш было бы невежливо – да. Обязательно, – промурлыкал Сириус. – И мне не жаль. – Конечно же тебе не жаль. – Тебя это смутило? – Звук закрывшейся двери эхом раздался из динамика. – Полагаю, что да. После того, как до тебя дошло, что я хотел донести. – Ты о том, что ты влюблён в меня и не можешь поверить в то, какой я замечательный, а ещё хочешь, чтобы мы состарились вместе? Почему я вообще должен был быть смущён тем, что ты признался во всём этом мне перед миллионами людей? Знаешь, мне ещё повезло, что наши места были в ложе. – Римус поерзал, глубоко зарываясь носом в подушки и засовывая ноги под одеяло. – Я не был смущён. Я был в шоке. – Да, Питер рассказал, что ты расплакался, – заявил Сириус. Конечно же Питер рассказал ему об этом и не предупредил самого Римуса. Это было так похоже на его маленькую крысиную натуру. Римус подумал о том, что должен надрать ему зад за подобное. – Не было такого! – Извини, что всё так вышло. – Ты мог бы просто сказать мне об этом прямо, Сириус. Или спел бы мне песню лично… Я согласен, она прекрасна, и мир должен был её услышать. Но… – Римус прикусил нижнюю губу, – я пока что не готов ответить тем же. – И всё же, – голос Сириуса звучал счастливо, – ты сказал «пока что». Римус почувствовал, как его лицо предательски вспыхнуло. – Да, именно так. – И ты покраснел, да? – Нет. – Из тебя плохой лжец. – Заткнись. – У тебя скоро выпускной. – Сириус сжалился над ним, сменив тему. – Рег хочет, чтобы ты примерил смокинг из его новой коллекции, если сможешь приехать к нам в эти выходные. Меня не будет в городе. – А где ты сейчас? – спросил Римус. – В Лондоне. – Сириус снова зевнул. – Погоди. – Римус сел. – У тебя же почти четыре утра. Какого чёрта ты не спишь? – Не могу перестать думать, милый, – пробормотал Сириус. – Иди спать! – Не сбрасывай звонок, пока я не засну? – Конечно. – Я люблю тебя. – Ты тоже мне очень дорог, Сириус. Звонок завершён, 00:42

***

Лили ёрзала на своём месте, пока Питер делал ей макияж, стараясь как никогда раньше. Они сидели в её гостиной, и у всех них было стойкое дежавю – ведь именно здесь возникла идея пригласить на выпускной бал звезду. И вот День Х официально наступил, и они вернулись к тому, с чего всё началось в далеком декабре. – Если ты не хочешь, чтобы я выколол тебе глаз, то советую не двигаться, – строго сказал Питер. – Как чешется! – застонала Лили. – Ей-богу, Лили, – Питер фыркнул. Римус уже был одет, а его волосы были идеально уложены. Мама опять работала в ночную смену, поэтому на семью Эванс были возложены обязанности сделать как можно больше фотографий. Римус играл в игру на телефоне, на нём был идеально подогнанный по фигуре смокинг из последней коллекции модного дома BLAK. На Питере был точно такой же смокинг, но смотрелся он совершенно по-другому. Сейчас он был без пиджака, потому что занимался причёской и макияжем Лили. Её мама порхала вокруг в качестве папарацци. – Тебе досталось потрясающее платье, – сказал Питер, распыляя на лицо Лили фиксатор. – Готово. Давайте сделаем пару совместных снимков, а потом поедем заберем Мэри. А тебе, Лили, сделаем парочку отдельных секси-фотографий для Джеймса. Лили выглядела просто сногсшибательно. Изумрудно-зеленое платье подчеркивало цвет её глаз, а жемчуг в мочках её ушей и в волосах превращал её в роковую голливудскую звезду прямиком из прошлого века. – Давайте все вместе! – Миссис Эванс широко улыбнулась им и сделала ещё парочку фотографий. Лили была непреклонна в своём нежелании фотографироваться с Северусом. Она согласилась быть его парой на выпускном только потому, что они выросли вместе, и он нравился ей исключительно как друг. Тем более, она не могла пойти ни с Римусом, ни с Питером. А они оба считали Снейпа придурком и обычно избегали его, как чумы. – Сириус сказал, что будет здесь через пять минут, – сказал Римус. – И нужно будет сделать фотографии для обеих его страниц. – Я пойду с вами, заберу Мэри, – сказал Питер, проверяя свою укладку перед зеркалом в прихожей. – Не могу поверить, что уже выпускной. Дальше только поступление! – Нижняя губа Лили опасно задрожала, словно она вот-вот была готова расплакаться. – Не смей плакать! – приказал Питер. В дверь позвонили, когда Римус делал очередную фотографию. Сириус выглядел потрясающе в своём костюме. Они все много раз видели его по телевизору и на обложках журналов, одетым в лучшие дизайнерские наряды. Но в жизни всё ощущалось совершенно иначе. Трое подростков замерли посреди гостиной, во все глаза глядя на него. Сириус широко улыбнулся. – Добрый вечер. Лили, почему ты не рассказывала, что у тебя такая милая мама? – Он одарил женщину очаровательной улыбкой. – Вы прекрасно выглядите, миссис Эванс. Никогда не думали о карьере модели? Лили закатила глаза в ответ на то, какой смущённой вдруг стала выглядеть её мама. – Вау, Лили, ты восхитительна. – Сириус окинул её восторженным взглядом, и она тут же покраснела от удовольствия. Он перевёл взгляд на Питера. – А ты тоже неплох, красавчик Пит. – Прошу тебя, не льсти мне, я могу использовать это против тебя, – усмехнулся Питер. Глаза Сириуса, эти две неумолимые грозовые тучи, переместились на Римуса, и его зрачки мгновенно расширились. Римус почувствовал, каким горячим стало его лицо и как желудок предательски сжался. У него появилось стойкое ощущение, что на выпускном они надолго не задержатся. – Фотографии! – восторженно воскликнула миссис Эванс, заставив всех четверых ещё долго позировать вместе. Сириус оставил женщине автограф на своём последнем альбоме, а затем вместе с Римусом и Питером наконец-то покинул дом. – Что ж, ребята, скоро увидимся. Я к Мэри, – сказал Питер, заметив старый «Континенталь» Северуса, припаркованный у обочины. Римус нахмурился, тоже глядя на машину, но затем заметил чёрную изящную «Ауди» на другой стороне улицы. – Сегодня без Гидеона и Фабиана? – Нет, они где-то здесь. – Сириус улыбнулся. – Я никогда не выхожу без телохранителя. Зал, который школа арендовала для проведения выпускного бала, был небольшим, но это не имело особого значения, потому что их выпуск тоже был маленьким. В конце концов, для них всех выпускной был просто предлогом для того, чтобы красиво нарядиться и потанцевать. Конечно же, стоило им войти внутрь, как большинство присутствующих тут же повернули головы в их сторону, чтобы получше рассмотреть Сириуса. – Чувак, – Фрэнк подошёл к Римусу после того, как они с Сириусом сделали фотографию для альбома. – Не могу поверить! Алиса стояла прямо за его плечом и выглядела не менее взволнованной. Римус отступил в сторону, пока Сириус с готовностью фотографировался со всеми желающими. Отточенная улыбка не сходила с его лица, и он не скупился на комплименты. После того, как основная масса подростков схлынула, к нему начали подходить и взрослые, хотя и куда более робко. – Наконец-то, – вздохнул Сириус, когда они заняли свои места за одним столом с Алисой и Фрэнком. Вскоре к ним присоединились Доркас и Бенджи. Стол был круглым и предназначен для десятерых – остались свободными места только для Лили, Питера и их пар. Все хотели урвать себе частичку внимания Сириуса. Римусу пришлось болтать с Бенджи до тех пор, пока не приехали его друзья. Выпускной прошёл так, как и следовало ожидать. В конце концов все разбились по привычным компаниям. Подростки танцевали, а учителя следили за тем, чтобы те ничего не натворили. Было сделано много фотографий и не меньше видео. И, если честно, в этом не было ничего особенного. Около одиннадцати вечера Сириус тронул ногу Римуса под столом. Они только что танцевали вместе, а потом пытались отдышаться от смеха от шуток Алисы. Сириус приподнял бровь, глядя на Римуса, и неторопливо двинулся к выходу. Римус кивнул и повернулся к ребятам, чтобы попрощаться. – Ты хорошо провёл время? – спросил Сириус, когда они покинули зал. Римус пожал плечами. – Да, было круто. Я рад, что ты был со мной. – Я никогда раньше не был на школьных вечеринках, – сказал Сириус. Они шли так, чтобы их руки при каждом шаге соприкасались. – И я рад, что ты пригласил меня. Им удалось ускользнуть никем не замеченными, и Сириус облегченно вздохнул, когда они вернулись к его машине. – Куда теперь? – спросил он. – Ко мне? – предложил Римус. Сириус подавил усмешку и кивнул. – Мне нравится ход твоих мыслей, Люпин. Хотя, с другой стороны, секс в вечер выпускного – разве это не ужасное клише? Они сели в машину, он завёл мотор, и они поехали в сторону дома Римуса. – О, ну, если так, то можешь просто высадить меня. – Римус пожал плечами и повернул голову к окну пассажирской двери, чтобы скрыть довольную ухмылку. Сириус в ответ на это только рассмеялся. Они ехали в уютной тишине, и только иногда Сириус нарушал её негромким насвистыванием каких-то мелодий. Он припарковался на подъездной дорожке; на улице было тихо и тепло, и Сириус довольно потянулся, прежде чем заглушить мотор. – Закажем поесть, если что-нибудь ещё открыто, – заявил он. – По-моему, мне не хватило одного ужина, в конце концов, я же звезда… – Я люблю тебя. Римус почувствовал, как вспыхнуло его лицо, когда слова слетели с его губ. Он не хотел их произносить, они сами вырвались из него. И всё же, теперь они повисли в воздухе между ними, обрели форму, и он мог с уверенностью сказать, что не солгал. Римус любил его. Сириус уставился на него, всё ещё с открытым ртом, прерванный на полуслове. А потом на его лице медленно, но верно начала появляться улыбка. – Правда? Даже в темноте автомобильного салона была видно, как заблестели его глаза. Римус наклонился вперёд, через коробку передач, и нежно поцеловал Сириуса в губы. – Правда. – Чёрт, конечно же ты любишь меня. – Счастливая улыбка на лице Сириуса выдавала с головой всю его напускную браваду. – По-моему, единственная причина, почему я люблю тебя, в том, что я просто мученик и спасаю всех остальных от тебя. – Ты такой жестокий. – Так и есть. – Римус откинулся назад, разглядывая Сириуса. – Не думаю, что кто-то другой был бы в состоянии справиться с тобой. – Повтори ещё раз? – попросил Сириус, поерзав на своём сидении. Он потянулся вперёд и переплёл их пальцы, прежде чем поднести ладонь Римуса к своим губам и поцеловать костяшки. Римус усмехнулся. – Я люблю тебя.